Грехи подвластны любви?

По, встав с кресла и преодолев небольшое расстояние между ним и Эдогавой, схватил того за руки и прижал к стоящему напротив креслу-дивану всем телом. обезумевший, и в то же время пустой взгляд, говорил не о благих намерениях. Рампо всеми силами пытался отбиться ногами, ударив того по челюсти и лбу, но безуспешно. его ноги, для удобства, приподняли вместе с тазом, становясь между ними. движения полностью были скованы, а рот занят поцелуем. столь долгожданным и желанным. Эдгар не ждал никакого ответа на свой поцелуй, ведь понимал, что Рампо будет против. – я просто хочу, чтобы ты был со мной, рядом. разве это так сложно?! выкрикнутые слова, что разрушали тишину в помещении, пугали. не свойственное Аллану поведение, могло напугать любого человека, даже Рампо. попытки вырваться из крепкой хватки руками не увенчались успехом, в итоге, их ещё сильнее, до синяков, прижали сверху, полностью сковывая движения детектива. сейчас он мог лишь глухо мычать и вскрикивать то ли от боли в руках, то ли от удушья, то ли чего-то ещё. поцелуй явно не собирался прерываться, но кислорода уже критически не хватало, заставляя наконец раскрыть, сжатую в тески, челюсть. именно этого Эдгар и хотел. протолкнув язык глубже, он ещё сильнее прижал тело детектива в диван. сейчас пах писателя сильно прижимался к заду Эдогавы, что смущало и пугало того, кто очередной раз бессмысленно старался вырваться из мёртвой хватки. но думать о такой "мелочи" было сложно, ведь сейчас воздуха в лёгких не хватало. он не был готов к такому исходу событий, забывая даже вдохнуть грудью. он задыхался в адских муках, лишь изредка набирая кислород через ноздри, которое часто сбивали очередным грубым углублением. язык садиста хозяйничал в его ротовой полости, проходя по нёбу, зубам, и сплетая языки в одиночном танце. привкус крови, из-за терзаний нижней губы Рампо, стал заменой прошлому привкусу чипсов. от движений рук, крепко держащих накрест лежащие запястья детектива, бинты ослабевали в местах узлов, и потому, капли крови из ран Эдгара, стекали по руке вниз, капая на скованые руки Рампо. сейчас писатель мог вытворять с жертвой всё, что только душе угодно, проводя очередной раз рукой по бёдру, продолжая до его внутренней стороны, исполняя в реальность все самые отвратительные желания. разрывая поцелуй, По размазывал сгустки крови детектива по подбородку пальцем, довольно улыбаясь своей проделанной работе. сам же Эдогава лишь лихорадочно вдыхал воздух, кряхтя и кашляя избытком слюны, тем самым пачкая лицо. на глазах стояли росинки слёз. металл точно не был приятен Рампо... а может и был? он сам не понимал себя, боль сменилась приятным чувством, так, что низ живота тянуло, давая возбуждение в штанах. вот только, его заставили насильно, сам же он правда испытывал явно не дружескую любовь к писателю, но этот поступок Эдгара пугал. его просто хотят взять силой, и конечно, он старался отбиться, не желая становиться жертвой насилия или чего похуже. но он так же волновался за состояние Эдгара, смотря на окровавленную рану По и чувствуя чужую кровь на своих руках, что ручейком вниз устремилась в сплетение кистей рук, всё не веря в то, что того милого и робкого писателя романов больше нет. тот тихо просил и молил писателя остановиться, зная о том, что никто кроме него не услышит крики детектива. Аллан же, наслаждался выражением лица Эдогавы, что выражало страх и ужас. хотелось думать о том, что он у Эдогавы первый, ведь по иному и быть не может. никому и никогда, кроме него самого, нельзя трогать его солнышко, а если кто-то и тронет, то этот человек поплатиться сполна. всхлипы и слёзы возбуждали ни чуть ни хуже мольбы о помощи, он не собирался останавливаться. рот детектива был слегка приоткрыт, вздыхая с протяженными стонами боли. схватив свободной рукой подбородок детектива, писатель поднял его голову чуть выше и сделав более холодное выражение лица, без согласия Эдогавы стал отстёгивать верхнюю часть пуговиц чёрной жилетки детектива. сейчас она мешалась для дальнейших действий. По схватил недовольно дёргающиеся ноги Эдогавы, который, несмотря на то, что уже давно пора бы, до сих пор не смирился с учестью жертвы, таким образом выводя писателя из себя, заставляя прибегнуть к крайним мерам, и отпустив ненадолго руки детектива, освобождая таким образом свою, одним движением свернул ногу, а после и вторую. внезапный крик боли заполнил кабинет. парень, плача в истерике от боли, бил Эдгара и хватал того за волосы. ужасная ситуация для человека, что собирался убежать от насильника. ноги, что уже поломал в местах колена Эдгар, были в синяках. внутреннее кровотечение в местах под кожей были сильно видны, а адская боль пронзала Рампо, и тот продолжал плакать, не в силах успокоиться. он материл и проклинал По, наплевав на то, что его никто не услышит, и на то, что возможно, таким образом он сделает себе только хуже, не в силах даже двинуть ногой из-за боли. когда же это сделал садист, приподнимая ноги и раздвигая их в стороны, невозможно было остановить реки слёз и стонов. руки вновь были подняты над головой Эдогавы, уже связанные собственным же ремнём, который Эдгар любезно снял вместе со штанами. сейчас он чувствовал себя ужасно, понимая всю учесть, что ему уготована одной встречей с писателем. он лежал, полностью обнажённый, не в состоянии даже прикрыть свой половой орган ногами, которые лежали на плече Аллана. полностью открыт и чист, словно холст.