Надежда ㅡ опасная и тревожная вещь

ㅡ Ты не смотрел на меня, - говорит Натаниэль. Взгляд Эндрю снова переходит на него, теплый и растерянный. Он ничего не говорит, но Натаниэль знает, что он хочет, чтобы он продолжал. ㅡ На приеме. Ты не смотрел на меня. Эндрю, кажется, так его рассматривает, рука все еще находится в его волосах, но он не отдергивает ее. ㅡ Я не проявляю привязанности так, как это делают нормальные люди, - говорит он в качестве объяснения. Натаниэль все еще в замешательстве, но он не настаивает на дополнительной информации. Должно быть, молчание Натаниэля кажется громким, потому что Эндрю продолжает: ㅡ Мне не нравится, когда общественность знает о моих делах. Для них это брак по расчету, и я не буду делать ничего, чтобы изменить это мнение. Мне все равно, что они думают обо мне. Я не буду проявлять к тебе публичную привязанность, не буду держать тебя за руку и не буду целовать тебя так, чтобы они видели. Если ты захочешь этого, это будет только для нас с тобой, и ни для кого больше. Понял? Облегчение в Натаниэле мгновенно переполняет его. Его грудь становится легкой и открытой, и кажется, что он снова может дышать. ㅡ Да, - говорит Натаниэль, потому что это все, что он может сказать. ㅡ Хочешь спать со мной. Да или нет? - спрашивает Эндрю. Натаниэль не понимает смысла вопроса, и это, должно быть, отражается на его лице, потому что Эндрю добавляет: ㅡ Только спать. Натаниэлю требуется некоторое время, чтобы обдумать свой ответ, и затем он говорит: ㅡ Да. Эндрю протягивает свою ладонь, и Натаниэль просовывает свои пальцы между пальцами Эндрю; они прилегают друг к другу, как пазл, который складывается в единое целое. Пальцы Эндрю теплые и сильные, и Натаниэль не чувствует сдавленности, не ощущает, что его кожа отслаивается при прикосновении. Эндрю рассматривает его долгое, испепеляющее мгновение, а затем ведет его в ванную. Он закрывает дверь, как только Натаниэль оказывается внутри, предоставляя ему возможность уединиться, чтобы подготовиться ко сну. Когда он выходит, Эндрю уже лежит в постели, темнота уже поглотила стены и воздух вокруг них. Даже в темноте он чувствует на себе взгляд Эндрю и старается не дать этой мысли поглотить его. Он скользит на свою сторону кровати и забирается под одеяло. Они так далеко друг от друга, что даже не кажется, что рядом есть еще один человек. ㅡ Ты двигаешься во сне? - спрашивает Эндрю в темноту. ㅡ Нет. Я сплю как мертвый , - отвечает Натаниэль. Эндрю ничего не говорит, но он чувствует, что хоть раз ответил на вопрос правильно. Нил привык к постоянному чувству страха, как к синяку в его нутре, к надвигающемуся ощущению обреченности при медленном скольжении скрипящей открытой двери или тяжелых шагах на лестнице. С самого раннего возраста Нил научился исчезать. По щелчку выключателя он может стать тем, кем ему нужно быть, чтобы выжить. Для своего отца он играет роль послушного сына, жестокого, тихого и кровожадного. Для матери он - идеальный солдат, послушный, подвижный и легко управляемый. Как бы он ни вырос, чтобы превратиться и проявиться в того, кем ему нужно быть, Нилу трудно быть кем-то, кроме себя, рядом с Эндрю. Недели после свадьбы были тревожными в своем спокойствии. Натаниэль провел большую часть времени, знакомясь с Эндрю и его семьей. Кажется, они прониклись к нему такой любовью, какой не испытывал никто другой. Каждый раз, когда он думает об этом, в его нутре появляется теплое местечко. Эндрю и Аарон обычно исчезают в течение дня, но Эндрю всегда приходит за ним во время ужина, и они едят одни в своей каюте. Натаниэль старается не думать об этих ужинах как о свиданиях, но они не могут быть ничем иным. Это оставляет у него ощущение сладости и парения. Они спят в разных комнатах, но Эндрю всегда провожает его до двери и желает ему спокойной ночи. Такое ощущение, что за ним ухаживают - не то чтобы он знал, на что это похоже. Ему хочется, чтобы Эндрю остался, пожелал ему спокойной ночи в одних простынях на общей кровати. Он представляет, как Эндрю слегка прижимает его к двери спальни, прижимает руку к его спине, ласкает ладонью его щеку и желает ему спокойной ночи своим ртом. Ему никогда раньше не хотелось целовать кого-то, и он не знает, что делать с этим чувством. Иногда он ловит себя на том, что Эндрю наблюдает за ним, и в его глазах читается голод, который никогда не был утолен. В такие моменты ему хочется, чтобы Эндрю поглотил его. От отца не было никаких вестей, но Натаниэль догадывается, что что-то назревает. Король Ваймак уже несколько недель сидит в своей башне, и шепот в коридорах подтверждает подозрения Натаниэля: что-то назревает, просто он еще не уверен, что именно. Эндрю нашел его в библиотеке тем же вечером, работающим над книгой, которая он держит сидя на самом краю сиденья. Он так увлечен, что не замечает ни тихих шагов, ни драматического скрипа дверей библиотеки. ㅡ Мне стало интересно, куда ты убежал, - говорит Эндрю, выводя Натаниэля из ступора. ㅡ Ты меня напугал, - говорит Натаниэль, задыхаясь от смеха. Приход Эндрю заставил его забыть о книге, которой он был так увлечен всего несколько минут назад, предвкушение и волнение написаны на его лице как слова. ㅡ Кролик, - говорит Эндрю, его губы расплываются в неосознанной улыбке. ㅡ Пойдем, уже почти время ужина. Натаниэль без колебаний откладывает книгу в сторону и следует за Эндрю из библиотеки. Они шагают вместе, тыльные стороны их рук ласкают друг друга, как поцелуй, при каждом шаге. На мгновение Эндрю кажется, что он борется с собой, рука сжимается в кулак, плечи напрягаются, прежде чем он перебирает пальцы Натаниэля. Он настолько застигнут врасплох, что на мгновение забывает сжать пальцы в ответ. Они не смотрят друг на друга, но это кажется судьбоносным жестом. ㅡ Я хотел с тобой кое о чем поговорить, - говорит Эндрю, когда они поднимаются вдоль своей каюты. В щель двери Натаниэль видит стол, уже накрытый для них, и людей, суетящихся вокруг, чтобы приготовить для них еду. ㅡ О чем? - говорит Натаниэль, полностью сосредоточив внимание на Эндрю. ㅡ О твоем отце. Натаниэль хмурится, отбрасывая руку Эндрю, словно она обожгла его. ㅡ А что с ним? Эндрю долго молчит, глядя на Натаниэля. ㅡ Я хотел, чтобы ты знал, что мы заключили сделку с Мориямами. Сердце Натаниэля сжалось в горле, и его голос прозвучал как крик, когда он спросил "что?". ㅡ Теперь, когда Кенго ушел из игры, с ними легче заключать договоры. Ичиро согласился, что твой отец представляет опасность для всех нас. Он непостоянен, и у него есть сила, чтобы выкорчевать всех нас. Ичиро согласился избавиться от него. ㅡ И как он собирается это сделать?- спросил Натаниэль, оцепенев. ㅡ Я не знаю. Это не моя забота. ㅡ Кто же тогда будет управлять Балтимором? - спрашивает Натаниэль, боясь ответа, которого он так страшится. ㅡ Ты, - говорит Эндрю. ㅡ Значит, это была какая-то уловка? Ты вытащил меня оттуда, а теперь просто собираешься бросить меня обратно? Гнев, как железная клетка вокруг его сердца. ㅡ Нет, - говорит Эндрю, нахмурившись. Натаниэль делает шаг назад: ㅡ Я скорее умру, чем вернусь туда. Натаниэль собирается уйти, но Эндрю оказывается быстрее, его рука смыкается вокруг его запястья, как тиски, которые не отпускают. ㅡ Отпусти меня, - говорит Натаниэль, гранича с бешенством. ㅡ Нет. Пока ты не поймешь, - отвечает Эндрю, натягивая руку, пока Натаниэль твердо не встанет перед ним. ㅡ Мы знали, что твой отец собирается убить тебя, это был лишь вопрос времени. Ваймак не любит проигрывать, поэтому мы разработали план, как тебя вытащить. Это была только идея, когда мы пришли на похороны твоей матери, но когда мы увидели тебя, мы поняли, что должны пройти через это. Он был другом твоей матери, когда-то давно, и его убивало то, что стало с тобой, с ней, с ее королевством. Мы знали, что должны уничтожить его, и единственным способом сделать это было найти путь внутрь; мы убивали двух зайцев одним выстрелом. Ты был нашим путем в семью, и, женившись на тебе, я мог помочь и тебе. Только после этого мы обратились к королю Ичиро. Он уберет твоего отца, а с твоей помощью мы сможем вернуть мир в забытое королевство твоей матери. ㅡ Я не могу, - сказал Натаниэль, его горло сжалось от эмоций. ㅡ Ты сможешь. Ты больше не один, Натаниэль. Я здесь, рядом с тобой, на каждом шагу, - говорит Эндрю, протягивая руку, чтобы погладить его по шее. Он склоняет голову, и лишь небольшой толчок - и лоб Натаниэля упирается в его плечо. Этот контакт заземляет, а не причиняет боль, и ему хочется прижаться ближе, прижаться носом к его шее и вдохнуть его. ㅡ Хорошо, - наконец говорит Натаниэль. ㅡ Хорошо? - спрашивает Эндрю. ㅡ Да, хорошо. Они идут есть, и первые несколько минут им кажется тесно, сыро и неуютно, но потом они погружаются в легкую болтовню, и тяжесть на груди Натаниэля рассеивается, превращаясь в далекую боль. Эндрю не смотрит на него с жалостью, презрением или чем-то подобным. Он смотрит на Натаниэля так, как будто он что-то значит, как будто Натаниэль - это весь мир на его ладони. Он смотрит на Натаниэля так, словно тот является недостающим кусочком в его перетасованной головоломке, словно он - единственный бриллиант в коробке с углем. Они едят в спокойной тишине, которая оставляет в его сердце ощущение мягкости и свободы. Даже испытывая страх перед будущим, Натаниэль не может заставить себя чувствовать его как раскаленное железо в своей груди. Он чувствует, возможно, впервые в жизни, что в конце этой вечной тьмы, в которой утонул Балтимор, будет свет. Его мать, конечно, перевернулась бы в могиле, но она успокоится, когда они наконец снова смогут посадить цветы в Балтиморе. После ужина Эндрю встает и протягивает Натаниэлю твердую руку. Натаниэль лишь на мгновение задумывается, прежде чем вложить свою ладонь в ладонь Эндрю. Ничто и никогда еще не было таким правильным, и он задается вопросом, думает ли Эндрю о том же. Он провожает Натаниэля до его комнаты в дружеском молчании, которое уже не тяготит их так, как когда-то. Натаниэль ощущает тишину, как одеяло, уютное и теплое.