Библиотекарь

Меня разбудил луч зимнего холодного солнца. Я нехотя открыл глаза и то, что я увидел, очень шокировало меня. На моей кровати сидел Фрэнк. Сам Фрэнк Айеро, который никак не мог меня вспомнить. Зачем он пришел сюда? - Доброе утро, Джерард. Ты уже проснулся? - улыбнулся Фрэнк. Боже мой, как приятно просыпаться, видя перед собой любимого человека. Утро действительно доброе. - Доброе, Фрэнки. А что ты тут делаешь? - поинтересовался я. - Моя мама уже уехала к своим друзьям на другой конец города готовиться к Рождеству. А мне нечего делать, поэтому я пришел к Майки и только что зашел к тебе. Ну вот, я уже надеялся, что он меня вспомнил и пришел именно ко мне. Но нет, он, видите ли, пришел к моему брату. Окей. А на Майки с мамой я до сих пор злюсь после вчерашнего. - Кстати, уже час дня. Твоя мама просит тебя помочь ей с приготовлением рождественской еды, - сообщил Фрэнк, посмотрев мне в глаза. - Я не хочу ничего делать, я на нее зол. - А что случилось? - Неважно. Это секрет. - Нет, рассказывай. Фрэнк придвинулся ближе ко мне, заглядывая мне в глаза. Я не мог ему рассказать, что я гей. И тем более, что моя пассия - это он сам. Я не хочу ему признаваться в любви, хочется сделать это чуть-чуть позднее. Нужно найти подходящий момент. - Фрэнк, к твоему сведению, секрет - это то, о чем не рассказывают. Поэтому не расскажу. - Ну и не надо, как хочешь. Фрэнк встал с моей кровати и вышел из комнаты. Стало так пусто и одиноко без него. Господи, зачем я это сделал? Почему я никогда не думаю над тем, что говорю людям? Мне хотелось встать и догнать Фрэнка, но я думал, что он вернулся к себе домой. Я все-таки заставил себя встать и пошел на кухню. Мама готовила салат, а Майки сидел за столом и пил кофе. - Доброе утро, - со злостью сказал я. - И тебе, - с пофигистичным взглядом ответил Майки, даже не посмотрев на меня. - Доброе, конечно, но ты на часы смотрел? Сейчас час дня, - ответила мне мама. Охуенно просто. Как испортить отношения со своей семьей? Достаточно сообщить им, что ты гей. Результат будет плачевным. Лучше бы я ничего не говорил маме. Но кто, блять, знал, что она пришла в кухню, когда я говорил Майки про Фрэнка? - Где Фрэнк? - поинтересовался я, скрестив руки на груди. - Курить пошел, - ответил Майки. - А зачем он тебе? Ах, да! Ты же его любишь, мы забыли. Мне хотелось врезать брату со всей силы, но не мог, потому что рядом стояла мама. Вот же дерьмо! У меня с Майки всегда были идеальные отношения. Что же так повлияло на это, что теперь мы враги? Ничего не ответив, я показал Майки средний палец и вышел на улицу, не одеваясь. Около дома стоял Фрэнк, затягиваясь сигаретой. - Фрэнк, извини. Я подошел к нему и посмотрел на него. Он, наверное, делал вид, что меня не замечает. Мне стало немного неловко, потому что не люблю, когда люди меня игнорируют. - Ну, Фрэнк. Пожалуйста. Извини, что тебе так ответил. Ведь я правда не могу тебе это рассказать. - Именно мне? Ты таишь от меня секреты? - наконец-то ответил мне Фрэнк. - Эм, - я немного покраснел, - можно и так сказать. Ты потом узнаешь. Очень скоро, я обещаю. ... На часах было 23:40. Дом был полностью украшен, все блюда были приготовлены. Я пошел к себе в комнату, чтобы достать подарок, предназначенный Фрэнку. Я так хотел загадать желание, чтобы Фрэнк меня вспомнил и все было хорошо. Но оставалось только верить в это. Я полез на шкаф, чтобы достать коробку с подарком и вдруг в комнату вошел Фрэнк. Как же ты не вовремя. - Чего делаешь? - спросил он, сев ко мне на кровать. - Опять секреты? - Нет, это подарок, который скоро станет твоим, - я улыбнулся и посмотрел на Фрэнка, который вдруг засветился от счастья. - Подарок? Мне? Боже, Джерард. Зачем? - засмущался он. - Ты - мой лучший друг. Но, к сожалению, я у тебя просто выпал из головы. Надеюсь, что ты меня еще вспомнишь. - Слушай, а можешь мне дать какие-нибудь намеки, чтобы я вспомнил тебя? Я бы мог помочь ему вспомнить меня нестандартным способом, но мне показалось, что я в конец испорчу наши с ним отношения, хоть и дружеские. Но что же делать? - Хорошо, Фрэнки. Вспомни библиотеку. Однажды ты пришел ко мне за книгами, которые тебя попросил взять твой преподаватель. Я тебе их принес, а потом...я тебя поцеловал, ты охуел, конечно, и убежал. Потом ночью мы снова встретились. Я пел песню, играя на гитаре. А потом случилось что-то очень странное. Я не хочу разговаривать об этом моменте. После этого ты меня возненавидел. Через несколько дней мы стали "друзьями", после чего снова посрались. А потом призраки моих друзей начали преследовать меня, ты снова пришел ко мне в библиотеку. Я сообщил тебе, что они хотят убить и тебя тоже. Потом мы помирились и стали лучшими друзьями...А однажды, до того как ты попал в больницу, я приперся к тебе домой пьяный в ноль и начал домогаться до тебя. Ты меня выгнал, а потом, видимо, понял, что совершил ошибку и поехал ко мне. И по дороге к моему дому произошла авария. После чего ты начал терять сознание. Я поехал к тебе и встретил тебя на дороге. Стояла скорая помощь и полиция. И ты мне сказал одну фразу, которая очень многое значит для меня... "Я люблю писать с тобой музыку и несмотря на все остальное дерьмо, хорошее и плохое, я все еще хочу это делать". Закончив свою речь, я перевел взгляд на Фрэнка, ожидая хорошего, чего-то волшебного. Как же я хотел, чтобы он вспомнил все. Фрэнк сидел, взявшись за голову, и не реагировал. - Фрэнки... Айеро посмотрел на меня. В его глазах скапливалась слезная жидкость. Боже мой, он...плачет? - Джи...А ведь правда, я же так люблю писать с тобой музыку. Твой вокал отлично сочетается с моей ритм-гитарой. Я отличная подпевка тебе. Мы же действительно станем популярной группой. Да... Давай не будем вспоминать, что было одной ночью...Я, кажется, вспомнил все. Спасибо тебе. Фрэнк придвинулся ко мне и крепко обнял. Я чувствовал, что ткань моей кофты намокает от его слез. Почему же он плачет? Но черт с ним, как же я, блять, рад, что он все вспомнил. Мне так этого не хватало. Дружбы, пьянки, посиделок друг у друга дома. И одним днем ничего не стало. Мы стали чужими людьми. Но сейчас действительно все изменилось. Сейчас он сидит рядом со мной и плачет. Я тоже его обнял, и так мы просидели некоторое время. - Джи, мне так тебя не хватало. Я не спал несколько ночей, потому что вспоминал тебя, но у меня не получалось. Но благодаря тому, что ты мне рассказал, то я все вспомнил. Спасибо тебе еще раз. Ты вернул меня к прежней жизни, - проговорил Фрэнк. Ему это трудно давалось сделать, потому что мешали слезы. Но все равно, он это сказал, он меня вспомнил. Мой камень с души провалился куда-то очень далеко, теперь и я чувствую себя хорошо. Обычно такое бывает только во сне или сказках. Но, к счастью, это реальность. - А я-то как по тебе скучал. Но свой секрет я тебе пока не расскажу. Сначала подарок, - сказал я, снова встав на стул, чтобы достать со шкафа коробку с сюрпризом. Фрэнк наблюдал за каждым моим движением, и как только я достал коробку и подошел к нему, то он замер в ожидании чуда. - Держи, - протянув коробку Фрэнку, сказал я, - это тебе. Счастливого Рождества! Фрэнк взял подарок и начал его распаковывать. После того, как он открыл коробку, то на его лице было написано что-то вроде "ОХУЕТЬПРОСТОПИЗДЕЦЭТОСАМЫЙЛУЧШИЙПОДАРОК". - Джер...Боже мой...Это же...РИТМ-ГИТАРА! Как же я счастлив! Теперь у меня есть еще одна...А так же...диски? Моих любимых групп? Джерард, это самый лучший подарок, который я получал в своей жизни. Спасибо тебе огромное! Фрэнк снова накинулся на меня с теплыми объятиями. Как же я рад снова чувствовать его прикосновения, всю теплоту его тела. Может, попробовать то, что я хотел сделать уже с первого дня нашего знакомства? - Да не за что, Фрэнки. Я полдня выбирал тебе подарок, - улыбнулся я. - Это так мило, Джи! А теперь расскажи мне свой секрет, ты обещал мне. Сейчас или никогда? Сейчас или никогда? Сейчас, блять, или никогда?! Была не была. - Я люблю тебя, Фрэнк. У Фрэнка округлились глаза. Видимо, он ожидал услышать все, что угодно, но только не это. Наверное, это было равносильно всем домогательствам с моей стороны, изнасилованию, поцелуям и то, что сказал ему однажды в машине, когда мы ехали из кинотеатра. Вероятнее всего, что сейчас он выкинет нахуй мой подарок и уйдет из этого дома прочь, но я ошибался. Глубоко ошибался. - Это...правда? Ты серьезно? - наконец-то ответил Фрэнк после сильного удивления. - Да. Я влюбился в тебя с первого дня нашего знакомства. Я тебе намекал, как мог. Но ты всегда злился и посылал меня нахуй. Ведь я действительно любил, люблю и буду любить тебя. Мы никогда не сможем быть друзьями, потому что я всегда хочу тебя поцеловать, обнять и прочее. Это далеко не дружеские отношения. - Я понимаю тебя. Извини, да. Я правда не хотел тебя посылать в тот момент, до того, как попал в аварию. Тогда, когда сказал, что хочешь меня. Я так привязался к тебе, ты был моим лучшим другом, даже затмил мою дружбу с твоим братом, хотя мы дружим с раннего детства. В общем, я хочу тебе тоже кое-что рассказать. Мне стало очень интересно, что Фрэнк сейчас мне скажет. Я даже и не предполагал, что он мне может рассказать, потому что от него можно ожидать все, что угодно. - Я...тоже...тебя...люблю. Он покраснел и перевел взгляд на пол, чтобы скрыть свои эмоции. Но я все равно заметил его смущение. Он меня любит? Я мог ожидать все, но только не этого. Наверное, я самый счастливый человек на планете. Я ждал этого от него целый гребанный месяц. - Ты серьезно? Ты же всегда был против насилия, я был на сто процентов уверен, что ты натурал, - проговорил я. - Понимаешь, последнее время, еще до больницы...Я не знаю, что со мной произошло. Но в один день я понял, что люблю тебя. Я вообще не ожидал от себя такого, потому что никогда ничего не испытывал к парням. Возможно, что я был пьян. Но это не суть. Именно тогда я понял, что люблю тебя тоже, но не мог сказать. - Тогда какого хрена ты меня прогнал тогда? - с небольшой агрессией сказал я и лег на кровать. - Потому что я сам не понимал, что делал. Я был таким мудаком... Я не стал дослушивать то, что он говорил и прильнул к его губам. Фрэнк ответил на поцелуй и лег на кровать, перевернув его, чтобы он был снизу. Поглаживая его волосы, я продолжал целовать его так нежно, что сам не ожидал, что могу быть таким. Фрэнк гладил мою спину, отчего я покрывался приятными мурашками. И тут я услышал, что в мою комнату кто-то вошел. Как и стоило ожидать, это был Mikey fuckin Way. Он стоял в дверях, скрестив руки на груди, и смотрел на нас с Фрэнком циничным взглядом. - Уже наступило Рождество, а ты чуть ли не трахаешь Фрэнка. Браво, Джерард. Мы вас ждем, а вы... - Какая тебе, блять, разница, что я делаю в своей же комнате? Это моя жизнь, - психанул я, отодвинув от себя Фрэнка. - Проблема в том, что Рождество - семейный праздник, и мы ждем именно вас. Как мы можем начать торжество? - Как хочешь, покинь комнату. Мы скоро будем. Майки, закатив глаза, вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. И правильно сделал. Я повернул голову к Фрэнку, который, не зная от чего, улыбался. - Ты чего лыбишься? - спросил я, пошло улыбнувшись. - Ну, это так мило. Ты был таким нежным и аккуратным со мной. То изнасилование было таким грубым, интересно, каков ты в сексе? Фрэнк, изогнув бровь, посмотрел на меня, ожидая от меня ответа. - Не волнуйся, ты скоро это узнаешь. Очень скоро, только пойдем за стол, а то мой ебанутый брат вместе с мамой нас заждались, - ответил я, встав с кровати и потянув за собой Фрэнка. Мы встали и пошли в гостиную, чтобы начать празднования Рождества. И все-таки, это самое охуенное Рождество, какое у меня было за все двадцать лет.