Когда настанет тьма

      Шэнь Цинцю проснулся с рассветом. Цю Цзяньло покинул Бамбуковую Хижину лишь стражей ранее, оставив ученика в смятении чувств. Вручив ему драгоценный изысканный веер, старейшина Лиянь произнёс:       – Эту вещь изготовил самый талантливый ремесленник северных земель. Веер способен поддерживать равновесие между светом и тьмой. Однако лишь до тех пор, пока ты будешь соблюдать аскезу. Держи тело в чистоте и непорочности.       Шэнь Цинцю вспыхнул, не смея поднять взгляд, прикованный к удивительной вещице.       – Раньше ты мог выровнять ци подобным способом. Поглощая чужую энергию, сам становился сильней. Но ведь А-Цзю не хули-цзин. Сейчас соитие принесёт лишь вред. Теперь твоя культивация зависит от ци природы. Лучше покинуть хребет Тяньгун. Медитация на горе Ху была бы полезней.       – Гора Ху? – наконец, посмотрел на наставника Шэнь Цинцю. – И чем же она так хороша?       – Владыка горы Ху – тигриный бог Ху Шэнь, – ответил Цю Цзяньло. – Несмотря на то, что его считают божеством, он обладает довольно тёмной ци.       – Разве встреча с этим существом не опасна? – спросил Шэнь Цинцю, укутываясь в одеяло.       – Ты сможешь это преодолеть, – уверенно возразил старейшина Лиянь. Достав из рукава изысканную нефритовую бутылочку, он бросил её ученику. – Возьми. Эти пилюли, когда-то созданные самим Мо Яном – одна из драгоценностей ордена, но я вручаю их тебе. Использовать лекарство можно лишь в исключительных случаях. С особенностью твоего ядра ты всё ещё можешь подвергнуться насилию, но теперь поединок на шёлковых простынях способен вызвать смертоносное отклонение ци. Тогда пилюля станет твоим спасением.       – Учитель, – пряча покрасневшее лицо в подушках, спросил Шэнь Цинцю. – А ты... Неужели всю свою жизнь тебе приходилось соблюдать целомудрие?       Застыв, Цю Цзяньло не смел вдохнуть. Его глаза покраснели от гнева.       – А дерзости тебе не занимать, щенок, – прошипел он, поспешно растворяясь в ночи.       Не сдержав дрогнувшего уголка губ, Шэнь Цинцю присел. Открыв бутылочку, он вытряхнул на ладонь пилюлю. Размером с небольшую жемчужину, она издавала острый аромат снега и каких-то неизвестных ему трав. Идеально круглая, пилюля мягко светилась, словно звезда, а на её поверхности чётко просматривались золотистые и серебряные узоры.       – Пилюля небесного уровня? А этот Мо Ян был редким талантом.       Вернув пилюлю в сосуд, лорд Цинцзин запечатал бутылочку и спрятал её в пространственном кольце, раздумывая над тем, что Сяо Баю подобное подспорье поможет отрастить ещё парочку хвостов.       Потянувшись, заклинатель вздрогнул, почувствовав, как кто-то прикоснулся к нему под одеялом. Резко скинув его прочь, он нахмурился, увидев очаровательную картину – Ло Бинхэ крепко спал, обнимая лисёнка. Мальчишка улыбался во сне, зарывшись в пушистый мех зверя. Его тихое дыхание было спокойным и размеренным. Выдохнув, Шэнь Цинцю улыбнулся. Боги, эти двое и впрямь беспокоятся о нём? Осторожно накрыв спящую парочку, лорд Цинцзин поёжился от холода. Очевидно, под утро начался дождь. Бамбуковая Хижина полнилась влажным зелёным ароматом рощи. Поднявшись, Шэнь Цинцю разжёг тяжёлые жаровни и отправился в комнату омовений.       Ци воды способна защитить от холода. Тем более его тело прошло ступень закалки. Купание в ледяной воде будет отличной тренировкой. Скинув одежды, лорд Цинцзин смело ступил в лохань, но тут же выскочил прочь, задохнувшись от обжигающего ледяного прикосновения. Скрипнув зубами в раздражении, он утопил в воде огненный талисман, едва не доведя её до кипения. Ему так и не удалось насладиться утренней ванной. Разозлённый лорд Цинцзин долго выбирал одежды, выравнивая дыхание и облачаясь в них слой за слоем. Веер, что оставил ему Цю Цзяньло изображал изумрудную бамбуковую рощу, пронизанную золотыми солнечными лучами. И Шэнь Цинцю выбрал плотный халат с тем же рисунком. Затянув широкий пояс, он накинул верхнее одеяние из тёмного зелёного шёлка. Лорд Цинцзин привёз его из Чанъаня давным-давно, очарованный удивительной способностью к текучести. Шёлк казался стремительной изумрудной рекой. Тяжёлый, но подвижный, он развевался от малейшего дуновения, создавая образ цветка в потоке весеннего ветерка.       Заколов волосы нефритовой гуань, он полюбовался на звонкие украшения шпильки в бронзовом зеркале. Отражение немного улучшило настроение. Лорд Цинцзин вновь задумался о том, что ему были бы полезны знания о кулинарии. Ведь он собирается бежать, прихватив с собой дитя. И даже то, что душе ученика была не одна сотня лет, не меняло дела – тело ребёнка слабо. Ему требуется особая наполненная духовной энергией пища. Однако сбережений Шэнь Цинцю едва ли хватит надолго. Да и без возможности что-либо приготовить им придётся питаться лишь сырыми овощами и фруктами. Это усложняло задачу.       Гора Ху... Если на ней и впрямь властвует тигриный бог Ху Шэнь, то его энергия давно напитала растения. Должно быть и духовные звери, почувствовав скопление энергии, взошли на гору и остались в тех местах. Совет Цю Цзяньло имел смысл.       Покинув укромный уголок за ширмой, Шэнь Цинцю пробудил ученика, отправив его в комнату омовений. А затем, потрепав лисёнка по голове, присел рядом с ним и прошептал:       – Сяо Бай, взгляни. Думаю, это поможет твоей культивации.       Вытряхнув на ладонь пилюлю, полученную ночью, он протянул её питомцу. Северный зверь отличался редким умом. Понюхав лакомство, он повёл пушистым ухом и задумчиво взглянул на человека.       – Что? Они так плохи? – удивился заклинатель. Ведь их уровень был довольно высок.       Лисёнок заворчал. Его взгляд потяжелел. Он всё ещё не достиг стадии развития, что позволила бы ему говорить с человеком. Да и для того, чтобы заключить духовные узы, он был мал и слаб. Здесь его понимал только Ло Бинхэ. Взглянув на дверь в комнату омовений, щенок несколько раз тявкнул.       – Что?! – раздался удивлённый голос мальчишки. И мгновение спустя тот, закутанный в полотенце, появился рядом. Оглядев пилюлю, он с подозрением взглянул на Шэнь Цинцю и напряжённым голосом спросил. – Учитель, кто дал вам это?       Но тот лишь вздохнул в ответ.       – В землях тьмы есть священные звери, к которым демоны не смеют приближаться, – объяснил Ло Бинхэ. – Один из них – венценосный феникс. Это белоснежная птица живёт в садах Владыки Небес, но её развитию необходима тьма. Её ядро, словно инь и ян, в равной мере содержит тьму и свет. Демон не может его поглотить. Как и заклинатель. То, что вы держите в руках – не пилюли. Это чистое ядро венценосного феникса. И мне страшно подумать, кто отважился уничтожить священную птицу. Среди демонов нет того, кто дерзнул бы так поступить. Ведь это вызовет кару небес. Ценность ядра низка, ради него не стоит так рисковать.       Шэнь Цинцю задумался. Вот как? Боги, а ведь в бутылочке не меньше десятка пилюль. Очевидно, Мо Ян считал, что они весьма полезны. Оно и верно. Ведь в его венах тоже текла смешанная кровь.       Убрав пилюлю обратно в бутылочку, Шэнь Цинцю так и не ответил на вопрос Ло Бинхэ. Он велел мальчишке закончить омовение, а затем погладил Сяо Бая, тихо делясь с ним тревогами.       – Я встретил учителя, Сяо Бай. Человек из прошлого, которого я долго считал мёртвым. Это он дал мне пилюли и...       Он замолчал, прислушиваясь. Ло Бинхэ не стоило об этом знать. Этот мальчишка вырастет и, возможно, покинет Шэнь Цинцю. Ему не нужно погружаться в жизнь учителя. Нельзя привязывать к себе это дитя.       Почувствовав тревогу человека, лисёнок забрался на его колени и принялся облизывать лицо.       – Эй, – рассмеялся Шэнь Цинцю, прижимая зверька к груди. – Я-то думал, ты повзрослел.       Откинувшись на постель, Шэнь Цинцю приподнял лисёнка вверх, любуясь прекрасным ледяным зверем.       – Я надеялся, что эти пилюли смогут помочь тебе отрастить пятый хвост. Духовные звери взрослеют так медленно. Прошло пять лет, а ты всё ещё дитя.       Сяо Бай фыркнул и принялся загребать лапами, словно при беге в попытке вырваться. Шэнь Цинцю, рассмеявшись, наконец, опустил его вниз и вновь прижал к себе.       – Какой обидчивый, – прошептал заклинатель с улыбкой. – Ничего. Скоро мы отправимся на гору Ху, где живёт тигриный бог Ху Шэнь. Рядом с ним твоё совершенствование будет стремительным.       Лисёнок прикрыл глаза, уютно устроившись в объятиях человека. Он слышал о Ху Шэне. И о том, что им предстоит путешествие. Восточный склон горы Ху покрыт древними лесами, а на юге растёт бамбук. Гора Ху высока настолько, что её заснеженный пик тонет в облаках. Возможно, там можно отыскать драгоценные растения северных земель. Он хотел бы встретить тысячелетний снежный лотос. Его хватит, чтобы прорваться на следующий уровень...       Заглянув в комнату учителя, Ло Бинхэ застыл, умилившись видом мирно спящего Шэнь Цинцю с Сяо Баем в объятиях. Вздохнув, он бесшумно покинул Бамбуковую Хижину, поспешив в павильон Пяти Специй. За определённую плату там можно было добыть свежие продукты или приготовить обед своими руками. Ло Бинхэ обладал немалым талантом. Он жаждал заботиться о Шэнь Цинцю в ответ на отношение, которым тот баловал его в этой жизни. Мальчишка не переставал удивляться изменившемуся характеру учителя и даже подозревал, что лорд Цинцзин одержим. Ведь совсем недавно Ло Бинхэ прямо признался в том, что явился из прошлого. Что он и есть то чудовище, которое стало причиной мучительной смерти Шэнь Цинцю... Так почему же мастер отнёсся к этому столь равнодушно, словно его собственная жизнь, закончившаяся так трагически, совсем не имела значения?       Может быть, Ло Бинхэ напрасно думал, что многое смог узнать о его жизни? Казалось, Шэнь Цинцю скрывал страшную тайну.       Достигнув павильона пяти специй Ло Бинхэ успел перехватить ученика, что нёс готовый завтрак лорду Цинцзин. Вместо этого он выбрал несколько свежих овощей, тофу и сочный кусок мяса. Чтобы не тревожить учителя Ло Бинхэ принялся за приготовление пищи в павильоне Пяти Специй. Это не заняло много времени, и вскоре он вернулся в Бамбуковую Хижину.       Шэнь Цинцю впервые довелось отведать блюда, приготовленные Ло Бинхэ. В прошлом он был наслышан о них. Да и в книге таланту главного героя отводилось едва ли не первое место. Лорд Цинцзин мгновенно смог определить, что изысканные лакомства не могли быть приготовлены поварами павильона Пяти Специй, хотя ученик не сказал и слова. Прищурившись, он хитро взглянул на ученика:       – Ты и впрямь выдающийся талант, – произнёс он негромко.       Ло Бинхэ покраснел в ответ. Он и не думал, что учителю будет так легко распознать его руку. Теперь, когда Шэнь Цинцю знал о том, кто Ло Бинхэ такой, подобное вызывало неловкость. Ученик не мог оправиться от чувства стыда и вины за прошлую жестокость, утопая в горьких сожалениях.       – Учитель... – ответил он тихо.       Но тот лишь рассмеялся в ответ, словно догадавшись о чужих тревогах.       – Оставь прошлое в прошлом. Теперь это не имеет значения.       Но Ло Бинхэ знал, что имеет. В конце концов, он вернулся назад для того, чтобы всё исправить.       – Это не так, – прошептал ученик. – Вина этого Ло тяжелее хребта Майгу.       – Хм, – возразил Шэнь Цинцю. – Но твой учитель тоже не без вины. Хотя я и не желал зла...       – Тогда... Учитель, – вскинул взгляд Ло Бинхэ. – Учитель должен сказать мне, почему... Почему всё случилось именно так?.. За что...       Однако Шэнь Цинцю уже отложил палочки. Поднявшись, он кивком поблагодарил ученика, но так и не ответил на его вопрос. Даже не пожелал дослушать!       – Близится собрание лордов двенадцати пиков. Мне нужно подготовиться, – произнес он чуть зардевшись. Лицо мастера выглядело смущённым и словно подёрнутым чувством вины.       – Учитель, – вскочил Ло Бинхэ пытаюсь остановить его. Он был так близок к разгадке, что никак не мог упустить её сейчас! – Учитель, этот вопрос мучает меня столько лет! Неужели вы и в этот раз не ответите?!       Закусив губу, Шэнь Цинцю стремительно покинул Бамбуковую Хижину.       Опустившись на пол, Ло Бинхэ взъерошил свои густые волнистые волосы. Сейчас они едва достигали плеч и лента стягивала в пучок лишь небольшую прядь.       – Что же происходит? – прошептал ребёнок, силясь совладать с горьким чувством из прошлого. Недоверие готово было захлестнуть его с головой. Что же за тайна хранится в глубине души Шэнь Цинцю, если он не в силах рассказать о ней?! Неужели... Неужели гнев и ненависть Ло Бинхэ... справедливы? Неужели он не ошибался? Учитель и впрямь заслуживал такого отношения?       Встряхнув головой, мальчишка до боли закусил губу, пытаясь остановить непрошенные слёзы. Как страшно, святые небеса! Неужели он не должен доверять этому человеку?!       – Хватит! – закричал мальчишка, вскочив. В ярости он смахнул со стола посуду. – Какое это имеет значение?! Может быть, дело вовсе не в этом! Может быть, учитель не говорит правды, потому что знает, кто я такой! Может быть... он желает меня защитить! Не могу доверять?! Вздор! А он... Он может мне доверять?! Разве после того, что я сотворил в прошлом, он не должен меня ненавидеть?! Боги, даже если учитель заманит меня в ловушку и убьёт... это не будет... слишком жестоким наказанием!       Голос ребёнка таял, переходил в горький шёпот. И Шэнь Цинцю, застывший за дверью, никак не мог поверить в то, что слышит. Он действительно так думает или разыгрывает очередную драму? В прошлом такое поведение не было чем-то необычным. Ло Бинхэ часто обманывал других. К несчастью, это был один из его лучших талантов. Шэнь Цинцю покачал головой, и всё же решил смолчать. На самом деле, не имеет значения, играет Ло Бинхэ или действительно думает именно так. Вина Шэнь Цинцю неоспорима – он отнял у этого дитя счастливое будущее. И даже то, что мастер Сюя пытался спасти дорогих людей – не оправдание.       Он был неправ. И эта ошибка стоила жизни тем, кого Шэнь Цинцю хотел защитить.       Вздохнув, лорд Цинцзин отправился на пик Цюндин. Осталось совсем немного времени до собрания лордов двенадцати пиков. Пришло время выбрать правильный путь. Всю свою жизнь он посвятит заботе о Ло Бинхэ! И тогда... может быть, тогда ему удастся спастись!       Намеренно воспользовавшись Радужным Мостом, Шэнь Цинцю прибыл в Главный Зал в числе последних. Чинно опустившись на своё место, он не смел оглядывать присутствующих, хотя чувствовал на себе их тяжёлые осуждающие взгляды. Все винили его за состояние Лю Цингэ.       Глава Юэ явился через несколько мгновений. Приветствовав присутствующих, он опустился на стул и дал знак ученику, застывшему за его плечом, начинать собрание. Лорды секты часто являлись в сопровождении своих адептов.       Произнеся приветственную речь, юноша с пика Цюндин передал главе секты первый свиток с просьбой о помощи. Развернув золотистый шёлк, глава Юэ прочёл:       – Жители города Байюй подверглись нападению высокоуровневого духовного зверя. Он находится на столь высоком уровне, что смог огласить свои требования – десять юношей и девушек, пробудивших духовную силу. Или пилюлю Небесной Огненной Ци девятого ранга.       – А у него немалый аппетит, – усмехнулся Вэй Цинвэй, толкая в бок задремавшего лорда Цзуйсян. – Какого типа зверь?       Лорд Цзуйсян, вздрогнув, выпрямился и даже сделал глоток ароматного чая, тут же поморщившись. Отвратительно! Как можно пить что-то, кроме вина?!       Юэ Цинъюань пробежался по строкам свитка.       – В городе Байюй имеются две заклинательские школы праведного пути. Но ни одна из них не смогла не только совладать с чудовищем, но и определить тип. Всё, что мы знаем – по описанию он приближен к драконам. Хотя, возможно, это Тэншэ Им не впервой столь дерзкие мечты. Тэншэ издавна считают себя драконами и полагают, что могут достичь высот.       – Шиди Ся, что думаешь? Таншэ понравится твоё вино, – поддел лорда Цзуйсян Вэй Цинвэй.       Тот, отхлебнув изрядный глоток из тыквенной бутыли, кивнул.       – Можно. Байюй славится своим драгоценным белым нефритом и зачарованными магическими предметами. Это будет полезное путешествие для обоих пиков, – поддразнил он в ответ. Ведь пик Ваньцзянь был полон талантливых ремесленников, что изготавливали магические артефакты.       – Решено, – прервал спор Юэ Цинъюань, велев ученику передать свиток Вэй Цинвэю. Он давно устал от их бесчисленных споров. К тому же его беспокоил странный задумчивый вид Шэнь Цинцю. Настолько, что в груди давно трезвонил тревожный колокол. С трудом взяв себя в руки, глава секты развернул следующий свиток.       Лорд Цинцзин заставил себя поднять голову и оглядеться. Если он всё собрание проведёт, опустив глаза в пиалу с чаем, это вызовет недоумение. Шэнь Цинцю надменный, гордый бессмертный. Не было дня, чтобы он не демонстрировал этого другим. Сейчас нельзя допустить подозрений!       Лю Цингэ отсутствовал. Да и над Байчжань всё ещё мерцал золотистый барьер лорда Сюань. Сам «небожитель» с царственным видом восседал рядом с Цао Цингуаном. Шэнь Цинцю вздрогнул. Знай он, что лорда Сюань нет на пике Байчжань, возможно, попытался бы увидеться с Лю Цингэ!       – Этот свиток лично привёз старейшина отдалённой деревеньки в надежде на помощь, – услышал Шэнь Цинцю голос главы секты словно сквозь сон. – Он уже немолод и долгий путь из провинции Фуцзянь был труден. Деревня Саньдуо расположилась на берегу Восточного Моря. Люди там промышляют ловлей рыбы и выращиванием лотосов. Рядом нет заклинательских школ. Это место бедно природной ци. Недавно деревню заполонили змеи. Они лишают людей последней горсти риса и пугают детей. И пусть никто не погиб, беспокойство не позволяет им жить спокойно.       В Главном Зале повисло молчание. Никто не желал брать на себя задание, что не принесёт ни славы, ни денег. Ведь жители Саньдуо едва ли могли себе позволить оплату и могли надеяться лишь на добрую волю.       – Хм, – наконец, высказалась Ци Цинци. – Неужели секта Цанцюн находится ближе к Восточному Морю, чем храм Чжаохуа? Почему не обратиться туда?       – И впрямь, странно, – согласился лорд пика Цинцянь. – Это дело не связано с духами или призраками. Зачем им понадобились заклинатели?       – Я возьму это на себя, – тихо произнёс Шэнь Цинцю, протянув руку за свитком. – У этого Шэня лишь один ученик. Дело не кажется сложным. Это будет достойной тренировкой.       Путь до провинции Фуцзянь даже на мече займёт не меньше пяти дней. Отдалённость этого места от хребта Тяньгун была именно тем, что искал Шэнь Цинцю. После того, как он исчезнет, никто не хватится сразу.       Однако Юэ Цинъюань не выпускал из рук грубый бамбуковый свиток.       – Шиди, деревня Саньдуо далеко на востоке. Случись беда, никто не сможет прийти на помощь.       – Глава Юэ, – нахмурился тот, осторожно потянув свиток на себя. – Разве секта Цанцюн не способна создать печать сжатия тысяч ли? На пике Цинцянь достаточно духовных зверей с пространственными способностями. Вы напрасно тревожитесь. Да и что может случиться? Неужели Шэнь не способен совладать с десятком змей?       Нехотя выпустив свиток, Юэ Цинъюань некоторое время молчал, не отрывая взгляда от младшего брата. Он что-то задумал? Никогда раньше Шэнь Цинцю не брался за столь незначительные дела.       – Лорд Шэнь может позволить себе столь благородный поступок, – ухмыльнулся Цао Цингуан. – Ему не нужно думать о том, как содержать собственный пик.       Впрочем, он тут же замолчал под тяжёлым взглядом Юэ Цинъюаня. Боги, да всем известно, что нужды Цинцзин покрывал глава секты! Никто другой не мог надеяться на подобное! А ведь один веер, что сейчас держал в своих изящных руках Шэнь Цинцю, наверняка стоил не меньше тысячи духовных камней высшего качества!       – Содержать пик? – удивился Шэнь Цинцю. Ему и впрямь не приходилось заботиться об этом ни в прошлой, ни в этой жизни. Но лорд Цинцзин и подумать не мог, что подобное является причиной глубокой неприязни. Ведь в этот раз Шэнь Цинцю всеми силами души пытался выстроить отношения с лордами секты, забыв о презрении и ненависти. К несчастью, те по-прежнему были враждебны и холодны. Теперь одна из причин стала понятна. Вместе с ней открылась и одна из тайн Юэ Цинъюаня – старший брат одержим заботой о сяо Цзю.       Это будило тревогу и боль в груди Шэнь Цинцю. Он жаждал избавить Ци-гэ от разрушительной привязанности, ещё больше уверившись в правильности своего поступка!