Нашествие гениев

«Ууу, — подумала я, сидя в уголке комнаты и косясь на новоприбывшего. — А вот теперь на Юлькину улицу пришло счастье». У этого счастья были каштановые волосы и хитрый взгляд. Лайтик, походу, уже просчитывал варианты и собирался косить под добрячка. Ну, другого мы от злого гения и не ожидали: он всю жизнь Марти Сью прикидывался, что ж ему теперь, после смерти, привычки менять, что ли? — Привет, — вяло бросила я, вставая, и возопила на всю квартиру: — Юль, он здесь! Ягами удивленно на меня воззрился, а через секунду в зал уже влетело аловолосое торнадо. Ну что, Кира, знакомься. Этот шинигами — смерть твоя… — Кира!!! — радостно заорала «Греллюшка» и кинулась обнимать Ягами. К счастью, я вовремя ее перехватила: L у нас вежливый, девушку бы не ударил, а вот насчет Киры сомневаюсь. Пока не познакомимся, лапать его Юльке не дам. — Пусти, Себастьянчик! Это же Лайтик! — верещала Юля, фанатично глядя на Киру. Тот лишь ошарашенно посмотрел на меня, а я пожала плечами и апатично возвестила: — Ты попал в реальность. В той комнате сидят убиенные твоими приспешниками L и Мэлло, а также убивший тебя с помощью своих приспешников Ниар. Лицо злого гения вытянулось, и на пару секунд в карих глазах появились хорошо знакомые фанатам огоньки а-ля: «Вы все помрете, а я буду этому рад». Ну а что? Правда будет… — Я не понимаю, о чем Вы, — с улыбочкой заявил Кира на русском языке, переломанном дичайшим японским акцентом. О, ну да, детективы-то наши из Англии, у них язык ближе к русскому. Да и учили они его не для того, чтобы завоевать весь мир, не пропустив нефтяную державу с нехилым запасом брюликов, а потому как они вообще слишком много всего учили… — О да, — фыркнула я. Ну не люблю я Лайта! А имени моего он не знает. Да и знал бы, вряд ли у него есть с собой лист тетради смерти — вон, у Мэлло пистолета не оказалось… — Короче, комедию ломать будешь перед L. Таким же живым, как и ты. Эх, а жаль все-таки, что Ягами тоже ожил… Стоп, чего это я такая кровожадная? Вон, он меня даже в стену не впечатывал, так чего я на него наезжаю? Из-за того, что он мне в аниме не нравился? Ну так то — дела давно минувших дней, предания старины глубокой. Вот только я сомневаюсь, что Кира мог измениться. А потому не верю ему. И не поверю. А то мало ли… — Рюзаки жив? — на секунду Лайт нахмурился, но тут же засиял, аки медный пятиалтынный: — Я рад, что он в порядке. Все же теперь мы сможем обо всем поговорить, и… — Да знает он, что ты Кира, — отмахнулась я. — Нечего было ухмыляться, когда он умирал у тебя на руках. — Фу, Себастьянчик, перестань наезжать на Лайтика, — вмешалась Юля, которая уже более-менее оклемалась и кидаться «Богу Нового Мира» на шею не собиралась. По крайней мере, пока… — Он же не виноват — эмоции взяли верх. — Да ну вас, сами разбирайтесь, — поморщилась я, а Кира внимательно посмотрел на «Греллюшку». Похоже, он сейчас метался между двух огней: Миса ему еще в его мире надоела, а тут — ее копия (по его мнению. Ох, как же он заблуждается!), но с другой стороны, иметь верного последователя и помощника на новом месте очень важно. — Короче, Юль, бери своего Кирушку и веди здороваться с детективами. Только смотри, как бы наш нервный друг, — я снова потерла шею, — его не пришиб от переизбытка чувств. — Ой, да за Лайтика я его сама пришибу, — фыркнула Юля и махнула Кире рукой. — Ну что, Лайт, идем на встречу с неизбежным? Кира ослепительно улыбнулся и вопросил: — Могу я узнать Ваше имя? Я Ягами Лайт, но Вы и так это знаете, а вот я Вашего имени не знаю. О да, «сторонник» победил «Мису»… — Юля, — улыбнулся «Грелльчик» в ответ. — Очень приятно. Я на твоей стороне! Всегда мечтала, что ты будешь карать преступников, а я стану королевой нового мира! Ох, как она ему легко такие вещи заявляет… Но я, кажется, знаю, в чем дело. — Юль, на секунду, — шикнула я и утянула подругу в коридор. Она не сопротивлялась и лишь удивленно на меня смотрела. — А теперь поясни. Ты что, в неадеквате? — зашипела я ей в ухо едва слышно. Ну мало ли, вдруг у Ягами слух как у гончей? — Я знаю, ты «обрадушек» по жизни, но даже ты не стала бы так слепо радоваться сему идиотизму. Юля закатила глаза и зашептала еще тише: — Да все просто! Ты же знаешь, я привыкла принимать жизнь такой, какая она есть, и брать от нее по максимуму. А теперь вспомни слова дитя Энма-Чо: они исчезнут, когда выполнят задания. Мне эта ситуация нравится: толпа бисёненов, мой любимый Кира, но… не навсегда же! А потому мы должны им помочь. Мы с тобой должны втереться в доверие к тем, кто нам нравится, и помочь им выполнить задания. Тогда они исчезнут гораздо быстрее, ведь они не знают о нашем мире того, что знаем мы. — Дальновидно, — хмыкнула я. — А зачем дурочкой прикидываешься? — Да я по жизни глюказоид, ты же знаешь, — хихикнула «Грелля». — От жизни надо брать все. Лайт привык к Мисе, будет думать, что я такая же дурочка, — поверит быстрее. А ты бери L и Мэлло, так и быть, Ниара могу взять на себя — для баланса. — Хорошо, — поморщилась я. Перспектива тесно общаться с боссом мафии не радовала, но не на Юлю же его спихивать — она его тихо ненавидела во время просмотра аниме. Ей было жаль Мэтта, который погиб из-за прихоти Кэля. Мне Майла тоже было жаль, но я понимала, что это, скорее всего, было его осознанное решение, ведь такая дружба, как у них, — не фантики, и ради нее Дживас легко мог пожертвовать жизнью, которую никогда не ценил. — Вот и здорово, — усмехнулась Юля. — Я как L увидела, подумала: «Вай, круто!» А теперь их тут толпа. У тебя предки через два месяца возвращаются, да и мои неизвестно когда нагрянут, а Киру и впрямь под диван не запихнешь. А если еще кто заявится, вообще кранты. Так что я сразу решила прикинуться ветошью и сыграть роль дурочки с переулочка. — Удалось, — съязвила я, а «Греллька» довольно хихикнула. — Ну а тебе, Себастьянчик, придется быть все такой же серьезной букой — ты же им уже такой представилась. С этими словами Юля ускакала к Лайту, и в зале послышалось ее щебетание, а я подумала, что она в сто раз умнее меня: сориентировалась мгновенно и вместо того, чтобы орать: «Глюк, уйди, я не в затяг!» — начала продумывать план избавления от нашествия галлюцинаций. — Эх, тяжела судьба идиота: сначала думаешь, что слишком умный, а потом понимаешь, что мозгов-то и нет, — вздохнула я и потащилась на кухню — готовить ужин этой ватаге. Юля таки притащила Киру в мою комнату, и там разразился скандал, но помогать подруге я не пошла: Ниар молча сверлил Лайта апатичным, но явно недобрым взглядом; L флегматично обшаривал интернет в поисках дополнительной информации о «Тетради Смерти» и ее создателях; Мэлло орал на Лайта, на L, на Ниара и на Юлю, а та лишь строила милые мордочки и висла на «Боге Нового Мира». По выражению ее лица я сразу поняла, что все идет как надо и мне лучше не вмешиваться, а то нервный немец и меня до кучи в список «обвиняемых» внесет, а мне с ним еще контакт налаживать… Сняв с бульона пену, я решила прибраться в зале, в надежде, что больше нам на голову никто не свалится. Да и вообще, надо же было убрать разрушения, оставленные торнадо с любопытным именем «Мэлло». Зайдя в комнату, я быстро сгребла обломки столика в угол, собрала журналы, спрятав их в шкаф, и начала пылесосить. Только я собиралась утащить сломанную пополам столешницу к входной двери — Михаэль ее специально разбил или просто на нее приземлился, мне интересно? — как вдруг комнату озарила белая вспышка, а в центре залы на пушистом бежевом ковре появилась еще одна фигура. Растерянная, но тут же взявшая себя в руки. А вот из моих рук деревяшки выпали. Ибо передо мной стоял человек, которого я больше всего ждала из этих полоумных гениев; человек, которого я когда-то косплеила; человек, который, как я думала, был похож на меня характером (когда рядом нет моего личного яойного Грелля, конечно). Парень посмотрел на меня, а я на него. Повисла тишина.