Детектив Марик Ланцуг: Затонувшие в космосе

Вскоре Виджая заснула. Я пролежал три часа, размышляя об Оорте, пока не почувствовал слабость. Радутин постепенно терял действие. Осторожно, чтобы не разбудить Виджаю, я вытащил ящик Бориса… но не обнаружил секретных таблеток. Виджая решила их перепрятать? Мингю своровала? Я ещё раз проверил дно ящика, но пакетика нигде не было. Потом я решил зайти к Мингю. Полковника в её каюте не было. Я подошёл к Мингю и протянул ладонь: — Давай сюда таблетки, которые ты выкрала из ящика Бориса. Это не его таблетки, а мои. — Не понимаю, о каких таблетках ты говоришь. Значит, их перепрятала Виджая, обнаружив пропажу четырёх таблеток. Я решил сменить тему, чтобы не провоцировать Мингю на лишние вопросы: — Не хочешь прогуляться по грузовому отсеку? Она оживилась: — Детектив, я рада, что ты предложил это сам. Когда вернётся Цинь, я его попрошу открыть нам отсек. Я ждал в каюте, когда Мингю просунула голову в дверной проём: — Детектив, ну что, пойдём развлекаться! Она разбудила Виджаю. Я ответил: — Подожди меня у отсека, я сейчас. — Марик, — спросила Виджая спросонья, — расскажешь мне потом, как у вас всё прошло? — Виджи, перестань. — Всё нормально, Марик, мне правда интересно. — Не буду я ничего рассказывать. — Прости, что я на тебя сердилась, я не знаю, что на меня нашло, я на самом деле не могу тебя ревновать, ведь я тебя не люблю, мне просто хотелось восполнить потерю друга, и я боюсь, что ты перестанешь со мной дружить, а секс — это главный признак дружбы, и ты мне отказал в сексе, а Мингю разрешил, поэтому я разозлилась, но сейчас я думаю, что тебе будет полезно заняться этим для здоровья. — Я хочу посмотреть, все ли контейнеры подключены к охлаждению, их слишком много, меня это настораживает. — Борис говорил, что в невесомости нужно застёгивать карманы, иначе могут потеряться вещи, он уже там что-то потерял, и одежду нужно привязывать, чтобы она не улетела. — Большое спасибо за совет, — саркастически ответил я. — А ещё нужно держаться за трос, иначе в порыве страсти вас может закрутить и сложно будет остановиться. — Виджи, поставь мне укол флудипа, я боюсь, что в невесомости мне станет хуже. Она поставила укол, и я вышел из каюты. Мингю с Цинем ждали меня у двери грузового отсека: — Ты его там сильно не кружи, — обратился Цинь к Мингю, — детектива может укачать. Даю вам двадцать минут. Дверь открылась, и мы вошли в трюм. Мингю включила фонарик: — Не отставай, красавчик, у нас мало времени! Она понеслась очень быстро, перепрыгивая тросы, словно лошадь на соревнованиях по конкуру — я едва за ней поспевал. Постепенно прыжки давались легче, но скорость уменьшилась. Она отталкивалась от пола и пролетала между тросами в позе супермена, держа фонарик в вытянутой руке, а я на всякий случай страховался, цепляясь за тросы руками. Когда сила притяжения стала уменьшаться, Мингю притормозила, и медленно парила, выискивая идеальную точку невесомости. Вдруг меня кто-то толкнул в бок — я испугался, развернулся и стал водить руками в темноте. Здесь, в самом деле, кто-то прятался всё это время? Таинственный член экипажа хочет мне что-то сказать? — Что ты там застрял? — крикнула Мингю. — Я сейчас, мне просто нужно подготовиться, подожди минутку. Я ещё раз провёл руками перед собой и прошептал в темноту: — Кто ты? Не бойся... Никто не отвечал. Я продолжал водить руками в темноте и вдруг до меня снова кто-то дотронулся. В меня ударилась потерянная Борисом отвёртка. Я спрятал её в карман, в одно отделение с ножом. — Ты готов, красавчик? — свет её фонарика оценочно прошёлся по мне сверху вниз. Я подлетел к ней, и мы начали целоваться. Потом я услышал треск молнии на её комбинезоне и остановил Мингю: — Я хочу сам тебя раздеть. Я вытащил из кармана наручники, приковал Мингю к тросу и отобрал у неё фонарик. — Детектив, за что вы меня арестовали? — она набрала полную грудь воздуха. — Гражданка, вы обвиняетесь в контрабанде органами, — я светил ей прямо в лицо, отчего она зажмурилась. — Какими органами? — выпалила она на выдохе, не скрывая возбуждения. — Сейчас я буду вас обыскивать, — сунув руку под её комбинезон, я начал ощупывать тело. — Так-так, что тут у нас?.. Какой-то орган…Похоже на грудь… Погодите, а вот и вторая грудь. Что ж, гражданочка, вы пойманы с поличным! — Детектив, а можно с вами договориться? — Вам повезло, гражданочка, что я продажный полицейский, — я схватил её за горло, отчего она издала протяжный стон, — что вы мне можете предложить? — Я могу поделиться с вами органами. Вы знаете, детектив, какие они запрещённые? Они очень запрещённые… У меня есть для вас… — она схватила меня за ворот пиджака, притянула к себе и стала шептать на ухо, покусывая мочку, — свежая, сочная, высококачественная… ва-ги-на. За неё на чёрном рынке могут дать очень много, детектив. Она настолько дорогая, что её сопровождает полковник службы безопасности. — Вы хотите предложить мне взятку вагиной? — я развернул Мингю спиной и прижался к её попке так, чтобы она почувствовала мой интерес в штанах, — Борису вы тоже предлагали взятку? — О да, детектив, я такая плохая, — она стала тереться попкой о меня, — я заслужила конфискацию моих органов! — Почему вы предложили ему взятку — он что-то искал? — Да, детектив, он тоже хотел проверить органы! — В контейнерах? — Да. Накажите меня, детектив, снимите с меня одежду, а то она уже вся промокла. Я оттолкнулся от троса и подлетел к ближайшему контейнеру. — Детектив, вы куда? Сунув фонарик в хлястик на плече, я достал нож и начал распарывать защитную ткань на контейнере. — Детектив, ты с ума сошёл? — запаниковала Мингю. — Тебя же полковник убьёт! — За что ему меня убивать? Он же сам рассказал, что в контейнерах! — Не делай этого, дурак, — Мингю начала ездить вдоль троса, издавая металлический лязг наручниками, — прошу, не делай этого! — Если там действительно органы для трансплантации, то чего вы с полковником опасаетесь? Неужели там не органы? Я распорол ткань, убрал нож в карман и достал оттуда отвёртку. Отыскав первый шуруп, я попытался открутить его, держась рукой за ткань, чтобы меня не разворачивало в невесомости, но сил не хватало. — Детектив, слышишь, давай реально договоримся, остановись, сейчас придёт полковник, и мы всё сами покажем! С Цинем можно договориться, он нормальный! Я слишком долго провозился с первым шурупом — посмотрев на часы, я понял, что осталось восемь минут. С остальными шурупами я разделался быстрее и, наконец, отодрал одну из досок. Посветив внутрь контейнера, я обнаружил логотип фирмы «Sumner & Marr» — криокамеры в медпункте той же марки. Более того, я нашёл название модели — HCC-430s — это и есть криокамера. Я остолбенел. — Мингю, кто лежит в криокамерах? — Детектив, ты перешёл черту. Дальше ты либо переходишь на нашу сторону, либо умираешь, ты осознаёшь это? — Борис погиб, потому что не перешёл на вашу сторону? — Да. Ты хоть не будь таким дураком! Стекло криокамеры было спрятано под другой доской, и я начал судорожно откручивать шурупы. Не став откручивать до конца, я убрал отвёртку в карман с ножом и попытался выломать доску руками. Грузовой отсек озарила вспышка молнии — от электрического шока меня парализовало, а потом я потерял сознание.

***

Очнулся я в бывшей комнате для уединений, которая, наконец, стала камерой заключения — я был пристёгнут к ножке кровати своими наручниками. Тело после шокера до сих пор было онемевшее, и я не мог даже пошевелиться. Просто смотрел через открытую дверь — в медпункте была какая-то заваруха. Полковник связывал Виджаю, а Мингю закрывала ей рот. Из динамиков был слышен голос капитана: — Что у вас происходит, полковник?! Немедленно прекращайте конфликт! Мингю достала из своего кармана украденный пакетик с промисом и высыпала содержимое Виджае в рот; та визжала и пыталась вырваться, но полковник крепко её связал. Капитан продолжала кричать в микрофон: — Если вы не прекратите драку, я начну выкачивать кислород! — Всё нормально, Твайла, — полковник Цинь встал на ноги, отряхивая руки, — у нас небольшое недопонимание в коллективе, сейчас я со всем разберусь. Полковник заметил, что я очнулся и прибежал ко мне: — Нужно было тебя убить ещё там, возле щитка, как этого кретина Бориса! Но ты был таким жалким, что я передумал. Я хотел было сказать, что принимаю их сторону, чтобы успеть спасти Виджаю, но не смог издать ни звука — я даже просто боялся сбить дыхание — грудная клетка еле-еле втягивала воздух. Полковник ощупал мои карманы и вытащил нож: — Что ж ты, тварь, оказался таким любопытным? — он приставил нож к моему горлу. Тем временем Виджая как-то вырвалась из объятий Мингю, покатилась перекатами по полу, крича во весь голос что-то на языке хинди, уперлась в металлический шкаф и начала по нему бить связанными ногами. — Ладно, сначала разберусь с ней, а потом придумаем, что с тобой делать. Полковник побежал к ней обратно, и тут завопила сирена — капитан включила откачку кислорода. Сквозь звуки сирены роботизированный голос повторял: «Срочно займите места в криокамерах, срочно займите места в криокамерах…». Вырубив Виджаю пинком в голову, полковник крикнул капитану: — Твайла! Какого хрена ты делаешь? Пусти кислород, сука! — Ничего личного, полковник, просто протокол безопасности. — О каком протоколе ты говоришь, если сама его нарушаешь, разбудив медика в прошлый раз?! А по протоколу должна была будить меня! В этот раз разбудишь меня первым! Больше никаких нарушений протокола, ты поняла? — Да, полковник, а сейчас немедленно прекращайте конфликт и прячьтесь по камерам! Цинь вернулся ко мне, убрал нож в свой карман и произнёс: — Ну и отлично, пусть это за меня сделает капитан, — он похлопал меня по щеке. — Прощай, детектив. Зайдя в медпункт, Цинь открыл четыре камеры, в двух из которых он сымитировал погружение нас с Виджаей, захлопнув крышки в пустых камерах, потом помог Мингю забраться в свою камеру, и лёг сам. Сирена выключилась.

***

Виджая очнулась, но уже не пыталась сопротивляться. Она лежала на спине, повернув голову в мою сторону, и беззвучно плакала. Таблетки постепенно её убивали. Мои пальцы потихоньку начали шевелиться, но руки ещё не могли двигаться. Дышать становилось труднее — кислорода стало не хватать. Я разминал руки, как мог. Когда полковник вытащил из моего кармана нож, он не понял, что там был ещё один предмет. Через какое-то время я смог вытащить отвёртку и начал пытаться откручивать шурупы на ножке кровати, к которой меня пристегнул полковник. Было адски трудно — тело ещё частично оставалось парализованным, а от падения уровня кислорода сильно кружилась голова. Но постепенно дышать становилось легче — воздух как будто бы снова стал наполнять пространство. Пока я откручивал первый шуруп, я совершенно потерял счёт времени — глаза Виджаи были уже закрыты. Я посмотрел на часы — была половина пятого, и с момента удара шокером прошёл час, значит, таблетки, которые заставили принять Виджаю, уже действуют примерно полчаса — я ужаснулся: как много времени я возился. Кислорода и правда стало больше. Я услышал, как в медпункте включились динамики: — Детектив, вы живы? Детектив, ответьте! — повторяла капитан. Вывернув последний шуруп, я не смог поднять койку, чтобы ножка оторвалась от пола — я был слишком слаб. Тогда я встал на четвереньки и всем телом выгнулся так, что койка поддалась, и я смог просунуть цепочку наручников через образовавшуюся щель. Идти я не мог, поэтому стал ползти в сторону Виджаи. — Детектив, вы живы? — повторяла капитан. Я попробовал крикнуть ей в ответ, но получилось издать лишь шёпот. Пока я полз, я пытался прорезать голос, но, похоже, лишь сорвал его: — Капитан, — прохрипел я, но она не могла меня услышать. Добравшись до Виджаи, я развязал её, перевернул на бок, просунул пальцы ей в рот и начал вызывать рвоту. Из неё вышла густая белая пена, и Виджая пришла в сознание. Капитан продолжала паниковать: — Я знаю, здесь есть кто-то ещё! Две камеры пустые! Ответьте, кто живой! Я взял Виджаю на руки и попытался встать, но ноги не слушались. Тогда я поволок её к камере и, стоя на коленях, запихал её внутрь. Она еле слышно заговорила — мне пришлось встать, повиснув на камере, чтобы услышать её: — Марик… там есть ещё одна доза радутина, — она схватила меня за руку, — я оставила запасную дозу для Оорта… запасную… чтобы тебя успели доставить с орбиты на базу в лазарет… ведь мы не знаем, когда за тобой отправят шаттл… можем потерять много времени… как выйдешь из гибернации, сделай себе раствор… Её хватка ослабла, и рука упала. Виджая закрыла глаза и прошептала из последних сил: — Я соврала… я, правда, полюбила тебя… прощай, М… Я понял, что заморозка не спасёт нас — проснётся полковник и закончит начатое. А потом до меня дошло: на Оорте произошёл переворот. Кто эти люди в трюмах? Военные для подавления бунта? Но почему их прячут? Нет, на Оорте ждут наш рейс. Это их заказ. Наверняка там нелегалы. А, может быть, рабы? Если сепаратистам отрежут финансирование, то кто будет работать бесплатно? Нас не будут спасать на Оорте. Это билет в один конец. Зато выяснилось, что капитан с ними не в сговоре. Твайла вместе с Фростом придумают, как остановить корабль. А Виджая им всё расскажет. И заблокирует камеры преступников. Я уже не нужен. Ценой огромных усилий я вытащил Виджаю из камеры и повалился вместе с ней на пол. Капитан отреагировала на шум: — Я слышу, что там кто-то есть! — голос капитана уже почти срывался в плач, — Виджая, это ты? Помоги Марику! Я дотащил Виджаю до камеры с инженером и растормошил её, чтобы она пришла в сознание. — Быстрее включай разморозку Ферриса Фроста, — прохрипел я ей на ухо. Я помог ей дотянуться до панели криокамеры, чтоб она своим браслетом дала команду. Когда процесс запустился, я дотащил Виджаю до койки, с трудом водрузив на неё тело. — Нет, не делай этого, — прошептала она, — пожалуйста, не делай. Я сделал раствор и приготовил капельницу. — Марик, ты должен жить, тебя ждёт Кларисса, тебе нельзя умирать… а мне можно, меня никто не ждёт… Последняя доза радутина начала поступать в вену Виджаи. Потом я кое-как добрался на четвереньках до камеры Бориса. Если Виджая выживет, то они с Фростом закончат моё дело. А когда меня разбудят, я перед смертью успею дать показания. Прислонившись к криокамере, я набрал сообщение Чену текстом: «Дело механика вновь открыто. Мне удалось вскрыть один из контейнеров в грузовом отсеке — Лобстер перевозит людей в криокамерах. Целую армию людей. Нет сомнений, что людей перевозят против их воли. За это разоблачение Хуоджин Цинь и Мингю Ян предприняли попытку покушения на жизнь Виджаи Тхапар и мою, но к нам пришла на помощь капитан, загнав нападавших в криокамеры. Убийцей механика является полковник по собственному признанию. Мингю Ян оказывала содействие. Бориса Дудку убили за то, что он обнаружил похищенных людей в трюме. Срочно примите меры по перехвату корабля, должны же быть в той области ваши люди? Похищенные не должны попасть на Оорт! Я ухожу в криосон в предсмертном состоянии здоровья». Я улёгся внутри камеры и попытался крикнуть капитану, чтобы она включила заморозку, но мой хрип она не могла услышать. И я вырубился.

***

Сквозь сон я почувствовал опьянение и боль стала покидать тело. Я услышал, как Виджая разговаривала с капитаном: — Нельзя вводить человека в криосон в бессознательном состоянии! — А если он не проснётся? — плакала капитан. — Я поставила ему укол флудипа, будем надеяться, что он очнётся. Я открыл глаза. — Он проснулся! — радостно воскликнула Виджая. — Господи, — захлёбывалась в слезах капитан, — ашер, ты жив? Пожалуйста, скажи, что ты жив! Я решил, что сошёл с ума. — Повтори, как ты меня назвала? — ко мне вернулся голос. — Ашер… — неуверенно прозвучал голос из динамика. Виджая выгнула бровь и стала внимательно слушать наш диалог с капитаном. — Ты кто? — я был в полном недоумении. — Я так испугалась за тебя! — Кто ты, чёрт тебя побери? Откуда ты знаешь моё прозвище? Твайла, ты меня разыгрываешь? — Я твоя Кларисса. Виджая переводила взгляд от меня на динамик и обратно.