Пропавшие без вести

Кастиэль твердо решил, что должен познакомиться с отцом своего нового друга. Однако мистер Картер производил впечатление крайне незаинтересованного в жизни своего ребенка человека. Отталкивающий и надменный, он долго возмущался, брызгая слюной Гейбу в лицо. Кас прекрасно понял, что еще чуть-чуть, и тот сорвется, встретив кулаком блестящее на свету лицо мистера Картера, глаза-бусинки которого сверкали за тонкими дорогими очками. Было видно, что он офисный работник: костюм идеально чист и выглажен, ботинки надраены до блеска, а лысина, обрамленная по краям остатками седых волос, сверкала. Когда Картер-старший начал оглядываться по сторонам, Дин собрал колоду карт в кучу и пихнул себе в карман, чтобы затем не забыть убрать на место.  — Погоди меня здесь, — сказал он Касу, и тот лишь кивнул. — Пришло, откуда не ждали, — со вздохом закончил Дин. Он поднялся с насиженного стульчика, неотрывно следя за мужчиной в строгом костюме, который что-то активно обсуждал со Спейтом, причем рассуждал не о самом прекрасном, судя по выражению его лица. Приглядевшись через плечо на всю эту картину, Кас смог прочитать по губам что-то вроде: «Что у вас тут за контора?! Мой сын чуть не умер!» или, может, нечто близкое. Кас почему-то сразу почувствовал прилив раздражения и негодования. В конце концов, где был этот папаша столько времени? Почему он не появился сразу же, как поступил звонок из «Звезд» с новостями о передозировке наркотиками его ребенка? Что делал этот старый хрен, коньяк пил и трахал секретаршу? Дин направился в его сторону, напряг плечи, оставив Каса в одиночестве. Тот смотрел ему в спину какое-то время, пока не устремил свой взгляд на мужчину в костюме. Мистер Картер, завидев Дина, перебросил весь свой гнев на его плечи, а Гейб, выдохнув, поспешил ретироваться, пока его никто не вплел в это дело с концами. Он заверил, что в ту ночь не дежурил и не мог даже предположить, что такое случится. Да никто не мог предположить, черт возьми! Джей сам виноват, только он и никто больше. Вспомнив друга, Кастиэль нехотя поморщился — «только попробовал он», мать его, а достанется теперь всем! Включая врачей, медсестер, заведующего и так далее по цепочке. Было видно издалека невооруженным глазом — папаша Джея был большой шишкой у себя в городе. Он так и излучал пафос и избалованность. Поэтому не стоило сомневаться, что в «Звездах» получат все. Дин постарался ему что-то объяснить, но ничего не выходило. Затем, спустя пару минут, он сделал Касу какой-то жест рукой, который, кажется, означал «подойди сюда». Кас изогнул бровь, смотря на него, но Дин снова повторил этот жест, и Кас вынужден был подняться. Поправляя на себе съехавшую влево рубашку, Кастиэль пошел к Дину, который уже был достаточно зол на новоприбывшего родителя.  — Вот он, — почти что рыча, но соблюдая хоть как-то правила приличия, сказал Дин, хватая Каса за предплечье и придвигая ближе к мистеру Картеру. — Он был там в момент, когда Ваш сын плохо себя почувствовал. А НЕ Я. И я НЕ ЗНАЮ, что там произошло, сэр. Кас посмотрел на Дина, которого никогда не видел в таком раздраженном состоянии, и непроизвольно захотел исчезнуть отсюда куда подальше. Пронзительные темные глаза мистера Картера глянули на него, буквально впиваясь внутрь. Касу показалось, что его желудок перевернулся несколько раз. Он сдавленно кивнул. Дин крепче сжал его предплечье.  — Да, сэр, — подтвердил Кас. Он прочистил горло. — Это я там был. Взгляд Картера при этом нисколько не поменялся. Если где-то в глубине души Кас надеялся на какое-то понимание с его стороны, то мог благополучно о нем позабыть навсегда.  — Этот сопляк? Эй-Джей мог погибнуть, пока этот мальчишка видел десятый сон! — он ткнул в сторону Каса морщинистым пальцем, и тому захотелось отпрыгнуть подальше. — А ты что делал, когда мой парень при смерти бился в конвульсиях? Дрочил?! — испепеляя взглядом уже Дина, взвизгнул мужчина. Касу захотелось врезать по его старой роже, сломать к чертям очки и выбить все зубы. Костяшки пальцев побелели, когда он сжал кулаки.  — Я поспел на помощь сразу, как смог, — глухо проговорил Дин.  — Это правда, — подтвердил Кас. Он почувствовал желание защитить Дина от несправедливости любой ценой. В конце концов, ему-то самому ничего не будет, а Дину может и достаться. — Ваш сын сам виноват, сэр. Он оказался глуп и совершенно безответственен. Вины персонала в этом нет. Мистер Картер уставился на Каса, словно тот вслух назвал его дебилом. Кас продолжал смотреть на него упрямым взглядом, а гость тем временем захлебывался от возмущения.  — Какого черта тут происходит у вас, а, Дин? Что за хамство! Я хочу видеть Эй-Джея! Где мой сын?! Дин хотел ответить что-то очень обидное, но передумал:  — Я сейчас очень занят, поэтому…  — Я проведу вас, сэр. Я знаю, где лежит Джей, — встрял Кас и наградил Дина выразительным взглядом. Тот хотел было встрять, но передумал. — Идемте. Мистер Картер хмыкнул достаточно недовольно Касу в спину, но следом пошел. Они шли в гордой тишине, и Кас изредка здоровался со своими знакомыми. Мимо прошествовал Кроули, подмигнув ему, и Кас криво усмехнулся на его приветствие. Когда они дошли до больничного крыла, Кастиэль оставил сына и отца наедине, раз уж последний так жаждал встречи. Все-таки родительские чувства — это нечто особенное, не то, что испытывают возлюбленные, находясь у постели своих партнеров, не то, что испытывают дети, стоя у кровати больных папы или мамы. Поэтому Кас просто показал на дверь, выкрашенную в белый, как и все вокруг, и ушел. Но Дина в холле уже не было. Спустя полчаса мистера Картера и след простыл. Билли, заступивший на свой пост, рассеянно пожал плечами и сказал, что мужчина отбыл еще минут пятнадцать назад, побывав в палате сынка от силы десять минут. Кас недовольно поворчал, что тот так рвался навестить собственного ребенка и должен был провести у него как минимум час. Видимо, он скорее пренебрежительный «папаша», как и сказал Дин, чем его отец. Примерно в пять вечера, после первого учебного дня, перед ужином, Кас отправился в палату к другу. Он все еще не мог выбросить из головы здешнюю «школу», вспоминая ленивую, тягучую атмосферу в помещении, наполненном сизым дымом от сигарет. Ученики сидели везде, где умещались — на столах, на стульях, на полу, на подоконниках. Посередине стены висела темно-зеленая доска, вся в разводах от мела, а учительницы сменяли одна другую. Кас подумал, что был бы рад, будь у них такая непринужденная компания и в настоящей школе. Там, в городе. Никаких занудных учителей, пронзительных оглушающих звонков и сорок пять минут в тишине. Кас зашел в палату Джея — тот уже мог свободно передвигаться и вообще должен был выписаться уже завтра. Тот сидел на кровати, листая книгу, а из его ушей торчали темные наушники, в которых Кас признал аппаратуру Майкла, ту самую, что он никому не позволял и тронуть.  — Привет больным. Картер поднял на него взгляд, и тут же Кастиэль заметил зияющий синяк, расплывшийся прямо по скуле. Джей стянул наушники.  — Привет здоровым, — пробормотал он, захлопывая книгу.  — Какого черта, приятель? — нахмурился Кас, садясь на излюбленный стул. Но Картер рассеянно пожал плечами.  — Ты пустил сюда моего папочку? — поинтересовался он, поправляя одеяло. Кастиэль небрежно повторил его жест плечами.  — Ну да. Это он тебя так? — синяк расцвел прямо под глазом, светло-фиолетовый и уже начинающий желтеть. Несмотря на то, что медсестры явно приложили к ударенному месту компресс изо льда, он не сильно помог Джею. Кас сочувствующе вздохнул. — Прости. Не знал, что он так сделает. Он очень пылал желанием с тобой увидеться.  — Да, представляю, какой скандал он закатил, — поморщился Джей так, словно синяк все еще болел. Хотя, вероятно, так оно и было. — Передай Винчестеру, чтобы он не держал на этого старого ублюдка зла. Он того не стоит. Кастиэль перевел свой взгляд с «фонаря» соседа прямо в его озлобленные глаза, словно спрашивая, шутит Джей или нет. Да, Кас знавал много плохих отцов — его старик тоже был не идеален. И когда-нибудь Джош обязательно нагрянет к сыночку, чтобы отвесить ему пару подзатыльников. Но что не сделает Кастиэль никогда — это не назовет своего отца «старым ублюдком».  — Брось, чувак, — поговорил Кас, — не нужно говорить так о родителях. Он какой-никакой, а…  — А мой чертов отец, я в курсе! — перебил его раздраженный голос. Книжка на коленях Картера была благополучно забыта. Кас хотел спросить — что это за нотки в голосе друга? Однако промолчал. — Пойми ты: этот человек — настоящая скотина. Надеюсь, Дин ему врезал за его вопли.  — На самом деле нет, — Кастиэль продолжал мять в руках кончик своей рубашки. — Думаю, это Дин чуть было не получил. Эй-Джей хохотнул, и Касу показалось, что напряжение в комнате исчезло. Он хотел знать, почему Картер так относится к своему отцу, почему его отец ударил сына, но это все было не его делом. И это однозначно могло бы подождать до лучших времен.  — Я вижу, у вас с Винчестером там настоящий служебный роман? — поиграл бровями Джей, и Кас почувствовал — действительно почувствовал! — что начинает краснеть. Как девица на выданье.  — Не говори чепухи. Если ты любишь засматриваться на мужские задницы, не значит еще, что я такой же. Мы с Дином друзья, — беззлобно осадил Кас, хотя мысленно все возвращался и возвращался к тому моменту, как они с Дином играли в карты.  — Да уж… Давно я не видел симпатичных мужских задниц, — наигранно вздохнул приятель. — Не, ну твоя-то исключение, конечно. Да и Дина тоже. Ох, хорош он… Как думаешь, я смог бы…?  — И не думай! — встрял Кас, хмурясь, и, наткнувшись на смешливый взгляд друга, стушевался: — Я имею в виду, ты не в его вкусе и…  — А ты в его вкусе? — хмыкнул тот с широкой улыбкой. Он получил заслуженный слабый пинок в бедро, и Кас наконец-то смог рассмеяться вместе с ним.  — Больше не пускай ко мне отца, — проговорил Джей спустя пару секунд крайне серьезным голосом. Кас тоже посерьезнел, но лишь отрешенно кивнул.  — Как скажешь. Картер, наблюдая за его взглядом, вздохнул:  — Ты просто не знаешь его, Кас, — проговорил парень, смотря себе на колени, разглаживая сбившееся в складки одеяло. — Он ужасный. Он… он думал, что я делаю что-то со своим братом. Последние слова ЭйДжея прозвучали так стыдливо и тихо, что Кас поднял на него взгляд мигом. Он не мог до конца понять, что имел в виду друг. Что значит «с братом»?  — В каком смысле? — не понял Кастиэль. Джей какое-то время помолчал.  — В прямом, — поджал губы Джей. — У меня есть младший брат, у нас разница — год. Его зовут Джонатан. Но я называю его Джонни. Мы с ним очень близки. По крайней мере были. Так вот. Когда я сказал, что мне нравятся мужчины, отец был крайне зол и недоволен. Ну, это неудивительно, конечно. Вот только… Он подумал, что я делаю что-то с Джонни. Ну… Что я… Что мы с ним… — он запнулся и глянул на обложку книги. — Что я его развращаю и заставляю делать разные грязные вещи. Со мной. Кастиэль подавился воздухом, пораженно смотря на Картера. В горле застрял неприятный ком. Было видно, как Джею не нравится обо всем этом говорить, но Кас не мог его остановить, сказать: «Проехали, приятель». Разве может отец подумать такое о своем сыне? Это было мерзко и подло.  — Он очень долго орал и говорил, что я заставляю моего младшего брата мне сосать. Слышишь? Я, блять, заставляю своего младшего брата Джонни, с которым мы вместе пускали кораблики и ловили москитов горстями, чтобы отрывать им крылышки, сосать мне! — он вскинул голову, и Кас видел, как его губы подрагивают. — Он такой мне: «Боже, мой сын — педик! Ты… скажи мне, ты заставлял Джонни что-нибудь делать? Отвечай! Ты заставлял его, ты его насиловал?!». Мерзкий старый маразматик. Кастиэль все еще смотрел на соседа, даже когда тот замолк. Кас все не решался спросить: «А это правда?», так как знал, что слова, вертящиеся на языке, ранят Картера слишком сильно. Терять такого друга не хотелось. Он был единственным, с кем Кас общался так долго за последние годы. Ну, исключения, конечно, Мэг и Аластар.  — Он запрещает мне видеть брата. Думаю, и сюда-то он меня упек, чтобы дурные слухи не пошли. Мол, его сын наркоман, педик, да еще и инцестник. Вот дерьмо, — Картер опустил глаза. — Но клянусь, Кас, я бы никогда. Я никогда даже не подумал бы ТАК о своем брате. Кас кивнул, немо говоря, что верит. Джей еще немного помолчал. Затем он предложил поиграть в карты, и Кастиэль не смог ему отказать, больше не затрагивая тему его семьи. * * * Прошло пару дней. Джея выписали из лазарета, и он вернулся в их с Касом комнату, на свою идеально заправленную медсестрами кровать. Он сказал, что Майкл предложил ему прогуляться, а Кас понятия не имел, как они сумеют прогуляться, если Картера перевели в Белую вновь, а Майкл посиживал на «двойке» в другом крыле. Вообще-то, и Кас должен был бы сейчас быть в другом крыле. Он по-прежнему был на втором уровне, и Дин сказал, что его должны отселить от ЭйДжея. Вечером после ужина Кастиэль прошел в холл. Там уже собрался народ, кто-то читал, кто-то пялился в телик, кто-то орал, чтобы переключили канал, а кто-то комментировал рекламы. Царил тихий хаос: все переговаривались и спорили. Кто-то курил около окна, кто-то — прямо посередине зала. Несколько парочек играли в карты там, где недавно сидели Дин и Кас. Кас рухнул на один из стульев, закуривая сигарету, и повертел в руках книгу, покоящуюся до этого на столешнице. Видимо, кто-то ее забыл. Кас прочел первые строки, а затем положил книгу на место. Он не знал, что тут делает, зачем он тут вообще. Лучше было бы посидеть у себя в палате и почитать книгу, чем просиживать штаны здесь. Но Кас упрямо сидел. Он ждал Дина. Думал, что, может, сегодня у него выдастся свободная минутка, и они прогуляются? На «двойке» уже разрешается выходить на улицу — Касу не терпелось там оказаться.  — О чем задумался? — раздался насмешливый голос над ухом. Кас вздрогнул, чуть не подавившись сигаретным дымом, и посмотрел на подоспевшего Кроули. Кинг словно появился из ниоткуда, и теперь стул напротив Кастиэля, который, вообще-то, был предназначен Дину, был занят.  — О смысле жизни, — флегматично отозвался Кас и затянулся снова. Кроули пожал плечами на равнодушный ответ, который явно означал: «ОТВАЛИ», но все равно никуда не ушел.  — Как там твой дружок? Слышал, он отравился. Кастиэль пододвинул к себе пепельницу, стряхнув туда серый пепел с кончика сигареты.  — Он в норме. Уже вернулся в палату, — равнодушно продолжил Кас, не до конца понимая, что Кингу нужно. Он рассчитывал, что Кроули наконец-то оставит его и свалит к своей милой компании за столик в углу холла. Но Кроули упорно посиживал рядом.  — Закурить не найдется? — поинтересовался он, и Кас, глянув в его лицо уничтожаемым взглядом, отрезал тихим «Нет». — Ну что ж…  — Тебе чего надо? — не выдержал Кас, затушив свою сигарету. Кроули ухмыльнулся, словно ждал только лишь этого вопроса, и поиграл бровями.  — Я все еще жду твоего заказа, красавчик. Моя контора, знаешь ли, не долговечна. И мои предложения тоже, — Кроули многозначительно кивнул в сторону сигареты, намекая, что может достать чего-нибудь покруче. Кастиэль сглотнул, опуская глаза на бычок.  — Тебе что нужно? Когда захочу, тогда и приду, — огрызнулся Кас, ощущая, как руки мелко подрагивают — он знал, что хотел. Хотел дозу, как еще ничего на свете, как еще никогда. Он даже соскучился по Аластару с его вечной щедростью.  — Какой дерзкий, — восхитился Кинг, улыбаясь широко, потому что прекрасно видел, как Кас сжал зубы. Вдруг он увидел Дина — тот вошел в холл и сразу стал искать кого-то глазами. Он был в своем неизменном белом халате, накинутым на обычную повседневную одежду. Кроули обернулся, чтобы посмотреть, куда уставился Кастиэль, и присвистнул, вернувшись к Касу.  — О, так вот, кто наш тайный благодетель и мозгопромыватель, — рассмеялся Кинг. Кастиэль зло на него зыркнул, заставляя замолкнуть. Тем временем Дин приблизился к ним и нахмурился, смотря, как Кроули улыбается. Тот поднялся на ноги и примирительно поднял руки вверх. — Ухожу, ухожу, — он отодвинул стул и вышел из-за стола. — Кас. Ты знаешь, где меня найти. Он подмигнул и поспешил скрыться. Дин недовольно уселся на стул, который только что занимал Кроули. Он нахмурился еще больше.  — Чего ты с ним делал? — подозрительно поинтересовался Дин. Кас пожал плечами.  — Ничего, — он достал еще одну сигарету. — Мы просто разговаривали. Дин посмотрел ему в глаза, словно хотел спросить, правда это или нет, но знал, что Кас ему ничего не ответит. Поэтому он только потянулся рукой к губам Каса и выдернул у него изо рта сигарету.  — Выбрось эту дрянь, — скривился Дин и затушил ее. Кас, как и обычно, не стал протестовать, пожав плечами. — О чем вы говорили? Кастиэль усмехнулся:  — Может тебе еще письменный план составить? — насмешливо поинтересовался он. Дин стушевался.  — Просто… Кас, не водись ты с ним, — совершенно другим, более мягким и даже заботливым тоном проговорил Дин. Он опустил глаза и наблюдал, как последние завитки сизого дыма покидают затушенную сигарету и растворяются в воздухе.  — Дин, я сам решу, — более грубо, чем следовало, отрезал Кас. Дин поджал губы.  — Да, я знаю, — тише ответил он. — Кроули — зло. Он не исправится. А ты начинаешь делать успехи. Кас долго смотрел на Дина, который, старательно отводя взгляд, все же поднял на него глаза. И Кас рассмеялся, глядя в его расширившиеся зрачки.  — То есть я тоже зло? — фыркнул он. Дин спохватился:  — Нет! Я не это имел в виду, — он уверенно посмотрел в глаза Касу — тот продолжал улыбаться и не выглядел обиженным. — Ты знаешь, о чем я. Улыбка Кастиэля погасла.  — Знаю.  — Я не хочу, чтобы ты общался с этим типом. Они замолчали. Кастиэль хотел уйти, чтобы больше не искушать себя разговорами о наркотиках. Но он вспомнил, что не знает, куда нужно идти, ведь теперь он пациент «двойки», и распоряжаться его переводом должен Дин.  — Ты не мог бы меня оставить в моей старой палате? — спросил Кас, поднимая взгляд на задумавшегося Дина.  — Ну… Я могу это устроить, — проговорил тот. — Только зачем тебе? На «двойке» тоже полно классных ребят, подружишься с кем-нибудь. Взять хоть Рафаэля. Прикольный малый.  — Предпочитаю старых друзей.  — И кстати, не стоило тебе так говорить тому жирному придурку, — улыбнулся Дин, смотря на Кастиэля с явной гордостью. Тот потупил взгляд, смущаясь.  — Но я же правду сказал, — пробурчал он, и Дин рассмеялся, смотря, как его глаза сияют. — Этому хрычу кто-то должен был нос утереть.  — А ты у меня сама смелость, — оценил Дин, и Кас подхватил его смех.  — Обращайся, я тебя прикрою. Дин смотрел Касу в глаза, блестящие, светло-голубые. Они теперь не были такими мутными, как сначала.  — Обязательно. Иди, скоро всех разгонять будут. А мне еще нужно график на завтра вам составить. На этом их беседа закончилась. Дин на прощанье кивнул и поднялся с места, поправляя халат. Дин боялся, что разговор не получился. Что Кас не мог думать ни о чем, кроме наркотиков, а Дин — о том, как бы отгородить его от этой гадости. Время шло к восьми вечера. Дин улыбнулся Кастиэлю в последний раз и пожелал спокойной ночи, после чего удалился вон из холла. Он никогда так сильно не хотел кому-нибудь помочь. * * * В десять вечера Кроули выпросился у медсестры в туалет и заявил, что с собой у него ничего нет. Кинг был известен в «Звездах» не первый год, и Джо хотела сопротивляться, но поняла, что не может. Кроули, сладостно ей улыбаясь, прошествовал по коридору и скользнул за приоткрытую дверь, хлопнув ею за собой. Спустя полминуты туда же вошел Дин, оглядываясь по сторонам и убеждаясь, что Джо увлечена разговором с Билли по телефону. Кроули встал у одной из раковин и начал лазить в карманах руками. Там у него была надежно припрятана травка, которая позже прекрасно скрутится в косячок. Дин нагнал его у раковины, и, развернув к себе, резко впечатал в стену, приставив локоть к его горлу. Дин зло сощурился на расширенные карие глаза Кинга, которые сразу же утратили свой испуг.  — Балуемся травкой? — хмыкнул Дин, кивая на пакетик марихуаны, которой с легкостью удалось пронести мимо Джо. — Кроули, верно?  — А-а-а, Ди-и-и-н, — протянул Кинг, вовсе не пугаясь его тона. — Гуляешь перед сном?  — Ага, ловлю таких подлецов, как ты, — Дин выхватил его пакетик и, высыпав все в унитаз из соседней кабинки, смыл до последней травинки. Кроули отрыл было рот, чтобы запротестовать, но потом досадливо фыркнул, когда его экстаз, бывший почти что в руках, спустили в канализацию.  — Ну вот, — расстроенно протянул Кинг, вздохнув. Дин подошел к нему ближе, зло смотря в глаза.  — Больше не приближайся к Касу, понял? — прорычал он, словно лев, который вот-вот нападет. Кинг усмехнулся.  — Защитничек нашелся, — закатил глаза он, но Дин, вцепившись в его шею, встряхнул его.  — Я тебя предупреждаю, — Дин сжал пальцы на коже Кроули. — Увижу тебя рядом с ним — оторву башку. Я не шучу.  — Да кто тут вообще шутит? — меланхолично фыркнул Кинг, оставаясь невозмутимым, пока его почти что душили и открыто угрожали.  — Я все сказал, — Дин отпустил шею пациента, и тот потер ее ладонями, морщась.  — Псих, — обиженно проговорил Кроули, когда Дин уже развернулся к дверям. — Твой благоверный еще сам ко мне придет! — заявил Кинг, но Дин уже вышел из туалета. — Любовнички, — пробурчал Кроули, понимая, что ему придется вернуться в палату ни с чем.