Это лишь навсегда, совсем ведь недолго.

Глава XVII

О, дорогой дневник

      «О, дорогой дневник! Нечасто я тебя навещаю, знаю. По большей части стараюсь терпеть до последнего, и лишь когда грудь разрывает от чувств, я в очередной раз подбегаю к шкафу, где и прячу тебя в куче нашитых на меня вещей. Прячу так же, как прятала свои чувства долгое-долгое время. Сейчас же это невозможно. Непреодолимо. Просто ужасающе нестерпимо. Уже не впервые роняю горькие слёзы на твои листы, прости, но кому ещё я могу довериться? Здесь у всего есть уши и глаза и, как оказалось, в любой момент твой лучший друг может оказаться… Не твоим лучшим другом.       Король гоблинов жестоко обманул меня, целыми месяцами напролет притворяясь принцем, к которому я так привязалась. Ах, знать бы наперед! Сколько слов наговорила, сколько секретов и чувств открыла. Теперь мне очень стыдно. Мне не пересчитать, сколько всего ужасного сотворил Джарет. Сотворил уже и сотворит ещё. Он отнял мой мир, мой дом. Он заточил меня, шантажировал бесчисленное количество раз. Не забыть мне огня на щеке от унизительной пощёчины, не забыть длительной острой боли с того раза, как он овладел мною. Умом понимаю, что это не кончится никогда, но почему-то сердце решило иначе. Никогда моя бедная голова не поймет, как до такого дошло. Как можно влюбиться в существо с такой чёрной душой? Однако, каждый раз, стоит ему лишь улыбнуться… Почему же весь мрак в моих глазах тает? Не осталось никаких сил в этом разбираться, и я уже сдаюсь. Иногда просто нужно расслабиться и плыть по течению, разве не так? Он собственноручно отдал мне кристалл путешествий, чтобы впоследствии посмотреть на мои мучения, на мучения бедняжки Кейтлайн, да простит она меня. Боль за нее навсегда останется в сердце.       Ох, забыла написать о том, что увиделась с мамой. Джарет не препятствует моим визитам к родным, за что я очень благодарна. Мама совсем не изменилась, ни чуточки. Она не поверила ни единому нашему слову. Ни моему, ни слову отца тем более. Помнится, годы назад я часто винила именно папу во всём, что случилось между ними и весь гнев терпел именно он. Мама была для меня далёкой спасительной звездой. Настоящим идеалом. Сейчас же вижу кучу её тёмных сторон. Она уехала в полном смятении, снова обвинив отца в том, что заморочил мне голову, да заявив, что мы явно что-то скрываем. Чувствую, что всё меньше меня тянет домой… И всё больше тянет к нему. Не могу прожить и дня без этого заливистого, злобного смеха, без его шутливых издёвок, не могу уснуть вне объятий демона.       Бесчисленное множество раз я задавалась вопросами о том, почему в тот злополучный вечер Джарет поступил так? Зачем спас папу? Какой ему с этого прок? Неужто я и правда не просто игрушка, а нечто большее? Человек, улыбку которого он бы хотел видеть, но не знал, какими путями её добиться? Возможно, я стала чересчур наивна, но мне очень хочется верить в то, что и в душе Короля гоблинов есть свет. Но даже если она черна и непроглядна, пути назад у меня уже нет. Я отдала ему своё сердце, а вскоре подарю и душу. Совсем скоро я стану полноправной частью этого мира.»

* * * * * *

— Господи! — пискнула Сара, крепко зажмурившись, когда огромный жеребец нёс ее вниз по крутому зелёному пригорку.       Не так давно Джарет даровал ей этого коня, и теперь молодая Королева ежедневно пропадала средь полей, лугов и холмов бескрайних земель гоблинской части Лабиринта, чувствуя себя так хорошо, как никогда прежде. — Можешь звать его Фауллом, —издевательски хохотнул Король, всучив ей в руки поводья белоснежного окраса животного впервые.       С того дня мужчина сопровождал ее почти каждый раз, вместе с Визардом, разумеется. Однако, бывали и дни, когда Сара отправлялась не прогулку в одиночку, возрадовавшись тому, что удалось, наконец, добиться долгожданного доверия со стороны супруга.       Теперь её действительно волновали его чувства. С каждым новым днём Сара всё больше тонула в этом человеке, влюблялась в каждую, даже самую малую деталь его образа, не давясь проглатывая все недостатки.       Сейчас она потеряла Джарета из виду, ведь горделивый Визард нёс своего всадника спокойно, размеренно, управляемый умелой жёсткой рукой. Чёрный конь и его хозяин остались позади в то время, как белогривый, пользуясь нарастающим страхом новоиспеченной хозяйки, вел себя так, как ему хотелось. Искренний, но неизменно дьявольский смех раздавался далеко из-за спины девушки, и щёки её залило пунцом от стыда за собственную неуклюжесть. Издевательски нареченный «Фауллом» конь совсем её не слушал. — Ты слишком мягка с ним, — сообщил Джарет, нагнав супругу. — Я стараюсь!       Король мягко пришпорил Визарда и тот в два счёта обогнал белого скакуна, преградив дорогу своим громадным телом, вставшим поперёк пути. Фаулл, чью кличку ласково видоизменила владелица, сократив до «Фалли», дабы лишний раз не лицезреть перед глазами всплывающий образ подставного принца, резко остановился, сдавая копытами назад. — Он делает это лишь потому, что ты позволяешь, — констатировал колдун и пристально вглядался глубь небесно-голубых глаз белогривого.       Конь заёрзал на месте, будто хотел убежать от зрительного контакта, но уже не сумел. Переступая с одной шипастой ноги на другую и безжалостно сминая густую, сочную траву под копытами, Фалли занервничал, тихо повизгивая. Сара почувствовала, будто зверь мучается от чего-то ей неведомого, и хотелось вмешаться, но завидев сверкающую синим огнём суровость в глазах Джарета, сделать этого не решилась. Длилось действо не более полуминуты, после чего взгляд Короля вспыхнул, перелившись двумя цветами, и снова стал прежним, спустив, наконец, коня с прицела. — Что Вы сделали? — робко поинтересовалась Сара, мгновенно заприметив изменения в питомце. — Сделал его покорным. — Вот так… просто? — А ты думала, забавы ради меня зовут колдуном? — Конечно, нет. Я к тому, что… ох, я всё ещё не могу свыкнуться с силой магии. — Свыкнешься, — он развернул Визарда, продолжив движение, и Сара с присмиревшим белоснежным поплелись следом. — И что же, можете сделать такое с кем угодно? — Да, и с тобой тоже, — лукаво улыбнулся колдун, опережая её вопрос. — Имея такую возможность, я бы, наверное, не сдержалась. Пользовалась бы этим налево-направо. — Слишком молода и импульсивна. — Вы далеко не молоды, но импульсивности хоть отбавляй, — подметила Сара, с млеющей душой наблюдая, как улыбка растягивается на лице мага, пленившего ее сердце. — Что есть, то есть, — обратил он к ней взгляд, исполненный такой нежности, на какую только был способен. Возможно, кто-то другой не увидел бы там ласки, но Сара точно знала, как и когда та проявляется. И узнавала она Джарета всё лучше с каждым днём. Ей так казалось.       Сара призадумалась, окинув глазами манящую зелено-голубую даль. Наконец, магический лес задышал жизнью, испещрив округу обилием ярких растений. Несколько раз девушка останавливалась по пути, спешно собирая с поляны благоухающий цветочный букет. — Можно ли подробнее узнать о той…церемонии, что мне предстоит? Когда это будет? — Две луны, Сара, — довольным тоном ответил Король, гордо глядя вперёд, — и ты моя.       Сердце кольнуло, и Сара слегка понурила голову. Пусть она и сдалась, всё же… оставалось ещё внутри что-то безмолвно кричащее, особенно в такие моменты. Действительно ли правильно она поступила? Нет. Сара знала, что неправильно. Но изменить ничего уже не могла. Или не хотела? — Почему именно две? Почему не сейчас? — Тебе так не терпится? — рассмеялся мужчина, вызвав румянец на щеках супруги в то время, как они въезжали в тёмное лесное ответвление, где растительность расположилась так, что свободное пространство между стволами сделалось похожим на живой широкий коридор. — Я не о том! А к тому, почему именно в тот день? Что особенного в нём? — Всё просто, — Джарет остановил Визарда и ловко спрыгнул наземь. — В тот самый день я впервые заметил тебя.       И вновь эта улыбка, от вида которой сломленное девичье сердце забивалось в угол, изнывая от непонятной тоски и зачатков тревоги. Девушка спохватилась и потянула поводья на себя, останавливая красавца Фалли, так как место, к которому пара проделала немалый путь, достигнуто. Взору предстали неповторимые красоты подземного мира: средь толстенных стволов дюжих деревьев, кругом обступивших сказочного вида лесное озеро, что тихо плескалось о свои берега свежайшей водой, отражающей в собственной глади десятки самых волшебных оттенков, что неоновым свечением исходили от повисшей целыми гроздьями листвы прибрежных древ. Ветви их раскинулись широко и властно, почти полностью спрятав за собой ясное небо и создав своеобразный живой купол. Такие же светящиеся цветы проступали тут и там, окаймив водоем. Сиреневое, золотое, голубое, розовое сияние бросало перемешанные в этих цветах блики на лица подошедших к невероятному пейзажу Короля и его Королевы. Её лицо без устали изумлялось нескончаемым запасам красот земель Андеграунда, и сейчас же дыхание перехватило. Сара присела, чтобы поближе разглядеть пархающих над бутонами бабочек с восхитительными многогранными крыльями. Лошади спокойно расположились в нескольких метрах от берега, под одним из широких древ.       Шелестящие кроны слегка покачивались, поднимая с глубин простой человеческой души невероятное чувство спокойствия и защищённости. Поддавшись ощущениям, Сара медленно опустилась на одно бедро, с истинным наслаждением вдыхая свежесть природных ароматов. — Вы об этом месте говорили? — Оно самое.       Казалось, даже Джарет почувствовал себя более расслабленным, вмиг проникшись царящим вокруг умиротворением. Он легко откинул плечи назад, а голову довольно склонил на бок, любуясь волшебными переливами водной ряби. — Теперь я совершенно точно понимаю, за что Вы воевали те годы. За такие земли и я бы развязала войну. — Это земли старой части Лабиринта, Сара. — Разве? — Да. Красиво здесь было всегда, главное — научиться это видеть. Я рад, что ты обрела такую способность. — Ох… А вода не опасна? — Не опасна. — Значит, я могу… — протянула девушка, подбираясь ближе к берегу. — Ты можешь даже нырнуть, и ничего не случится. — Нырнуть в незнакомое место? Не-е-ет, я пока ещё в своём уме. Наверное.       Джарет хохотнул и на секунду Сара потеряла его из виду. А когда спохватилась, вдруг услышала мощный всплеск, выбивающийся из общей звуковой гармонии лесного озерца. Обнажённый, блестящий помесью оттенков вездесущего неона торс показался над расходящейся кругами водой совершенно неожиданно, и Королева невольно отпрянула от берега. Всё ещё тяжело было свыкнуться с внезапными магическими выходками супруга. — Что Вы творите? — удивилась она, поднимаясь с места.       Король картинно провёл по волосам в сторону затылка, укладывая их в нужном направлении. Ах, как же Саре нравилось, когда лицо его не скрыто ширмой вечно ниспадающих с макушки рваных прядок. Даже малейший отступ от устоявшегося образа колдуна гоблинов внушал девушке обманчивое убеждение в том, что так Джарет обретает некую… человечность?       Ответом ей послужили раскинутые в приглашающем в объятия жесте руки и ехидная, соблазнительная улыбка. — Что? О, нет-нет-нет. Я боюсь. Боюсь воды. Всегда боялась! — бормочет Сара, не найдя в себе силы оторваться от неизбежно возбуждающего ее вида. — Но я ведь здесь. Нужно лишь сделать несколько шагов навстречу. Я всегда требовал от тебя лишь эти несколько шагов. Ну же, не упрямься. Ты же хочешь услышать о грядущей церемонии? Расскажу, как только спустишься ко мне. — Господь, да что же это… — нервно заметалась она. — Там очень глубоко? Вы… поймаете меня, если вдруг что? Я ведь совсем не умею плавать. — Провались ты хоть под землю, я всегда поймаю тебя, Сара.       Помедлив под давлением удивительного сочетания угрозы с заботой, Сара всё же отбросила от себя негативные мысли, решив пойти навстречу Королю. В смущении она опустила глаза, начав расстёгивать узкий черный корсет, сходящийся спереди. Один за другим, девушка не без труда справлялась с крючками, удерживающими обе его стороны. Непослушные руки продолжали дрожать каждую их с Джаретом близость, будто ложе они начали делить лишь накануне. Такова энергетика Короля гоблинов — его страшились, его уважали, и страстно любили… и всё это не зря.       Невысокую прибрежную траву укрыл собой шелк черной свободной рубашки, что приземлилась рядом с рухнувшим там же корсетом. Следом отправились и узкие, кожаные брюки, на манер тех, что так любимы Джаретом. Всё это время бедняжка не поднимала горящего от стыда лица.       Быстро прикрыв обнаженный бюст капной взъерошенных волос, чем вызвала задорный смешок супруга, Сара робко зашагала к воде, желая поскорее оказаться в ней, дабы прикрыть наготу хоть так. И стоило ей лишь пройти первый метр на удивление теплой воды, оказавшись во влаге по пояс, как Джарет стремительно скрылся под этой гладью, лукаво сверкнув глазами напоследок. Сара запаниковала, то и дело поскальзываясь, стоя на каменистом дне. Пусть и являлось озеро кристально чистым и прозрачным на вид, всё же, когда воды беспокоили резкими движениями, поверхность расходилась цветной рябью, за сиянием которой невозможно было что-либо разглядеть. — Джарет! — испуганно позвала Сара несколько раз, но в ответ получила лишь тихое водное шуршание и шепот листвы над головой.       Она встревоженно глядела по сторонам, чувствуя липкие щупальца животного страха, быстро подбирающиеся к душе, и уже собралась было развернуться и двинуться обратно к берегу, но не успела. Джарет подобрался совершенно бесшумно, ухватив супругу за талию, чтобы в следующий миг утянуть в глубь, словно сам водяной. Крик её поглотила вода, тут же заполнившая раскрытый в панике рот. Дно ушло из-под ног, всеобъемлющая прохлада охватила всё тело. Сара осмелилась открыть глаза, чтобы увидеть перед собой коварное выражение лица Короля. Этот Нечистый способен насмехаться даже под толщей воды!       Злоба быстро вытесняла страх, и девушка собралась оттолкнуться от мужчины, чтобы всплыть на поверхность, но он крепко удерживал её запястья до тех пор, пока полностью не обратил на себя внимание. А получив его, наконец, приложил указательный палец к губам, призывая Сару успокоиться. Держа её за руку, он ловко развернулся, да так, будто родился и жил под водой большую часть жизни. Только тогда обиженная поступком Короля девушка сумела перевести взгляд туда, куда указал Джарет.       «О, боже!», — воскликнула бы она по обыкновению, если бы не было необходимости задерживать дыхание, увидев, какая картина явилась взору: в подводной полутьме, освещаемой только падающим с деревьев сиянием, резвилось множество разнообразных рыб, от мала до велика. Блестящая чешуя отражала этот свет, делая обитателей озера ещё более сказочными на вид. Сверкали здесь и пляшущие под натиском течения извилистые водоросли, меж которыми постоянно сновали причудливые тени.       Оказалось, берег представлял собой лишь несколько метров твердой почвы, после чего земля резко обрывалась, переходя в глубокую пропасть. Из её глубин вдруг всплыло небольшое змееподобное существо, купаясь в прорывающихся сквозь толщу цветных лучах. Белое пресмыкающееся сильно контрастировало на фоне поросшего подводным мхом дна, что густо усыпано крупными камнями. При виде животного Сара дернулась, но Король крепко обнял её, вплотную прижав к себе и дав понять, что она в безопасности. Взгляды их встретились. Его — выжидающий чего-то, и её — полный блаженного удивления. Лишь тогда, ощутив, что страх полностью испарился, Джарет оттолкнулся от большого камня, не отпуская девушку, и через пару секунд оба показались над водной поверхностью. Сара жадно хватала ртом воздух, не в силах, однако, сдержать восторженной улыбки. — Чёрт возьми, я думала, Вы решили меня утопить! — смеялась она, отдышавшись. — Отнюдь, моя драгоценность, не сегодня, — ухмыльнулся Джарет, вновь откинув мокрые волосы назад. — Лишь хотел, чтобы ты взглянула страху в лицо. — О-о, я взглянула. — Ну и как он тебе? — Как обычно. Высокий, надменный блондин.       Король заливисто рассмеялся, шлепнув ту по ягодице, и свободно отдался во власть воды, улегшись на нее спиной. — Ну так что мне нужно будет делать в тот самый день? По правде говоря, ощущение, словно то будет вторая свадьба… — Куда больше, чем просто свадьба. Собственной кровью ты подпишешь наиважнейшую в своей жизни бумагу, после чего… наш союз сделается нерушимым. И станешь ты всецело принадлежать мне и Лабиринту. — Кровью? Бумагу? Как контракт с Сатаной? — Сара напряглась, округлив глаза. — Договор с Дьяволом обманчив. Получив желаемое, люди понимают, что на самом то деле оно им нужно не было. Оттуда и фраза «бойтесь своих желаний». А ты получишь то, чего хочешь по-настоящему. Ведь так?       На крайней фразе тон его затвердел, а косо брошенный взгляд вперился в девушку, чьё тело изошло мурашками и напряглось. Она присела, обхватив согнутые колени руками так, что вода закрывала все интимные места. Тень сомнения на молодом лице дополняла тень, брошенную взмокшими волосами. — Но… я ведь не знаю наверняка, что именно ждёт меня впереди.       Король закатил глаза, едва слышно цокнув языком, и подплыл ближе к возлюбленной, сидящей недалеко от края подводного обрыва. Ему не понравился её понурый вид. — Иди ко мне, — промурлыкал он, гипнотизируя двухцветным взглядом.       Девушка помедлила пару секунд, и всё же скользнула вниз, сразу же попав в королевские объятия. Не дожидаясь её унылых бормотаний, Джарет поспешил разрушить нахлынувшие сомнения, слившись с ней в прохладном от пресной воды поцелуе. Вмиг отяжелевшие веки опустились, подрагивая влажными ресницами. Целовал он без привычной агрессии, тем не менее, не растеряв присущей ему жёсткости. В наступившей тиши злой колдун слышал, как пылающее сердце красавицы бьётся о грудную клетку, и не было в тот момент для него ничего слаще, чем знать, чем вызван бешеный ритм. Но ещё куда слаще то, что Сара этого больше не отрицает. — Сара, ты ведь видишь разницу между тем, что происходило поначалу, когда ты только прибыла в замок, и каково тебе сейчас?       Она слабо кивнула, переводя взгляд с голубого глаза на карий поочередно. — И ты, разумеется, осознаешь причину такой разницы. Но я повторю. Однажды я уже говорил это. Тогда, на балу, помнишь ли? Ты была так юна и глупа, и путь свой ещё не нашла. Сейчас же — вот он, перед тобой. Дело лишь в том, принимаешь ли ты то, что у тебя на сердце или нет. Если хочешь быть по-настоящему свободной, быть воистину самой собой — должна хотеть именно этого. Но когда предаешь мечту, противишься ей, всё в этом мире идёт против тебя. Ты оказываешься во власти чужих желаний, и они делают из тебя то, что им будет угодно. И так продолжается до тех пор, пока ты не признаешь истину. Ты признала её — и Лабиринт показался с другой стороны, разве я говорю неправду?       Джарет говорил тихо, вкрадчиво, словно змей-искуситель, и слова медленно, но верно заползали в самую душу, чтобы крепко там обосноваться. — Доверься мне. Всецело. Ты ведь можешь это сделать?       Сара почувствовала, как колени задрожали под натиском этого взгляда. — Это так, но… Я всё ещё чего-то боюсь. Словно случится нечто плохое. — Глупости. Пока ты преданна мне, ничего плохого не случится. — Но Вы непредсказуемы. Я не могу знать наверняка, что именно будет сочтено моим проступком, — сказала она ему, откидывающемуся локтями на ровную прибрежную поверхность. — Я боюсь Вас, Ваше Величество.       Джарет лениво, по-кошачьи приоткрыл расслабленные глаза, вперив их взгляд в растерянную супругу. От небольшого ветерка кроны деревьев покачнулась, заиграв искрящимся сиянием на его лице, отчего глаза приобрели ещё более необыкновенный отблеск. — Ты и должна бояться, моя радость. Или клятву свою позабыла?       Девушка часто задышала, ещё более встревоженная. Джарет говорил и делал всё с таким контрастом, что не каждое существо выдержит этот гнёт. Вот и ей вновь сделалось не по себе. Сара юрко вынырнула на твёрдую часть берега и поднялась на обе ноги, чтобы направиться к суше. Отчего-то на глазах встали слёзы. — Ну и что же с тобой? — поинтересовался Джарет, восседающий под деревом уже одетый и совершенно сухой.       Сара обиженно зыркнула на него, выжимая длиннющую капну собственных волос. Не так давно она поняла, что в Лабиринте её волосы растут беспрепятственно быстро. Девушка стала молча натягивать на себя свою длинную рубашку, скрывшую, наконец, наготу. — Ты же знаешь, я терпеть не могу, когда ты меня игнорируешь, — пригрозил Король, сложив руки на груди и откинув голову в сторону. — Вы лишь требуете и ставите условия. И ни разу за всё время я не услышала самого главного.       Джарет глядел на Сару с выжидающей улыбкой, предвкушая, о чем именно окажется девичье негодование. — Выходит, зря ждала этого так долго. — Так долго? — подлил он масла в огонь. — Да, долго! — крикнула Сара, и тут же побледнела, осознав, в чём созналась. — Ох, чёрт… — выдохнула девушка, спешно отвернувшись от своего позора. Руки тряслись, силясь застегнуть скользкие пуговицы на груди. — Насколько долго, поведай, не откажи? — Король возник прямо напротив, заглядывая в опущенное лицо супруги. — Нисколько не ждала, забудьте!       Сара гневно схватила остатки вещей и вознамерилась отойти подальше от Короля, дабы не видеть больше перед собой прожигающего взора, но Джарет опередил её, ухватив за волосы и талию, чтобы притянуть к себе спиной вплотную. Королева охнула, затрепыхавшись в грубой хватке. Ею всё ещё владел гнев. — Оставьте меня в покое! — затребовала она.       Джарет натянул чёрную капну ещё немного, открыв себе боковую сторону дрожащей от сердечного ритма шеи. — Никогда, — горячо прошептал мужчина аккурат над ухом, начав осыпать лёгкими поцелуями гладкую кожу. — Слишком уж долго я ждал тебя, душа моя непокорная. И не оставлю никогда. Ни за что. Как бы сильно ты не молила об этом и как бы не плакала. Мы теперь повязаны до тех самых пор, пока сердечко твоё не перестанет биться.       Рука в серой перчатке медленно скользила по зоне декольте, пока не почувствовала под собой ноющее человеческое сердце. — Моё? — испуганно прохрипела Сара, стараясь не глядеть на него. — Ты, любовь моя, не сможешь протянуть здесь долго, не являясь частью нашего мира. Вот, для чего нужна церемония. А сейчас, прошу тебя, отбрось грустные мысли и оденься. Пора домой.       Джарет отпустил девушку и направился к дереву, под которым жутковатого вида животные всё ещё ожидали хозяев. — Ах, да, — бросил он через плечо, не оборачиваясь, — забыл сказать. Графиня Красных земель пригласила тебя к себе. Графиня Бри-О’Нил. Через пару дней отправлю тебя туда. — Меня? А как же Вы? — Без меня. Считай это девичником. Мы ведь должны доверять друг другу, а?       Король гоблинов остановился у белогривого жеребца, поправляя громоздкое седло. С него и соскользнула прогулочная сумка Сары, упав наземь, да раскидав у ног Джарета собранный ранее букет.       Колдун неспешно приводил всё в порядок, возвращая на место каждое из растений, собранных по-детски радующейся этому занятию супругой. — Сара, прошу тебя, избавься от жёлтых цветов, — поморщился он, брезгливо отряхивая руки. — Запах у них отвратительный.       Джарет призадумался, словно выискивая нечто в памяти. Он косился то на ладони, усыпанные вездесущей пыльцой, то на выглядывающие из мешковатой сумки бутоны, после чего буркнул себе под нос: — И довольно знакомый.