Детектив Марик Ланцуг: Затонувшие в космосе

Я проснулся в пять утра, проспав семь часов. Виджая подошла к моей койке: — Марик, тебя нужно срочно положить в криокамеру. — Что показала диагностика? — С помощью Радутина ты не сможешь слезть с Флудипа, будет только хуже, у тебя привыкание к обоим препаратам. Тебе нужны лошадиные дозы, а я вводила слишком мало. Либо ты погружаешься в криосон до прибытия на Оорт, где пройдёшь курс реабилитации, либо… — Умру? — Либо… будешь принимать Флудип с Радутином и сойдёшь с ума. — И сколько по-твоему мне осталось? — Вообще-то ты уже давно должен был съехать с катушек. — Если бы не исключительное здоровье, мне бы не продлили допуск к службе в космосе. — Марик, у нас не так много Радутина! Пожалуйста, давай погрузимся в криосон? — Нет, Виджи, сначала мне нужно закрыть дело — отчитаться перед российским офисом, чтобы перевестись в китайский. И, похоже, у меня очень мало времени. — Ты назвал меня Виджи — так обращался Борис. Она ввела в меня лошадиную дозу Радутина.

***

Я прохаживался между криокамерами, словно по отделу с заморозкой в супермаркете, и говорил громко, не стесняясь капитана, ибо открывать камеры теперь могла Виджая: — Я же могу разбудить всех, если захочу? — спросил я её. — Да, но это не гуманно, ведь повторное погружение в криосон они перенесут намного тяжелее. Я остановился возле камеры с инженером: — Феррис Фрост, 26 лет, рейтинг 800. Ты говорила, что он работал в паре с Борисом. — Борис много смыслил в системах, и у них были общие темы для разговоров. — Он советовался с Борисом? — Да. — Понятно: не очень высокий рейтинг, даже механик смыслил в инженерных делах больше него. Если мы его разбудим, то он вряд ли сумеет хакнуть систему и вернуть контроль… Если, конечно, он не сделал это раньше. — Что ты имеешь ввиду? — Виджи… Виджая, вспомни: когда капитан принудила всех лечь в камеры, кто залез туда последним? — Я точно помню, что вырубилась первой. Ты можешь называть меня Виджи, мне приятно, когда ко мне так обращаются. — Когда все попрятались в камерах, он мог успеть перепрограммировать систему и установить защитный протокол. Виджи, включай разморозку. Я заставлю этого гада вернуть управление. Камера с инженером завибрировала. — Кофейку? — предложила Виджая. Пока она возилась с кофемашиной, я, развалившись на диване, смотрел на ещё маленький диск Юпитера через купол в потолке и размышлял о том, стоит ли разворачивать корабль во время гравитационного манёвра вокруг планеты. Безусловно мне лучше погрузиться в криосон, подлечиться на Оорте и вернуться на Землю сразу к Клариссе, а не в больницу. Но зато верну корабль капитану и блестяще закрою дело об угоне для китайского офиса. А если окажется, что инженер не перехватывал управление, то с его помощью я смогу собрать статистические данные по системам корабля и вычислить убийцу, не размораживая больше никого. Как много интересного можно узнать: сколько раз и в какое время открывалась дверь в грузовой отсек, проверю расход кислорода, чтобы вычислить лишнего члена экипажа, смогу узнать, выходил ли кто-нибудь из криокамеры, пока все спали, прослежу системные команды, сделанные из капитанской рубки… — Марик! Кофемашина не работает! — прервала мои мысли Виджая. — Что именно не работает? — Тут написано, что нужно загрузить зёрна. — Так насыпь их, в чём проблема? — Ну сделай, Марик! — Виджи, не смеши меня, это проще простого. — Этим всегда занимался Борис! — Механик что, и зёрна в машинку вам насыпал? О господи, да как вы без него собрались лететь… Ладно, я буду подсказывать, а ты будешь делать, чтобы лучше запомнила. Открой крышку. — Не открывается. — Так ты сначала выключи режим нагрева! — Ура! Открылась! Я вскочил с дивана и заорал: — Срочно отменяй разморозку инженера!

***

Мы успели до начала необратимости процесса, и Виджая восстановила режим гибернации. Она повернулась ко мне, расставив руки по бокам, и требовала пояснений. — Он убил Бориса, — постановил я. — Но как он проник в грузовой отсек? — удивилась она. — А зачем ему туда проникать? Он мог быть везде, не сходя с дивана — он же инженер. Механик работал на выключенном распределительном щите, а кто-то подал на него напряжение. Борис с Феррисом постоянно работали вместе, значит и в тот момент они общались по рации. Борис комментировал свои действия, а Феррис дождался, когда Борис залезет в щит, и ввёл команду подачи напряжения. Феррис Фрост убил Бориса Дудку, а потом заблокировал управление кораблём, чтобы детективы не смогли его покинуть. Виджая подошла к камере инженера, наклонилось к стеклу, посмотрела спящему в лицо, и смачно плюнула на него: — Предатель! Он же был твоим другом! — Я не буду размораживать инженера, пока не допрошу главного свидетеля. Я подошёл к камере с экспедитором и положил на неё руку, словно благословляя: — Мингю Ян, 26 лет, рейтинг 2000. Виджая, отключай гибернацию. Мы ждали в каюте, пока экспедитор просыпается. Я читал утренние новости с Земли, а Виджая успела вздремнуть. Когда она проснулась, я спросил её: — Виджи, расскажи мне про капитана. За весь полёт она ни разу не выходила? — Твайла выходила, когда мы первый раз погрузились в гибернацию. — То есть, ты её не видела? — Её лично знает инженер. Он общался с кандидатами в полёт, а капитан нас выбрала. — Почему экипаж такой интернациональный? Китайцы же не доверяют иностранцам. — Это не государственная миссия — туда бы меня никогда не взяли с таким рейтингом. — Да, я знаю, что важный груз вызвалась доставить частная компания, поэтому к вам приставили полковника китайской службы безопасности. — Мингю тоже китаянка. Феррис с Твайлой американцы, Борис — россиянин, ну а я из Индии. — Борис объяснял, почему именно этот корабль? — Он скоростной. И неплохо платят. — Расскажи о Мингю. — Мы с ней не ладили. — Потому что она тёрлась с Борисом? — Нет, она показывала своё превосходство над нами, вела себя как хозяйка корабля, а полковник Цинь её поощрял. — Ты не могла это терпеть, и поэтому вы не ладили? — Нет, она просто меня унижала. Кто я такая? — Забавно, что Борис, вместо того, чтобы тебя поддерживать, трахался с ней. — Он не до конца понимал, я думаю. — Нет, он просто эгоист.

***

Подошло время пробуждения Мингю, и Виджая попросила меня её встретить, ссылаясь на усталость. Я пришёл в медпункт и стал ждать. — Ты кто? — открыв глаза, Мингю очень удивилась. — Детектив китайской юрисдикции. — Что-то ты не похож на китайца, — Мингю отстегнула от себя датчики, села на край камеры, свесив ноги, и принялась растирать опухшее лицо, — мы уже на Оорте? — Нет, мы только отлетели от Талых Вод. — И зачем же ты меня разбудил? — она замерла в неожиданности, потом, догадавшись, принялась разминать конечности. — А, расследуешь несчастный случай... Она закончила растяжку, оглянулась и обнаружила пустую камеру медика: — А эта где? — насторожилась она. — В своей каюте. Позвать? — Нет, спасибо, — она спрыгнула с камеры, — я пойду в свою каюту приходить в себя. — Она нормально себя чувствует? — поинтересовалась Виджая, когда я вернулся в каюту. — Да. Она у себя. Ровно через час, который требуется для реабилитации, Виджая встала с койки и пошла к ней. Вскоре из соседней каюты послышались крики, и я направился туда: — ... Думала, что отвертишься? — орала Виджая. — Ты ответишь за всё! Из-за тебя он умер! — Нет, малыш, это ты его довела, — кричала в ответ Мингю, — он же стыдился тебя! — Ты нарочно говорила про меня гадости, чтобы он отвернулся от меня! — Виджая с трудом выговаривала слова, потому что начала всхлипывать. — Потому что ты абсолютный ноль! Я вообще не понимаю, что он в тебе нашёл! В этот момент я вошёл в каюту. Виджая медленно приближалась к Мингю: — Потому что я любила его! Тебе никогда не стать такой, как я! Виджая вдруг накинулась на Мингю и пыталась расцарапать ей лицо — та успела уклониться и обхватила Виджаю руками, повалив её на пол, но сама тоже упала. Я бросился их разнимать, а Виджая уже ревела, нанося Мингю удары в бок: — Ты заманивала его в закрытую зону и трахала его! Сука! Ты трахала его! — Он сам туда рвался, дура! — Мингю пыталась защититься от ударов, ослабив хватку, — Если бы он не хотел меня, то звал бы полковника! Виджая вырвалась из объятий, оседлала Мингю и начала её колошматить по лицу, но я схватил её за подмышки и со всей силы выдернул так, что мы отлетели с ней назад на пару метров. — Ты хоть знаешь, что такое любовь-то, малыш? — смеялась Мингю, трогая своё лицо на наличие крови. Виджая стыдливо посмотрела на меня, но ничего ей не ответила. Мингю продолжала: — Тебе просто нужен папочка, ты глупый ребёнок, ничего не понимающий в жизни, ты его недостойна, ты ничтожество… — Заткнись! — прервал я поток оскорблений, — не смей её оскорблять! — О! А вот и новый папочка нашёлся! — ещё громче засмеялась Мингю. — Она тебе уже дала? — Она спасла мне жизнь, — спокойно ответил я. Виджая изумлённо посмотрела на меня и убежала в свою каюту. Я пошёл за ней следом. Она лежала на койке лицом в подушку и громко всхлипывала. Пришлось подсесть к ней рядом и успокаивать поглаживаниями по спине. Виджая сквозь рёв произносила малосвязанные фразы: — Мы хотели… вместе… комната в кампусе… он говорил вчера… позавчера… перед гибер… что… обнимал меня… сказал устроит меня на раб… мы вместе… Мингю врёт, он не стеснялся… почему она такое говорит… — Она просто завидует тебе, — сказал я. Виджая перевернулась и вцепилась в мою руку: — Ты вступился за меня, Марик, ты… спасибо… я просто не знала, что любила его… а ты объя… — она залилась слезами. — Успокойся, я знаю, какой ты хороший человек, какая ты… заботливая… ты правда умеешь любить. — Мне так его не хватает, Марик, — она почему-то стала целовать мою ладонь, но я побоялся её отнимать, хотя было очень неловко. — Марик, мне очень одиноко, я чувствую себя ничтожеством… теперь, когда Бориса не стало… я никто… — Брось, Виджи, я никогда не забуду, что ты для меня сделала. — Ты тоже спас мне жизнь, — Виджая вдруг успокоилась, привстала с постели и крепко меня обняла, — Марик, пожалуйста, не бросай меня, побудь со мной, пока мы летим на Оорт. Мне невыносимо жить с этими уродами, Марик, не отстраняйся от меня, пожалуйста, я всё для тебя сделаю. — Не волнуйся, я позабочусь о тебе. — Ты мой ашер, — гладила она меня по волосам. Мне стало жутковато слышать от неё прозвище, которым меня называла Кларисса. Я решил прекратить этот выплеск эмоций: — Виджи, я так понимаю, конфликт, из-за которого капитан загнала вас в камеры, начала ты? — Да, наверное. Из-за смерти Бориса я сорвалась и высказала Мингю всё, что о ней думаю. А она ударила меня в ответ. Я убежала в медпункт, проглотила упаковку Флудипа и легла на свою койку в каюте. Потом пришла Мингю, стала оскорблять меня, раскидывать вещи. Я обвиняла её в убийстве Бориса, потому что она была с ним в тот момент. В каюту пришёл полковник и тоже начал на меня орать. Только один Феррис меня защищал. Я убежала в комнату для уединения и закрылась. Таблетки начали действовать. Слышала, что за дверью началась драка. Потом полковник перенёс меня в камеру. Ну а дальше меня разбудил ты. — У тебя наступает ночь, тебе пора спать, Виджи.

***

Я зашёл в каюту к Мингю. — Из-за кого начался конфликт на корабле после убийства механика? — Из-за этой психованной. Она обвинила меня в убийстве Бориса. А я не могла его убить, понимаешь, детектив, мы с ним планировали жить в кампусе вместе. Я об этом ей сказала, и она взбесилась. — За день до убийства он говорил Виджае обратное, что хочет снять каюту в кампусе для них двоих. — Пудрил мозги глупой девочке. Только ты, детективчик, ошибаешься, — Мингю вальяжно развалилась на койке и смотрела на меня надменно, — никакого убийства не было, Бориса убило током. Спроси полковника, он свидетель. Так что не кидайся громкими заявлениями, папочка, не позорься. Я оглядел каюту и присел на безымянную койку. — Ты думаешь, что, пока вы спали, я тут прохлаждался? Я тут много чего нашёл интересного. Ты мечтаешь жить в кампусе на Оорте, думаешь, что заработаешь огромные деньги, но ты уже всё потеряла, Мингю, ты нищая, и жить ты будешь не в кампусе, а в тюрьме. Потому что полковник тебя прикрыл. Это ведь ты была во время инцидента с Борисом. Мне не составит труда найти мотив убийства и отправить отчёт в полицию. Тебя встретят на Оорте с наручниками, дорогуша. Мингю пристально на меня посмотрела и уже не вела себя столь вызывающе: — Я ничего не буду говорить без полковника. — Дело твоё. Но сейчас мы с тобой осмотрим место преступления. Вставай. — У меня нет допуска. Он только у полковника. — Чёрта с два, Мингю, я знаю, что ты проникала в грузовой отсек не один раз. — Так вы с Виджаей спелись? И давно ты её разбудил? — Открывай грузовой отсек. — У меня нет доступа. Нам с механиком дверь открывал полковник. — Тогда расскажи, чем вы там занимались. — Он пытался найти и устранить проблему с электричеством. Ты заметил, как у нас темно на корабле? И какая слабая гравитация? — Он проверял щиток до вашего секса, или после? Мингю закатила глаза: — Ой, боже мой, да какая разница. — Или во время ремонта, что привело к фатальным последствиям? — Мы занимались до ремонта. — Полковник разрешал вам трахаться в закрытом отсеке? — Какой ты нудный... Да, разрешал! И Виджая тоже разрешала! — Что вы перевозите? — Все вопросы к полковнику. — Ты экспедитор. Ты отвечаешь за груз. Не нужно всё сваливать на полковника, он тебе не поможет отмазаться от тюрьмы, наоборот, он тебя сразу сдаст, как только на него заведут дело о допуске посторонних в отсек с грузом медицинского назначения связанный с государственной безопасностью. В твоих интересах сказать правду, пока полковник спит. Думаешь я не догадываюсь, что за товар перевозит мутная частная компания, нанявшая в экипаж кого попало, включая капитана, тёмную личность которой сейчас устанавливают на Центропе, чтобы предъявить обвинения? А ты экспедитор! Понимаешь, какой срок тебе грозит за перевозку этого товара? Мингю поднялась с постели и села, подогнув под себя ноги. Она старалась не смотреть мне в глаза и начала ковырять ногти. Я сменил тон на доверительный: — Признайся, что случилось с Борисом на самом деле, позаботься о своём будущем на Оорте. Ты можешь сказать мне по секрету, обещаю, полковник не узнает. — Детектив, — заговорила Мингю, — на самом деле в тот момент мы поругались с Борисом, и я оставила его одного. Мой косяк. Когда полковник Цинь пришёл в грузовой отсек, Борис уже был мёртв. — Ваш конфликт с Борисом мог стать причиной его самоубийства? — Нет, детектив, среди членов экипажа Борис был похож на суицидника меньше всех. Но я не исключаю, что он был зол на меня, и поэтому допустил смертельную ошибку. Но в этом же нет моей вины, детектив? — Выясним. И что всё-таки вы перевозите в трюмах? — Сначала подпишите документ о неразглашении у полковника. Но это не имеет отношения к несчастному случаю. — И последний вопрос. Был ли конфликт между механиком и инженером? — Нет, они были не разлей вода. Даже после смерти Бориса он сцепился с полковником, потому что тот, видите ли, наехал на эту психованную. — Он защищал Виджаю? Интересно. Я закрылся в камере заключения и включил браслет: — Сообщение Чену: «Я разбудил экспедитора, и вот её версия случившегося: механик поругался с экспедитором, и она оставила его одного в закрытой зоне. Когда пришёл полковник, то он обнаружил механика мёртвым. Вот что я думаю об этом: инженер дождался момента, когда механик останется без свидетеля, и подал ток на щит. Мотивом убийства может быть ревность, так как имеются свидетельства, что он был неравнодушен к медику и вступился за неё после гибели механика. Меня беспокоит только одна нестыковка — почему травмы погибшего указывают на насильственную смерть. Можно было подумать, что действия инженера были срежиссированы полковником, и ему пришлось контролировать покушение непосредственно на месте. Но и здесь есть нестыковка — между инженером и полковником был конфликт, и не похоже, что они могли быть заодно. К сожалению, экспедитор не обладает доступом в закрытую зону, и я до сих пор не осмотрел место преступления, чтобы провести следственный эксперимент — мог ли механик так повредиться самостоятельно. Придётся будить полковника, хотя, чувствую, с этим человеком будет сложно работать, как это бывает с китайскими военными».