У каждого свои секреты

      Луна поднималась все выше и выше. Все меньше слышны машины, а компании гуляющих подростков и взрослых и вовсе разбрелись по домам. Только фонари одиноко стояли и освещали пустые улицы. Лишь изредка где-то далеко слышались людские голоса.       Девушка в полном одиночестве уже почти дремала, сидя на лавочке. Она не знала, где находится, но ее не сильно волновало это. Голова была забита совсем другим.       «Что будет, когда я вернусь домой? Конечно будет больно… А школа? Я смогу в нее ходить? Вряд ли.» - брюнетка общалась сама с собой, от нечего делать. Она уже почти заснула, прямо на лавочке не пойми где, Аделина даже не думала, что к ней могут подсесть, украсть, в конце концов.       Но вот головы совершенно перестает думать, а Адель погружается в царство снов. Только долго поспать совсем не удалось. Брюнетку разбудил шорох в стороне, а после шороха послышались шаги, и по звукам кто-то приближался к девушке. Теперь сердце начало колотиться с бешеной скоростью, а страх начал поглощать разум. Руки тряслись, спать больше не хотелось. Брюнетка решила, что не будет двигаться, чтобы лишний раз не привлекать внимания. Но как не привлекать внимание, если она одна спит на лавочке?       Адель приоткрыла глаза, чтобы быстро найти всевозможные способы побега от человека, который сейчас приближался к ней. Путей оказалось несколько: можно убежать к магазину, что стоит неподалеку и сияет своей вывеской, можно подбежать к толпе, что мирно идет вдоль дороги, а можно и вовсе бежать, куда глаза глядят. Но как только незнакомец сел рядом, тело будто вмиг замерзло, оно не могло пошевелиться. Ничего сделать просто невозможно, как бы героиня не пыталась побороть саму себя и убежать, ничего путного из этого не вышло. Незнакомец вдруг завел разговор, словно сидящие на лавочке были знакомы.       - Не думаю, что лавочка – лучшее место для сна. – спокойный голос разнесся по парку. Человека явно не смущало, что он подсел к незнакомой девочке. – из дома сбежала, да? Ну ты хоть подготовилась, вот портфель взяла. – спокойствию незнакомца можно только позавидовать, ведь брюнетку уже трясло от страха. Она боялась даже слово вымолвить, не то что убежать. Такое поведение не скрылось от глаз незнакомого человека – ты что трясешься? Боишься? О, не переживай, меня маленькие девочки не интересуют – он посмеялся – меня, кстати, Чес зовут. – незнакомец протянул руку.       Какой же абсурдной показалась эта ситуация Аделине. Никого не трогала, сидела спокойно, дремала, а тут, откуда не возьмись, появляется незнакомый человек и пытается поговорить. Имя еще такое странное – Чес. Стоило бы соскрести все свое хладнокровие и как-то попробовать решить этот инцидент.       - Я Аделина – девушка попыталась хоть как-то избавиться от дрожи в голосе, но получилось не очень. Но в ответ героиня протянула руку для рукопожатия.       «Какая ты умница, Адель, ничего лучше, чем начать разговор ты не придумала, можно было просто сбежать» - если бы можно было, то брюнетка уже давно влепила бы себе по первое число, но в данной ситуации выглядело бы это достаточно странно.       - Что с рукой? – Чес конечно же обратил внимание на кровавое пятно, ведь оно очень сильно выделялось на белой рубашке. Теперь-то Адель смогла рассмотреть своего собеседника поближе. Это был мужчина среднего роста, каштановые волосы которого украшала черная бандана. Его особенностью было то, что у него не было одного переднего зуба. Аделина даже не заметила, что начала рассматривать мужчину, но когда поняла, что достаточно долго это делает, то смутилась. В ожидании ответа на вопрос Чес, заинтересованно выгнул бровь. Но вот героиня этот вопрос хотела проигнорировать, что ей не удалось, только сказала она далеко не правду. Но Чеснок сразу почуял неладное, поэтому и решил, что зеленоглазая соврала ему, ведь его шестое чувство не подводило никогда. – представляешь, просто иду я значит мимо, а тут ты сидишь, напомнила значит ты мне моего лучшего друга, он так же одевался до одного момента. Весь из себя интеллигентный был. – а вот уже шатен толкает тираду, вообще не стесняясь ничего, будто с девушкой они давние знакомые, и вот они встретились и болтают обо всем. – а вот познакомились мы с Глэмом… - но тут ему не дали закончить очередное предложение.       - Вы знаете Глэма? – а с этого момента страх потихоньку начал уходит, его затмил интерес. Брюнетке было интересно узнать про обладателя скрипки династии Швагенвагенсов. Может ей это и удастся, кто знает.       - Я думал, что ты только два слова сказать можешь, но не тут-то было – Чес усмехнулся. Его очень удивила реакция новой знакомой – а ты его откуда знаешь?       - Да это отец моего одноклассника – брюнетка немного замялась. Она не очень любила разговаривать с незнакомцами. Как бы это парадоксально не звучала, но до Чеса все незнакомцы в жизни Аделины были знакомыми ее отца. Может и этот окажется его знакомым. Хотя нет, он явно не похож на всех знакомых отца, не был он одет в строгий костюм, этого уже хватает, ведь отец общается только с порядочными господами, а они быть одеты соответственно. А Чес в своей черной майке и накинутой на нее клетчатой рубахой явно бы не прошел дресс-код. – мне просто интересно, вы же сказали, что его лучший друг, вы не знаетет откуда у него скрипка династии Швагенвагенсов?       От такого вопроса Чеснок явно опешил, его смутили знания девушки о Швагенвагенсах. Глэм ведь никому не рассказывал о своем прошлом, кроме Чеса, и о скрипках знать никто не может. Так думал Чеснок, но выдуманное зачастую противоречит действительности. В голове созрел вопрос, который начал волновать шатена, поэтому он незамедлительно его спросил – А откуда ты знаешь о династиях и скрипках?       - Мне отец рассказывал… - мысль об отце снова дала напоминание о предстоящем возвращении домой. Было заметно, что брюнетка занервничала.       - Слушай, давай, во-первых, на «ты», я не старый дед, а во-вторых, как зовут твоего отца? - Чес заметил, что зеленоглазая явно замешкалась, ее глаза начали бегать, она смотрела на все, лишь бы не смотреть на собеседника.       - Его зовут Георгий Флейшман – после произнесенных героиней слов лицо Чеса стало задумчивым, имя отца героини показалось ему смутно знакомым, только он не мог припомнить, откуда его знает. Но тут на шатена сошло озарение, он вспомнил, что учился с Флейшманом в одной консерватории и видел его на вступительных экзаменах, он занял или третье или четвертое место в рейтинге. Он был очень высокомерен и полон пафоса. Общался Флейшман лишь с «достойными», к списку которых Чес не относился, как и Глэм, тем более, после его ухода из дома. Тогда Глэм нехило так изменился, поэтому и перестал входить в клуб «достойных», хотя семьи обоих были друзьями.       Пазл в голове у Чеснока сошелся: девочка, что убежала из дома, кровавое пятно в районе предплечья, фамилия отца. «Да она же вылитый Глэм, когда он пришел ко мне, после своего ухода из дома!» - подумал шатен. Воспоминания о переживаниях Глэма в тот период всплыли в голове. Чес знал, как тяжко было его лучшему другу, поэтому и решил помочь девочке.       - Вставай, пошли хоть руку твою обработаем – произнесенное Чесом очень удивило Аделину, не такого исхода событий она ожидала, поэтому начала оправдываться тем, что это лишь пятно кетчупа. – я не дурак, Аделина, была бы такая приличная девочка ночью одна? Могу поспорить, что даже не знаешь, где находишься. К такому героиню жизнь не готовила, но аргумент нового знакомого, про то, что он расскажет о ее отце, оказался действительно весомым. Да и выбор у девушки был явно невелик: либо она идет с Чесом хотя бы в какое-то помещение, либо она остается на улице, где уже начало резко холодать. Выбор очевиден, поэтому Адель последовала за новым знакомым.       Шли они не очень далеко. А когда были на месте, перед героиней стоял небольшой магазинчик. Чес доставал ключи, чтобы открыть его, а Аделина начала рассматривать витрины. На витринах стояли самые разные гитары, на полках показались разные виниловые пластинки и диски. Зайдя в магазин, девушка увидела еще больше пластинок и гитар. Все было атмосферно что ли. Весь магазин был в темно-коричневых цветах, что придавало особый шарм. В конце магазина была касса и еще одна небольшая витрина. На кассе стояла пара колонок, а на столике рядом расположилась пепельница и звонок, чтобы «призвать» продавца. В небольшой витрине стояли диски с подписью «новинки». За кассой был проход, который был прикрыт декоративной шторкой из бус. В этот проход и направился Чес, а за ним и Аделина. Удивительно, но за весь путь никто и слова не произнес, а потом брюнетка была слишком занята рассматриванием магазина. За проходом было еще несколько комнат. Этот магазин явно служил и домой владельца.       - Присаживайся, я пока за аптечкой схожу – Чес качнул головой в сторону зеленого дивана, куда и села героиня и стала ждать владельца магазина. Послышалось шуршание из соседней комнаты, несколько негромких ругательств, риторических вопросов о местоположении аптечки. Чеснок все же нашел аптечку, что, видимо, играла с ним в прятки. Теперь он показался перед героиней. – показывай раны свои, сейчас их быстро обработаем. Аделина помедлила, она еще не была уверена, что готова показать кому-либо свой «секрет». Может ей и не стоит показывать раны, был бы это какой-то порез, который был сделан случайно или получен по неосторожности, тогда бы девушка сама могла обработать рану. Сейчас же на предплечье брюнетки было множество шрамов и полученных недавно ран. Это вызовет явный шок у Чеса.       Замешательство на лице Адель заставило Чеснока вспомнить тот самый момент, когда Глэм показал свои увечья:       - Глэм, на улице жара, ты серьезно будешь надевать вновь эту рубашку? Надень уже майку, что случиться то? – Чес заглянул в свою же комнату, которую он теперь делил со своим другом. Глэм как раз переодевался, вошедший Чес заставил блондина отвернуться от двери. – да что я там не видел – услышал в свой адрес Металл, на что закатил глаза.       - Чес, просто есть то, что мне сейчас мешает это сделать. Знаешь, давай я лучше покажу – Глэм повернулся на своего друга, который уже смотрел очень заинтересовано. Блондин присел на кровать, вот и пропала его уверенность в своем решении. Но делать-то нечего, как говориться: «сказал а, говори и б». Такой шаг требовал решительности, которая в этот момент и магическим образом испарилась. Чес уже стоял напротив Глэма и пытался понять, что творится в голове у друга.       Глэм прикоснулся к пуговице, которая была на рукаве, и неуверенным движением руки расстегнул ее.       - Только никому не говори – тихий, еле слышный голос звучал вовсе неуверенно, но Глэм не пожалел о своем решении       Взору Чеса представились шрамы и раны, которые красовались на запястье и предплечье блондина. Шоку не было придела, кроме как «ахуеть», шатен не смог ничего произнести. Его очень потрясла такая новость.       - Кто тебя так, дружище? – в голосе Чеса слышались нотки неуверенности смешенным с волнением. Честно, он вообще не знал, как реагировать на это событие, что сказать и что сделать. Он и так был шокирован, но дальнейшие слова его потрясли еще больше.       - Это отец мой, такой метод воспитания. За каждую ошибку полагается наказание – блондин опустил голову, посмотрев на свои шрамы. Такое признание сблизило ребят, но Чес еще долго отходил от этой информации, но он всегда помогал Глэму спрятать шрамы. На следующий день после признания друга Чес купил ему напульсники, которые блондин и начал носить, скрывая свой секрет. А Чес поклялся никому не раскрывать тайны друга. С тех пор Чеснок всячески помогал выкрутиться из неловких ситуаций, если речь заходила о руках Глэма. А если кто-то и пытался спросить у Чеса о том, что блондин скрывает руки, он не отвечал.       Теперь перед Чесом сидит девчушка, совсем юная, но уже разбитая. Она также как и Глэм мечется, показывать ли руку или нет. Брюнетка еще раз взглянула на Чеса. Он явно был решителен в своих действиях, в Аделине Чеснок увидел своего лучшего друга, которому он готов придти на помощь в любую минуту, да что уж минуту, секунду. Если вдруг Глэму понадобиться помощь, то шатен сразу окажет ее.       И все же Адель решилась. Она неуверенно начала расстегивать пуговицу на рукаве рубашки, а после задрала его. Теперь виднелся бинт, на котором было просто громадное пятно крови. Чесу казалось, что после шрамов Глэма его ничего не удивит, как же он был не прав. Увиденное заставило вновь почувствовать себя мальчиком, перед которым сидит его друг, открывая свою тайну. Он опешил. Кровь уже приобрела багровый цвет, что значило только то, что она засохла, а значит, бинт будет очень сложно снять без боли. Самым безболезненным было размочить бинт и попытаться аккуратно снять бинт.       - Давай сделаем так: я сейчас размочу бинт, чтобы не было так больно его снимать. Иначе придется его просто отдирать. Но водой я тоже это сделать не могу, буду работать перекисью, так что пощиплет немного. Я постараюсь сделать все самым аккуратным способом. – Чес даже представить не мог, что ждет его дальше. Но сейчас он уже аккуратно капал перекисью на бинт, чтобы он начал намокать. Услышав тихое шипение, он извинился. Не хотел он делать девочке больно, по только так Чеснок сможет снять бинты, чтобы было не так больно. – кто же так с тобой? – шатен на секунду взглянул на лицо брюнетки. Аделина прикусила губу от боли и зажмурилась.       - Это отец мой, такой метод воспитания. За каждую ошибку полагается наказание – Чес остановился. Адель сказала ровно те же слова, что когда-то сказал ему Глэм. Шатен до последнего не хотел услышать этих слов. Как вообще можно избивать своих детей за неудачи? Что такого творится в головах у взрослых, что они позволяют себе избивать свое дитя? Вот и Чес понять этого не мог. Бинт уже весь был в перекиси, настало время аккуратно его снимать. Чеснок взял бинт за край и начал его разворачивать, но не намного он продвинулся, ведь услышал крики Аделины:       - Больно! Очень больно, Чес! Остановись пожалуйста. – шатен снова посмотрел на девушку. Вид был не утешающим: по шекам уже катились слезы, губы искусаны чуть ли не в кровь, а зеленые глаза будто смотрели в душу и пытались остановить «пытки». Продолжила героиня уже почти шепотом – пожалуйста, не продолжай. Это очень больно…       - Я понимаю, но это нужно сделать, я попытаюсь быть еще аккуратней – Чес никогда не был таким ласковым с другими людьми, да он вообще редко был таким, но сейчас шатен просто не мог вести себя по-другому. Только взглянув на такую беспомощную девушку, хочется прижать ее к себе и оберегать.       Чес продолжил снимать бинт, он старался это сделать как можно медленней, чтобы не было боли, но без боли все же не получилось. Под шипения и даже ругательства шатену удалось полностью избавиться от бинта, но под бинтом была картина еще хлеще.       На бледной коже было огромное количество заживших и еще не очень шрамов. Еще были раны, что кровоточили, крови было не много, она небольшими струйками сочилась из ран. Чес растерялся, он даже не знал, как нужно это обрабатывать. Он явно не ожидал от маленькой капли крови на рукаве такой разнос. Рука у девушки тряслась.       - Чем тебя так? – Чес сглотнул подступивший ком в горле. Сказать, что ему было не по себе от увиденного – ничего не сказать. На ответ «линейкой» глаза его полезли на лоб. Теперь он точно был в растерянности. Может лучшим решением будет позвать Глэма? Шатен понимал, что сейчас около четырех ночи, но он совсем не знает что делать, да и Аделина не может связать несколько слов из-за слез. Было принято решение.       Чес отошел в соседнюю комнату, чтобы позвонить другу и попросить помощь. Глэм же должен знать, что вообще с этим делать, ведь сам когда-то был на месте брюнетки. Чеснок набрал номер, пошли гудки, после тридцати секунд ожидания из телефона послышалось сонное «алло»       - Глэм, мне срочно нужна помощь, случилось невероятное ЧП… - Чес был очень взволнованным, блондин не слышал такого тона у друга. Дальше в трубке послышалось копошение       - Сейчас буду