TimeBomb`s stories

В какой-то момент притеснения полукровок и грязнокровок стали ощущаться сильнее чем прежде. В основном этому способствовали студенты Слизерина, профессор Гласк и новый учитель по защите от тёмных искусств Владимир Блад. Многие тогда удивились: что в Хогвартсе забыл член министерства магии? Слухов было огромное количество, но правду знали лишь единицы, в число которых входили Паудер и Люкс, как дети из благородных семей. Кто-то наплёл главе министерства, Джерико Свейну, что не чистокровные волшебники готовят восстание дабы свергнуть истинных чародеев, захватить власть и уничтожить грань между миром магии и миром маглов, чего нельзя было допускать! Эта новость заставила и без того параноидального министра занервничать. Сколько уже лет они борются за чистоту крови? Но эти “воры” всё рождаются и рождается! В итоге Джерико отправил своего преданного человека в Хогвартс, дабы тот не позволил случиться тому, чего все опасались. С тех пор и начался весь этот беспредел. И если ученики могли лишь оскорбить словесно или устроить какой-то неприятный розыгрыш, то вот учителя отрывались как могли: занижение оценок, отбирание баллов по надуманной причине, прямое тыканьем носом в их “неблагородное происхождение” и прочее. Хуже того, что возражать студенты не смели, ведь могли сделать ситуацию ещё хуже. В придачу к этому Блад принялся устанавливать свои порядки на правах члена министерства магии, и теперь при встрече с ним ученики ходили по струнке. Также он запрещал пользоваться магией на своих уроках и на переменах в коридорах, и принялся продвигать это на другие предметы. Но не все прогибались под его статусом, одним из преподавателей была Кассандра Кирраман, которая смела говорить с ним на равных и спорить по поводу его методики и новых правил, что неимоверно раздражало гордого и самоуверенного Владимира. Директор Хогвартса Зилеан не вмешивался, понимая, что мешая или не подчиняясь приказу министра магии, школу могут просто закрыть. *** Гриффиндорская троица сидела в гостиной своего факультета. Паудер была в гневе, и чуть ли не кидалась вещами. - Подколодный змей! - со злостью произнесла она. - он не учит нас защищаться. Он хочет захватить всю школу и выгнать всех, кто не “чистокровный”! Люкс пыталась делать домашнее задание, но все мысли были идентичны высказываниям подруги. В итоге она отложила учебник в сторону. - Если так и дальше пойдёт, то так и случится, - согласилась блондинка, теребя красно-жёлтый галстук. - с чего господин Свейн вообще решил, что будет какой-то бунт? Экко же молчал и что-то писал на листе. Его, как и остальных не устраивало нынешнее положение учеников. Всё было нормально, а теперь пришёл какой-то “дядя из высоких чинов” и указывает им что делать, так ещё и смеет лезть в их родословную и попрекать ею! - Надо что-то делать, - сказала Шиммерсон, снимая мантию и бросая её на диван. - и как можно быстрее. Иначе оглянуться не успеем, как здесь будет как в Азкабане, если не хуже! Краунгард кивнула, выражение её лица источало решительность. Паудер тут же взглянула на по-прежнему молчащего Таймса, который продолжал чиркать пером на бумаге. Своим молчанием и без участием он начал раздражать синеволосую гриффиндорку. Та в свою очередь подошла к нему и тут же схватила лист, чем вызвала недовольство парня: - Эй! Куда хватаешь?! Я ещё не закончил! - Что ты тут написываешь, писатель? - спросила Паудер, начав вчитываться в написанное. По мере того как глаза перебегали со строчки на строчку, взгляд девушки округлялся, а сама она чуть не “зависла”, как говорил иногда темнокожий друг. Увидев, что подруга мягко говоря удивлена, Люксанна подошла к ней и тоже принялась вчитываться в текст. - Экко, это же… - не договорила блондинка. - Ага, она самая, - с довольной улыбкой ответил парень. - петиция, где мы требуем равного отношения к ученикам и неважного какого они происхождения. По-моему уже что-то, а, девчонки? Люкс тут же заулыбалась. Да, это самое безобидный, но действенный метод. Этим они объединят если не всех, то очень много учеников, и тогда их должны будут выслушать. Паудер пару раз моргнула и… внезапно ударила себя по лбу, чем вызвала удивлённые взгляды со стороны друзей. И тут же пояснила: - Почему я не додумалась до этого? Таймс лишь хмыкнул: - Ты просто мыслишь более радикально. Наверняка подумала о том, что нужно всех членов министерства поменять на новых, без страха предрассудков. Я прав? Паудер тут же прикрылась бумагой и ответила: - Завались, умник. Хоть лица и не было видно, но голос выдавал её смущение с головой. - Тогда сами подпишем и завтра начнём распространять? - спросила Люкс. Таймс кивнул, Шиммерсон издала смущённое “угу”. Благими намерениями вымощена дорога в Ад - известная фраза, предостерегающая от опрометчивых поступков. Знали бы ребята, что последует за их безобидной инициативой… *** Владимир понял, что ему нужен свой человек в Хогвартсе. Он конечно прекрасно справлялся со своей задачей, но в одиночку за всем не углядишь. Поэтому он стал присутствовать на уроках других учителей, под видом проверки, дабы вычислить самого слабого. И после этого уволить его за “некомпетентность” и поставить на освободившееся место своего союзника из министерства. Проведя “проверку” всех, он выделил двоих: учитель по магическим созданиям, профессор Хеймердингер и профессор Элора, учитель предсказаний. И если с первым были накладки, потому что у Хеймердингера была замена в виде профессора Нидали, то вот Элора была лёгкой мишенью: без связей и легко подавляемая. Он выбрал её. Снова присутствуя на одном из уроков, Владимир раскритиковал преподавание женщины и её саму. Элора пыталась защититься, но попытка была такой жалкой, что провалилась сразу же. Факультеты находились в обеденном зале, когда услышали от одного из призраков, что во дворе школы происходит изгнание учителя по предсказанию. Услыхав эту новость, студенты тут же побежали к парадному входу, затем на улицу. И действительно: посреди школьного двора стояла Элора. К ней направлялись Владимир и Мундо, крепкий и высокий, но туповатый сторож Хогвартса. Он с охотой стал подчиняться Бладу, когда того назначили не только учителем, но и смотрителем за школой. Здоровяк нёс в руках два чемодана с вещами. Несчастная женщина сдерживала свои слёзы и обиду. Её просто выгоняют! - Я, я столько лет жила и преподавала здесь. Вы не имеете права так поступать, - сказала она, когда чемоданы поставили на землю. Владимир улыбнулся самой сладкой улыбкой и произнёс с ядом в голосе: - Ещё как имею, воровка. Элора моргнула и тут же сжала кулаки от злости. Она поняла о чём говорит Блад: женщина была рождена в семье маглов. И, судя по всему, преподавательская некомпетентность тут играла последнее дело. Владимир был приверженцем идей о чистокровности, и если к полукровкам относился хоть как-то терпимо, то вот маглорождённых терпеть не мог. Всё, что оставалось, это не расплакаться от обиды, не доставлять ему такого удовольствия. Мужчина хотел сказать что-то ещё, как позади прозвучал голос: Блад! Это оказался директор Зилеан. Чуть позади за ним шла Кассандра.- - Что вы делаете? - задал вопрос старик, стоило ему оказаться в нескольких шагах от Владимира. - Ничего такого. Всего лишь избавляюсь от слабого звена, - ответил маг как ни в чём не бывало Профессор Кирраман держалась, чтобы не ответить этому самоуверенному павлину из министерства, который решил, что ему всё позволено. Зилеан подошёл к бедной женщине, взял её за руку и произнёс: - Возвращайтесь, Элора. Она всё же всхлипнула. Доброта директора согрела ей сердце. Она тут же взяла чемоданы и вместе с приобнявшей её Кассандрой направились обратно в здание школы. Владимира разрывала внутренняя злость на этого дряхлого старика. Да как он смеет? Подвергает сомнению его решение, решение одного из министерства магии! Неужто думает, что ему это сойдёт с рук? - Вы оспариваете моё решение, Зилеан? - спросил длинноволосый маг, сдерживаясь. - министерству не понравится, что вы мешаете моей работе. Волшебник посмотрел на него и ответил со всей строгостью: - Вы можете увольнять моих преподавателей. Но изгонять их не имеете права. И после этих слов светловолосый волшебник нахмурился и процедил сквозь зубы: - Это мы ещё посмотрим. Ты играешь с огнём, старик. Зилеан ничего не ответил. Он направился в сторону входа, попутно веля студентам возвращаться к своим делам. Весь оставшийся день ученики обсуждали то, что произошло. Теперь стало понятно, что министерство лишь продолжит вмешиваться в дела школы. *** На следующий день, после неудачного изгнания профессора Элоры, гриффиндорская троица начала сборы подписей, попутно агитируя за равенство среди учеников. Одна половина не хотела связываться с этим, боясь, что Блад узнает об этом и исключит всех, кто подписал эту бумагу. Другая, наоборот, была за. В основном это были те же маглорождённые и полукровки. А третьей было просто всё равно, они не видели проблемы в притеснении, ведь так было всегда. Серафина и Эзреаль решили помочь друзьям, подписав петицию, а также стараясь привлечь своих сокурсников. Люкс, Экко и Паудер были благодарны им за это. Чем больше людей подпишут, тем вернее то, что их услышат. А вот со Слизерином они даже пытаться не стали. Там всем промывали мозги насчёт того, что важнее всего твоё происхождение, кто предки и прочее. Да и потом, те просто донесут Владимиру, который очень жаловал “змеиный” факультет, так как сам был его выпускником. Донесут и всю их активность сведут на нет, и в лучшем случае накажут или исключат из школы. О худшем исходе старались не думать Паудер и Люксанна, как те, кто входили в список “Священных тринадцати”: чистокровных семей волшебников, что ещё с древности считались элитой в магическом мире. Ведь несмотря на принадлежность их к семьям этого статуса, им может достаться. - Но мы же ничего такого не делаем, - произнесла Серафина, когда все впятером сидели в библиотеке. - это просто петиция. В мире маглов это самое обычное дело. - Ну, понимаешь, тут дело в том, что… - замялась на полуслове Люкс. - Взрослые ненавидят разговоры о равенстве. Они настолько закостенели в прошлом, что любую попытку в новаторство воспринимают в штыки, - ответила вместо неё Паудер. - или, хах, даже попытку совершить переворот и уничтожение древних устоев. Так что, то, чем мы занимаемся не приветствуется. И даже… противозаконно. Все замолкли. Эз, Сера и Экко были очень удивлены услышанному. Говорить о равенстве, просить о нём… это противозаконно? - Да что за бред? - тихо спросил Таймс, проведя рукой по дредам. - серьёзно, в этом вопросе нужна капитальная смена политики. - Это точно, друг, - поддержал его Лайтфэйзер, достав из кармана мантии одну из шоколадных лягушек и отправив её в рот. - но, всё же, нам бы не помешало какой-то тайное место, где мы могли бы составлять план или приводить единомышленников. - Верно мыслишь, Эзреаль! - согласилась Люксанна и подняла указательный палец вверх: Нам нужен секретный штаб, где мы можем собраться без страха, что нас подслушивают. Тут её пыл подхватила Шиммерсон: - Итак, задание всем: найти тайное укрытие для О.П.И.У.М! - О.П.И.У.М? - спросили Эзреаль и Экко. - Отряд Против Угнетения и Издевательств Маглорождённых, - гордо пояснила Паудер, довольная собой. - круто звучит, правда? Только что придумала! Ребята лишь кивнули с улыбкой. Их переполняло волнение, но и вдохновение. Они чувствовали, что то, что они делают, пусть незаконно по мнению мира магов, но это правильно с точки зрения человечности. *** Обычно ребята радовались наступлению Рождества, но в этот раз оно срывало им планы по поиску их секретного штаба, вернее новый приказ от Владимира: все студенты были обязаны покинуть стены Хогвартса до конца рождественских каникул. Это спутало им все карты, но пришлось подчиниться, дабы лишний раз не привлекать к себе внимание. Ребята написали родителям, чтобы те ждали на праздник и встретили их на платформе. Перед отъездом, они условились, что даже по отдельности каждый продумает новые идеи по привлечению оставшихся студентов. И опять же, всё это нужно было делать как можно незаметнее. Эзреаль ещё пошутил, как это их до сих пор не спалили и не потащили на ковёр к директору. На это Серафина велела ему быть тише, иначе их точно вычислят. И вот, день отъезда. Поезд набился школьниками и отправился в путь. *** У “Священных тринадцати” была традиция: собираться на большие празднества. В этот раз точкой сбора был особняк семьи Шиммерсонов. Уже за несколько дней до праздника повсюду сновали домовые эльфы, укрощая каждую комнату, готовя угощения и напитки к столу. Руководила всем Синдра, как старшая в семье. Бедолаги эльфы старались изо всех сил, чтобы госпожа была довольна. Хоть женщина и была замужем, но отношений с мужем не было от слова совсем, даже друзьями их не назовёшь. Она вышла замуж за мужчину, подходящего ей по статусу, но продолжать его род не желала, отдавая себя делу всей жизни. Силко же не желал искать новую спутницу, считая, что лучше своей умершей жены он никого не найдёт. Паудер уже давно не чувствовала радости, когда возвращалась в отчий дом. Ведь отца больше нет. Силко умер, когда девушка перешла на четвёртый курс. И самое ужасное, это было убийство: расследование показало, что волшебника отравили. Но кто совершил столь ужасное преступление так и не удалось выяснить. И что ещё странней, призрак Шиммерсона не появился в особняке. Ведь обычно призраки привязаны к месту своей смерти, а тут… ничего. Словно его тут и не было. Девушка очень горевала и первые полгода была тихой, учёба давалась ей нелегко и ничто не могло её взбодрить даже на короткое время. Друзья были рядом и поддерживали Шиммерсон, только благодаря им она не впала в депрессию. С тех пор Синдра стала главной в их доме. А говоря о женитьбе и продолжении рода… Виктор собирался на этом празднике представить девушку, что назвал своей невестой. Сона Блювелль, такая же выпускница Хогвартса, что стала известной певицей и прекрасным музыкантом. Поначалу они не ладили: парень был слишком зажат и казался девушке чопорным социопатым. А вот Сона по мнению Шиммерсона была слишком открытой и привлекала много внимания. Но стоило им познакомиться поближе, узнать друг друга получше, они понравились друг другу. Вик посетил один из концертов, по приглашению самой красавицы, и услышал её пение. Он был поражён, песни Блювелль проникали в сердце и задевали все струны души. Сона и Виктор собирались прибыть позже, когда в особняке соберётся прилично народу. И вот, вечер начался. Множество гостей, что сразу приступили к обсуждениям чего-то важного: ситуации за границей, политике, деловых вопросов и прочего. Иногда они отвлекались на вино и закуски, или на “искренний” комплимент собеседнику, а стоило тому отойти, так сразу же поливали грязью за спиной. Паудер откровенно скучала. Она терпеть не могла подобные мероприятия, из-за которых отца никогда не было дома на Рождество. А сейчас и вовсе хотелось сбежать отсюда. Девушка была одета в короткое зелёное платье с пышной юбкой, короткими и спущенными рукавами, на руках чёрные короткие перчатки, ноги украшали туфли на шпильке, того же цвета, что и перчатки. Привычные косички пришлось заменить на высокий хвост, хотя, чёлку убрать так и не удалось. Девушка посмеиваясь сказала, что это её особенность. Однако, стоило ей заметить среди гостей семью Краунгард, Пау тут же повеселела. Значит, и Люкс тоже здесь! Синеволосая тут же подошла и поприветствовала гостей, стараясь выглядеть гостеприимной. Люксанна была в синем до колен платье с короткими рукавами, сверху меховое болеро белого цвета, туфли на небольшом каблучке, тоже белые, волосы убраны ободком из синего бархата. Шею украшали бусы из жемчуга, как и серьги, и браслет на левом запястье Люкс тут же обняла подругу, радуясь встрече, хоть и в такой официальной обстановке. Вместе уже было не так скучно. Девушки принялись болтать, попутно уплетая закуски и пытаясь незаметно взять по бокалу вина. По глоточку, просто попробовать, как говорили они себе. В итоге им удалось взять по бокалу и сбежать на балкон. Красавицы сразу чокнулись бокалами и отпили немного. -М, ммм… - промычала Паудер, пытаясь понять нравится ей или нет. - ммм… и как тебе? - Ну… сойдёт, наверное, - ответила Люксанна. - почему его всегда пьют с таким важным видом? - Вот именно! - согласилась Шиммерсон. - выглядят по-дурацки! Девушки рассмеялись и принялись обсуждать кто как выглядит. Спустя несколько минут на балкон зашёл молодой человек. Белые, слегка волнистые волосы, зелёные глаза, одет он был в чёрный костюм, на ногах надеты туфли. В руке он держал такой же бокал красного вина. Почему-то от одного его взгляда, Паудер и Люкс почувствовали, что по спине пробежали мурашки. Стоило им присмотреться, как они узнали кто это. Виего Блэксворд, наследник рода Блэксвордов, и… самое худшее, племянник Владимира. Юноша хмыкнул и наконец заговорил: - Смотрю, вам ещё расти и расти до понимания данных мероприятий. Краунгард чуть нахмурилась. Очень не хотелось вообще заводить с ним диалог. Неизвестно что от него ожидать. Но вот Паудер явно не собиралась молчать и ответила гостю: - А тебя явно слишком рано начали брать. Бедняга, совсем не умеешь получать удовольствие~. Виего моргнул, но вместо возмущения, усмехнулся и приблизился к студенткам Хогвартса. - Похоже, то, что мне говорили правда, - произнёс парень. - вторая наследница Шиммерсон любит отвечать, когда это не нужно. Что же, с возрастом это пройдёт. - Я бы так не надеялась, господин Блэксворд, - снова ответила Шиммерсон, и отпила из бокала. - так вы тут воздухом подышать? Или пугать юных девиц? Тут же на балкон зашёл Гарен, старший брат Люксанны, и попросил её вернуться в зал. Блондинка не хотела оставлять подругу один на один с родственником Блада, мало ли что случится. Но брат тут же взял её за руку и повёл в помещение. Оставшись наедине, молодые люди стали сверлить друг друга взглядом, разве что молнии не метали. Но наконец Виего заговорил: - Наверное, распределение на Гриффиндор удивило твою семью? Хаха, страшно представить, как они были разочарованы. Столько поколений, и такая осечка. Паудер чуть сжала бокал, жалея, что не взяла с собой палочку. Захотелось превратить этого нахала в жабу и скормить змее! Кто он такой чтобы говорить такое?! - М? Что такое? - невинным голосом спросил парень. - Оу, неужели я задел вас, мисс Шиммерсон? Прошу прощения, я всего лишь говорю правду. Единственная надежда смыть это недоразумение это удачный брак. И твоя тётушка об этом позаботилась. Парень осушил бокал и уронил его на землю. Стекло тут же зазвенело и рассыпалось на множество осколков. Паудер вопросительно моргнула. Тётушка позаботилась? Брак? Что? Что он…? - Что ты несёшь? - спросила девушка вслух. - вино в голову ударило? Хах, ясно, этому столику больше не наливать. Синеволосая решила больше не тратить время на этого идиота и собралась направиться в гостиную, к остальным гостям. Проходя мимо Блэксворда, она увидела Виктора с Соной. И тут… - Вик! - воскликнула она. - Вик! Рука, в которой был бокал, дёрнулась в сторону, а содержимое пролилось прямо на одежду парня. Шиммерсон тут же сделала виноватый вид и произнесла милым голосочком: - Ой! Ой, какой кошмар! Как нехорошо получилось. Извиняться не буду. Синеволосая хулиганка покинула балкон, и после этого беловолосый позволил себе зашипеть от недовольства. - Тссс! Мелкая дрянь, - прошипел Виего. - ну подожди, через несколько минут уже не будешь такой дерзкой! *** Ей казалось, что в тот момент замерло само время. И лучше бы и правда было так, она хотя бы тогда смогла сбежать с этого чёртового вечера. Синдра никак не предупредила племянницу о том, что та услышала: “любимая” тётушка объявила о помолвке. Помолвке Паудер и Виего. Гости одобрительно запричитали, кто-то стал аплодировать. Браки по расчёту были частым явлением в благородных семьях, и в мире волшебников подобное тоже активно приветствовалось. Вот только Паудер не ожидала, что её ждёт подобное. Силко обещал, что никогда не заставит выйти дочь замуж по-расчёту, но похоже, Синдра плевать хотела на слова покойного брата. И тут, как гром среди ясного неба, эта помолвка, о которой с ней не говорили. Синеволосая была шокирована, напугана и зла. На Синдру, что так поступила с ней. Словно племянница какой-то товар, разменная монета, с помощью которой можно добиться чего-то! Женщина, к которой уже подошёл Виего, протянула руку в сторону Паудер, приглашая её подойти. Внутри всё горело, и хотелось убежать, далеко-далеко, от этих взглядов и чувства того, что её продали. Но нужно было успокоиться. Нужно было держать себя в руках, этому её учили с детства. Но ещё учили не позволять оскорблять себя и давать отпор. “Что же мне выбрать?”, - подумала Шиммерсон, смотря на родственницу и этого павлина. Наконец, когда люди стали чувствовать неловкость, девушка медленно подошла. Виего чуть поклонился и поприветствовал “невесту”: - Мисс Шиммерсон~. На губах Паудер появилась ухмылка и она ответила тем же: - Мистер Блэксворд~. Такая честь. Но… я пожалуй откажусь. Все тут же в шоке уставились на юную волшебницу, особенно Синдра. Женщина явно не ожидала, что племянница даст такой ответ. Паудер тут же повернулась и хотела уйти, но резко остановилась и произнесла: - Ах да, чуть не забыла! Шиммерсон снова повернулась и резко наступила каблуком на левую туфлю “жениха”. Тот зашипел и согнулся от боли В толпе послышались смешки: это были Люкс и Виктор. Эти двое явно одобряли поведение Паудер. И даже недовольные взгляды рядом стоящих не смутили их. Синеволосая волшебница же наконец направилась прочь, от тех двоих, прочь из зала, попутно снимая эту чёртову резинку, от которой уже голова болела, так сильно она стянула волосы. “Чёрта с два я останусь тут!”, - думала Паудер, на ходу хватая тёплую мантию и убегая к летучему пороху. Загребая рукой “песок” девушка произнесла: - Косая аллея! И её объяло зелёное пламя. Оказавшись в густо населённом месте для волшебников, Шиммерсон совсем не подумала, что делать дальше. У неё не было с собой денег, и она на улице, в лёгком платье, хоть и в тёплой накидке. Тут она услышала громкое “мяу!” позади. Обернувшись, красавица улыбнулась: - Черныш! Котик последовал за хозяйкой. Он запрыгнул ей на руки, и после устроился на плечах, как воротник. - Спасибо, мой хороший, - Паудер погладила его по голове. - вот и сбежали прямо с бала. Только куда теперь? Кот замурлыкал, стараясь поддержать синеволосую. Девушка обняла себя руками и направилась куда глаза глядят. *** В итоге ноги привели её на кладбище, к родовому склепу семьи Шиммерсон, что возвышался в конце, рядом с другими, тоже склепы священных тринадцати. Именно там покоились волшебники этого знатного рода, и теперь там “спит” и Силко. Паудер было больно от этого, он ведь обещал, что будет рядом с ней. Девушка медленно приблизилась к ступенькам, что вели в склеп и затем села на самые нижние. Плевать, что платье испачкается грязью и снегом. Кот мурлыкнул, продолжая греть хозяйку. - Папа… это ужасно, - заговорила Паудер. - тётя такое сказала! Она, она отправляет меня за этого павлина Виего! Он отвратителен, он самая настоящая змея! И жизнь с ним будет невыносима… ты ведь обещал, что никогда… никогда не позволишь меня “продать”. Ты обещал! Ну почему… почему ты ушёл? Паудер заплакала. Она не знала, что делать. Её загнали в ловушку. Девушка не хотела выходить за нелюбимого человека, но тогда её выгонят и отлучат от семьи и выжгут её имя и портрет на семейном древе. Она останется совсем одна, без семьи и без дома. Хуже и представить нельзя! Черныш мяукнул и потёрся о руку хозяйки, на что та взяла кота на руки и прижала к себе продолжая плакать. - Что мне теперь делать? - спросила она. - Черныш, куда мне идти? И тут внезапно позади раздался знакомый голос: - Паудер? Синеволосая обернулась и моргнула. Это был Эзреаль. Он был одет в куртку, а в руках был маленький букет цветов. Блондин был тоже удивлён увидеть подругу здесь. - Э-Эз? Ты, ты откуда здесь? - Шиммерсон отпустила кота и стёрла с щёк слёзы. - Я пришёл навестить дядю, ну, вернее его могилу, - ответил парень. - иду, и тут смотрю, ты. Почему ты здесь? Синеволосая волшебница не знала, как всё объяснить, поэтому ответила коротко: - Я… я сбежала. - А? В смысле? Из дома? - удивился Лайтфейзер. - Н-не знаю. С праздника, или из дома… не знаю. Гриффиндорец подошёл к ней и присел рядом. Он заметил, что подруга дрожит от холода, а стоило дотронуться до её руки так и вовсе вздрогнул. Она была ледяной. Эз тут же снял свои перчатки и надел их на руки Шиммерсон. - Мерлинова борода! Ты что, в одном платье сбежала?! - воскликнул он. Паудер кивнула в ответ. - Ну ты даёшь, - вздохнул он. - ну… я так понимаю, домой ты не вернёшься? Девушка помотала головой. Ни за что! Лучше замёрзнуть здесь и превратиться в статую изо льда, чем обратно в этот змеиный клубок! - Ладно, тогда у меня есть вариант, - сказал блондин поднимаясь. Он протянул ей руку и произнёс: - Пойдём. Нечего тут сидеть. - К-куда? - спросила синеволосая. - Куда-куда? Греться, - ответил Эзреаль. - давай, я тебя тут одну не оставлю. Паудер всё же взяла его за руку и встала, чувствуя, как замёрзла. *** - Дрянь! Мерзавка! Да как она посмела?! Выставила меня в отвратительном свете! Что теперь скажут о нашей семье?! Синдра была в спальне почившего брата и ходила кругами, ругая племянницу последними словами. Такой подставы она не ожидала. Да как эта девчонка посмела перечить её слову? Традициям семьи? В итоге Синдра пришла к выводу, что это из-за неправильного окружения Паудер. Конечно! Это всё эти гриффиндорцы! Особенно тот маглорождённый ублюдок. Это он её испортил! Наверняка надоумил девушку пойти против семьи! - Ты мне за это ответишь, магловское отродье! - шипела женщина, как разозлённая змея. - я тебя уничтожу! *** Паудер не ожидала встретить кого-то из знакомых на кладбище, и уж тем более, что этот знакомый приведёт её к себе домой. Эз объяснился с родителями, и те согласились приютить подругу сына на несколько дней. Семья Лайтфейзер была семьёй волшебников, но они равно уважали оба мира, и волшебный и магловский. Мать Эзреаля, Алисия, родилась в семье волшебников, а отец Эдгар, был из маглорождённых. Однако предрассудки не помешали им полюбить друг друга, пожениться и родить сына. Алисия была очень открытой и доброй, она сразу предложила Паудер принять душ и переодеться в домашнюю одежду, и пока гостья отправилась в ванную, женщина постелила ей на диване. Семья была приятной, а Эдгар был хоть и удивлён, но не против позволить беглянке остаться. Шиммерсон угостили чаем и предложили поесть, но та согласилась только на чай. Черныш, что также прибыл вместе с ней, устроился на коленях хозяйки, свернувшись клубком. - Не беспокойтесь, он хороший, - сказала синеволосая. - и ничего портить ничего не будет. - Всё в порядке, у нас у самих когда-то был кот, - ответил мужчина. - поэтому мы не против. - Вы не волнуйтесь, я только на пару дней и уйду, - сказала Паудер и отпила из чашки. - И куда ты пойдёшь? - спросил уже Эзреаль. - дома тебе явно устроят вынос мозга. Может, всё же до конца каникул останешься? Девушка помотала головой, нет, она не могла пользоваться чужой добротой. Ей лишь нужно пару дней, чтобы успокоится и обдумать, что она скажет Синдре. И уж точно она не собирается соглашаться на этот брак. Когда девушка легла спать и Черныш устроился рядом с её подушкой, Эзреаль в своей комнате что-то писал на бумаге. Понадобилось несколько минут, прежде чем он свернул её три раза, положил в конверт и запечатал. Затем юноша подошёл к своей сове, что сидела в клетке. Он открыл дверцу и птица переползла с жёрдочки к нему на плечо. Эз погладил её по голове свободной рукой, после чего заговорил: - Хейли, ты ведь помнишь адрес? Улица Уайхолл, дом номер четыре? Доставь его как можно скорее, милая. Серая сова издала клёкот, словно отвечая хозяину. Тот улыбнулся и отдал конверт совушке. Стоило той крепко сжать клюв, парень открыл окно и выпустил её. Птица тут же выпорхнула из помещения и замахала серыми крыльями. Сам Эзреаль сел на кровать, думая уже о другом: где же им найти штаб для О.П.И. У.М?