Грани

Я была готова сорваться с места. Бежать в сторону подъезда. Там безопасно. Дом — моя территория. Подул ветер. Легкая волна энергии, той самой, что была во время бури, коснулась волос. По всему телу мелкими иголочками пробежались мурашки. Я судорожно втянула воздух через нос, словно пытаясь почувствовать запах незнакомой магии. Лесовский напряженно поднял руки, по видимому, готовясь колдовать. Я попятилась. Едва уловимый свист, больше похожий на ультразвук, неприятно царапнул слух. Урчание прекратилось, зашуршали кусты. Кто-то из глубины леса звал напугавшее меня существо. Треск веток под ним стремительно удалялся. Оно убегало. — Дерьмо, — высказал наше общее мнение о ситуации Лесовский… и рванул в сторону леса, оставив меня в гордом одиночестве. — Домой иди, — бросил он мне, проигнорировав нашу привычную напускную вежливость, и скрылся за ближайшей ёлочкой. Незнакомая энергия пропала. Я опомнилась. Какого черта?! — Эй, — крикнула я удаляющемуся Лесовскому, — что это было? Кто это был? В ответ я услышала только тишину. Нормально. А если меня тут сейчас на лоскуточки порвут? Я огляделась по сторонам, прислушалась. Вокруг было спокойно. Обычный, ничем не примечательный вечер. Где-то вдалеке ездили машины, лаяли собаки. В панельных многоэтажках горел свет. В лесу «ухала» сова. Людей на улице не было. Я вздохнула. Секунду я смотрела в гущу леса. Лесовский гад. — Вот те нате, хрен в томате, — удивилась я и кинулась следом. По лицу хлестнула ветка, заботливо отпущенная рукой цмошника. Я зашипела, потирая ноющую щеку. — Я сказал идти домой, — не оборачиваясь, грозно произнес Лесовский. — Какого чёрта ты меня там одну оставил? А если бы на меня эта пакость напала? Мое недоумение не знало границ. Колдун остановился. Все еще ожидая объяснений, я поравнялась с ним и вперилась взглядом в его профиль. Лесовский не обращал на меня внимания. Он хмуро смотрел куда-то вперед. Я перевела взгляд туда же. Когда я рассмотрела, что созерцал Лесовский, изумленно отступила на шаг назад. Под деревом, безвольно наклонившись вбок, сидел труп. Понять, кем он был при жизни было сложно. Головы не было, а само туловище находилось в таком изуродованном состоянии, что к горлу подбиралась тошнота. — Какого хрена… — просипела я. Лесовский, не произнося ни слова, достал мобильник и принялся кому-то звонить. — Да, привет… Ага, еще один… Да… Я отвела от тела взгляд. В голове зашумело. Я вдохнула побольше воздуха и это было ошибкой. Запах крови въелся в ноздри, я закрыла рукавом куртки нос. — Жду, — Лесовский отключил звонок и достал пачку сигарет. Закурив, он перевел взгляд на меня. — Ну вот, как видишь, убийца не ты. Я пошатнулась. В глазах, несмотря на и так царящий вокруг сумрак, начало темнеть. — Куда-а-а? — перехватил меня за талию магмилицейский, когда я начала медленно оседать на землю. — Давай вот, садись под ёлочкой. Он аккуратно провел и прислонил меня к дереву, зажал сигарету в зубах, снял куртку и расстелил ее на траве. После чего он, придерживая меня за локоть, посадил на нее. Я учащенно дышала, стараясь не свалиться в бессознанку. До этого крутившиеся в голове «что за х…», «какого х…» и прочие вопросы начали, наконец, превращаться во что-то более конкретное. В городе объявился маньяк? Маньяк, обладающий магией? Если была проведена работа с источником, то, должно быть, это ведьма. Но откуда у нас здесь еще ведьмы? Наша семья - единственная семья ведьм на десяток подмосковных городов. Вдруг кто-то из моей семьи пострадает? Если эта хрень вырубит весь город, зарабатывать будет тяжеловато. А труп? Наша магия так не умеет. Зверь может. Откуда у нас звери? Оборотни? Нет тут таких. А энергия? Надо расспросить лешего. А поможет ли? Должен, по идее. Лесовский, тем временем, помахал в воздухе руками, создавая отвод глаз. После этих манипуляций подошел к умершему, наклонился и принялся что-то разглядывать в развороченной грудной клетке. Видимо, с первого раза рассмотреть не получилось, поэтому он снова достал телефон и включил фонарик. Я отвела взгляд. — Он ведь не первый, да? Такой... — спросила, разглядывая мох на соседнем дереве. — Да. И вряд ли последний. Я поежилась. — Моя семья может быть в опасности? Лесовский выключил фонарик и повернулся ко мне. — Не знаю. У убийцы нет определенного вида жертвы. Все, кто был до этого бедолаги, не имели ничего общего. Все, кто был? Я с подозрением спросила: — Много было до него? Ответа не последовало. — Почему в новостях молчат о пропаже людей? — продолжила я расспрос. — Василиса, ты задаешь очень много вопросов, — Лесовский поморщился и снова включил фонарь, освещая землю вокруг трупа, — еще и глупых. Я вскинулась. — У меня в городе убивают людей. Здесь мои родные и мне за них страшно! Конечно, я буду задавать много вопросов! Всеволод вновь остановился и посмотрел на меня. Задумчиво так посмотрел. — Есть вещи, которые ты не можешь знать, просто потому что не состоишь в ЦМОК. Я закатила глаза. Ну да, конечно. Как же еще? Мы молчали. Я все думала о том, что происходит. Я ведь почувствовала энергию. Ту же самую, что была во время бури. — Всеволод… ээ… — обратилась после долгой паузы я. — Да? — равнодушно отозвался он. — А ты почувствовал энергию? Лесовский замер. — Какую энергию? — настороженно спросил он. — Такая же, как была, когда буря случилась. — Нет, — он обернулся ко мне, — не почувствовал. Мы помолчали. Магмилицейский будто ждал, что я продолжу объяснять, что же это за энергия, однако я молчала. — Опиши мне ее, — не выдержал Лесовский. Я поморщилась и сухо подсказала: — Пожалуйста. — Пожалуйста, — напряженно попросил колдун. Я вздохнула и принялась объяснять: — Вот есть обычная энергия, магическая, как вот у вас, колдунов, например. Ну ты сам знаешь. Есть природная, как у источника. А вот та, которая появилась в момент, когда та странная тварь на нас из-за кустов урчала, не относится ни к одной из тех двух. Она появилась в городе, витает везде, но она почти незаметна. Как будто выветривается. Но сейчас я ее почувствовала слишком отчетливо. — Наши приборы, еще в Москве, уловили что-то, но не... Ладно. И как ты думаешь, чьей она может быть? — задумчиво поинтересовался Лесовский. — Я не знаю, — я пожала плечами. — Я никогда не встречала такую энергию раньше. — Но учитывая то, как работает источник, есть вероятность, что задействована ведьма, — озвучил мои мысли Лесовский. Мне не нравилось, когда колдун обвинял в чем-то ведьму. Даже если он в чем-то и был прав. — Возможно. Но только если она научилась владеть какой-то другой магией. Но такой нет. Нигде. — Может и есть, — хмуро возразил колдун. Он понажимал кнопки на сотовом и прижал тот к уху. — Алло. Кирюша, солнце, просыпайся. Для тебя работа. Лесовский все время, пока мы ждали некоего Саныча и Кирюшу, все ходил вокруг трупа и размахивал руками. Колдовал. Через десять минут, неуклюже хрустя ветками, к нам вывалился медведеобразный бородатый мужик. С ним пришли еще два таких же мужчины, но в уменьшенном по массе экземпляре, с носилками и чемоданчиками. — Саныч, — расплылся в улыбке Лесовский. Они обменялись крепкими рукопожатиями. Меня колдун этому Санычу и компании не представил. Видимо, решил, что внимания не стою. Ну и ладно! Я и сама не сильно рвалась. Зато поняла, кем были новоприбывшие. А они, судя по запаху мокрой шерсти, были оборотнями. Если судить по массе и волосатости — медведи. И где только набрали столько. Они прошли к трупу и принялись осматривать его и территорию вокруг. Светили фонарями, ковырялись в теле инструментами, брали соскобы, упаковывали в полиэтилен. Я все это время сидела под ёлкой и скучающе наблюдала за процессом. Домой одной идти было страшно. Через еще десять минут из чащи послышался шелест очередной шелест травы и хруст веток. Я интуитивно сжалась, однако, к нам на трясущихся ногах вышел всего навсего Кирюша. Зато какой! У него были перепачканы колени и ладони, волосы взлохмачены, а на лице застыло выражение ужаса и растерянности. Он остановился в позе пластиковой куклы: растопыренные пальцы, прямые руки чуть отведены от тела, ноги на ширине плеч. Все внимание присутствующих тут же было обращено на него. Я взглянула на Лесовского и наткнулась на знакомую картину под названием «Изучаю небеса обетованные». Всеволод несколько мгновений страдальчески созерцал ночное небо, а после перевел взгляд «как ты до своих лет дожил, чудовище» на Кирюшу. — Ну что на этот раз расскажешь? — двинулся он в сторону подопечного. — Я… я… — Кирюша заикался, — там… голова… — О-о-о, — одобрительно протянул Лесовский, заинтересованно округляя глаза, — а я то смотрю, чего ты такой «красивый». Ребят! Голову нашли. Кирюша отлип взглядом от Всеволода и обвел взглядом окружающих. Наткнувшись на труп, он нервно сглотнул и пошатнулся. — Нет, нет, еще одного нам не надобно, — Лесовский схватил Кирюшу за плечи и встряхнул, — голова где? Кирилл указал куда-то в сторону. — Парни, давайте, — зычным басом скомандовал Саныч своим, и те, вооружившись фонарями, отправились по указанному направлению. Саныч остался заниматься трупом. — Кирюш, — вкрадчиво начал Лесовский, — у меня для тебя задание. Видишь, Василиса Геннадьевна сидит? Кирюша кивнул. — У Василисы Геннадьевны есть замечательная младшая сестра. Алёна. Я насторожилась. Серьезно? Алёна? Ей всего шестнадцать. Какой из нее маньяк? Она книжки по ведьмовству только для познания секретов красоты читает. — Она тоже ведьма. Кирюша непонимающе смотрел на Лесовского. — От тебя требуется за ней бдить. — Как это бдить? — не понял Кирюша. — Ну вот смотри. Выходит она из дома. Ты за ней. Сидит она в школе. Ты ждешь, пока она выйдет. Идет гулять. Ты? — Иду за ней? — Пра-а-авильно. Лесовский чуть ли не потрепал за щеку Кирилла. А я направилась в сторону Лесовского и его подсо…подчиненного. — А если с ней что-нибудь случится? — Нужно будет сделать так, чтобы не случилось, — Лесовский чуть обернулся и подмигнул мне. Я обомлела. Это что? Он собирается таким образом защиту Алёне организовать? Да чтобы ведьму колдун защищал?! Дожили. А главное, зачем? Чтобы маньячка ответила за все свои преступления исключительно перед их колдунским советом? Или у него другой мотив? Что он просто не хочет, чтобы кто-то пострадал, я не верила. Не в сторону ведьмы он будет страдать человеколюбием. Опять ему что-то надо. Вот и все. А в его «что-то надо» каким-то боком затесалась наша семья. — Защищать ведьму? — моментально «ожил» Кирюша. — Я ужасно извиняюсь, но ты считаешь, что Алёне нужна такая защита? — все же встряла я. — Я отличный колдун! — вскинулся Кирюша, моментально забыв о своем категорическом нежелании выполнять задание. — Он отличный колдун, — равнодушно повторил Всеволод. — Вот именно, что колдун, — отрезала я. — Делайте свою работу, а к нам не лезьте. — Мы и делаем свою работу, Василис, — ехидно произнес Лесовский. Я изумленно округлила глаза и многозначительно покосилась в сторону трупа: — О, да-а. В деле работают профессионалы. Магмилицейский посерьезнел. Даже помрачнел. — Не лезь, куда не знаешь, девочка. Твоей сестре будет обеспечена безопасность. Все, что ты можешь делать — не мешать следствию. Даже помогать. Удобно он устроился. И слежку за потенциальной преступницей устраивает, и Кирюшу сплавляет, чтоб не мешал, и понимает, что, наоборот, я против защиты для Алёны не буду. Сомнительной защиты, конечно, но всяко лучше, чем полное ее отсутствие. — Хорошо, — процедила я. — А остальных? — К сожалению, нет. Мгновение я сверлила взглядом его переносицу, а потом спросила: — Что вам опять нужно? Лесовский неожиданно хитро, по-мальчишески улыбнулся и не ответил. Вместо этого он обратился к Кирюше: — Проведи Василису Геннадьевну до ее квартиры, пожалуйста. Мне потом отзвонись. Все, я вас больше не задерживаю. Я зыркнула сначала на счастливо улыбавшегося Лесовского, потом на Кирюшу и медленно двинулась в сторону дома. Кирюша догнал меня, и поравнявшись, принял серьезный вид. Я лишь закатила глаза. Как же, начальство дало распоряжение конвоировать злобную ведьму. Я бросила короткий взгляд через плечо и наткнулась на разноцветные глаза Лесовского. Они хищно блеснули в полумраке леса. Я резко отвернулась. Было неприятное ощущение неизвестности. А еще, кажется, я втянута в какую-то странную историю. Надеюсь, из нее получится вылезти целой и невредимой. А главное, не оказаться в проигрыше.