Надежда ㅡ опасная и тревожная вещь

ㅡ Утром я пошлю сообщение о твоем согласии. Мы покончим с этим как можно скорее. И с этими словами он встает и оставляет Натаниэля одного. Ему потребовалось все силы, чтобы не упасть на колени и не заплакать. В течение нескольких недель Натаниэль не получает от своего суженого никаких известий, но он не воспринимает это как дурной знак. Он чувствует, что мир открывается перед ним, и, возможно, ему дается второй шанс. Он готов на все, чтобы ухватиться за него двумя руками и крепко держаться. В замке царит какофония планирования, закупок и пошива одежды. Натаниэль никогда в жизни не примерял столько костюмов, но он не возражает против того, чтобы отвлечься. Несмотря на нервное возбуждение, Натаниэль не может отделаться от опасения, что он идет в ловушку. Обещание убежища, мира и свободы было слишком сильным, чтобы от него отказаться, но несколько недель, проведенных в одиночестве, оставили ему достаточно времени, чтобы усомниться в легкости убежища, которое они ему предложили. Он полагает, что нигде не может быть так плохо, как в этом замке, у его отца. Свадьба подкрадывается к нему как призрак. В один момент они готовятся к свадьбе, а в другой - Эндрю Ваймак и его компания появляются на пороге их дома. Натан Веснински направил принцу Эндрю приглашение остановиться во дворце Веснински в ночь перед свадьбой. Этот жест должен выглядеть гостеприимным, но Натаниэль уверен, что Ваймак знает, что он не может быть не тактичным. Натаниэль готов официально поприветствовать их, но Лола быстро отводит его. Слишком много дел, слишком много всего нужно сделать, слишком много всего подготовить. Натаниэль предполагает, что их пытаются разлучить, чтобы никто не передумал до свадьбы. Однако Натаниэль мельком видит его сквозь щели в дверях и открытые коридоры. Натаниэль пытается скрыть свое беспричинное любопытство, но не может удержаться от резкого наклона головы, чтобы бросить взгляд на своего суженого. Натаниэль наслаждается короткими взглядами, которые он получает от принца Эндрю, мягкостью его силуэта, жестким движением плеч на фоне парадной рубашки, плотным покроем брюк. Натаниэль может представить себе силу, которую он несет в своих руках, и не может побороть страх, когда представляет, как Эндрю использует ее на нем. Каждый взгляд Натаниэля отработан и изощрен - он мастер оставаться незамеченным и неслышимым, и поэтому трудно не заметить, как на затылке у него появляется жесткий нажим следящих глаз, когда он проходит мимо. День закончился и закончился раньше, чем Натаниэль успел его прочувствовать. Дворец стал магнитом для тьмы, стены исчезают под покровом ночи. Все обитатели нашли утешение в своих комнатах, ползая со свечами в надежде заглушить темноту. Натаниэль ничем не отличается от других; свечи устилают каждый дюйм поверхности в его комнате, освещая каждый уголок, до которого они могут дотянуться. Ночь никогда не бывает безопасным временем для Натаниэля, все жуткие существа выходят поиграть, и Натаниэль никогда не знает, когда они придут за ним. Он сидит в своем шезлонге у окна, наблюдая и ожидая. На его коленях лежит раскрытая книга, страницы которой хрустят о тонкие пижамные штаны. Натаниэль не может отделаться от мысли, что Эндрю все еще не спит, предвкушение не дает ему покоя. Натаниэль наблюдает за птицей, совершающей медленные круги над деревьями, когда в дверь его спальни раздается неприметный стук. В тишине комнаты этот звук кажется неправильным, и сердце Нила начинает биться с перебоями: в тишине почти слышен стук в груди. Натаниэль не делает никакого движения, чтобы встать, пока не раздается второй стук, на этот раз более громкий и сильный. Он чуть не споткнулся, когда встал, книга неуверенно упала на его босые ноги. Ему нужно мгновение, чтобы успокоить бьющееся сердце, прежде чем он мерным шагом направится к двери. Натаниэль считает шаги, прислушиваясь к мягкому стуку босых ног по кафелю, стараясь сохранять спокойствие. Он открывает дверь, словно срывает пластырь, слишком быстро, чтобы можно было усомниться. Он не уверен, кого ожидал увидеть - возможно, Лолу, возможно, отца, но точно не Эндрю. Эндрю стоит на пороге двери, его волосы почти светятся на фоне фонарика в его ладони. Его лицо - маска пустоты, и Натаниэлю трудно понять, хорошо это посещение или плохо, по одному только его виду. Эндрю изучает Натаниэля с пристальным безразличием, но его глаза прослеживают путь по его лицу, рассматривая приталенную пижаму, босые ноги. Натаниэль чувствует, что его щеки пылают, и опускает глаза, пытаясь скрыть смущение. ㅡ Могу я войти? - наконец спросил Эндрю, кивнув в сторону комнаты за спиной Натаниэля. Он начинает действовать, испытывая стыд за то, что не предложил, и нервозность за то, что позволил своему суженому войти в его личное пространство. Натаниэль тут же отодвигается с дороги, чтобы пропустить Эндрю. Натаниэль заглядывает в коридор и, не обнаружив там никого, быстро закрывает за собой дверь. Когда он оборачивается, дверь жестко давит ему в спину, Эндрю исследует комнату. Он рассматривает кровать Натаниэля, застеленную и нетронутую, стены голые и неприветливые, книжные полки переполненные и аккуратные. Натаниэль не уверен, о чем думает Эндрю, что он понимает в неприметности комнаты. По какой-то причине он надеется, что ничего плохого. ㅡ Я пришел проведать тебя, - говорит Эндрю, не поворачиваясь спиной. Он делает медленный круг по комнате, держа руки при себе, но его взгляд блуждает, словно пожирает. ㅡ О? - говорит Натаниэль, не находя лучших слов. Эндрю поворачивает голову и смотрит на него, одна бровь вопросительно изогнута. ㅡ Я хочу убедиться, что ты все еще уверен в этом , - уточняет Эндрю. ㅡ Понятно, - отвечает Натаниэль, ㅡ Да, уверен. Он выжидает немного, а затем спрашивает: ㅡ А ты? Эндрю поднимает на него глаза и отвечает. ㅡ Да. Натаниэль не может игнорировать прилив сил в своей груди. Он чувствует себя неописуемо неуверенным, жалким. Он знает и понимает причину этого союза, видит, почему он необходим обеим сторонам, но ему все равно кажется, что мир стоит на его стороне, а он ищет край, за который можно было бы ухватиться. Эндрю кажется практичным человеком, всесторонне развитым и уверенным в себе. Натаниэль - полная противоположность. Он не идеальный принц, на нем множество шрамов, зла и невезения. Натаниэль представляет себе, что Эндрю все это знает, но все равно решил выйти за него замуж. Натаниэль не может понять, почему. ㅡ Ты делаешь это из жалости? - спрашивает Натаниэль. ㅡ Нет. Я делаю это из необходимости, - отвечает Эндрю, не сомневаясь в своем ответе. Грудь Натаниэля сжимается, и на какое-то мгновение он не чувствует, как она бьется. Эндрю продолжает: ㅡ Но мне помогает то, что на тебя приятно смотреть. Натаниэль замирает, переведя взгляд на Эндрю. Кажется, что он не шутит, но это не имеет значения, потому что Натаниэль чувствует, как его сердце замирает в горле, а в животе бурлит что-то сладкое. ㅡ Я тебе нравлюсь. ㅡ Нет. Я сказал, что ты красивый, но я тебя абсолютно не знаю. ㅡ Ты считаешь меня красивым? - спросил Натаниэль, пораженный. Мысли о беспокойстве и неуверенности быстро улетучиваются вслед за чем-то новым, но таким же пугающим. Эндрю смотрит на него так, словно у него внезапно выросли две головы. Он рассматривает Натаниэля медленными, скользящими глазами, а затем на его лице появляется понимание. Он быстро меняет выражение лица, но Натаниэль успевает это уловить. ㅡ Ты не шутишь.Нет? - Смятение в чертах его лица и в глубине его глаз. ㅡ Ха, - говорит Эндрю, поворачиваясь спиной к Натаниэлю и проводя рукой по книжному шкафу у входа. Натаниэль наблюдает за ним, следит за тем, как напрягаются и смещаются мышцы его спины при движении, за венами на руках, которые проступают на его толстых длинных пальцах. На мгновение Натаниэлю захотелось протянуть руку и запустить свои пальцы в щели рук Эндрю, почувствовать его мозоли и пот, скапливающийся на ладонях. Эндрю ловит его взгляд, и он быстро отводит глаза, отворачивается и делает вид, что наводит порядок. ㅡ Я знаю, что обо мне говорят. Я здесь, чтобы сказать тебе, что эти слухи не соответствуют действительности. ㅡ Значит, ты не убивал свою мать? - спросил Натаниэль, держась спиной к Эндрю в страхе перед катастрофической реакцией. Эндрю издал непривлекательный смешок, от которого лицо Натаниэля скривилось. ㅡ А, ну я полагаю, что это правда. Натаниэль поворачивается, обращая внимание на то, как Эндрю непринужденно привалился к стене, его блуждающие глаза смотрят на тело Натаниэля. Он не прекращает своего расчленения, даже когда понимает, что его поймали. Натаниэль находит это внимание опьяняющим. ㅡ И ты просто ходишь и рассказываешь об этом незнакомцам? Эндрю поднимает на него глаза, слегка прикрытые капюшоном: ㅡ Мы больше не чужие, муж. От этого слова по его позвоночнику пробегает дрожь. ㅡ Думаю, нет. Эндрю не сводит глаз с Натаниэля, и это похоже на медленное скольжение руки по его обнаженной коже, горячее дыхание на его шее. ㅡ Я также не буду заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь. Мы можем быть мужьями только по закону, если ты этого хочешь. Я ничего не жду от тебя и рассчитываю, что ты окажешь мне такую же любезность, - неожиданно серьезно сказал Эндрю. Весь жар, который был всего несколько минут назад, исчез, и на его месте осталась каменная стена, не оставляющая места для вопросов. ㅡ Я ... спасибо, - говорит Натаниэль, потому что не знает, что сказать. Ничто из того, что приходит на ум, не кажется ему достаточным. Он так ценит это предложение, что оно обжигает его кожу. Однако он чувствует внезапное разочарование, когда понимает, что никогда не сможет испытать ощущение рук Эндрю на своей коже. Он чувствует себя обворованным. Он не показывает своего разочарования, но Эндрю, должно быть, заметил перемену в его выражении лица, потому что он говорит: ㅡ Если, конечно, ты не решишь, что хочешь большего. Мы обсудим это, если или когда возникнет такая ситуация. Облегчение - это эмоция всего тела, и он чувствует его от пальцев ног до кончиков ушей. Он надеется, что его лицо не такое красное, как кажется; ему было бы стыдно, если бы он не был так занят удовлетворением. ㅡ Конечно, если возникнет такая ситуация, - говорит Натаниэль. Понимание приходит на лицо Эндрю, как часы, бьющие полночь. Медленно его глаза темнеют, и Натаниэль почти видит всю ту мерзость, о которой он думает в черноте своих зрачков. Натаниэлю приходится сохранять полную неподвижность, чтобы не толкнуть себя к Эндрю - для чего, он не уверен. ㅡ Тогда я тебя оставлю, завтра большой день, - говорит Эндрю, махнув рукой в сторону кучи всякой ерунды, которую Натаниэль притворялся, что упорядочивает. ㅡ Да, - говорит Натаниэль в замешательстве. ㅡ Тогда до завтра, кролик, - говорит Эндрю, на его губах появляется призрак ухмылки. С этими словами он проскальзывает через щель в двери и исчезает. Натаниэль - это оборванный беспорядок с трясущимися руками и трепещущим сердцем. Стаи людей, одевающих его и ухаживающих за ним, - это невыносимые точки соприкосновения. Их руки словно раскаленные утюги прижимаются к его плоти, и он не может удержаться от вздрагивания, когда к остальным присоединяется новая рука. Рука в его волосах нежная и ласковая, но она слишком похожа на материнскую. Рука на его лице слишком твердая, слишком грубая, и она напоминает ему Рико, просящую то, чего он не может иметь, что Натаниэль не может дать ему, не потеряв части себя. Руки на его теле - чужие, их слишком много, чтобы сосчитать, и Натаниэль не может думать ни о чем другом, кроме как о грубых гранях лезвия, погружающегося в него и разрывающего его на части. Он борется со своим разумом, чтобы оставаться спокойным, но по его дергающемуся лицу видно, что женщины поражены и смущены. Час, который длится, кажется днем, и к тому времени, когда все заканчивается, Натаниэль чувствует себя раздетым до нитки. Он не хочет смотреть в зеркало, чтобы увидеть их законченную работу, боясь лица, которое наверняка будет смотреть на него, но он наклеивает дипломатическую улыбку и благодарит их за всю тяжелую работу. Он задается вопросом, заставит ли Эндрю его пройти через эту пытку, когда он, наконец, окажется под его властью. После этого Натаниэль ни на что не обращает внимания. Он настолько оцепенел, что все, что он может сделать, это позволить рукам вести его из одной комнаты в другую, через все новые постеры и приготовления. Натаниэль приходит в себя только тогда, когда они подходят к дверям большого зала. Лола стоит рядом с ним, ухмыляясь своей самой ехидной ухмылкой, Ромеро стоит у нее за спиной. ㅡ Твой отец будет здесь в любой момент. Будь на высоте, младший. Может, ты больше и не Веснински, но ты все еще принадлежишь нам, - говорит она, подчеркивая свои слова крепким, но в остальном дружеским шлепком по щеке. ㅡ Лола, оставь нас, - говорит его отец, появляясь, казалось бы, из ниоткуда, за плечом Натаниэля. Он не может сдержать непроизвольного напряжения или резкого сглатывания слюны. Его рука опускается на плечо Натаниэля, как кирпич, и ему требуется все его самообладание, чтобы не отшатнуться. Когда Лола и Ромеро исчезли и остались только Веснински. Натан поварачивает его так, чтобы поставить их лицом к лицу. ㅡ Ты должен сделать то, что он хочет, независимо от того, что это будет, - говорит Натан, ㅡ мне все равно, что ты должен сделать, чтобы этот человек был счастлив, но ты сделаешь это. Будущее этого королевства лежит на твоих плечах, сын. Он сглатывает желчь, медленно скапливающуюся в горле, и кивает. Натаниэль Веснински идет к алтарю, закрывая собой все стороны, кроме одной. Натаниэль знает, как быть тем, кем ему нужно быть, и сейчас ему нужно быть Натаниэлем Веснински, сыном Мясника, принцем Балтимора, мужем Эндрю Ваймака. Он еще не уверен, должны ли все эти вещи оставаться неизменными, или они будут взаимозаменяемыми? Он надеется, что бог, став Натаниэлем Ваймаком, позволит ему похоронить Натаниэля Веснински и оставить его в Балтиморе с отцом. Натаниэль моргает, и свадьба заканчивается; кольцо на его пальце оставляет странное ощущение в груди, и он не может удержаться, чтобы не покрутить его, тревожно подергивая мизинцем и большим пальцем. Эндрю не дал ему особой пищи для размышлений, его глаза, кажется, не заинтересованы в Натаниэле и их союзе. До конца вечера он даже не взглянул на него. Во время еды, танцев, болтовни и вечеринок Эндрю остается чужим. Натаниэль не может не скучать по тому мужчине, которого он встретил в своей комнате накануне вечером, теплого, электрического и желанного. Он слышал чудовищные вещи об Эндрю Ваймаке, слышал непонятные вещи и о его брате, но Натаниэль был открыт для того, чтобы узнать собственное мнение. Ему становится почти невыносимо от мысли, что слухи могут оказаться верными, и он только что угодил в ужасную ловушку. Аарон Ваймак, хотя и считается меньшим из двух зол, похоже, не любит Натаниэля, но по какой причине, он пока не знает. Николас Хеммик был только добр, хотя и подавляюще враждебен в своем флирте. Натаниэлю не может не нравиться он и его властный характер. Он настолько отличается от других людей, с которыми ему приходилось сталкиваться, что он уже положил его в маленькую коробочку в своем сундуке, на передней стенке которой выгравированы слова "защищать любой ценой". Рене и Эллисон одновременно добрые и энергичные, но Натаниэль не может долго выносить их общество. Эллисон злая и властная, и Натаниэль знает, как с ней справиться, но он не может вынести этого от незнакомки. Рене - сама по себе загадка, и ему не нравится ее непознанность. Она оставляет жжение на его коже, страх, который не дает ему покоя. Мэтт и Дэн - загадка, они шумные и добрые, и Натаниэль не знает, как с ними себя вести. В его мире никогда не было доброты, а получение ее на серебряной тарелке оставляет неприятный привкус во рту. К концу ночи он настолько растерян и дезориентирован, что не знает, что чувствовать. Натаниэль и Эндрю провели наедине менее 3 минут за весь день, а теперь они должны раздеться и спать в одной постели. Всплеск страха, поразивший его, был внезапным и всепоглощающим. Он рад разговору, который Эндрю завел с ним накануне вечером, но он не может не сомневаться в намерениях, в смысле. Не уловка ли это? Ожидает ли Эндрю, что он обнажится перед ним? Их уводят рыцари, Лола и Рене обходят их с флангов, словно ожидая, что они бросятся бежать. Их не ведут в комнату Натаниэля, а направляют в отдельную часть дворца, где можно побыть в тишине и покое - уединении, как считает мозг Натаниэля. Они завели двух принцев в комнату и закрыли за ними двери. Тишина между ними кажется неловкой и натянутой. Эндрю не пытается его подавить, поэтому и Натаниэль не пытается. ㅡ Мы уезжаем завтра первым делом. Я не хочу оставаться здесь дольше, чем это необходимо, - говорит Эндрю, голос тихий, но спокойный. ㅡ Хорошо, - отвечает Натаниэль. Эндрю поворачивается к нему с неразборчивым выражением лица, и Натаниэль на мгновение пугается, что он уже сказал что-то не то. ㅡ Хорошо? - спрашивает Эндрю, но Натаниэль не уверен, что он хочет знать. ㅡ Тебя это беспокоит? Натаниэлю кажется, что это тест, и неправильный ответ будет катастрофой. ㅡ Нет, все нормально, - отвечает он. Эндрю наблюдает за ним, пытаясь отделить слои, чтобы найти ответ, который он ищет. Не найдя его, он смотрит в сторону, анализируя комнату. Она достаточно просторна для десяти человек, но все равно кажется слишком маленькой. Кровать - королевская, и они могут легко разместиться на обоих концах, не касаясь друг друга, но от этой мысли Натаниэлю все равно становится не по себе. Единственный человек, с которым он жил в одной комнате, - это его мать, ее руки обхватывали его как тиски, защищая и причиняя боль одновременно. Эндрю мечется по комнате в поисках чего-то; он исчезает за дверью ванной комнаты, а когда выходит обратно, то уже с голой грудью и в удобных кашемировых трусах. Натаниэлю приходится быстро отвести взгляд, когда он ловит себя на том, что прослеживает след светлых волос на его груди. Эндрю направляется к кровати, но когда он замечает Натаниэля, стоящего там, статный, он меняет свой курс. Он подходит к Натаниэлю и вдруг не знает, куда смотреть. На его глаза, медово теплые и темные, на его грудь, рельефную, сильную и манящую, или на землю, трусливую и неинтересную. Натаниэль выбирает глаза, и находит в них расчетливый взгляд, ровный и сильный, оглядывающий Натаниэля с головы до ног. Эндрю протягивает руку, его длинные мозолистые пальцы ласкают висок, когда он убирает непокорный локон за ухо Натаниэля. ㅡ Я обещал тебе, что не буду делать ничего, чего ты не хочешь, - говорит Эндрю, голос становится мягким. ㅡ Даже это, - подчеркивает он, спокойно проводя рукой по мягким прядям волос Натаниэля. Он не может найти в себе силы сказать ему, чтобы он остановился. ㅡ Ты не смотрел на меня, - говорит Натаниэль. Взгляд Эндрю возвращается к его взгляду, теплому и растерянному. Он ничего не говорит, но Натаниэль знает, что он хочет, чтобы он продолжал. ㅡ На приеме. Ты не смотрел на меня. Эндрю, кажется, так его рассматривает, рука все еще находится в его волосах, но он не отдергивает ее. ㅡ Я не проявляю привязанности так, как это делают нормальные люди, - говорит он в качестве объяснения. Натаниэль все еще в замешательстве, но он не настаивает на дополнительной информации.