TimeBomb`s stories

Их семья жила в бедном районе, и здесь было множество людей, что были недовольны своим положением. Почему они живут в дерьме, работают на дерьмовой работе и получают копейки, которых хватает только на оплату за жильё? Повезёт, если и на еду хватит. А так люди жили “от получки до получки” и крутились как могли. Сёстры Вайолет и Паудер остались совсем одни. Мать сбежала когда родилась младшая, а отец погиб в автокатастрофе. Детям грозил приют, чего Вай боялась больше всего, ей было десять, а Паудер пять. Их единственным спасением были бы родственники со стороны хотя бы одного из родителей, что могли взять опекунство. Но словно смеясь над бедняжками, оказалось что семья их отца Коула знать не желала его, а уж тем более его “выродков”, а Фелиция была сиротой. Розоволосая сестра была в ужасе при мысли о том, что их с младшей разделят, что они попадут в разные семьи и больше не увидят друг друга. Пау-Пау, как ласково звала младшенькую Вайолет, тяжело переносила смерть родителей, она замкнулась и почти не разговаривала. Только сестра могла вытянуть из неё хотя бы пару предложений. И когда девочки потеряли надежду, внезапно объявился близкий друг их матери ещё с приютских времён, Вандер Вулф. Именно ему девочки обязаны тем, что их не отправили в приют. Мужчина очень полюбил их, ведь они напоминание о дорогой подруге детства. Он старался дать им всю любовь и заботу, которой был лишён сам, и посчитал, что вырастил достойных людей, честных и порядочных. Ну, порядочных в пределах их района, где каждый второй норовит стянуть кошелёк у более обеспеченного простофили, или же залезть в чужую квартиру и обчистить с пола до верха. Хоть Вандер и вбивал девчонкам в голову, что воровать это худший способ заработка, но сёстры периодически что-то да воровали. Однако деньги, которые они с этого выручали осторожно складывали в банку с печеньем - их хранилище запасов, и так, чтобы Вандер ни о чём не догадался. Но старшая всё же образумилась, и с четырнадцати лет начала работать в кафе уборщицей, чтобы зарабатывать честным трудом. Вайолет надеялась, что и Паудер дойдёт до этого. *** У сестёр были друзья. Хотя нет, не так. У Вайолет были друзья, а Паудер ходила с ними. Чем немного раздражала старшую сестру, ведь Вай хотела хоть на пару часов отвязаться от младшей, которая хвостом ходила за ней. Приятели то и дело потешались над розоволосой, мол, наседка, нянька для мелкой, с хвостиком ходишь и прочее. В итоге Вайолет поддалась на их слова, и на одной из прогулок накричала на Паудер, которая в очередной раз пошла гулять вслед за сестрой. “Да отстань ты от меня! На два часа забудь о моём существовании и займись чем-нибудь! Я тебе не нянька!”. Девочка не ожидала такой резкости от Вай, поэтому ничего не ответила и просто убежала, стараясь не расплакаться по дороге. Почему она накричала на неё? Неужели эти ребята ей дороже родной сестры? Паудер убежала в другой двор и спряталась под горкой, где просидела почти до ночи. Расстроенная, она проплакала два часа, прижимая к себе плюшевого зайку, с которым не расставалась даже в свои девять лет. И как не вовремя начал лить дождь, с громом и молнией, пугая девочку громким звуком. Уже стемнело, и нужно было идти домой, но было страшно, да и в мокрой одежде идти домой… Тут Пау услышала голос: - Эй! Ты чего тут делаешь? Подняв голову, она увидела троих детей, двое мальчишек и девочка. Один из них был темнокожим с короткими волосами и карими глазами, и смотрел на незнакомку с беспокойством. Второй был темноволосым, и с недовольством смотрел своими серыми глазами, именно он и позвал девочку. А девочка была светловолосый и голубоглазой, в руке у неё был игрушечный пистолетик, один из тех, что заполняются водой. Черноволосый снова заговорил, продолжая недовольно смотреть на неё: - Ты кто? Ты не с нашей улицы! Уходи! Это наша площадка! - Каин, перестань! - светловолосая слегка ударила друга по плечу. - ты её пугаешь. Вдруг она прячется от кого-то? - Пусть у себя прячется! А это наша территория! - продолжал возмущаться Каин. Темнокожий мальчишка, что молчал, подал голос, попутно подходя к явно плачущей девчушке. - Эй, ты чего тут? - спросил он как можно дружелюбно. - потерялась что ли? Где твои родители? А дом где? Паудер всхлипнула и прижала к себе зайчика. Было страшно, мало того, что Вай на неё накричала и начался дождь с громом, так ещё и какие-то дети пристают и гонят из её “убежища”. Однако кареглазый мальчишка не собирался сдаваться, и снова заговорил: - Как тебя зовут? Я Экко. А это Каин и Зери. Синеволосая плакса вытерла слёзы и икнула. После чего ответила: - М-меня зовут… Паудер... - А? Я не расслышал, как? - спросил Экко. Девочка зажмурилась и буквально прокричала: - Меня зовут Паудер! Так она встретила своих будущих друзей. *** Они втроём отвели Паудер домой, где уже за неё волновались Вандер и Вайолет. Старшая уже жалела, что пошла на поводу у приятелей и прогнала младшую. Опекун уже сделал ей выговор за это, но в конце разговора посоветовал ей поговорить с Паудер и объясниться. Стук в дверь. Щелчок замка. Вулф увидел на пороге Паудер, на которую была накинута оранжевая куртка, и ещё с ней были трое незнакомых детей, и один из них был мокрым с ног до головы. Мужчина был удивлён, но тут же присел на колено и притянул к себе младшую дочь. - Ох, Паудер. Где ты была? - спросил он. - Я, я… я убежала и спряталась, - отвечала Пау-Пау, пару раз замолкая, явно страшась наказания. - я хотела п-прийти раньше, но… начались дождь и гром. Я боялась, и ещё не хотела мочить одежду… Тут же заговорила Зери, которая улыбалась: - Мы её нашли и спросили что случилось. А потом привели сюда. Вы её папа? Вандер кивнул в ответ и поблагодарил ребят. Куртка была возвращена хозяину, которым оказался Экко. На прощание темнокожий пацан пригласил девочку поиграть с ними завтра во дворе. Каин надулся, но всё-таки разрешил прийти Паудер в “их” двор, раз Экко так хочет видеть эту малявку. Зери же просто была рада, что они привели девочку по нужному адресу. После этого они попрощались и ушли, им тоже нужно было домой. Зайдя в дом, синеволосая сняла ботинки без помощи рук и направилась в ванну. Вулф сказал ей набрать ванну, чтобы согреться и не заболеть. А ещё опекун попросил Вайолет принести ей полотенце. Старшая моргнула, а в ответ Вандер подмигнул ей. И девочка поняла что он имел в виду: предлог поговорить с младшенькой и извиниться. Вай кивнула и полезла в шкаф за полотенцем. Достав нужное, старшая взглянула на рисунок, который украшал полотенце: широко улыбающаяся и играющая на укулеле акула. Паудер тогда выбрала его вместо розового с котиком. На вопрос “Почему именно акула?”, девочка ответила, что розовый с котиком есть у всех, а акулы нет ни у кого. В тот вечер сёстры поговорили и Вай извинилась, что накричала на Паудер. Младшая ответила, что больше не будет таскаться за ней, и что, познакомилась с тремя ребятами. - Они, они позвали меня завтра с ними поиграть, - добавила синеволосая. - Ого, вот это ты шустрая! - широко улыбнулась Вайолет. - сразу троих, это круто! Младшая кивнула и улыбнулась в ответ. *** Их жизнь была совершенно обычной. Не богатой, но они довольствовались тем, что было. Паудер хорошо сдружилась с ребятами, и они часто проводили время вместе. Больше всего они любили залезать в заброшенные места и исследовать их. Один раз это закончилось не очень хорошо: Каин вывихнул руку, когда перепрыгивал яму и неудачно схватился за железку, что торчала рядом с этой ямой. Дома конечно был нагоняй от старших братьев, и обещание “больше не лазить где попало”. Естественно, давая слово, Каин скрестил пальцы за спиной. И как только рука выздоровела, ребята продолжили свои “исследования”. Паудер больше всего сблизилась с Экко, и сам мальчишка был рад, когда они гуляли только вдвоём. В двенадцатый День Рождение Паудер, Таймс подарил девочке красивые заколки. Праздник прошёл весело: они отрывались под музыку в квартире семьи Вулф. Опекун расщедрился на большой торт и другие вкусности. Ближе к вечеру ребята стали расходиться, Паудер решила прогуляться с ними. Когда Каин и Зери разошлись по домам, Экко набрался смелости и признался Паудер: - Ты мне… ты мне нравишься! И поцеловал. В губы. На самом деле это был безобидный детский “чмок”, не более того. Но щёки загорелись у обоих, а девочка широко заулыбалась. Оказывается, это так приятно, когда тебя целуют. Захотелось попробовать ещё раз. Синеволосая взяла лицо парня руками, приблизила своё лицо к его и потянулась к губам. Экко обалдел, особенно от того, что девочка не просто “чмокнула” его. Он почувствовал, как та использовала язык. Это очень смутило мальчишку, и тот резко отстранился, в придачу прикрыв рот рукой. - Ты, ты зачем язык пихаешь?! - воскликнул Таймс. Вулф моргнула удивлённая и ответила: - Ну, так ведь целуются. Я видела в кино, и Вай так целуется со своей подругой. Темнокожий быстро заморгал от услышанного. Вай целуется с девчонкой? Вот это было странно. - Тебе не понравилось? - спросила Паудер, застенчиво убрав руки за спину и сцепив их в замок. - извини. Таймс посмотрел на девочку. Она выглядела как провинившийся котёнок. “Такая милая”, - подумал он, а вслух произнёс: - Я, я не сказал, что мне не понравилось. Просто, это было неожиданно. Предупреждай в следующий раз. После этого голубоглазая снова заулыбалась довольная. Это был лучший её День Рождения. *** Когда Вайолет окончила школу, она собрала вещи и поставила отца перед фактом: она нашла работу и переезжает со своей девушкой в квартиру, на которую накопила. Вандер был не особо удивлён, Вай была уже взрослой и могла сама решать за себя. К тому же девчонка с детства была боевой и умела защитить себя и сестру: местная гопота стороной обходила что её, что Паудер. Сама младшая тоже научилась у Вайолет парочке приёмов, чтобы суметь дать отпор обидчикам. Хотя, у неё для этого был Экко, который в таких случая защищал девушку. Когда обоим стукнуло по четырнадцать, они стали официально встречаться. Вандер, что узнал об этом был не против. На самом деле, мужчина видел, как эти двое смотрят друг на друга, улыбаются, радуются каждой встрече. Вулф знал пацана с самого его соплячества, поэтому не волновался. *** Чем старше становились ребята, тем более взрослыми и вредными становились их привычки. Например, Зери была единственной, кто не курил в их компании, а вот остальная троица дымила только так. Экко с Паудер и вовсе могли курить одну сигарету на двоих. Пропуски занятий тоже входило в эти привычки. Не всегда, но когда не было настроения, все четверо могли сбежать с последних уроков. А ещё, подростки любили… пыхнуть. Обычная безобидная травка, чтобы словить “ха-ха”, или расслабиться после тяжёлой недели. Ничего тяжелее они не пробовали, не было нужды и интереса. Это не мешало Каину и Экко играть за школьную команду по баскетболу. Шида был защитником, через него попробуй пройти, остановит и отберёт мяч, даже понять ничего не успеешь. А Таймс был нападающим, лучшим в команде. Его пасы были точны, как броски в корзину. Пау, когда у команды Экко был матч с другой школой сбегала с уроков, чтобы посмотреть и поддержать своего парня. И ему это было приятно. Но светлая полоса сменилась тёмной, когда у Зери обнаружили лейкемию. Спаркс перестала гулять с ними, и всё время проводила в больнице. Отец сокрушался по поводу болезни дочери, за что его девочке такое? Ребята старались навещать её, чтобы подбодрить. Паудер это делала намного чаще, порой даже динамила Экко с их свиданиями, но зная, что она это делает ради их общей подруги, Таймс не обижался. Несколько раз ребятам удавалось вывести Зери из больницы, чтобы та подышала свежим воздухом. Девушка была рада этому, потому как расписание процедуры-палата-туалет-палата ей осточертели, а одних визитов ей было мало. Но однажды их поймали на этом. Отец Зери был зол, и несмотря на протест дочери, он запретил ребятам даже приближаться к ней, иначе он их посадит за похищение и нанесение вреда её здоровью. В итоге с того дня ребята могли лишь переписываться с помощью смс. *** Так прошло полгода. Вечером троица собралась на лестнице старого неработающего кинотеатра, обсуждая, как днём отделала каких-то богатеньких засранцев. А Каин и вовсе отхватил золотую цепочку у их главного. А дальше ломбард, и добычу пополам. - Слышь, Каин, а Зери что, рыжая? - спросила Паудер. - Вот-вот, давай, без крысятничества, - поддержал её Экко, доставая пачку сигарет. Брюнет фыркнул и поделил на четыре части, отдавая две пачки Паудер, мол, “чаще всех к ней ходишь, вот и отдавай”. Девушка была и не против. Тут же к ним подошла знакомая девица, Келли, которая была известна тем, что сидела на наркотиках, и за деньги на дозу, готова была сделать что угодно. Келли тут же предложила парням минет за пять баксов, но те лишь посмеялись. Тут же блондинка обратилась к Паудер: - Паудер. Пау-Пау, не хочешь попробовать? Хаха, у меня весьма умелый язык, не пожалеешь~. Синеволосая хихикнула и ответила: - Келли, прости, но я больше по хуям, чем по пёздам. Келли не отступала, отчаянно желая получить бабки на желанный укол. В итоге Шида высыпал ей на голову остатки чипсов из упаковки и сказал ей проваливать. Блондинка в ответ послала их куда подальше. - Наркоманка ебаная, - недовольно произнёс Экко. - видели, что это дерьмо с человеком делает? - Да уж, - согласилась Паудер, затянувшись сигаретой. Тут Каин слегка толкнул Таймса в плечо и спросил: - Кстати, о шлюхах. Экко, там не твоя мамочка смену отрабатывает~? Темнокожий тут же посмотрел куда указывал приятель. У машины стояла темнокожая женщина одетая в белый топик, леопардовую юбку и туфли на шпильке, сверху была кожаная куртка. Она весело флиртовала с владельцем той самой машины. Увидев это, Экко тихо зарычал, а после вскочил на ноги и побежал прочь. Опять. Опять она вышла на улицу. Закончился алкоголь, и она пошла “заработать” на бутылку. Как же он ненавидел это! Ненавидел эту женщину, которую язык не поворачивался больше назвать матерью. И если она готова жить вот так, то Экко был решительно настроен вырваться из этого дерьма. Спорт был отличной возможностью - хороших спортсменов очень ценят в колледжах. Несмотря на прогулы, Таймс хорошо учился и всегда закрывал долги. Нужно было лишь продолжать показывать себя на играх, а дальше, он был уверен, что его заметит тренер и возьмёт к себе в команду, и дальше всё пойдёт как по маслу. Но пока приходилось жить с матерью этой алкоголичкой и терпеть. Каин рассмеялся вслед приятелю и произнёс: - Побежал мамочку ждать, Экко~? Паудер пихнула колено парня ногой: - Каин, какого хрена? Обязательно быть мудаком? Брюнет затянулся, и выдыхая дым ответил: - А хули он ноет? Пора бы уже принять реальность. Его мать шлюха, а батя съебался куда подальше. Пау, тут каждый из нас в дерьме, но мы не ноем как грёбанные дети. Синеволосая сплюнула на пол, после чего поднялась на ноги и направилась куда-то. Шида лишь хмыкнул, пробормотав под нос: - Тц. Две неженки ебучие… *** Как же Каин порой бесил своей прямолинейностью. Промолчать? Нет. Вывалить всё и сразу? О дааа! За это девушке иногда хотелось съездить ему по морде. Она вернулась домой. По пути, она написала Экко смс со словами поддержки: “Забей хер на Каина. Он просто мудак.” Уже дома, Паудер вылезла из окна, благо прямо под ним была пожарная лестница. По ней девушка поднялась наверх, на крышу. Это было её любимое место. Её место уединения, не только от мира, но и от людской грязи. И проявляла она это тем, что порой забиралась сюда, раздевалась догола, ложилась прямо на вещи и ласкала своё тело, смотря в ночное небо. “Мне нравится вот так. Лежать на крыше, смотреть на звёзды и трогать себя. Я ни о чём не думая, пока мастурбирую. И это куда лучше, чем все эти дешёвые и жёсткие сексуальные фантазии, к которым прибегают многие мои знакомые. Ничего лишнего - лишь дыхание ночного ветра, звёзды и моё обнажённое тело. Это прекрасно. Жизнь прекрасна, когда ты молод и дрочишь”, - писала она как-то в свою тетрадь. У неё было множество мыслей и однажды она решила записывать их, чтобы ничего не забыть. И эти в том числе. Паудер не услышала, как кто-то поднялся к ней на крышу, так она была увлечена процессом. И только услышав голос, синеволосая вздрогнула и воскликнула: - Пошёл на хуй отсюда! Послышался смешок и снова голос: - Ну нихера себе, шикарный вид, Пау-Пау~. Только после этого Паудер узнала. Это был Экко. Парень плюхнулся рядом с девушкой, которая и не думала прикрываться. Зачем? Это ведь Экко. Они встречались, нравились друг другу. Правда, ещё не переспали, но ничего такого Паудер в этом не видела. Таймс тем временем смотрел на синеволосую, отмечая каждую деталь её тела. Вот, родинка на груди. Ещё одна чуть ниже пупка. “Интересно, а “там” у неё есть хоть одна?”, - подумал беловолосый, опуская взгляд ниже живота Вулф. - Как узнал, что я здесь? - спросила Паудер, вытирая пальцы об майку. Таймс протянул ей ту самую тетрадку: - Да вот. Твои написания подсказали~. Девушка тут же резко вырвала тетрадь и положила рядом с собой. - Не смей больше никогда читать это, - произнесла она недовольным голосом. - я тебе не разрешала. - Ладно, больше не стану, - кивнул темнокожий парень. - хотя, признаться, описание очень даже ничего. Может… позволишь мне загладить свою вину~? Паудер снова посмотрела на Экко. Тот хитро улыбался, а в глазах горел огонёк. Девушка сразу поняла о чём он говорит и хохотнула: - Хаха, если так, то это получается, что я извиняюсь, а не ты. Не нагло ли, Пятница? Таймс положил руку на оголённое колено, и ощутил еле заметную дрожь. “Тёплая”, - отметил он про себя. Паудер не останавливала парня, только смотрела, как его рука стала подниматься выше. Добравшись до бедра, ладонь слегка сжала его. Снова лёгкая дрожь. Про себя Вулф молилась чтобы ничто не выдало, что ей нравится и чтобы Таймс продолжал. Наконец рука оказалась между ног, а пальцы прошлись, задевая слегка разбухший клитор и срывая с губ девушки короткий, но приятный уху вздох. Паудер тут же прикусила нижнюю губу, чувствуя, как от одного только прикосновения между ног снова стало горячо. Таймс не стал медлить. Пальцами он обхватил розоватый и влажный клитор. Несильно сжимая и потирая “цветок” между пальцев, парень смотрел на реакцию Паудер. Она по-прежнему закусывала губу, не позволяя себе стонать в голос. Экко же очень хотел услышать её такой, поэтому другой рукой накрыл одно из полушарий девичьей груди и сжал его. Это сработало: Паудер, не ожидавшая такого чуть не вскрикнула от этого. Однако Экко тут же воспользовался этим и поцеловал её в губы. Его язык сразу переплёлся с языком синеволосой в дикий и безудержный танец, который не хотелось прерывать. Вулф обняла его за шею, не позволяя тому отстранится даже на пару сантиметров. Пальцы, что ласкали клитор, прошлись по половым губам, а средний скользнул внутрь. Тело вздрогнуло от ощущения проникновения. Парень тут же вытащил его, но лишь чтобы снова вставить его обратно. Спустя минуту пальцев стало два, и Пау была совсем не против. Оторвавшись от губ девушки, Таймс припал к её шее, целуя и слегка кусая. Паудер тихо постанывала от этих ощущений. Вроде тоже самое она делала сама, но с Экко это чувствовалось совсем по-другому: более горячо, более страстно. - Совсем другие ощущения, да? - выдохнул Таймс ей в ухо. - Не то слово, шоколадка, - ответила синеволосая, довольно улыбаясь. - Если не хочешь заходить дальше, можем остановится на пальцах, - сказал парень. Паудер ощутила разочарование, стоило парню вытащить пальцы из её горячего нутра. Она тут же схватила его за запястье той руки, которая ласкала её. И хитро улыбнувшись, девушка приблизила лицо и погрузила в рот оба пальца. После этого она стала водить языком по самим пальцам и между ними, а также посасывать, при этом слегка мыча, словно пробовала нечто вкусное. Всё это время она не сводила глаз с Экко, который тоже наблюдал за этим. Ощущения того, как мокрый язык Вулф обводит его пальцы сводило с ума, и ему нравилось это. “Вот же зараза, специально ведь дразнит”, - подумал парень, ощущая, как в штанах становится тесно. Наконец девушка отстранилась и вытерла с губ остатки слюней, при этом довольно улыбаясь. - Ещё вопросы будут~? - спросила она. После этого, она опустила руку на выпирающую из джинс выпуклость и принялась поглаживать её, дразня Таймса. Тот слегка дёрнулся, но убирать руку нахалки не убирал, вместо этого он ответил ей такой же улыбкой. И пальцами, которые она только что облизывала, снова стал ласкать её влажное местечко. В один момент он всё же убрал её руку, но лишь для того, чтобы расстегнуть ширинку, приспустить штаны вместе с бельём и явить свету свой эрегированный член. Паудер тут же протянула руку и обхватила его, чем вызвала резкий выдох со стороны парня. - Большой, как я и думала, - произнесла Паудер и медленно стала водить рукой вверх-вниз. - в порнухе они всегда такие~. - Ооо, порнуху посматриваешь? - спросил Таймс, чувствуя, что член напрягается ещё сильнее, хотя казалось бы куда ещё. - Я в поучительных целях, дорогуша, - парировала голубоглазая. - Мы ведь должны были однажды это сделать, так что, можно сказать… изучала мат-часть~. Ответить Экко ничего не успел, потому как Паудер тут же наклонилась вперёд и поцеловала его. Рука же стала двигаться быстрее, иногда сжимая основание органа, чем вызывала мурашки и дрожь у темнокожего. Стоило поцелую прекратится, как синеволосая убрала руку и тут же резко опустила голову, погружая член в свой рот, полностью вбирая орган. Таймс не сдержался: он дёрнулся, двигая бёдрами вперёд, и головка достала до самой глотки девицы. Та замычала в ответ, а Экко положил руку на синий затылок и ответил: - Извини. Я, я-- ахх! Паудер не стала слушать. Она принялась двигать головой вверх-вниз и обводить языком каждую венку, что набухла на члене. Рука, что всё ещё лежала на затылке, слегка сжала волосы. Чёрт, как же это приятно! Особенно зная, что это делает она. Пару раз Вулф выпускала “леденец” изо рта, вылизывая его в длину или посасывая головку. И словно специально, она все это время смотрела на лицо Таймса, на его эмоции, как искажается лицо парня от удовольствия. Когда парень почувствовал, что готов к большему, он потянул за волосы и попросил Паудер прекратить. Та послушно отстранился и стёрла со рта следы слюны и предэкулята. Таймс тут же снял майку и бросил её рядом с нижнем бельём голубоглазой. Девушка тут же воспользовалась этим, и провела руками по плечам и груди возлюбленного, буквально облизываясь от того, что увидела. Экко был в меру подкаченным и Паудер опустила руки к небольшим кубикам пресса, щупая их и поглаживая. - Какой красавец~, - произнесла она едва ли не урча. - ты же у нас выносливый? В ответ парень хмыкнул и ответил: - Вот сейчас и проверим. Он опустил её на вещи и подарил короткий поцелуй в губы, после чего принялся изучать юное тело. Он ласкал её грудь, обхватывая губами затвердевшие соски, слегка покусывал их. Спустился к животу, также целуя его, вызывая приятные мурашки. И наконец оказался между ног, перед истекающей от влаги “пещеркой” синеволосой. Про себя он усмехнулся, мол, здесь волосы не синие, а тёмные. Парень приблизился и произнёс: - Давно хотел увидеть, как ты течёшь. Симпатично выглядит~. Паудер смутилась и ответила: - Я т-тебя сейчас ударю! После этого Таймс обхватил губами клитор, чем вызвал короткий вскрик. Он принялся посасывать бугорок и играть с ним языком, снова срывая с губ партнерши стоны и томные выдохи. Наигравшись с ним, парень наконец переключился к “пещерке”, которая так жаждала его внимания. Язык обвёл половые губы и проник внутрь, отчего тело девушки дёрнулось с непривычки. Экко сразу принялся доставлять Паудер удовольствие, вслушиваясь в приятные уху стоны и всхлипы. Синеволосая подняла голову и увидела белые дреды, завязанные в хвост. “Блять, это лучший вид! Ёбаный шедевр на миллион баксов!”, - подумала Вулф, опускаясь обратно. Как же приятно чувствовать его язык, который ласкает её внутри, обводит клитор и обхватывает его, даже как оттягивает лобковые волоски. Это было охуенно. Таймс довёл партнершу до пика и та сдерживая крик, прохрипела: - Ах, Э-Экко, прошу… я, я хочу, хочу кончить! Сделай это языком! Сделай это!! Таймс не смел отказать. Он обхватил руками её бёдра и активнее заработал языком. Сквозь дымку удовольствия, девушка почувствовала, что парень как-то странно водит языком. А затем вдруг поняла: он что-то выводит им. Сперва она смешливо решила, что он решил вывести весь алфавит на её “местечке”. Но оказалось куда проще, это были определённые буквы. П. А. У… “Блять. Он, он серьёзно-- ааххх!”. Д. Е. Р. Тут она не сдержалась. Подбросив бёдра вверх, Вулф кончила с протяжным стоном. Тело горело, словно вместо крови по венам текла лава. Оно обмякло и слегка подрагивало, вот он, её первый подростковый оргазм. Паудер пыталась отдышаться и успокоить колотящееся сердце, пока Экко медленно отстранился от её нутра, напоследок оставляя поцелуй. Приподнявшись, темнокожий тут же навис над Вулф. Как же она была прекрасна: вся покрасневшая, с раскрытым ртом, вздымающейся от глубокого дыхания грудью и тело подрагивает от приятной и горячей волны от пережитого оргазма. Таймс хмыкнул и наклонился к девушке, целуя ту в губы. Она в свою очередь обняла его руками за шею, а руки партнёра прошлись по её телу, поглаживая талию. *** Два горячих молодых тела. Обычная крыша старой многоэтажки. Для них существовало только это, а остальной мир растворился где-то в небе, что было единственным свидетелем их "бесстыдства"