История №3

      Сначала работа в участке представляла собой только бумажную волокиту, что угнетало и напоминало самую первую работу. Бумаги, договора, куча законов, споры, оскорбления. Фу. После Мию стали брать на дежурства и патрули, параллельно обучая тому, чего она не знала или не умела. После дали напарника и уже с ним, она выезжала на вызовы. Хотя это сложно назвать вызовами. Кошку с дерева снять, проводить бабушку в больницу или помочь ребенку, который потерял родителей или блять игрушку. Чего еще ожидать от маленького городишки, в котором не жалуют тех, кто нарушает покой местных. Но все же это было интересно.       Новые друзья, соседи и знакомые. Отвлекалась Мия от важных мыслей как могла. Работа, выпивка, вечеринки. Плохо получалось. Начали мучать кошмары. Спать получалось тоже плохо. На работу не влияет уже хорошо. Выпивка только не помогает.       “Возьму отгул. Все—таки полгода отработала. Должны позволить.” — с этой мыслью девушка зашла в кабинет начальника и протянула ему документ. Тот сначала просто положил его на стол, занятый отчетом, потом взял в руки и повертел, после прочел. — Да могла и так отпросится. Бюрократия только в суде, а тут можешь не заморачиваться. Тем более, ты так усердно работаешь. — Спасибо. Увидимся через неделю.       Мия вышла из участка и потопала домой. Правда дойти до дома не получилось. — Может хватит? — девушка останавливается и разворачивается, — Что вам нужно, Виктор? — Неужели я на столько заметен? — мужчина выходит из—за угла. — Были бы не заметны, если не следили бы каждый блядский день. — А чего мы так рано с работы? Только середина дня. — Вы не мой начальник, чтобы перед вами отчитываться. — Ты ведь не человек. — Что за глупость? — Мия остается спокойной, — Мне конечно говорили, что вы того, но чтоб на столько. — А как ты объяснишь “рекорд”? — Физическая подготовка. Не слышали? Или вы типо продали душу дьяволу? Если так, то пожалуй пойду. — Постой. — он хватает ее за руку, но безликая вырывается. — Повторяю еще раз. Вы не мой начальник. — она разворачивается и уходит, — Прощайте.       Но Виктор не собирается отставать, поэтому плетется хвостиком, задавая вопросы, иногда пытаясь перекрыть путь девушке, но она его обходит, отталкивает и обманывает. Маршрут был перестроен не один раз. Идти до дома, пока рядом этот мудень не хотелось. Кто знает, что конкретно он хочет? Откровенно напрягало то, что иногда проскакивали вопросы о нечисти. “Кто ты блять такой? — думала Мия, в очередной раз меняя маршрут и заходя в лес, — Может тут ты отъебешься?”. Безликая была на столько раздраженная его поведением, что не заметила, что Виктор загоняет ее в определенную область. Когда поняла было уже поздно.       Мия встала как вкопанная, не имея возможности пошевелится. Ее тело будто оплели цепи. Не пошевелится. — Ну как? — Виктор победно смотрит на девушку, опираясь на дерево, — Не очень приятно, когда не можешь пошевелится.       Они далеко от города и от территории парка. Лес хоть и не густой, но звук поглощает на ура. Был бы сезон, можно было бы надеется на случайного грибника, но сейчас уже поздняя осень. В лес никто не ходит. — Кто вы такой? — Этот вопрос я должен задавать. Кто ты? — он достает пистолет и начинает крутить его в руках так, будто уже получил то, что хотел. — Что вам даст эта информация? — Я подумаю. Убивать тебя или нет. Зависит от того, есть ли у нас похожие особи или нет. — Кто кого еще убьет. — Мия делает шаг. Ее ногу будто выворачивают в разные стороны стараясь раздробить кость, разорвать плоть, сместить суставы. Больно до невозможности, но девушка не подает вида. — Как ты это сделала?! — мужчина не на шутку пугается, направляя дуло пистолета на безликую, — Это невозможно! — Возможно, если ты в прошлом человек. — девушка делает еще шаг. Печать трещит, сверкает. Раздается выстрел. Потом еще. Горячие пули неприятно прожигают плоть, зарываясь в мышцы, — Этого не достаточно.       Мия срывает маску, скрываясь за дымом, делает рывок, ломая печать. Еще несколько пуль вгрызаются в тело, но ее уже не остановить. Девушка кидается на Виктора громко рыча. Ее зубы впиваются ему в горло, ее когти разрывают тело. У мужчины не было и шанса. Монстр рвет его на мелкие куски. Монстр жрет его. Она поедает свою добычу. Горячая кровь, мягкое мясо, хрупкие кости. Все это, практически не пережевываяся, попадает в бездонный желудок безликой. — Генерал. Прием! Это пост 33—01. Ответьте! Прием! Повторяю. Это пост 33—01. Вы взяли объект? — шум рации прерывает трапезу.       От Виктора осталась только лужа крови, которая уже почти впиталась в сырую, промёрзшую землю. Как Мия не съела эту пластмассовую коробочку тот еще вопрос. “Что делать?! — только сейчас девушка задумалась о последствиях, — Не надо было! Не надо было идти у него на поводу! Пошла бы домой!” — она заметалась из стороны в сторону. — Генерал! Прием! Если вы не ответите, мы исполним план 7.81. Прием! Ответьте! — Я отпустил ее. Мы ошиблись. Она человек. Печать не подействовала. — Мия оборачивается. Слендер держит рацию, — Но я заметил другой объект. Он направился к югу отсюда. Двигается быстро и хаотично. Прием. — Приказ понят! За вами прислать кого—то? Прием. — Нет. В участке возникнут вопросы, если шеф пропадет посреди дня. Прием.       Рация больше не шумела. Слендер в легкую смял ее. Корпус жалобно хрустнул и рассыпался. — Как ты блять это сделал? — Что именно? — Голос сымитировал. Я блять подумала этот мудень из мертвых восстал! — она осела на землю, — Сука. Просто ведь домой шла. — Все переживают. — Мне сейчас нет до них дела. — Мия встаёт, отряхиваясь, — Что ж за свинец у этого гондона? — девушка разминает тело, чувствуя, как огнестрельные ранения, будто начинают гореть с новой силой. — Серная кислота. Нужно как можно скорее промыть раны. Пойдем. — Куда? — Ко мне домой. Сейчас в город, особенно в таком виде, не советую идти.       И правда идти в город в потрёпанной одежде, истекая кровью, не очень. Пришлось согласится. Правда пришлось идти. После всего Мия будто потерялась в пространстве. Причем так конкретно. Она буквально путала права и лево.       Шли долго. Молча. Нудно. У обоих были вопросы и оба понимали, что сейчас для них не время. — Я так понимаю это семейное? — говорит Мия, когда они подходят к дому. — Что ты имеешь в виду? — Жить в потрепанном доме, который внутри похож на замок. — Может он когда—то и был замком, — Слендер распахивает входную дверь, — но последние лет 50 больше похож на общежитие. — он проводит ее в гостиную, где девушка усаживается на диван. Безликий приносит небольшой тазик с водой, полотенца и пинцет.       Мия раздевается, оголяя залитое кровью тело, и поудобнее усаживается, закидывая голову назад, ожидая неприятную боль, но в место боли приходят ледяные руки, от чего девушка взвизгивает. — Ты блять. Ящерка. — ругается она, — Предупредил бы хоть! — Я не думал, что настолько чувствительна. — Слендер специально касается ее шеи и живота, от чего Мия пищит, дергается и ругается. В ответ безликий смеется, пока она пытается его убить. — Хватит! — она отползает от него, шипя, — Ну тебя нахуй! — Все ладно. Больше не буду. — Пиздишь, как существуешь!       Но все же они возвращаются к первостепенной задаче. Пули нехотя покидали тело, оставляя жжение и неприятное ощущение. Иногда Мия дергалась, когда Слендер задевал нервы или перебитые сухожилия. Вымывать серную кислоту было еще труднее. Она вступала в реакцию с кровью нечисти и впитывалась в нее, разносясь по организму, нравясь разрушить его. — Вроде все. — Слендер проводит рукой и раны медленно нехотя затягиваются, — Как себя чувствуешь? — Пиздец уставшей. Никогда такого не было. — Мия потягивается, — Все. Останусь тут сидеть. — она притихает на мгновение, — И какой он? — Кто? — Отец. — Это я хотел у тебя спросить. На сколько он изменился? — Изменился? — безликая задумалась, — Ну, когда мы познакомились я была на грани смерти. Он меня подобрал. Зачем? Он сам не знал. Я была в тепле, в неком подобии заботы. Хотя иногда я думала, что он просто педофил. — Слендер рассмеялся, — Смешно тебе, а я думала, что попала в другой ад. Потом появилась Зек. Эта страшная женщина как—то повлияла на нас обоих. И вот. Я его дочь, он мой отец. — И каким отцом он был? — Лучшим. — она устало улыбнулась, — А каким он был для тебя? — Худшим. Самым худшим в этом мире. Тираном. Мудаком, что испортил детство мне и подпортил его моим братьям. — Братьям? Сколько вас? — Четверо. — Пиздец. И что же такого творил отец? — Наша мать пропала. Бесследно. Мы не знали кто причастен к этому и где искать. Тогда было страшно и больно. Отец на некоторое время выпал из жизни. Он все время сидел в своем кабинете. На нас не обращал внимания. Я тогда подумал: “Это нормально. Ему больно.” Но потом. В один день он вышел из кабинета. Я обрадовался. А он. Набросился на меня. Будто я был виноват в случившемся. Остановился отец только тогда, когда я почти не дышал. Он оставил меня со словами: “Ты слишком слаб.” С того дня вся жизнь превратилась в кошмар. Тренировки, побои, голодовки, оскорбления. Я терпел. Я пытался понять почему он это делает? Но когда его внимание переключилось на братьев, я не выдержал. Мы сцепились. Сильно. Рвали друг друга на части. У меня была цель убить его, у него же... Тогда я не понял. Мы с братьями ушли. Далеко. Жили в небольшом домике. Я дал им свободу. Даже, наверное, слишком много свободы. Лет пять мы жили спокойно. Потом он снова пришел. Я тогда занят был. Не сразу заметил происходящие, а когда понял рассвирепел. Он посмел поднять руку на моих братьев. Ни у кого нет такого права. Я почти перегрыз ему горло, но потом понял. Он искал смерти от моей руки. Это заставило меня остановится.       Мия молчала. Это было тяжело. Сейчас она ощущала вину. Будто бы это она была виновата во всем, что произошло. Будто она своими руками разрушила семью. Она получила счастливое детство, полное радости и беззаботности. Она была счастлива. “Это моя вина? — девушка почувствовала, как голова тяжелеет, — Почему я чувствую... “Ты монстр!” — раздается в голове забытый голос прошлого, — Это правда...? Кем я стала?”. — Мия? — Слендер кладет руку ей на плечо, от чего девушка вздрагивает. — Все нормально. Просто. Не клеится. Будто ты говорил о... — перед ней будто мелькнул образ старого жирного уебка, что горит, — Это... Голова кругом. — она почувствовала, как во рту все пересохло, будто вернулся забытый страх. — Мия, у тебя руки дрожат. Ты уверена, что все нормально? — но девушка не ответила, она лишь нервно вздохнула, зарываясь пальцами в волосы, — Слушай... — Нет. Я... Надо подумать. — Мия хотела встать, но слабость завладела ее телом, и она опустилась обратно. — Не торопись. Ты ведь печать сломала. Кем бы ты не была от такого придется долго отходить. Оставайся. — Но... — У меня все равно никого. Весь дом в моем распоряжении. — он встал, — Я принесу что—нибудь выпить.       “Я сожрала человека! — только сейчас мозг включился, — Я... — тело похолодело, — Монстр. Но я же... У меня не было выбора! “Сдохни монстр!” — снова этот голос, — Нет. Это ложь. — она посмотрела на свои дрожащие пальцы, что были запачканы кровью, — Правда?”. — Так. Выбирай, что пить будем. — Слендер поставил на журнальный столик бутылки разного содержания. — Самое крепкое, что у тебя есть. — Есть ром. — Давай. — Мия взяла бутылку и отпила половину, — Этот ром не такая хуйня, как обычно. — Не любишь ром? — Сейчас я его люблю. — она поставила бутылку. — Так значит отец стал хорошим? — Такой хуйни при мне не было. Да сначала ничего не ладилось. Мы игнорировали друг друга. Я считала его идиотом, который свой дом не знает, а он толи опасался ошибиться, толи просто не знал, что со мной сделать. Потом как—то само получилось. Он интересовался тем, что я делала в течении дня, гулял со мной, играл, познакомил с бабушкой и дедушкой, отправил в школу, позволял мне много чего и много чего запрещал. Иногда, когда он не знал, что делать, шел к Зек или просил Владимира помочь. Он даже ни разу не ругался со мной. Так, рычал по мелочи. Потом предложил стать безликой. Как это было больно и страшно. Как будто изнутри что—то царапает, врет, выворачивает. Он не отходил от меня. Помню как очнулась. Голодная была до жути. — Мия задумалась, — Я до сих пор думаю, что кого—то съела прежде чем пришла в себя. Потом обучение всему. Как я намучалась с печатями. Они взрывали в руках. Затем институт, работа. И вот мы здесь. И я не знаю, как теперь... Так тяжело. — она почувствовала, как проваливается в сон.       Мия начинает сопеть. “Уснула? — Слендер прислушивается, — Отец, надеюсь ты не соврал ни ей, ни мне.” — он сходил за пледом и укрыл девушку.       Следующие несколько дней Мия провела в раздумьях. Ну, как провела. Не думать не получалось, хотя очень сильно хотелось, а алкоголем заливать не давал Слендер. Так что оставалось только спать и есть. Безликий пытался с ней поговорить, но девушка избегала его, прячась. В основном она сидела на пыльном чердаке. Тут много всего было. Книги, мебель, заметки, личные вещи, двери в большом количестве, еще были старые манекены, удобрения для растений. Но среди всего старого мусора выделялся кофр. Черный резной кофр, что был покрыт толстенным слоем пыли. Внутри лежала красивая белая скрипка с черными и золотыми узорами. Этот инструмент долго манил девушку. Когда—то Морган давал ей пару уроков игры. Правда все забылось или почти все. Сначала Мия просто рассматривала скрипку, потом проводила по гладкой поверхности лака, что от старости покрылся еле заметной паутинкой трещин, затем она осмелилась ее настроить. Без пианино это было практически невозможно. Только если вы обладатель идеального слуха.       На странный воющий звук пришел Слендер. — Я и забыл о скрипке. — он рассматривает инструмент, замечая некоторое недовольство Мии, — Я больше не буду тебя допытывать. Вы с отцом похожи. — Будто ты на него не похожь. — Не думаю, что мы похожи. — Правда? А допытываете вы одинаково. Почти слово в слово. — Слендер задумался. — Не хочешь настроить ее? У меня есть пианино. — Давай. — они спустились на первый этаж, черное пианино стояло в самом конце коридора. — Надеюсь оно еще живое. — он открыл крышку и нажал на клавиши, перебирая, — Смотри—ка еще не рассохлось. — Ты так небрежно хранишь инструменты. — Мне от них проку нет. Вот и забыл о их существовании. — Не маловато ли для тебя фортепьяно? — Оно не мое. Притащили те, кто раньше здесь жил. В доме отца должен был остаться рояль. Вот это инструмент. — Белый или черный? — Белый? Не знал о втором. — Ну его так просто не найдешь. Нужно по стеночкам полазить. — По стеночкам? — Слендер задумался, — Так ты нашла наш план ходов? — Ага, полезная вещь. Правда я выросла быстро. — Мия положила скрипку на плечо, — Че там? — безликий нажал "ля", девушка провела смычком, потом подкрутила струну, затем следующую, — Вроде нормально. Так я видела в кофре ноты. — она достала пару нотных листов, написанных от руки, — А, так тут две партии. — безликая внимательно просмотрела ноты, парочку сыграла, пытаясь вспомнить хоть что—то, — А хуйня какая—то. Хотя, если... — она еще раз провела смычком по струнам и те запели, — Вот! Теперь понял. — шаг за шагом, так за тактом, постепенно увеличивая темп, Мия выводила музыку, что заполняла небольшой коридор первого этажа.       К писку скрипки присоединился гудящий низкий голос пианино. Звуки сливались, переплетались, расходились и перебивали друг друга. Клавиши иногда, от старости, жалобно трещали, им отвечали старые струны. — Бля! — струна треснула и полоснула Мию по щеке, — Скрипка мне еще пизды не давала. А так хорошо пела. — Посмотрю на чердаке, может завалялось парочку струн. — Не надо. — девушка аккуратно оттягивает обшивку кофра, из—под которой выглядывает моточек струн. — А это что? — Слендер замечает небольшой старый клочок бумаги, — "Подарок моей прекрасной Амелинде". Знакомы подчерк. — Дедушкин? — Нет. У него он с кучей завитушек, а тут простой, угловатый и немного небрежный. — Если это подарок бабушке то, что он делает у тебя на чердаке? — Пытаюсь вспомнить. — он в раздумьях перебирает клавиши, пока Мия меняет порванную струну, — Вспомнил. Зек просила передать. — Зек? Хотя чему я удивляюсь. Она отца в постель пыталась затащить. — А с бабушкой был целый роман. — Нихуя. Вот это сейчас неожиданный поворот событий, но почему Зек просила тебя передать скрипку, если сама могла это сделать? — Мы тогда с бабушкой поссорили очень сильно. Вот она и решила дать нам повод встретиться и поговорить. — Мне вот интересно, она хоть о себе заботилась? А то такое ощущение будто кроме других забот у нее своих не было. — Такая натура у Зек. Она действует по интересу. — Сленди! — раздалось на другом конце коридора. — Черт. Совсем забыл. — Это кто? — Мия насторожилась. — Братья. — Можно уползти на чердак? — Нет. — и безликий добавил чуть громче, — Иду. — он пошел по коридору, потом обернулся, — Пошли. — Нет. Спасибо. — Это был не вопрос. Пошли. — Неа. — Мия села на пол, — Я пока не готова к такому, а они тем более. — Что за упертая особа? — Слендер берет ее по руки и тащит за собой по коридору. — Неет. — девушка дергает руками, — Спасите. — Сленди, вот ты... где. Это кто? — Мию затаскивают на диван, где оставляют. — Это Мия. Мия это Сплендор. Остальные где? — В комнаты ушли. — безликий уходит, — Мия значит. — он обходит диван, рассматривая девушку, — Приятно познакомится. — Взаимно. — она встает с дивана, рассматривая нового знакомого.       Высокий, в костюме, что был украшен разноцветными кружками. Улыбается по—доброму. Глаза полны счастья. Совсем по другому ощущается. Такой простой, светлый, веселый. — Какая ты высокая! — Сплендор обходит ее, — Я думал, что выше Сленди никого не встречу! — Зачем ты нас выгнал из комнат? Я планировал поспать! — раздается хриплый голос, и в комнату, опережая хозяина, проникает запах роз и сигарет. — Офф, прекрати ворчать. — отвечает второй. — Знакомьтесь, это Мия. — Слендер указывает на девушку, когда те заходят в гостиную.       Один в черном плаще, высоких грубых сапогах и в шляпе, другой в рубашке со свитшотом и очками. — Неужели ты нашел себе подружку? — он берет Мию за руку, целуя тыльную сторону ладони, — Оффлендермен к вашим услугам, миледи. — Офф, прекрати. — рычит Слендер. — Я Трендер. — второй пользуется заминкой, чтобы представится. — Какие вы... разнообразные. — Мия еще раз осматривает всех, — Теперь я могу капитулировать? — Нет. Нам нужно поговорить. — Ничего хорошего не выйдет. — Мия, хватит. — О чем нам нужно поговорить? — интересуется Трендер, падая на диван. — Да так. — девушка пытается уйти, но Слендер хватает ее за шиворот. — Об отце и... — Что этот пидорас еще учудил? — рычит Офф. — Выбирай выражения. — огрызается Мия, чем шокирует присутствующих. — Я об этом мудаке в положительном ключе разговаривать не собираюсь! — Хватит. — рыкнул старший, и они замолкли. — Я ваша сводная сестра. Приятно познакомится, а теперь...! — девушка предприняла еще одну попытку уйти, но Слендер снова ее не пустил. — Чего? — Офф начинает смеяться, — Хорошая шутка! Чтобы наш мудозвон! — но заметив, что никто не подхватил его смех, затихает, — Че правда что ли? — В полне. — отвечает Мия. — Это же круто! — Сплендор хлопает в ладоши, — Всегда хотел сестру! — А тебя ничего не напрягает?! — огрызается Офф, — Например, какого хуя?! То есть на нас можно было забить, но на нее нет? Отлично! Хороший план! Слушай, как сильно он тебя бил? Голодом морил? — он приблизился к девушке, — Может оскорблял?! — Офф, хватит. — Слендер встает между ними. — Не, не, не. Подожди! Для той, кто была выращена нашим папашей она слишком нормальная! Этот мудак не мог вырастить кого—то без пиздеца! Или твоя мать ему так хорошо сосала, что не пытался тебя прибить? — Офф, ты перегибаешь. — Трендер встает с дивана, готовясь останавливать драку. — Перегибаю?! — он рассмеялся, грубо и громко, — О, ты пожалуй прав! Сосала не мать, а она сама!       Мия бросается на Оффа, нанося удар под дых. Тот рычит и хрипит, но находит силы чтобы ответить. Он вцепляется когтями девушке в руку, разрывая плоть. Мия шипит, но выворачивает руку, заливая пол липкой кровью, и впивается зубами ему в глотку. Тот отбрасывает ее. — Держите Оффа! — Слендер бросается к Мии, — Успоко..! — девушка отбрасывает его к стенке. Да так сильно, что безликий слышит хруст ребер и чувствует острую боль в ключице. Картины шатаются и одна за другой падают, разбивая стекла, что впиваются в безликого, — Мия...!!! — он пытается встать, но не получается.       Сдерживать Оффа тоже не особо получается. Он высвобождается из рук братьев и, оплетая тело девушки щупальцами, начинает драть ее тело, рыча, ругаясь и проклиная. Мия же, разрывая щупальца на куски, высвобождается и выкидывает Оффа в окно. Стекло со звоном ломается. Безликий падает на землю. Осколки впиваются в снипу, от чего тот орет от боли. Девушка выходит следом. Она намерена вырвать ему сердце. Вокруг рук возникают красные кристаллы, что звенят и дрожат от количества магии, что в них поместили, готовясь рвануть прямо сейчас. — Мия, стой! — между ними возникает Трендер, но Мия уже замахнулась.       Девушка уводит удар в сторону в последний момент. Раздается взрыв. Дым плотными клубами стелется по округе и нехотя рассеивается. Появляется резкий запах пороха. Несколько деревьев жалобно скрипя падают, поднимая пыль и листья. — Думаешь тебе одному тяжело? — хрипит безликая, — О других не подумал? — Мия. — Слендер, хромая и опираясь на Сплендора, подходит, — Давай... — Нет. — перебивает его девушка, — Хватит. Я знала, что ничего не выйдет. — Но мы можем все обсудить. — добавляет Сплендор. — Что обсудить? Что я приемная дочь вашего отца? Обсудили. Что я росла в любви и заботе? Вот тоже обсудили. Что ваш отец в прошлом мудак? Разъяснили. Что еще обсуждать? Не, ну может ты что—то добавишь? — обратилась она к Оффу, — Что я сосала отцу? Отлично, что еще? Что я каким—то боком отжала у вас его любовь? Допустим. Я блять в таком же положении что и вы! — безликая почти срывается на крик, — Знали ли я о вас? Нет! Знала ли я о прошлом? Нет! Не надо перекидывать на меня ответственность за все плохое! — она проводит рукой по волосам, — К черту. — Мия исчезла.       Она вернулась в город. Ее не беспокоило, что кто—то мог ее увидеть. Девушка прошлась по закоулкам, направляясь к дому. Не смотря на середину дня, людей было мало, даже слишком. Будто карантин. Мия лениво поднялась по лестнице. Ключи зазвенели, замок двери щелкнул. Почти сразу распахнулась соседская дверь, из которой почти выскочила баб Аня. — Боже! Вернулась! — старушка осмотрела безликую, — Кто ж тебя так? Быстрее. Заходи домой. — она прошла вместе с девушкой в квартиру, — Так. Нам нужны бинты и... — Не надо. — под ладонью зажигается белый кружочек, под которым раны затягиваются, исчезая. — О как! Так где же ты была, синичка моя? — Да так. — Мия замялась. — Ну ничего, ничего. Главное, что цела, а то тут этот пропал. Как там его. Виктор. Начальник тринадцатого участка. Посреди дня с рабочего места ушел и не вернулся. Да и ты еще пропала. Так прикрывать тебя пришлось. — От кого? — Приходили тут одни. Ни наши, ни государственные. Ну я и сказала, что ты заболела. Не забудь в больницу сходить, чтобы больничный сходить. — Вы больничный мне оформили? — Да. Странные те были. Вот и перестраховалась. — Больше не приходили? — Нет, но по городу еще ходят. От них все местные шарахаются. Сволочи поганые! — баб Аня собралась уходить, — А, вспомнила! Тут недавно заходил один. Высокий, бледный с черными волосами. Попросил тебя прийти в гостиницу. Номер 23. — после старушка ушла.       Идти на встречу с неизвестным не хотелось, но было крайне интересно. Мия потупила дома пару часов, переоделась, сходила в больницу, закрыла больничный и направилась в гостиницу. На ресепшене ей подсказали куда идти. Имя гостя не сообщили, так как посетитель предпочел остаться анонимным.       Девушка поднялась по резной винтовой лестнице на второй этаж, что был залит светом хрустальных люстр. Мягкий ковер приятно пружинил под ногами. Пахло ароматическими свечами.       Мия постучала в дверь. Сначала было тихо. Потом послышались шаги. Замок тихо щелкнул и дверь открылась. — Морган? — удивилась девушка, увидев мужчину. — Мия! Наконец—то! Заходи. — он пропускает безликую в номер, — Я рад тебя видеть! — Как вы меня нашли? — Вспомнил об этом проекте. Зек так заботилась об этом городе, называла его убежищем. Было очевидно, что ты сюда сбежишь, но додумался только сейчас. — он разлил коньяк по стаканам, — Мы так переживали, когда ты ушла. Владимир себе места не находит. — Да. Я... Мне нужно было подумать. Хотя мне и сейчас нужно подумать. — она отпивает. — Что—то случилось? — С братьями пообщалась. — Плохо? — Один там выебывался. Пришлось уйти. — Вот как. — Морган подумал, — Баб Аня говорила, что ты пропала на время. — Да. Съела кое—кого. Случайно. — Случайно?! — Ну он мне угрожал. — Я надеюсь ты съела не Виктора? — Ну... — Попрошу Маркуса помочь с замятием этого вопроса. Еще что—то? — Хотелось бы съебать на время подальше. — Ну, тут Сатана бал устраивает. Если согласишься быть моей парой, то могу сопроводить. — Парой быть обязательно? — Да. Это каприз хозяина дома. — Ладно. — Тогда поехали прямо сейчас. Нужно заказать тебе платье. — Платье? — Потерпишь один вечер? — Ладно.       И началась суета. Снятие мерок, выбор фасона, ткани, пошив, примерка, корректировка, прическа, украшения.       Ехали на бал долго. — Не думал, что ты согласишься на такое! — Маркус поправляет галстук, мельком рассматривая девушку. Серебристое платье с глубокими вырезами на груди и бедре переливалось и блестело. — Будешь пялится, глаза выколю. —Мия складывает руки на груди, — Обязательно было такое открытое платье? — Оно тебе идет. — Морган улыбается, — Жалко дети не могут. — Ты хотел сказать не хотят. — добавил демон.       Машина остановилась и компания предстала перед огромным шумящим домом. Вокруг куча гостей. Все говорят, смеются, танцуют, поют, пьют и курят. — Теперь я жалею, что согласилась. — Ничего не попишешь! Пошли танцевать. — Предпочту просто походить за Морганом хвостиком. — Скучная ты! — и Маркус растворился в толпе. — Почему он без пары? — Мия следует за мужчиной. — Потому что он дурачок. Получит от Сатаны, потом плакаться будет. Как много гостей...! — девушка поднимает Моргана на руки, над толпой. — Куда? — Давай просто по залам пройдемся. Нужно найти парочку гостей.       Они ходили по залам, здороваясь и знакомясь, иногда останавливались на продолжительное время. — А кого мы ищем? — Хозяина дома, архангела и если повезет... Михаил! — громко произнес Морган, и на его клич обернулся белобрысы мужчина с яркими зелеными глазами. — Морган! — они пожали друг другу руки, а после обнялись, — Тебя сопровождает столь красивая леди! Не думаешь, что жена ревновать будет? — Иди ты, пернатый. — Я Михаил. Архангел. — Миаморе Розалин, но можете звать меня просто Мия. — Давай на ты, а то эти официальности столь утомительны. — Где Сатана? — Морган оглядывается по сторонам, — Я думал он с тобой. — А, он с Хароном в кабинете. — мужчина уходит, оставляя девушку под присмотром архангела, — Так ты в прошлом человек? — Как понял? — Запах. Еле уловимый запах. Я удивлен, что Кабадатх перешагнул через себя и законы этого мира ради тебя. — Разве это незаконно? — Вполне. Люди, ставшие монстрами, сильнее монстров, что их породили. Ты сильнее отца, сильнее деда, сильнее многих, если не всех, но эта сила тебя поедает. Ты пока этого не поняла. Может вообще никогда не поймешь. — Русская рулетка? — Она самая. Подобный род деятельности тащит за собой кучу проклятий. Скажи, что ты умеешь, и я скажу, что ты теряешь. — Печати, телепортация, кристаллы. — Это все? — Да. — Тогда ты не многим жертвуешь. Это хорошо, но даже в таком случае. Ты не чувствуешь тяжести или боли? — Нет. — Странно. Хотя чему я удивляюсь. Твой отец отдал достаточно, чтобы ты увидела весь мир. — И сколько он отдал? — Этого не знаю. Нужно у Харона спрашивать. Если сможешь его выцепить. Сегодня он на расхват.       В зале приглушают свет. Толпа затихает. Издалека раздаются первые ноты. Все, будто по рефлексу, расходятся на пары. Михаил следует примеру и берет Мию за руку. — Я не умею танцевать. — Не беспокойся. Я всего лишь выведу нас из толпы. Если пойдем на пролом только больше застрянем.       Он делает решительный шаг в сторону, ведя девушку за собой, затем второй. Все двигаются так синхронно, что кажется будто это уже много раз отрепетированный номер. Михаил кружит Мию в легком танце. Архангел на столько уверен и прост, что девушка понимает какое движение будет следующим. Так они порхают по залу, пока не оказываются около стены, где мужчина отпускает безликую и растворяется в толпе.       Не успевает Мия выдохнуть, как ее хватают, уводя снова в толпу. — Маркус! Какого черта? — Вы так красиво танцевали. Я тоже хочу. — Ты можешь потанцевать с кем—то другим. — Зачем мне другие, когда рядом такая милая девушка, — ее щеки покрывает еле заметный румянец, — что краснеет, когда ей делают комплименты. — Перестань. Я знаю, что встал со мной в пару только потому что с моим ростом ты почти дышишь мне в грудь. — Нет, что ты! Как ты могла такое подумать? Я приличный демон. — Поэтому я чувствую, как твоя рука с талии сползает мне на бедра. — Но у тебя такая мягка... — Маркус! — демон смеется, — Очень смешно! — Да ладно тебе, красотка. Я же не настолько противен тебе. — Может быть, но ты мне не парень, чтобы распускать руки. — А что ты теряешь, если будешь со мной встречаться? — Я буду встречаться со старпером. — Да ладно тебе! — он закружил ее, потом прижал к себе, — Подумай над моим предложением. В конце концов...! — В конце концов ты моя пара, а не его. — Морган уводит Мию. — Ты как вырасти успел? — девушка не понимает, как мужчина поравнялся с ней ростом. — Всего лишь использую чернила. — Вот ты настоящий джентельмен. — О чем вы говорили? — Маркус предложил встречаться. — Надеюсь, ты не согласилась? — А что плохого? — Мия, он демон. Все демоны ищут выгоду, даже не задумываясь от этом. — И какая от меня выгода? — Ты сильнейшая на данный момент безликая, а если смешать твою кровь с демоном. Какие дети у вас будут? Какую власть он получит? Я слишком долго знаю Маркуса. И этот взгляд. Взгляд демона, что нашел выгоду. Узнаю из тысячи. Я не могу запретить тебе встречаться с ним, но могу лишь попросить быть осторожной рядом с ним. — Не думала, что он такой. Даже как—то обидно стало, будто он меня уже использовал. — она разглядела демона в толпе, он кружился с громко хохочущей дамой, нашептывая ей что—то и иногда целуя ее шею, — Как он быстро переобулся. Старпер. — Морган рассмеялся.       В конце концов Мия больше не могла танцевать. Столь долгое и зацикленное движение измотало ее, а долгое прибывание в душном зале уже давило на мозг, поэтому девушка ускользнула от Моргана на улицу, в сад, чтобы подышать свежим воздухом.       Темно и тихо. Только сверчки и редкое уханье сов, напоминали, что этот мир еще жив. Мия прошлась по саду, рассматривая диковинные растения, что завораживали своим видом и запахом. Странно было, что в столь прекрасном месте не было гостей. Песчаные дорожки шуршали под ногами. Девушка ушла довольно далеко от дома, так что слышался только отдаленный гул, что напоминал о вечеринке. Безликая устало опускается на лавочку рядом с фонтаном. Вода приятно шумит. Иногда из нее выпрыгивают лягушки, а свет фонарей поблескивает. — Так тихо. — Мия потягивается. — Надеюсь, я не нарушу твой покой своим присутствием. — девушка вздрагивает от голоса, что раздается где—то за спиной, — Прошу прощения. — к ней приближается высокий мужчина в белом костюме с бледной, почти белой кожей, черными глазами, белыми длинными волосами, что струились как вода по его плечам, — Это самая тихая часть сада. — Это заметно. — Можно? — безликая отсаживается в сторону, и неожиданный гость садится рядом, — И как тебе живется в теле безликой, Мия? — Мы знакомы? — И да, и нет. Ты не помнишь меня, но я помню и знаю тебя. С тобой особенно было интересно. — Это звучит крайне неправильно. — Я не имею в виду ничего плохого. Ты правда ничего не помнишь? — А что я должна помнить? — Тот долгий месяц, который ты провела в бессознании. Пока твое тело претерпевало сильные изменения, за твоей душой приглядывал я. Ты была такой неугомонной. Вечно наровила сбежать куда—нибудь. Залезть куда не надо. Следить за тобой было трудно. — Не помню подобного. Кто ты? — Харон. Сама смерть. — при этих словах у Мии екнуло сердце, — Не надо на меня так смотреть. Я всего лишь смерть, а не чума. — Просто это... Слов нет. — Это нормально. Как тебе бал? — Шумно слишком. Утомительно. — Ты одна? — Нет, с Морганом. — Почему с ним? — Почему спрашиваешь? — Я думал, что если ты сюда и придешь то, только в сопровождении Кабадатха. — Мы с ним... Можно сказать, мы в ссоре. — Жаль. — они затихли. Харон наслаждался шумом воды, а Мия думала. — Что отдал мой отец? — Что? — Что отдал тебе мой отце? — На сколько мне известно, ничего, но давай проверим. — перед ним, будто из воздуха, возник свиток, что раскрылся, — Так. Твой отец. Генри Розалин. Он ничего не отдавал и не брал. — Кто? — Генри Розалин. Твой отец. Живет в Англии со своей женой... — Нет, нет, нет. Я не о кровном отце. Я вообще не знала, что он жив. — А, ты про Кабадатха. Прости, я путаюсь в ваших понятиях "кровных связей". Кабадатх отдал достаточно много. Даже слишком. Для обряда хватило бы и 500 лет, с учетом того, что я решил помочь, но он захотел дать тебе больше. — Я не понимаю. — Для обряда, точнее для тебя, нужно было отдать половину оставшейся жизни, но я решил вмешаться, ведь многие года, да какие года, тысячелетие никто не проводил подобное. По итогу, ты бы получила бы 500 лет жизни или чуть больше. — И сколько отдал отец? — Всю жизнь. Все оставшиеся 2000 лет. Себе он оставил лишь жалкие 200 лет, достаточно, чтобы посветить их тебе, обучить тебя, разобрать старые проблемы и уйти на покой. — 2000 лет. — повторила Мия хриплым голосом, — А себе лишь 200... Идиот! — Не стоит ругаться. — Не стоит?! Он буквально решил сдохнуть! — Ну, 200 лет он еще проживет. С ограничениями. — Какими еще ограничениями?! — Ну, по магии в основном. Он отдал "половину" своего тела. — Вы издеваетесь! — девушка вскакивает, — Если бы я знала, что он пойдет на такое, отказалась бы! Почему?! Почему он пожертвовал всем ради девчонки, которую нашел в лесу?! — Мне не известно. Лучше спроси у него. — Я.. не... — она снова села за лавку, — Я не смогу задать этот вопрос. — Почему? — Не знаю. Мне страшно услышать ответ. — И что тебя пугает? — Что он скажет, что все это было ради выгоды. Пресловутой выгоды. Я теперь боюсь. — Теперь? Раньше не боялась? — Нет. Не было. Может сыграло роль его прошлое... — Или твое. — Что? — Твое прошлое. Разве оно было радужным? Разве тебя не беспокоят призраки прошлого? Разве ты не ради этого сбежала сюда? — Нет... Я... — Мия видела перед собой ту избитую маленькую девочку, что смотрела волком на всех, что сожгла заживо своих обидчиков, что была названная монстром, что видела вокруг только тех, кому нужна была выгода.       Девушка никогда раньше не возвращалась к мыслям о прошлом. Прошлое — это прошлое. Зачем его вспоминать? Но последние дни, последние новости заставили всплыть эти неприятные картины, этот страх, этот гнев. — Прежде чем ты пойдешь к отцу, советую сходить туда, где все началось. Как бы тяжело не было. Тебе нужно быть там. Нужно рассказать правду. Ты это прекрасно понимаешь. — Харон коснулся ее плеча и встал, — Оставлю тебя. — он ушел. — Где Мия? — спрашивает Морган, когда смерть заходит в зал. — Ушла. — Куда? — По своим делам. — Куда конкретно, Харон? — Я не рассказываю личные тайны. — замечая недовольство и беспокойство друга добавляет, — Она справится.