Детектив Марик Ланцуг: Затонувшие в космосе

— Подъём! — Виджая стояла с таблеткой в одной руке и шприцем в другой. — Небольшой укольчик Радутина, чтобы взбодриться. Пора на работу, детектив! Я открыл камеру с Борисом и начал осмотр тела. Не было сомнений, что ожог на лице состоял из двух следов, перекрывающих друг друга. С наружной стороны кистей тоже были следы ожога, чего не было в отчёте. Информация в его браслете была обнулена. Я кивнул Виджае, мы молча вышли из медпункта и дошли до нашего убежища. — Ну? — Виджае не терпелось услышать мой вердикт. — Кто-то приложил его лицом к оголённым проводам, но это не дало нужного результата, и его толкнули ещё раз. — Может он уже был мёртв, а ожоги сделали, чтобы замести следы? — По рукам видно, что он рефлекторно пытался упереться в щит — ожоги на пальцах показывают, что они были растопырены, то есть, удар током был нанесён во время сопротивления покушению, а не во время работы. А ожоги с наружной стороны кистей были получены, когда он уже не сопротивлялся. Чтобы понять, можно ли получить ожоги с двух сторон одновременно, нужно осмотреть щит. Где он находится? — В конце грузового отсека, но доступ туда есть только у полковника и экспедитора. — Но механик же как-то попал туда? — Ему нужно было найти причину неисправности, ведь с самого начала на корабле не хватало энергии. — И его сопровождал полковник, судя по тому, что он первым, — я пальцами изобразил кавычки, — «нашёл» тело несчастного. — Нет, во время инцидента с ним была экспедитор. — В заявлении капитана сказано, что труп обнаружил полковник. — Да? Это наверное потому, что экспедитору нельзя было там находиться, ведь следить за механиком было обязанностью службы безопасности. — Понятно: хотел прикрыть свою халатность. Кстати, а что за груз перевозит корабль? — Понятия не имею. — Но он же Y-класса. — Это должно мне о чём-то говорить? — Здрасьте! Ты же медик! Это грузы повышенного приоритета, выше только люди. Это всё, что связано с медициной. — Буду знать, спасибо! — И что же экспедитор делала в грузовом отсеке? — Они там уединялись с Борисом. Я закрыл ладонью лицо и покачал головой: — Они там трахались за твоей спиной, и ты об этом знала? — У нас что, запрещено трахаться? — Он же твой парень! — Он свободный человек! Я не имею права ему что-то запрещать. Это угнетение свободы его личности. За это могут и засудить! — Он тебе угрожал, что подаст на тебя в суд, если ты будешь подавлять его свободу? — Нет, конечно, — она расхохоталась, — я просто не вижу в этом проблему. Ой, да ты никогда этого не поймёшь. — И не хочу понимать. — Он очень хотел секса в невесомости, а мне в грузовой отсек нельзя, поэтому он занимался этим с Мингю. — И как часто они этим занимались? — Всего два раза. Но мне успел рассказать только про первый раз. — Он ещё и рассказывал тебе, как трахался с другой? — Я ни разу не занималась этим в невесомости, и мне было интересно. Он обещал, что по прилёте устроит мне секс в невесомости — это очень круто, потому что невесомость сохраняет много сил, а тела очень лёгкие и можно вытворять друг с другом чудеса акробатики! Представляешь, он крутил Мингю… — Довольно, — с раздражением прервал её я, — это что получается: первый раз он зашёл с полковником проверить распределительный щит, а во втором и третьем посещении занимался сексом с Мингю? — Получается, что не только сексом, раз его убило током. Меня вдруг осенила догадка, которая вызвала странный симбиоз чувств разочарования и облегчения. Я стал ходить по каюте взад-вперёд: — Боже, Виджая, всё проще… Всё намного проще! Почему я сразу не сообразил? Характер травм говорит о том, что Борис находился в невесомости! Он отвлёкся и не заметил, как его понесло на щит под напряжением. Это несчастный случай! Дело закрыто! — Щит находится в самом конце грузового отсека, и там есть притяжение, ведь хвост грузового отсека идёт полукругом в сторону кабины. И ещё какое притяжение — там совсем близко к источнику гравитации. — Чёрт. Я об этом забыл. Ладно, расследование продолжается. Браслет пискнул. Я включил запись: «Это Чен. В полночь прислали ответы на запросы. Разработчики корабля всё сваливают на оператора перевозок, дескать это они могли изменить протокол безопасности. Оператор ответил, что они сдали корабль в аренду и не отвечают за него. Медицинскую компанию, которая снарядила миссию, нанял генподрядчик строительства базы Оорта, потому что у них нет лицензии на перевозку грузов Y-класса. Таким образом, ключи к управлению могут быть у этой компании, мы отправили им официальное требование снять блокировку управления, так что не унывай!» Виджая от радости подпрыгнула до потолка, забыв про слабую гравитацию. — Не вижу повода для радости, — сухо отреагировал я. — Слышал? Они направили официальное требование! — А им ответят, что ключи у капитана. — Почему ты подозреваешь её в убийстве, если она ни разу не покидала рубку? — Она могла быть организатором. Остаётся выяснить мотив убийства. У тебя есть подозрения, за что могли убить Бориса? — Совершенно никаких вариантов. — У него был самый высокий рейтинг на корабле, может он вёл себя вызывающе, командовал всеми, кого-то унижал? — Наоборот, он всем помогал своим опытом, его очень уважали и ценили. Мы переместились на кухню, чтобы попить кофе. Пришлось говорить шёпотом: — Мне придётся кого-то разбудить, чтобы продолжить расследование, — я помешивал сахар, глядя на дверь капитанской рубки, — при этом нельзя разбудить исполнителя. Убийца должен оставаться в криосне, потому что он опасен, и так будет проще его арестовать по прибытию. Как ты думаешь, у инженера есть алиби? Виджая долго дула на горячий кофе и, наконец, прошептала: — Да, они дружили и часто работали в паре. А почему инженер? — Если я разбужу инженера, то убью двух зайцев — получу показания и попрошу его перехватить управление кораблём. — Точно, он может взломать систему! Почему я сразу не догадалась! — Тише! На стене включился динамик: — Мне кажется, или на кухне кто-то есть? — сквозь помехи прозвучал голос капитана. — Мы пьём с детективом кофе, — непринуждённо ответила Виджая. — А почему вы шепчетесь, детектив? — настороженно спросила капитан. — У нас личный разговор интимного характера, — подмигнул я Виджае. — Интимного... Быстро же вы, детектив... Кстати, вам пришло сообщение с Земли от полиции. От испуга я поперхнулся кофе и сквозь кашель спросил: — Что они хотели? Предчувствуя ужасное, Виджая положила свою ладонь на мою, чтобы в случае чего поддержать и успокоить. — Полиция передала сообщение, что из-за лесных пожаров сгорела передающая вышка, и связь с вашим домом временно не работает. Передали, что с вашей женой всё хорошо. Я снова раскашлялся, у меня покраснело лицо, а из глаз пошли слёзы: — Почему вы сразу не сообщили? — Вы постоянно где-то пропадаете… или пытаетесь быть незаметными. — Спасибо, капитан, это очень важное сообщение. Просто не описать словами, насколько важное. Хоть что-то хорошее от вас. — Могу я вам быть полезной? — Да, у меня есть вопросы, капитан. Что за груз перевозит корабль? — Я не знаю. — Не знаете или он засекречен? — А какая разница, детектив? — Большая. Меня озадачивает: что может быть секретного в Y-классе? Может вы перевозите наркотики? — Я просто не знаю. Моё дело обеспечить перевозку. Я повернулся к Виджае с ухмылкой, мол, как я и предполагал, капитан темнит. — Тогда другой вопрос: расскажите про конфликт между членами экипажа — что сподвигло вас применить столь жёсткую меру, как откачка кислорода, чтобы загнать их в камеры? — Я… точно не могу сказать… я была в рубке… и… когда услышала, что начался конфликт, то приняла соответствующее решение. — От вас мало помощи, капитан. И, наконец, третий вопрос, а точнее уведомление: в связи с невозможностью присутствия на корабле представителя китайской полиции, по закону я получаю все полномочия вести расследование, а вы, капитан, должны выполнять требования полиции, вам понятно? — Понятно. Но, как иностранному полицейскому, я не смогу вам разрешить доступ в закрытые помещения, это только в полномочиях полковника Циня. — Я прошу вас открыть камеру инженера. — Пожалуйста, нет проблем. Только вам не обязательно было просить меня. Я посмотрел на Виджаю — она пожала плечами. — У тебя есть право открывать криокамеры? — Да, я же медик. Ну, типа. — Что ж ты сразу не сказала! — я был поражён. Капитан продолжила: — Если вы надеетесь, что инженер поможет вернуть контроль над кораблём, то зря. Я бы сама первым делом его разбудила, но увы, он не сможет попасть в рубку, потому что протокол безопасности заблокировал мою дверь. — Но кто мог это сделать? — раздражённо спросил я. — Кто-то извне смог проникнуть в систему и перепрограммировать её. Кто-то снаружи. — Или внутри, — прошептал я на ушко Виджае.

***

Я привёл Виджаю во вторую каюту: — На корабле есть седьмой член экипажа. — Не может такого быть, — опешила Виджая. — Видишь, здесь лишняя койка. У капитана, по всей видимости, в рубке отдельное спальное место. Ресурсы корабля рассчитаны на экипаж из семи человек. — Ты думаешь, на корабле кто-то прячется? — Тот, кто перепрограммировал систему, пока все были в криосне. Мы вышли из каюты и направились по коридору. Напротив медпункта была ещё одна дверь. Я подёргал ручку: — Что за дверью? — Комната для уединения. — Виджая поднесла браслет к замку, и задвижка щёлкнула. — Последний раз тут закрывалась я, когда наглоталась таблеток. За дверью была отделанная нержавейкой комната с кроватью и креслом. С обратной стороны двери висели жалюзи — открыв их, я увидел через окошко медпункт. — Больше похоже на камеру заключения. — Да, полковник Цинь так и говорил — если будем плохо себя вести, то он закроет нарушителя в КПЗ. В этой нержавеющей камере заключения мне вдруг стало холодно. — Есть ещё помещения, о которых я не знаю? — Вроде нет. Только если в грузовом отсеке… Браслет запищал, и я молниеносно включил запись: «Это Чен. Слушай, мы тут посовещались… Марик, ты сильно не расстраивайся, если тебе придётся лететь на Оорт. Закрой дело Бориса Дудки и мы тебя переведём к нам на службу. Мы предварительно договорились с русскими, твой полёт зачтётся в остаток стажа с добавлением к пенсии. Только, пожалуйста, не сообщай своим, что тебя там закрыли по принуждению! Более того, мы сократим тебе стаж почти на год — по прибытию садись на ближайший рейс до Земли и можешь выходить на пенсию через три года и три месяца, вместо положенных четырёх лет. Ты согласен?» — Мне жаль, Марик, — выразила Виджая сочувствие. — Ты оставишь меня? Она послушно покинула комнату. Я закрыл жалюзи на окошке, сел в кресло, подогнув под себя ноги, чтобы было теплее, и стал размышлять. Кларисса нашлась. Я слезаю с Промиса. Пенсия всего через 3 года. Комфортабельный корабль с гравитацией. Я побываю на легендарном Оорте. После этого расследования больше не придётся работать. Криосон входит в стаж. Бесплатный кофе. А всё не так уж плохо. Из минусов только то, что я уже настроился на скорую встречу с Клариссой, и эти мысли завладели мной настолько, что я готов был заплатить за воссоединение с ней половину своего заработанного состояния при расторжении контракта. Я итак последние года всё сильнее и сильнее сходил с ума в разлуке, а вчера сбросил эти мучительные, давящие на психику оковы, приняв решение сбежать на Землю. Теперь этой сумасшедшей мечты, которая вдохнула жизненные силы, у меня нет, и придётся лететь в бессмысленный полёт на край Солнечной Системы. — Сообщение Чену: «Я согласен, выбора у меня всё равно нет. Спасибо, что заботишься о моём стаже. Продолжаю работать. Правда, приходится расследовать одновременно два дела — наше об убийстве и ваше об угоне корабля, но, думаю, они взаимосвязаны. Главным подозреваемым в организации всего этого по-прежнему является капитан. Теперь она ушла в несознанку — «это я не знаю», «тут засекречено», и так далее. Капитан скрывает характеристики груза. Основная версия причины угона корабля — контрабанда наркотиков. Но я также отрабатываю параллельные версии, где взлом систем корабля совершён иными лицами извне или изнутри корабля. Чен, пришли мне досье на Виджаю Тхапар: на кого училась, чем занималась перед полётом». — Сообщение Клариссе: «Крыса, я получил сообщение от полиции, что у тебя нет связи из-за аварии. Чувствую себя всё лучше и лучше. Решил дослужить остаток. Мне обещали сократить службу на несколько месяцев. Представляешь, я следую на Оорт — будет что рассказать по приезде на Землю. С нетерпением жду, когда мы сможем общаться. Скучаю, твой ашер».

***

Виджая исчезала в темноте коридора, а я пытался её догнать. Я отталкивался ногами от пола, и тело подолгу зависало в воздухе, будто пропала гравитация. Я кричал ей вслед: — Ты убила Бориса! В темноте я видел только её пятки, которые болтались под самым потолком — она барахталась, словно плыла по воде. Я грёб руками, тщетно пытаясь подплыть к ней ближе, чтобы ухватиться за её ногу. — Ты всех обманула! — кричал я. — Ты не медик, а хакер! Ты угнала корабль с наркотиками! Борис тебя раскрыл, и тебе пришлось его убить! Виджая исчезла в темноте коридора, а я как будто застрял на месте — воздух вдруг стал таким тяжёлым и ледяным, что мне всё труднее и труднее было грести руками, а тело настолько замёрзло, что мои движения стали похожи на конвульсии. Вдруг я почувствовал укол — Виджая успела облететь коридор по кругу, незаметно подплыла сзади и воткнула иглу: — Марик, давай угоним корабль вместе, трюмы доверху набиты Симпатином…

***

Я проснулся от громкого лязга трясущегося кресла, прикрученного к металлическому полу — моё тело билось в судорогах. Виджая сидела на мне верхом и под весом своего тела зажимала мою руку. После укола судороги прекратились. Она помогла мне встать с кресла и перелечь на кровать. — Придётся повысить дозу Флудипа, — она нежно гладила меня по голове, успокаивая. — Твой организм не справляется с такой резкой отменой. — Принеси мне попить, — я с трудом оторвал липкий язык от нёба. Она принесла стакан с водой и спросила: — Как долго ты принимал Флудип систематически? — Я принимал Промис лет пять… шесть… — Что? — побагровела Виджая. — Тебя нужно срочно обследовать, вставай.

***

— Ну, что ты там нашла? — спросил я, когда Виджая отключила диагностическое оборудование. Она выглядела то ли растерянной, то ли напуганной — я не понимал. Зажмурившись, она тёрла пальцами переносицу и напрягала свой мозг: — Постельный режим до завтра. Мы ушли в каюту. — Что-то серьёзное? — спросил я ещё раз. — Я пока не знаю, — она достала планшет, легла на свою койку и начала читать, по всей видимости, медицинские справочники. Я тоже достал планшет, чтобы не включать при ней голосовую запись Чена: «Виджая Тхапар, 20 лет, рейтинг 12000, зачислена в экипаж под поручительством Бориса Дудки, что недопустимо для медиков с таким рейтингом, и хорошо бы привлечь капитана к ответственности. Правда, мы до сих пор не можем установить её личность, но это вопрос времени. Что касается Тхапар, то она совмещала учёбу в школе с подработкой в торговых центрах, где распространяла рекламные предложения. Проходила курсы бармена и стилиста, но устроилась продавцом мобильных карт связи. Вращалась в разных протестных молодёжных кругах, но приводов в полицию не было. Меньше чем за год до вылета на Оорт прошла ускоренные курсы космических медсестёр. Ничего интересного».