Спаси себя сам

Невеста обязана была так же учиться, знать много языков, вот ее и решили учить латыни, знание языков было чуть ли не главным качеством дворцовых дам. Но вот проблема: произношение и разговоры-то нужно вести! А Николай не мог говорить своим обычным языком!!! Стало бы сразу ясно, что он не дама! А если даже не узнается сразу - то все равно дамы с низким голосом не ценятся как оперные певицы с прекрасным голосом, который даже птиц привлечет! Федор то и дело сам пытался учить парня, разговорить его, но все бестолку!! Гоголь же вел перепись со своим отцом. Тот предложил, чтобы Николай отпросился к нему на несколько недель, чтобы они "усовершенствовали" образ Николая как девушки, занялись с ним вокалом для повышения голоса, сделали его тело ещё более женственным. Гоголь был очень нежен и мил ко всем, так что даже император его смог принять. И уже через несколько дней он пришел из императорского дворца в город, а потом уже в дворянский двор, где и жила его семья. Первый день даже был пир, в честь успеха Николая. Конечно же вина там не было, ведь посиделка семейная, а вино означало ещё и точную победу, а это только так сказать было пройдено начало. Следующим утром уже были уроки вокала и письма на латинском. Николай медленно, но учился всему. Гоголь очень был усерден. Во второй день было тоже самое, вечером ещё и уроки танцев. Николай провел так ещё несколько недель, три раза приходили врачи и переделывали его под женщину. Придя через месяц, Николай уже был не совсем таким, какой был. Появились формы, платье сидело куда лучше чем раньше. Только личико осталось таким же, невинным, милым, и уже таким родным для Федора. Когда пришел Гоголь во дворец его раздели из шубы, вроде прошло не так много времени, но уже близилась зима... Для придящей невесты решили устроить такой очень даже сладкий обед, так как пир устраивать времени не было. Хотя Николай был очень даже рад наконец поговорить со своим любимым, первым кто при дворце услышал его голос были родители Федора: сам император и его жена Мария. – Ну и что ты у родителей ты так-то засиделась, милая наша невестка? – спрашивала Мария – Ох, да я училась, стыдно было бы без манер и изящности стать женой Федора! – Да как же ты так с собой? Ты и слова сказать боялась, думаю манеры и изящности тебе и до этого хватало! – выхваливала Яновского матушка Федора. Не мог ведь Яновский ей сказать, что голос то у него низкий был. Гоголь разговорившись с Марией ушел к покоям Федора. Как он давно там не был, в комнате слышен только запах смородины, Федор часто учился в императорском саду, это так вдохновляло его... Сейчас Федор делал домашнее задание, про Гоголя он каждый вечер вспоминал. Как уж забыть про свою женушку? Николай зашёл, нет, даже на радостях забежал в покои Федора и обнял его. – Федор Михайлович! Я так рада вас видеть! – с радостью в глазах, душе и речи говорил Николай. Федор точно не мог предугадать кто пришел, тем более голос то звонкий и такой уверенный! А его невеста шептала, даже голос ее нельзя было разобрать, а это кто может быть? Федор обернулся, Гоголь отпустил его и чуть отошёл, красуясь в том самом дорогом платье, которое он надевал на выбор наложниц. – Федор Михайлович, ну как я вам? Это платье такое дорогое, что он решил чтобы я его надела когда поеду обратно во дворец! –...Кристиночка, это правда ты...? – как бы Федор не рассматривал Гоголя, поверить что это он было довольно сложно. – Ну конечно! Меня всего месяц не было, а меня уже забыли? Вроде как Мария Федоровна не забыла меня... – удивленно, но очень радостно сказал Николай. Федор без слов встал с места и поцеловал Яновского в губы, это был такой нежный поцелуй, был привкус Эрл Грея, чего-то сладкого, оба словно забыли включить слух влившись в эмоции друг друга. Это было для обоих закрытым праздником, куда они не могли попасть вместе. Теперь уже наконец то они воссоединились, в ушах приятно звенело, в груди сердце бешенно билось. Для них это было самой лучшей вечностью. Обнимая Федора, его резко оттолкнули, темноволосый упал на холодный пол, который тут же вернул его в реальность, а Яновский остался между двумя моментами: где он все ещё целует Федора, и где он уже видит как Федора оттолкнули, а его старший брат уже ведёт юношу куда-то. Сам Николай не в силах сопротивляться идёт со старшим братом, глаза направлены в пол, очень медленно, но Николай возвращается в настоящее время. Именно этот момент наступил когда он уже оказался у двери, раньше Гоголь не обращал внимание именно на эту дверь, но лишь отворив Михаил дверь видно, что в этой комнате давно не убирались, наверное поэтому там никого и не было. – Драная девка...ты точно не та, кто достоин моего брата!!! Хотя нет...ты слишком хороша...я не могу просто так отдать такое золото своему брату!!! Ты потеряешь девственность именно со мной, и все! Тебя не возьмут! Посчитают ужасной! – то ли со злостью, то ли с насмешкой произносил старший. – Слушай, из-за меня убивали людей, из-за меня японская принцесса уехала быв уже с ребенком, из-за меня Федор не спал по ночам, и ты правда думаешь что меня выкинут после того как ты оприходуешь себя мной? Как глупо, – надменно сказал Гоголь и ударил Михаила по щеке довольно сильно, появился видный след. Гоголь очень зло ушел из этой пыльной комнаты, как бы его самого не пытали во время, когда Федор ещё не был влюблен, но пыль он просто ненавидел. Рука Яновского так же покраснела, посмотрев ещё и на красный след от сильной хватки старшего сына, он подумал: « Нужны перчатки...уф...вроде как не запачкался...» Николай пришел в покои Федора, там его не было, наверное уже Яновского ушли искать. Быстро надев перчатки, что скрыли его руки до локтей, он пошел уже искать царевича. – Федор Михайлович! Федор Михайлович! – звала невестка своего мужа ходя по дворцу. На зов своей жёнушки Достоевский быстро пришел к ней. – Кристиночка! Я волновался о тебе! Где же мой брат? Я должен рассказать об этом! Никто не смеет трогать мою милодушную! – Федор был довольно зол, но услышав невинное хихиканье Кристины он успокоился. – Да что же вы, Федор Михайлович так утруждаетесь? –невеста снова хихикнула. – Да это ты так у меня-то спрашиваешь? Да кто-ж останется спокойным, когда его милую крадет завидный брат? Михаил Михайлович уже совсем не соблюдает правила приличия! – продолжает Федор, пока Николай гладит его по голове успокаивая. Гоголь считает поведение Федора слишком резким, он очень уж дорожит и любит Яновского. Федор проводит рукой по щеке любимого. – Ты мой самая любимая... – шепчет Федор, они перемещаются в покои Федора, стук каблуков раздавался эхом по коридору, тонкая рука невесты обвела руку своего муженька, хотя по их издавающим неловкость лицам и не скажешь что они готовы за друг друга жизнь отдать. Как же они любили друг друга...им было на все остальное плевать, любовь - не то что можно растянуть или придавить под определенные рамки. Гоголь научился танцевать вальс, вскоре должна была быть свадьба. Были очень много гостей, важные лица, дворяне, бояре, семья Гоголь-Яновского. Николаю одели корсет, пышное платье, очень длинная фата. Прическа была наипрекраснейшая! Лицо очень сильно забелили, даже не смотря на натуральную бледность Николая. Как же он был загрунтован в тот день...но для Федора не были важно "какая", а важно "она". И вот, отец Гоголя ведёт его по красивому, бархатному ковру, Федор очень рад этому. Беловолосый подходит к Достоевскому. – Кристина Васильевна, согласны ли вы быть вместе с Федором Милайловичем и жить с ним душа в душу? – спрашивает священник. – Да, я согласна, – из глаз невесты выходит слеза, но она точно была не горяча. – Федор Михайлович, согласны ли вы быть вместе с Кристиной Васильевной и жить с ней душа в душу? – обращается священник к царевичу. – Да, Я согласен. – прошлая свадьба Федора была не такой, он не был так рад что свяжет с кем-то судьбу и будет этому также рад. Холодные, но уже такие родные для Николая руки убрали фату с его лица. Бледные губы коснулись его губ, это было так горько, но очень приятно, так сложно дышать в этот момент...грудь сдавило... По окончанию поцелуя Федор улыбнулся своей, уже ставшей женой, любовнице. Был такой прекрасный день... Они были так влюблены друг в друга... При правлении Федора так и получилось что и император скатился в могилу, точнее его туда друг и отвёл и повалил... За трон сел Николай, он сильно горевал, но Россия при нем так окрасилась...как же по-другому? Своему прекрасному мужу он поставил памятники в трёх городах: Петербург, Москва и Волгоград. Гоголь очень полюбил Федора, он все же поборол тот народ, на войне с кем его муж и умер. Николай дожил до глубокой старости. Следующей правительницей стала служанка Натали, она была для Николая как дочь, та была крестьянкой, без родителей. Гоголь приютил ее и она стала следующей императрицей. Натали и правда считала, что Яновский был для нее родителем, был возведен в Петербурге памятник их любви... Можете считать это хорошим концом, пара все ещё любит друг друга, их любовь так и запечатлена в памятнике. Жили они без ссор и после смерти. Вся страна знала и будет значит веками о том как же любили друг друга царевич Федор и служанка Кристина. «Она спасала себя сама, терпя все пытки, никакой ей помощи, Федор был к ней очень холоден, ее считали игрушкой, да один раз так ее отравили, а сам царевич и не знал, после того как узнал — сам лечил...» «Никто иной как кошмар» Глава 13 1910