Вернись

Я, к сожалению, знаю Тоху относительно недавно. Перешёл в этом году в его школу. Ссал первую неделю, как придурок. А потом появился он. Разговорил меня за какие-то десять минут! У него будто язык подвешен. Если б не Антон, я бы давно уже слился со стеной. Но он втянул меня в свою компанию так легко. Даже с Лясей помог. Купидон чёртов! Антон появился в моей жизни не так давно, но быстро стал её неотъемлемой частью. Я всегда смотрел на него с восхищением: и как ему только удавалось лыбиться часами напролёт? Несмотря на любые неудачи, будь то незаслуженная двойка или что похлеще. Он смеялся всему, всем невзгодам в их наглую рожу. Говорил ещё: «Если не смеяться, губы слипнутся.» Чудак. А теперь он исчез. Так же странно и внезапно, как и появился. Впервые я почувствовал, что такое страх потери. Наша потеряшка — метр восемьдесят в длину, весом с удочку, с зелёными, как свежая трава, глазами и с неизменной улыбкой до ушей. Таким, в любом случае, мы видели Шаста в последний раз. И десятки дней до этого. Первое время я пытался взбодрить как-то нашу компашку. Но шутки все были словно невпопад. После них никто не смеялся. И мы сидели молча. И каждый знал, что другой чувствует. Хотя никто не решался рассказать об этом. Тох! В день твоего исчезновения ты потерял свою кепку в синем автобусе на перекрёстке, том, где дома на розовых бегемотов похожи; ты сам так говорил. Мы звонили в бюро, нам её вернули. Вон, лежит, ждёт тебя. Так что... и ты возвращайся, ладно?