Влюбиться в оборотня

      Когда уже под утро у самой его лёжки нарисовались всё те же два волка, Юй даже не удивился. «О, ребята! Как же я не рад вас видеть! И что вам от меня нужно?» Он пружинисто вскочил на лапы и рванул в кусты, пытаясь сообразить, куда бежать. Он летел пулей, но волки не отставали. И вот перед глазами мелькнул знакомый забор. В последнем рывке Юй перескочил через него и кубарем подкатился к ногам Илуна, который поливал из шланга цветник. От неожиданности Илун дернулся и окатил зверя водой. Тот зафыркал, закашлял и вот уже на газоне вместо запыхавшегося лиса сидит все тот же голый мужчина, а теперь, вдобавок ко всему, еще и мокрый.       Илун опустил шланг. - У меня дежавю? Опять ты? Я как-то не успел соскучиться! - Прости, - все еще тяжело дыша, произнес Юй, - они выследили меня. Я случайно…       Он затравленно оглянулся в сторону забора. «Странно, почему они, вдруг, оборвали погоню? Не смогли перепрыгнуть забор? Сомнительно. Испугались человека? Это вряд ли. Похоже, что их сюда что-то не пускает… А вот это хорошо!»       Убедившись, что его никто не преследует, Юй обернулся к своему спасителю и вдруг завис. Илун был красив, как… Наверное, если бы Юй был хорошо знаком с человеческой историей, то мог бы сравнить Илуна с прекрасным Пань Анем, на которого, согласно легенде, так засматривались прохожие, что лошади не могли пройти сквозь толпу. Но он истории не знал и не мог подобрать никакого сравнения. Илун был в простой клетчатой рубашке, шортах и тапках на босу ногу. Густые черные волосы собраны на затылке в короткий хвостик. Казалось бы, ничего особенного! Вот только глаза! Они излучали океан тепла, и он тонул в этом океане без сожаления. Юй смотрел на мужчину, открыв рот, не в силах вымолвить ни слова и даже забыл, что он опять голый.       Илун смутился от такого пристального внимания, поспешно отвернулся и махнул рукой в сторону крыльца: - Оденься. Я еще ничего не убрал. Прикрывая пах ладонью Юй скользнул к крыльцу, откуда на траву спрыгнул большой серый кот и сердито зашипел. Торопливо одеваясь, Юй сказал коту: - Прости. Так получилось. - Что ты там бормочешь? – повернулся к нему Илун. - Это я с котом…       Переступая босыми ногами, он потоптался у крыльца. Илун вздохнул и кивнул нежданному гостю на дверь. Внешне он был невозмутим, а душа пела от радости. «Что такое? Почему я так рад его возвращению? Ерунда! Мне просто жаль его. Лисёнок опять попал в переделку. Ага! Чёрта с два! Себе-то хоть не ври! Он тебе понравился. И чем? Что в нем может нравиться? Он мне просто интересен. Не каждый день встречаешься с оборотнем. Ну, да! Конечно! Сугубо научный интерес! Тогда какого хрена на него реагирует твой член?»       Чжу Илун был геем. Правда, сам он никогда себя так не называл. Ему не нравилось слово «гей». Он говорил себе, что он мужчина, которому нравятся мужчины. Этот факт он тщательно скрывал от всех на свете, стараясь, чтобы эта деталь его жизни не стала достоянием общественности. В детстве он боялся гнева родителей, порицания учителей и насмешек одноклассников. Став взрослым он понял, что все не так страшно, но афишировать свою ориентацию не собирался. Именно поэтому, в отличие от многих геев, он не избегал женщин: открыто флиртовал с ними и даже иногда ходил на свидания, которые, впрочем, никогда ничем не заканчивались. Поэтому у всех его знакомых сложилось стойкое мнение, что Чжу Илун – закоренелый холостяк, которого не привлекает семейная жизнь.        А на самом деле, он мечтал о том, чтобы рядом был единственный человек. Это ведь так здорово – засыпать и просыпаться в объятиях любимого, вместе пить утренний кофе, выбирать ему подарки, гулять по лесу, взявшись за руки. Илун рассматривал только эту сторону совместной жизни. А то, что предстоит решать кучу проблем от банальных, кому сегодня мыть посуду до интимных, кто, например, будет сверху, он не думал. Не думал, наверное, потому, что был уверен – у него никогда не будет такого человека.       В молодости он был влюблен в своего однокурсника. Это было такое светлое и нежное чувство, что Илун просто растворился в нем. Однако, открыться, признаться в своих чувствах этому парню он не решился, зная, что тот натурал до мозга костей. И только тогда, когда его любимый женился, на его свадьбе Илун напился до чертиков и, наконец, сказал эти три заветных слова: «Я тебя люблю». Но тот воспринял эти объяснения, как пьяный бред, потрепал парня по голове и сказал, что тоже его любит, потому что Илун - его лучший друг. А утром Илун уехал, не простившись, чтобы больше никогда не встречаться с этим человеком.       Все остальные его контакты с мужчинами были далеки от чувств. Это было простое удовлетворение естественных потребностей. Он находил кого-то на сайте знакомств, обязательно подальше от дома, желательно в другом городе, а лучше – в другой провинции. Одна ночь и они расставались. Были мужчины, которым он нравился, и они предлагали продолжить общение, были те, кто нравился ему, но он придерживался принципа: секс и ничего более.       И только недавно, месяца три назад, он познакомился с мужчиной, с которым решился на небольшой флирт. Это был профессор Ли Ифэн из Шанхая. Илун записался на краткосрочные курсы по инфекционным заболеваниям кошачьих. Курс читал, известный в своих кругах, профессор ветеринарии. Илун был знаком с его статьями, но самого профессора в глаза не видел, поэтому и представлял, что с кафедры будет вещать эдакий седовласый интеллигентный старичок. К его удивлению Ли Ифэн оказался почти его ровесником, да к тому же очень симпатичным и обаятельным.       На первую его лекцию Илун опоздал. Он вошел в аудиторию через пятнадцать минут после начала. Неуклюже поклонился, извинился и, смущаясь, уселся за первый стол, поскольку все остальные места были заняты. Профессор благосклонно кивнул ему и продолжил свой рассказ. Он читал лекцию легко, не прибегая к конспектам, приводя кучу примеров из собственной практики. Илун заслушался, а еще поймал себя на мысли, что ему понравился этот мужчина и было бы неплохо с ним…             Дальше он додумать не успел. После лекции, когда слушатели неторопливо покидали аудиторию, профессор Ли подошел к Илуну. - Господин… - Чжу. Чжу Илун, - представился мужчина. - Да, господин Чжу, распишитесь, пожалуйста, в документах, поскольку вы опоздали. - Еще раз, извините, профессор. Я живу в пригороде, так что немного не рассчитал время. - Понимаю… Жена, дети… - Я не женат.       Он посмотрел в глаза Ли Ифэну и увидел неподдельный интерес к своей персоне. - Вот как! Я тоже. Взгляд Ифэна был до того откровенным, что Илуну стало не по себе. - Да, профессор, вы говорили о новом методе лечения микоплазмоза у кошек. Я, наверное, это пропустил из-за своего опоздания, – перевёл он разговор. А Ли Ифэн всё так же, не от водя взгляда, предложил: - Уже время обеда. Давайте где-нибудь поедим, и я вам все расскажу. Вы же знаете, наверное, где здесь можно недорого и вкусно пообедать. - О, да! Конечно!       Они больше часа просидели в кафе, и все это время Илуна не покидало чувство, что профессор к нему подкатывает. Это было непривычно и слегка напрягало, поскольку он привык быть активом. Наверное, поэтому тогда Илун не сделал шага навстречу, а профессор не стал настаивать. Они расстались, обменявшись телефонами и договорившись встретиться в следующий раз.       Парни вошли в дом, и Илун подтолкнул Юя к ванной: - Умойся. Я тебя покормлю. - Да, ты, вроде, уже умыл меня, - засмеялся Юй, приглаживая еще мокрые волосы. - Ты ешь губаджоу? - Я ем все, где есть мясо. Только, если можно, без острых приправ. Они портят обоняние. - Хорошо. Я тоже не люблю острое. Юй аккуратно сел за стол, спрятав под ним босые ноги. Илун заметил это. - Тапки в прихожей. - Спасибо, но я предпочитаю обходиться без обуви, если тебя это не смущает. - Меня – нет, - Илун улыбнулся (Боги, какая у него улыбка!) и поднял свою босую ногу. Они разом рассмеялись и в этот момент, словно рухнула какая-то стена, которая была между ними. - Доктор… - Я не буду против, если ты станешь звать меня Илуном. - Хорошо. А ты меня - Юем. - Я помню…       Они ели, болтали, словно, старые друзья. Илун ловил себя на мысли, что ему давно ни с кем не было так хорошо и легко. Сколько так просидели, они не знали, но время уже перевалил далеко за полдень. - А где твой дом? Юй, до этого охотно отвечавший на все вопросы Илуна, вдруг замолчал. - Эээ… Прости. Я что-то не то спросил? Ну, то есть, я хотел узнать, где ты живешь… если это не секрет. - Это не секрет, но ответить однозначно сложно, - лис провел пальцем по столу, очертив рисунок на столешнице. - В дне пути отсюда есть небольшая деревня Мо Синчи. Она обозначена далеко не на всех картах, да и находится вдали от больших дорог. Там земли моего клана и все жители деревни, от мала до велика – оборотни-лисы. Конечно, мы не обязаны жить только там. Многие уезжают, устраиваются в городах. Но именно там стоит дом, где я появился на свет. У меня сестра и семь братьев. Я - девятый сын у родителей. Он говорил негромко, ровным голосом, но Илун чувствовал, что каждое слово дается ему с трудом. - Родители пропали, когда я был еще лисенком-несмышленышем. Скорее всего, они погибли, но где и как я не знаю. Никто не знает. Меня вырастила сестра, а воспитывал весь клан. У любого лиса есть долг перед родителями, а у меня – перед всем кланом. Я – чайвулень – должник, и до тридцати пяти лет обязан делать то, что поручает мне клан. В доме родителей у меня есть своя комната, но… я не люблю там бывать. В основном я храню там свои вещи. Мой дом – лес или съемные квартиры.       Он посмотрел на Илуна своими агатовыми глазами, и тогда Илун произнес то, что все это время крутилось у него на языке: - Оставайся. Будем жить вместе.       Сказал и замер. Он понимал, что, скорее всего, услышит «нет», но так хотелось надеяться на чудо! Юй вздохнул и, вдруг, улыбнулся: - Я бы хотел. Мне нравится у тебя. Но сначала я должен вернуться Мо Синчи и передать клану ключ. - Ключ? – Илун растерянно глянул на лиса. – Какой? Но я не видел у тебя… Юй рассмеялся. - Ключ – это такая небольшая татуировка. Она у меня на внутренней стороне бедра, чтобы была не так заметна. Вот…- Юй поднялся и, уже было, взялся за резинку штанов, но потом смутился и сел. – Неважно. Глава клана отправил меня в провинцию Чунцин к старому Ху Яо. Он и сделал эту татуировку. Я не знаю, что она обозначает и зачем нужна. Мне сказали, что это ключ, вот только от чего? Короче, я - простой курьер. - Странный какой-то ключ. В современном мире есть множество способов передать информацию куда более надежно, чем на шкуре оборотня. - Это не просто татуировка. В ней заключена древняя магия, которой владели наши предки, а сейчас помнит только Ху Яо. - А может те волки охотятся не за тобой, а за этим ключом? Юй задумался. - Все возможно. Обычно, они просто выгоняют нежелательных визитеров со своей территории, а меня планомерно выслеживают. - Ладно. У нас будет время подумать об этом. У меня завтра прием. Нужно кое-что приготовить, а ты отдыхай. - Я помою посуду, - поднялся за ним следом Юй. - Хорошо. И вот что… я постелю тебе в гостиной. И, если тебе не трудно, давай договоримся: побудь при посторонних лисом, - у Илуна заалели кончики ушей. – Просто, ветеринару легче объяснить, откуда у него дома появился лис, чем мужчина. Не обижайся, пожалуйста! Это временно, пока я все не улажу… Юй кивнул.       Он проснулся от взгляда, который, казалось, мечтал прожечь в нем дыру. Напротив дивана, на котором спал Юй, на низеньком журнальном столике, положив ногу на ногу, сидел все тот же кошачий оборотень - Дацин, и смотрел весьма неприветливо. - Ты же обещал свалить! – произнес он недовольно, как только Юй открыл глаза. Юй сонно поморгал, сел. - Прости! Я и не собирался возвращаться. Меня просто загнали. - Интересно, кому ты так насолил, что тебя хотят непременно убить? - Это долгая история, но думаю, что я с ней разберусь. Хотя… Почему ты хочешь, чтобы я непременно ушел? - Коты – индивидуалисты, а доктор – мой человек! - Он… нравится тебе? - Нравится? - Ну, я хотел спросить, есть ли у тебя к нему какие-то чувства? - Чувства? Конечно! Я ему безмерно благодарен за то, что он спас меня от голодной смерти, приютил. - Нет! Не то… Кот на секунду задумался, а потом хмыкнул: - Он, конечно, гей, но я, прости, не по котам, а по кошечкам. Знаешь, - с гордостью продолжил Дацин, - в округе половина всех котят – мои дети! - Подожди, подожди! Ты сказал… гей? - Ну, да. Есть за ним такой грешок, который он тщательно скрывает, но я же - кот! Я все вижу! - Дацин самодовольно тряхнул головой и, подозрительно взглянув на Юя, спросил: - А тебе-то что? Или ты тоже не лисичкам под хвост заглядываешь? Юй смутился. - Никому я никуда не заглядываю! – и, помолчав, добавил.       - Знаешь, котяра, а я ведь не уйду. Дацин, вдруг, как-то сразу сник: - Эх… Я понял это уже в тот день, когда ты здесь только появился. Ладно… Что ж… Только не вздумай претендовать на мой корм! - За это не беспокойся, - засмеялся Юй, - я предпочитаю человеческую еду.       Кот ушел, а Юй лёг и задумался. И не о том, почему за ним гоняются волки – оборотни, а о докторе. «Оставайся. Будем жить вместе». Почему он так сказал? Пожалел бездомного лисёнка? Или Юй ему понравился? Как кто? Как друг? Или… Эти мысли будоражили сознание, не давая уснуть. Но, разве заглянешь в душу другого человека? А читать мысли оборотни, к сожалению не умеют.       Едва забрезжил рассвет, Юй поднялся и бесшумно вышел из дома. Он пошел на задний двор, легко взобрался на старую сливу, что росла у забора, а с нее перебрался на крышу беседки. Лёг и замер. В предрассветные часы в природе уже не было тишины: вовсю гомонили птицы, шелестели листья на деревьях, но среди привычных звуков слышались и другие – урчание мотора, проезжающей по дороге, машины, тявкание собаки где-то вдалеке и совсем тихие шаги двух здоровенных мужчин. Они остановились за забором, как раз напротив беседки. Юй вжался в крышу, стараясь даже дышать через раз. «Это я удачно вышел» - мелькнула мысль. Мужчинам он был невиден, а вот их он и видел, и слышал превосходно. - Проклятый лис! Сколько нам еще здесь торчать? - Пока не выйдет. И надо же, как повезло блохастому: попал на заклятую землю! И как он только про нее узнал? - Да, уж какое тут везение! – хмыкнул другой. – Дурак! Бегает, а все без толку. Не мы, так свои шкуру снимут. - Удивительно, неужели ничего другого нельзя было придумать, чтобы передать этот ключ? - А ты что, пожалел лиса? Это старинная магия их клана. А любая магия любит жертвы. Кровавые жертвы! Сам рисунок ключа известен. Здесь важен его носитель. Его плоть и кровь. Он же не простая «шестерка», которую послали «сбегай и принеси!» Он девятый щенок у родителей! Ладно. Я обойду дом по периметру, а ты установи контур, чтобы мышка не проскочила.       Они разошлись в разные стороны, а Юй сполз с крыши и сел прямо на траву, прижавшись спиной к дереву. Здесь и нашел его Илун. - Ты тут, - сказал он с явным облегчением, - а я подумал, что ты ушел. Что-то случилось? Юй вскочил, схватил его за руку и потащил в смотровую. Там он решительно снял штаны. Илун отвел глаза. - Посмотри на него! - На него?! - Ну, да! На этот чертов ключ!       Юй прикрыл ладонью пах и сел, развернув бедро так, чтобы Илун мог увидеть татуировку. Илун присел. Осторожно, кончиками пальцев коснулся красного рисунка размером с отпечаток лисьей лапы, походившего на старинную печать. Юй вздрогнул. - Больно? - Нет. Просто… Что ты чувствуешь? – поспешил он перевести разговор. - Ничего. Обычная татуха. - А ты можешь ее удалить? - Ну, наверное. Правда, я такого еще не делал. А зачем? Юй вздохнул: - Из-за нее с меня снимут шкуру в прямом смысле этого слова. - Значит ты в опасности?! - Да, но не здесь. Твой дом стоит на заклятых землях. Волки сюда сунуться не могут. - Заклятые земли?       Илун поднялся, сел на кушетку рядом с Юем. Тот натянул штаны и пояснил: - Это такие островки безопасности для оборотней всех мастей, где их не могут достать волки. Волчий клан всегда был самым сильным и самым агрессивным. Их никогда не любили все другие кланы. На охоте они запросто могли разорвать и простого зверя, и любого оборотня. Даже медведи предпочитали с ними не связываться. Говорят, что в давние времена прапрадед нашего Ху Яо заклял некоторые территории, куда волки войти просто не могли. Вроде он даже карту составил, но она пропала. - Юй! – Илун слушал его, но, казалось, думал о своем. – Оставайся у меня насовсем. Юй опустил голову и спросил тихо: - Как кто? - Как друг, как брат, как…       Он не успел договорить, в ворота застучали. Это был очередной пациент. На этот раз кролик. Пожилая женщина, вся в слезах, умоляла посмотреть его Пушистика, который вот уже второй день ничего не ест и не двигается. Илун пригласил женщину с ее питомцем в смотровую, и только тогда, когда на пороге нарисовался лис, замер. Лис – кролик. Наверное, не стоило просить Юя оборачиваться лисом при появлении любого пациента. - Лиса! – взвизгнула женщина. – Она сожрет моего Пушистика. - О, не волнуйтесь! Она ручная! – произнес Илун, однако, корзину с кроликом поднял повыше и, посмотрев в глаза облизнувшемуся лису, сказал. – Иди, погуляй. Лис помотал головой, сел, обвив пушистым хвостом передние лапы и еще раз выразительно облизнулся. - Доктор! – Дама вцепилась в плечо Илун так, что он только охнул. Лис оскалился и негромко рыкнул. - Она, наверное, бешеная! Доктор! Сделайте что-нибудь!!! Женщина была в предобморочном состоянии. - Юй! Пожалуйста! – взмолился Илун, держа на одной руке корзину с кроликом, а на другой вцепившуюся женщину. Лис фыркнул и нехотя поплелся во двор. Когда после осмотра пациента, всех необходимых процедур и назначений, дама с кроликом отбыла восвояси, Юй вернулся в дом. - Ну, и как это понимать?! Юй, отвернувшись от Илуна, натягивал штаны, а тот не без удовольствия любовался на его симпатичный крепкий зад. - Никак, - буркнул Юй, - на меня ни за что наехала, потом тебя всего облапала, прижималась, как к родному … Ей значит все можно?! А мне?! «Это что? Он меня ревнует?» - Илун подошел к Юю, хотел обнять его за плечи, но так и не решился. Сказал только: - Тебе можно всё. Пойдем ужинать…