Часть 3
29 октября 2022 г., 22:23
Альваро не находил себе места, желая лишь одного, чтобы она была рядом с ним.
Услышав её смех, а затем наконец встретившись с её янтарными глазами, он выдохнул. Один из организаторов предложил ей занять место между ним и Педро. Но это была она. И он удивился бы если бы сеньорита Итуньо хоть раз сделала так как ей сказали.
Именно это и зацепило его в ней с самого начала.
Удостоив его лишь мимолётным взглядом, она расположилась на коленях Ховика.
В этот чёртов момент весь его мир сузился лишь до неё. Его женщины сидящей на коленях совершенно чужого мужчины. Мгновения, когда не его руки обнимали её поясницу, прижимая ближе к не его телу, заставляли его кровь кипеть, ещё чуть-чуть и из его ноздрей пошёл бы пар. Он старался отвести взгляд от этой провокационной картины, но это было невозможно.
Ему казалось, что эта дурацкая водолазка задушит его ко всем чертям. Альваро пытался удержать в себе волну подступающего гнева. Но тщетно. Он сорвался. Перед десятками камер. Перед всеми коллегами. Он показал свою привязанность к этой женщине.
Сквозь затуманенный разум пробился нелепый комментарий Ховика: «Я чувствую себя чертовым королем сегодня» — её звонкий смех лишь усугубил ситуацию.
Сейчас в нем вспыхнуло лишь два желания, и он не мог понять к какому склоняется больше. Схватить её за руку, утащить в укромное место, подальше от сюда, и указать на единственные правильные колени. Либо же придушить прямо на этих гребаных не его коленях.
Она видела, что он закипает. Видела, как он нервно дёргает своё пальто. Как вздулись вены на его лбу. И как губы растянулись в тонкую линию, что всегда свидетельствовало о его нервозности.
Да, это именно то чего она добивалась, но Ициар до последнего не верила, что он способен проявить свои эмоции на публике, тем более, когда они находятся под прицелом целой толпы папарацци.
Изначальной стратегией она выбрала избегать и игнорировать того, кого так хотелось обнять, вдохнув терпкий аромат парфюма, почувствовав на коже легкое покалывание бороды, но дикая натура взяла вверх, и она решила пойти ва-банк.
Этот вечер определённо становился все интереснее…
— Ици, ты невозможна. — на его лице четко читалось раздражение, а она выглядела так словно получила долгожданный рождественский подарок.
— Что ты имеешь ввиду? — этот невинный образ ей совершенно не шёл, он слишком хорошо её знал и знал на что она способна ради задуманного. Она
провоцировала его. И её старания увенчались успехом.
1-0 в пользу светловолосой бестии.
— Я думал, что сегодня ты будешь позировать рядом со мной… — его глаза встретились с её, словно это были гляделки на выживание.
Неуместная шутка Хесуса и предложение присесть ему на второе колено, взбесила Морте еще больше, чем вопиющее поведение этой женщины. Но столько лет посвященные актерскому мастерству дали о себе знать, он смог выдавить из себя смех, хотя в глубине души хотелось кричать. Попытка Педро разрядить обстановку была полностью проигнорирована. Он знал, что его друг не оставит этого и они обязательно вернутся к разговору об этом инциденте, но сейчас у него была только одна задача, стащить эту упрямую басконку с не его колен.
— Допустим, организаторы предлагали мне встать рядом с тобой… — рука обвита
вокруг не его шеи, а глазами она кажется намеривалась прожечь в нём дыру.
— И какого черта ты тогда устроила, — эти слова прозвучали грубее чем ему хотелось, но она не оставила ему выбора.
— А разве ты предлагал позировать вместе?
Определённо придушить…
— Хочу тебе напомнить, что мы все ещё главные герои, — в уголках его глаз появилась сеточка из мелких морщин, а руки сжались в кулаки сохраняя последние капли самообладания.
— Одна простая просьба и я встану рядом с тобой, — он видел искорки в её глазах.
— Ици, хватит, просто иди ко мне. — он протянул ей руку вновь надевая маску
полнейшего безразличия.
— Извини за это. — смог он услышать её слова Ховику, на что лишь закатил глаза.
1-1 — пронеслось в его голове…
Но как только их пальцы соприкоснулись, её аромат окутал его, и рука наконец заняла своё законное место, он забыл про всех остальных.
Существовали только они. Только она.
— И что это было? — Ициар с улыбкой взглянула на него.
— Не имею ни малейшего представления, о чем ты… — Альваро улыбнулся ей в ответ, прижимая ближе к себе.
— Надеюсь, теперь Вы довольны, Профессор, — её ироничный тон вызвал толпы мурашек на его коже.
Наконец-то он имел возможность рассмотреть её как следует. И лишь одно слово пришло ему на ум «совершенство». Тот, кто сказал, что нет предела совершенству очевидно не знал её.
— Estás muy guapa, — она подняла на него свои глаза, губы растянулись в улыбке, а в груди вновь вспыхнуло до боли знакомое жжение.
— Guapísima… — его хриплый шёпот заставил её вздрогнуть.
Его прикосновение прошло по её коже словно электрический разряд. Она вдруг резко ощутила его руку на своей спине, пальцы нежно перебирали бархатный материал её платья. Его парфюм въелся в её вены, а тёплое дыхание обжигало нежную кожу.
— Ты тоже. — она говорила тихо, из-за чего ему пришлось прижаться к ней еще ближе.
— А ты не скупишься на комплименты… — он смотрел на неё непозволительно долго, не в силах отвести взгляд.
— Но все же ты намного красивее меня. — его хриплый голос раздался в её ухе от чего она снова вздрогнула, а он лишь ухмыльнулся.
Когда прозвучала очередная просьба организаторов успокоиться и позволить сделать общий снимок они немного отстранились друг от друга. Но его рука не сдвинулась ни на миллиметр, гордо расположившись на завоёванном месте.
Вспышки фотоаппаратов ослепляли. Отовсюду раздавались просьбы неугомонных папарацци, улыбнуться или же повернуться. Они старались уделить внимание каждому, но её тяжёлое дыхание, хрипловатый смех и вызывающие движение окончательно его отвлекли. Теперь он не мог сосредоточиться на ком-то кроме неё.
— Я никогда не видел, чтобы мужчины так смотрели на женщину, как эти ублюдки смотрят на тебя. — он наклонился к её уху, хриплый шёпот пробирал до мурашек, заставляя её сердце выпрыгивать из груди.
— А как они на меня смотрят? — она обернулась, встречаясь с его пронзительным взглядом, а алые губы растянулись в соблазнительной ухмылке.
— Так, словно умрут, не бросив хотя бы взгляд в твою сторону. — он говорил серьезно, стараясь сосредоточится исключительно на её глазах, но вырез этого чертового платья так и манил.
— Ревность, Вам однозначно к лицу, Профессор, — она прикусила губу, мимолетный жест заставляющий всю его кровь кипеть.
Но как только каст начал разбредаться в разные стороны, Альваро схватил её за локоть.
— Подожди, — его голос был неузнаваем. Его просьба прозвучала словно мольба, от чего её сердце болезненно екнуло.
— Альваро, — его имя сорвалось с её губ, раньше, чем она смогла это осознать.
Он сошел с платформы, чтобы быть с ней на одном уровне. Но глаза невольно
опускались ниже. Её великолепное платье мало что оставляло его фантазии. И единственное, о чем он мог думать это о мягкости, её кожи которую он столько раз чувствовал под своими губами ранее.
Его взгляд стал хмурым и прежде чем обдумать свои слова он выпалил самый глупый из всех возможных вопросов.
— Ты спишь с кем-нибудь? — это последнее чего она ожидала, он и сам не ожидал, что скажет это вслух, но время не повернёшь вспять.
— Что прости? — его внезапный вопрос обескуражил её.
— Мы не общались больше месяца и это первое, о чем ты меня спрашиваешь?! Даже если и сплю, то тебя это точно не касается. — она попыталась вырвать руку, но эта попытка изначально была обречена на провал.
— Ици… Я…Прости, я просто хочу поговорить с тобой.
— Мог бы тогда начать с вопроса как дела. Да, понимаю, это слишком банально для гениального профессорского разума, но хотя бы не вызывает желание отвесить пощёчину, — и ему повезло, что она все же не приложилась к его щеке, ведь эта
сеньорита имеет весьма тяжёлый удар.
Он не успел ей ничего ответить поскольку их прервал Кольдо с просьбой о селфи. Его появление немного разрядило обстановку. Они улыбались. Даже смеялись. И не скажешь, что мгновение назад им хотелось разодрать друг другу глотки.
Но лишь стоило ему оставить их «наедине», сокрушительные взгляды пересеклись, а кожа казалось начинает искриться. Альваро смотрел на неё, умоляя дать ему возможность все исправить, но её взгляд был таким чуждым ей. Он не узнавал в нем прежней Ициар. Его Ициар. Хотя она никогда его и не была.
— Ици, мы можем поговорить позже? — он подал ей руку, помогая спуститься.
Её прикосновение обожгло его, посылая толпы мурашек по коже.
— Нам больше не о чем разговаривать, Альваро. — ей было больно от этих слов, но так было нужно, кто-то должен быть сильнее…
— Ици, пожалуйста…
— Я не с кем не сплю, а теперь прошу, оставь меня в покое. — она направилась в главный зал, из последних сил сдерживая подступающие слёзы.
Он стоял, смотря на её отдаляющийся силуэт, ощущая лишь пустоту. Он потерял её. И шансы что-либо исправить все больше равнялись нулю.
Но все же он не собирался удовлетворять её просьбу. Если их путям суждено было разойтись, то он хотел сделать это правильно. Она заслужила правды. Заслужила искренности и честности. Эта женщина самое невероятное, что когда-либо случалось с ним. Она перевернула все его существование с ног на голову. И теперь он не сможет жить как прежде. Он навсегда сохранит в себе ту её часть, что она подарила ему. Она научила его радоваться мелочам. Научила проще относиться к трудностям. Напомнила какого это наслаждаться каждым моментом своей жизни. И как важно ценить все, что имеешь. Она всегда отдавала ему всю себя и теперь была его очередь отплатить ей. Если пришло время прощаться, то он сделает это правильно.
Позже он смог поймать её на лестнице. Но она не была расположена к разговору. Переводя все в лёгкую светскую беседу. Он должен отдать ей должное, умение переключаться и держать лицо она отточила превосходно. По его мнению, это один из высших показателей профессионализма. Она никогда не выносила личное на всеобщее обозрение. В отличии от него. Рядом с ней от терял свою привычную сдержанность. Она пробуждала в нем какие-то невероятные чувства. Проявив свою манерность, он хотел помочь ей спуститься. Ведь знал, как она ненавидит каблуки. Сатанинская обувь, она их называла. Но она отвергла его помощь. Всегда такая упёртая. Такая принципиальная. Такая она.
