Подстава

Гэвин щёлкнул пальцами перед лицом Ричарда, разрывая его транс. Тот стоял посреди их общей спальни, уставившись на блокнот и перо, лежавшие на его кровати. Казалось, он даже не моргал. Выглядело жутко, и чем дольше Гэвин смотрел на неподвижную фигуру своего товарища, тем зловеще это выглядело. — Ты чего завис? Ты же не обдумываешь, как бы хорошо сейчас можно было лечь спать и послать все наши планы нахер? — Нет, я проверяю, все ли вещи мы собрали. — Пялясь на кровать? — Перебираю в уме, — раздраженно ответил Ричард. То, что его так легко удалось вывести на эмоции, уже говорит о том, что он волнуется. Он волнуется о том, чтобы они при выходе из школы не сели оба, — звучит просто очаровательно. Гэвин бы слезу пустил, да только гордость терять не хотелось. — А мы переезжаем куда-то? Из вещей только палочка, и то, одна. Ричард скептически выгнул бровь. — Сигнальный артефакт нам не нужен, по-твоему? — Он вытянул руку, показывая то, что они быстренько сварганили из старых вещей для шуток Гэвина и остального, что было под рукой. Вещица это, громко названная «сигнальным артефактом», выглядела как пушистое нечто и вела себя как… просто нечто. Сейчас, привязанная за ниточку к запястью Ричарда, она крутилась и дёргалась во все стороны, словно неугомонная птица. — Ну так он на мне, — ответил Гэвин, поднимая руку с таким же похожим на клубок ниток «зверёнышем». Только вёл он себя более лениво, даже вяло: висел на руке и качался, как маятник. — Как и одежда. — В смысле? — Гэвин сначала даже подумал, что ему послышалось, но нет, со слухом у него всё в порядке. — Тебе так понравился прошлый раз, что ли, и ты хочешь меня раздеть ещё раз? И если это шутка, то она не станет смешнее, если повторишь её дважды. — Нет, — грубо ответил Ричард, так, будто обращался к умственно отсталому. У него даже щёки немного покраснели от гнева. — На твоей одежде следящие чары. — Но это же не школьная форма. — И как это соотносится? — На этих словах Гэвин немного растерялся: не нашёл что ответить, и Ричард продолжил: — Думаешь, никто не предположил, что ты можешь сбежать в своём магловском барахле? Или именно потому, что оно магловское, оно не может быть заколдованным? — И что ты мне предлагаешь? Надеть твою одежду? Возможно, Гэвину показалось — они всё-таки оба на взводе, — но он практически почувствовал, как Ричард весь напрягся. Гэвин даже представить не мог, что в этих словах могло задеть. Хотя чему тут удивляться, Ричард такой педант. — На моей одежде вообще-то тоже следящие заклинания. — Великолепно. — Честно, Гэвин даже перестал удивляться. Неожиданные вбросы от этого зануды уже стали частью рутины. — И когда ты мне собирался об этом сказать? — Вообще-то, я ждал, когда ты сам затронешь эту тему. — Вот сейчас не надо стрелки переводить, — разозлился Гэвин. Он ненавидел эту грёбаную тему, что это он опять не догадался, опять протупил. — Ты же мог вовремя всё нормально сказать, и мы бы вместе всё придумали. — Мог. — Так какого чёрта не сделал?! Ричард улыбнулся, и улыбка его была дьявольской. Тревожное предчувствие Гэвина зазвонило в колокол. Злость и тревога — просто адовый коктейль. — На самом деле, я уже решил этот вопрос, однако… — загадочно протянул он и замолчал. — Однако?! Ты хочешь, чтобы я из тебя информацию клешнями вытягивал?! — Гэвин пытался сдерживаться, несмотря на все провокации Ричарда. — Я не выдам своё решение просто так. — То есть придётся клешнями? — Мне не нужны твои клешни, мне нужно от тебя кое-что другое. Гэвин готов был взорваться от гнева, видимо, именно этого Ричард и добивался. Потому что его улыбка была дьявольской! Потому что какого хрена? Кто так делает? Прям перед самым главным пунктом плана — походом за воспоминаниями… — И что же? — постарался очень спокойно спросить Гэвин. — Помнишь, как мы начали сотрудничать? Если честно, Гэвина сейчас это волновало меньше всего. Между ними уже столько всего было, что тут вставал выбор: либо они миленько болтают всю ночь, либо, чёрт возьми, идут в аврорат! — Знаешь, для твоей загадочности особо нет времени. Говори уже прямо! — Я хочу, чтобы ты кое-что сказал. И тут до Гэвина дошло. — О не-е-ет, парень. — Что, неожиданно вспомнил? — То, что ты на это попался, не значит, что попадусь я, — гордо заявил Гэвин, но его тон быстро изменился: — И ты утверждаешь, что твоё решение не включает в себя раздевание? — С чего ты так зациклился на этом раздевании?! — вспыхнул Ричард. Ага, эта тема не хило так его задевает. — Нет, не включает! Я, в отличие от некоторых, не действую так грубо. Моё решение, естественно, элегантное. — И что ты хочешь чтобы я сказал? — Э-эм, ты так быстро сдался? — Его растерянное лицо выглядело просто очаровательно. — Нет, я думаю. Не смотри так скептично, я рассматриваю варианты. Так что именно ты хочешь чтобы я произнёс? — Ну-у, — протянул Ричард и вновь замолчал. Гэвин выжидающе смотрел на него. — Ну? — решил немного надавить Гэвин, но Ричард продолжал молчать, и более того, он отвёл глаза! — Погоди, ты забыл? Не придумал? — Нет! Просто не могу выбрать из всего разнообразия, что пришло мне в… Гэвин положил руку Ричарду на плечо, и тот мгновенно замолчал. — Погоди-погоди. — Он еле сдерживал улыбку. Ладно, так и быть, Гэвин умный мальчик, и если его союзнику нужны какие-то тупые слова, то он их получит. — Слушай, я, типа, очень ценю твою помощь, и реально без тебя бы не справился. Не только, как бы, потому, что ты мой надзиратель, который, типа, отпустил меня. Условно отпустил. А потому, что помогал со всем и разбирался с моими проблемами. Ричард смотрел на него с открытым ртом. Точно не ожидал от Гэвина такого — на это и был расчёт. Гэвин самодовольно ухмыльнулся. Ох, сколько лет он уже не видел детского удивления на этом постоянно безразличном лице. — Ну, теперь ты доволен? — Вполне, — кивнул Ричард. Он вернул себе самообладание, но его лицо всё же было не таким компостным, как обычно. Что-то изменилось, что-то неуловимое. — Только никому. Ты понял? — Гэвин попытался сделать своё самое страшное лицо. — Безусловно, — ответил Ричард и быстро отвернулся, пошёл к своим вещам. И тут Гэвин понял, что именно было не так с лицом Ричарда: тот словно лучился довольством. Даже больше, его походка тоже лучилась довольством. — Вот. — Ричард гордо положил перед ним два пакета с… пижамой? — Пижама? Серьёзно? — Гэвин достал из пакета один комплект бордового цвета. Он покрутил его в руках, стараясь найти подвох. Рид ничего не знал о тканях, но эта была очень приятной на ощупь. И всё. Примечательные детали закончились. — Зачарованная пижама, — гордо ответил тот. — Она принимает все следящие чары и переводит на привязанное к ней место, то есть в нашу комнату. — О-о-о! — оценил Гэвин. — И насколько большой радиус действия? — Английские острова. — Ну ты и выпендрёжник!

***

Долго поговорить, обсудить детали у них всё же не получилось. Сработал дурацкий магловский будильник Ричарда, и им пришлось в ускоренном темпе добираться тайными ходами до Хогсмида. План состоял в том, что они пойдут по отдельности, и первым будет Ричард. У него, типа, волшебная палочка и всё такое, а Гэвин останется куковать, ожидая знаков от сигнального артефакта. Шерстяной комочек всё так же лениво качался на веревочке на пальце и никак не желал менять цвет. И почему ему достался такой скучный артефакт? Этот бы подошёл Ричарду больше. Однако поменяться ими у них не получилось — когда они брали артефакты друг друга, те начинали сходить с ума, напрочь отказываясь работать. Упрямые ублюдки. Вдруг сигнальный артефакт подскочил и начал мигать розовым цветом. Пора. Наконец-то. Он взял горстку пороха и вошёл в камин, гадая, будет ли его мутить в этот раз. В прошлый раз всё прошло просто великолепно, но это скорее из-за выброса адреналина. Сейчас всё было просто. Просто и скучно. Сноп зелёных искр, и вот Гэвин свалился Ричарду в руки. Дурацкие камины Гэвина тоже не жаловали — постоянно выплевывали его так, что он вываливался кому-то под ноги. — Всё в порядке? — взволнованно прошептал Ричард, аккуратно придерживая его за плечи. Они оказались в пустом и тёмном зале для посетителей — небольшом проходном помещении с камином, который для посетителей работал строго по графику. От этого места просто фонило аврорским «гостеприимством»: из удобств — пару высоких столиков, как подозревал Гэвин, именно из тех типов магической мебели, которые скинут твои вещи, как только ты обернёшься; куча волшебных табличек — буквы на них указывали где выход — и небольшой вахтовый пост в конце зала. В рабочее время с палочкой дальше пройти было просто невозможно, и это казалось невероятным — насколько просто всё происходит сейчас. — В полном, — отступил от него Гэвин, отряхиваясь от пепла. Он оглянулся на камин — тот выглядел почти как новенький, ничего не осталось от их субботнего посещения. — Как всё у тебя? — Никого по периметру. — Тогда почему мы шепчемся? В ответ Ричард лишь пожал плечами, развернулся и коротко (и тихо!) сказал куда идти. — В смысле реально никого? — продолжал шептать Гэвин (ладно, его это и правда немного успокаивало), следуя за Ричардом. Они прошли вахту, и Ричард замедлил шаг, выставляя палочку вперёд. — Это точно то самое невероятно охраняемое министерство? — Всех вызвали на срочное задание, — отозвался он, и его тихий голос раздался эхом по коридору. Зловеще. Гэвину это напомнило момент, когда они неожиданно свалились в какие-то тайные подземелья школы, однако в этот раз здесь были тусклые огоньки, освещающие дорогу. — Обычно кто-то всегда есть на ночных дежурствах. Они, конечно, присматривают за всем, однако в их обязанности не входит полноценное наблюдение за зданием. Тут защита в другом… — Да-да, ты уже говорил, супер-крутая магическая защита, а мы просто нашли малюсенькую лазейку, — он нетерпеливо перебил Ричарда. Они повернули ещё раз. — И если бы у нас были другие цели, например, украсть, уничтожить подкинуть, — у нас вряд ли это получилось. — Ричард взмахнул палочкой пару раз, будто что-то проверяя, затем удовлетворительно кивнул. — Мы пришли. Он подошёл к одному из входов. Это была массивная деревянная дверь с табличкой «Архив улик». — Ну что, проявишь в очередной раз мастерство взлома? Или тут настолько безопасно, что и двери не запирают? — иронично спросил Гэвин. — Не стоит недооценивать авроров лишь потому, что мы зашли так далеко, — мягко улыбнулся Ричард, Гэвин в ответ только хмыкнул. — Но магия мне и вправду не понадобится. Ричард достал ключ. Обычный магловский ключ. «Откуда он у тебя?!» — хотел воскликнуть Гэвин, потому что какого-то хрена ему опять ничего не говорят. Но Ричард повернул ключ в замке быстрее, и дверь моментально отреагировала. Нет, она не открылась, на ней появилось лицо, которое злобно-скептично осмотрело их. — Уровень доступа, — мерзко-высоким голосом проговорило оно. — Только просмотр. Для большего нужно лучше работать. Ручка повернулась сама по себе, и дверь открылась, ворчливо причитая: «Глупые кадеты, больше не смейте приходить так поздно». — Ключ взял, пока осматривал территорию по периметру, — ответил он на незаданный вопрос. — Для постоянных авроров делаются именные, а такие выдаются кадетам-новичкам. — Как-то всё слишком гладко проходит. Действительно, никаких сирен, никто к ним не бежал, даже эта странная дверь открылась для них и они даже перестали говорить шёпотом. Гэвин был в восторге: у них всё получилось! Но внутри было мерзкое чувство, что радоваться ещё слишком рано. — Для нас же лучше. — Тебе не кажется это подозрительным? — Тогда нужно быстрее смотреть улики. — Ричард в ответ пожал плечами. — Пока есть такая возможность. Благодаря задротской системе хранения улик, Ричард быстро нашёл необходимые им. — Вот и она первая улика под номером M-63/7-1, воспоминания от 29 августа 2019 года магла Джерри Хендерсона. 25 лет, вид деятельности — незаконная торговля, — Ричард прочитал приложение к флакончику. — Ты знаешь этого парня? — Первый раз о нём слышу. — Может, видел где-то, просто имени не знал. — Может. — Ты продавал или покупал что-то запрещённое у маглов? — Нет! Зачем мне сдались запрещённые вещи, тем более магловские? — Просто уточняю. — Может, уточнениями займёмся потом и, как ты и сказал, побыстрее посмотрим воспоминания? — Как скажешь, — Ричард достал из кармана пижамы блокнот и перо, которое моментально начало писать. Да уж, интересно, что ещё он насобирал в эту прекрасную поездку. Омут памяти для просмотров воспоминаний был в этой же комнате. Это был самый большой омут, который видел Гэвин: его одновременно могли смотреть человек десять точно. Не омут, а целый стол для заседаний. Ричард вылил серебристое воспоминание. По воде пошли круги. Гэвин нервно сглотнул. Они окунули голову одновременно. Гэвин в первый раз пользовался омутом памяти. Он много об этом читал в учебниках — теорию. В художественной литературе — описание чувств, даже видел со стороны. И сейчас он делал всё сам. Забавные ощущения. Они с Ричардом выглядели как два призрака, случайно оказавшиеся в тёмном лондонском переулке с единственным источником освещения — тусклым фонарём. Вопрос в том, что делал Гэвин из воспоминаний в тёмном переулке? Этот Гэвин был одет в чёрную толстовку, которую они уже видели на колдофото, и чёрные джинсы и кеды, хотя эта летняя ночь была достаточно тёплой. — Мне сказали, что у тебя можно достать кое-что, — хрипло сказал Гэвин из воспоминаний. — Конечно можно, и не только кое-что, а много всего, — глупо рассмеялся парень, видимо, автор воспоминаний. — Мне нужно только одно, — настоял Гэвин. — Эта? — Парень достал маленький зип-пакетик, Гэвин кивнул в ответ. — Только осторожней, бро, эта хрень забористая. Дальше сделка прошла быстро, без лишних слов, и Гэвин из воспоминаний поспешно ушёл. Барыга остался, сначала он неторопливо пересчитал деньги, а потом закурил. Гэвин, затаив дыхание, смотрел на «себя» и не мог поверить, что это он. Потому что он никогда не покупал наркоту, не разговаривал с магловскими злачными «незаконными тогровцами». И тем более никогда не принимал наркотики. Больше всего Гэвина злила не то, что летняя дата никак не соотносилась с осенним преступлением, а эта грёбаная ложь про него. Однако, судя по всему, авроры твёрдо были уверены, что Гэвин — малолетний наркоман-преступник, и что думал Ричард по этому поводу, Гэвин даже представлять не хотел. Не хотел и боялся, на самом деле. — Выходим? — спросил Гэвин, не оборачиваясь. — Выходим, — услышал он глухой ответ. Они вынырнули из воспоминания, и у Гэвина подкосились ноги. Да, к тому, что они резко окажутся лицом друг напротив друга, он был не готов. Ричард не был ни злым, ни удивлённым, лишь слегка задумчивым, как будто опять решал трудную магическую задачку со звёздочкой. А ещё он внимательно вглядывался в лицо Гэвина. Повисшая в воздухе тишина играла на нервах Гэвина. — Только не делай поспешных выводов, — он решил прервать её. Ричард сначала задумчиво посмотрел на него, а потом его губы расплылись в дьявольской улыбке. — А тебе есть что сказать в своё оправдание? Не напрягайся так, я не делаю выводов по одному случайному воспоминанию. Давай проверим даты на остальных воспоминаниях. Гэвин чуть расслабился и кивнул. Следующие воспоминания были той же даты. — Жаль, что время не указали. Почему именно август? — Ты что-нибудь помнишь про август? — Ничего особенного. И этих воспоминаний у меня тоже нет. Клянусь, хочешь, залезь мне в голову! — Не думаю, что нужно заходить так далеко. Пока ничего не понятно. Давай посмотрим следующее. — Ага, кто там у нас? Луи Каннинг, 24 года, магл, род деятельности не уточнён. Рука Гэвина немного подрагивала, когда он лил воспоминание. Что может быть хуже того, что его представили нариком…

***

— Я вам говорю, ребят, — невнятно, но громко сказал какой-то симпотный парень, стараясь перекричать музыку и гул толпы. Он был просто в щи — стоял на барной стойке на коленях — достаточно высоко и при этом достаточно устойчиво, пытаясь донести невероятно важную информацию. — Я волшебник! Самый настоящий! Луи долго за ним наблюдал и мог сказать с уверенностью: этот парень явно был напичкан больше, чем алкоголем, — расширенные глазенки характерно блестели, но видно, что он не самый опытный боец на этом поле. Сколько ему? В целом, можно дать и двадцать с небольшим, но было в нём что-то такое наивное, что придавало ему очарование невинной ромашки в нежном возрасте. Луи пригляделся к толпе. Никто не гоготал над шуткой этого паренька, как и не пытался успокоить. Предполагаемых знакомых не видно — либо потеряли, либо забыли. В местах, подобных этому, редко кто напивался до такого «веселого» состояния в одиночку. Зато парочка мужиков сально посматривали. Если бы ему что-то специально подсыпали в стакан, то он бы стоял на коленях и не на барной стойке, а в каком-нибудь другом местечке. «Ох и найдёт он приключений на свою пятую точку», — подумал Луи. — Прям-таки волшебник? — хитро спросил он, подходя почти вплотную. Конечно же, для того, чтобы было лучше слышно. — Да! Маг! — гордо ответил парень. — А чем докажешь? — Ты мне не веришь?! — оскорбился тот. — А я больше доверяю поступкам, а не словам, — лукаво ответил Луи, при этом рукой нежно погладил бедро паренька. Он не заметил этого жеста, видимо, был слишком погружён в мысленный поиск доказательств. Зато заметил кое-кто другой. Луи просто на коже чувствовал прожигающий взгляд Эдди. Луи только шире улыбнулся своей добыче — эта невинная ромашка, так удачно упавшая ему в руки, наглядно поможет доказать, что всякие фразочки по типу «мне кажется, между нами как-то поутихла страсть», — полный бред. — Я умею колдовать! Только для этого нужна волшебная палочка, — он начал похлопывать себя по груди и рукам — типа мини-обыск самого себя. Этот парень словил приход похлеще, чем Луи думал. Ну что ж, так даже проще в каком-то смысле. — Давай я помогу. — Не дожидаясь ответа, он положил руки на переднюю поверхность бёдер, провёл ладонями до живота. — В карманах джинс ничего нет, — сделал заключение Луи. Он не встретил никакого сопротивления: Ромашка задумчиво уставилась на него, поэтому он быстренько переместил руки на его задницу и начал наминать. Очень даже неплохо. — И в задних карманах ничего нет. — Значит, потерялась, — расстроился Ромашка. — А ты забавный. — Луи убрал руки с задницы только чтобы как истинный джентльмен предложить свою помощь в нисхождении со стойки. — Мне кажется, я знаю, где я мог её видеть. Пойдём поищем? Паренёк принял его руку. — Давай! Даже не знаю, как тебя отблагодарить, бро! — просиял он. — О, благодарность — это лишнее. — Луи сильнее сжал ладонь и повёл паренька сквозь толпу. — Ты уверен, что я мог потерять её именно здесь? Кажется, я здесь в первый раз, — выдал Ромашка, когда они зашли в туалет. Ну что ж, надо было успеть до того, как он протрезвеет полностью, поэтому Луи поторопился запихнуть его в туалетную кабинку, захлопнув за собой дверь. — Волшебство — это же таинство, не хочу, чтобы нам кто-то помешал. — Логично, — кивнул Ромашка. Луи резко прижал его к стенке кабинки и поцеловал. — Что ты делаешь?! — оттолкнул его парень. Точнее, попытался оттолкнуть. Луи хоть и был тощим, но трезвость, рост и опыт давали ему значительное преимущество. — Конечно же ищу твою палочку, волшебник. — Луи ловко — одной рукой — расстегнул его джинсы и, не теряя времени, спустил их вместе с нижним бельем. Всегда нужно оценивать, что попадает тебе в руки. — Что-то ты не воодушевлён поисками. И снова поцеловал. Парень был обескуражен, поэтому почти не сопротивлялся. — У тебя первый раз с парнем, да? — хрипло спросил Луи между поцелуями. — Давай я тебе кое-что покажу, а ты потом повторишь? — Вновь не дожидаясь ответа, Луи опустился на колени, едва-едва прикасаясь к члену парня. Дальше он говорил так, чтобы его тёплое дыхание непременно опаляло нежную кожу. — Только учти, потом я оценю, насколько ты хороший ученик. Ох, кажется, Луи достался великолепный экземпляр: у этого паренька было очень отзывчивое тело, и бонусом к этому шло лицо с субтитрами. Луи только лизнул привставший член, как парень заскулил — он твердел на глазах. Луи не делал чего-то сверхъестественного, не старался со всей своей страстью, просто неглубоко брал член в рот и помогал рукой, а паренёк дрожал от каждого движения. Он тяжело дышал и постанывал, не обращал внимания на музыку, не стеснялся шума посторонних людей в туалете. И достаточно быстро кончил в ладонь Луи. — Я вижу, тебе понравилось моё волшебство, — Луи поднялся и улыбнулся собственной шутке. Чистой рукой он придержал паренька за плечо, а второй провёл по щеке, размазывая сперму по горячей коже. — Теперь твоя очередь показывать своё. Они моментально поменялись местами: «волшебничек» сам не понял, как оказался на коленях, а его лицо прижимали к расстёгнутой ширинке. Он затуманенными глазами смотрел сверху вниз. Просто очаровательное зрелище, у Луи уже неплохо так стоял. Он вытащил свой член и провёл от щеки паренька, испакачаной в его же сперме, до губ. — Давай же, сначала тебе нужно облизать его, — подбодрил он Ромашку. Тот явно ещё был под впечатлением от «волшебства» и не понимал, что происходит. Пришлось самому открыть его ротик. Только парень начал выполнять то, что от него требуется, как дверь кабинки распахнулась, чуть ли не слетая с петель. На них злобно смотрел здоровенный бугай. — О, Эдди не хочешь присоединиться? — О да, именно на это Луи и рассчитывал. Выход из этого воспоминания был похож на удар под дых — резко и неожиданно. Что. Он. Только что. Увидел. Какой пиздец. Горло сжал спазм, Гэвин чувствовал, что его вот-вот стошнит. А ещё его кожа покрылась тем самым ужасным липким потом. — Гэвин, с тобой всё в порядке? Гэвин? — голос Ричарда пробивался сквозь звон в ушах. — Гэвин, ответь. В его последней фразе была стальная нотка, которая заставила Гэвина прийти в себя. — Да? — Что с тобой? — Гэвин практически не узнал голоса Ричарда — настолько изменился его тон. Будто он не интересовался его самочувствием, а уведомлял человека на смертном одре, что тот умрёт от отсыпанного им яда. «Что с тобой?!» — хотел воскликнуть Гэвин, но силы осталась только на жалкую просьбу: — Можно воды? Ричард молча трансфигурировал листок из блокнота в стакан и налил туда воды. Все его движения были такими резкими, что Гэвину казалось, что вот-вот он выплеснет воду прямо ему в лицо. Гэвин жадно пил, постепенно приходя в себя. Это воспоминание… Это воспоминание кардинально отличалось от прошлого, от ощущений. Потому что сейчас Гэвин ощущал солёный привкус во рту. Фантомные руки словно касались в тех самых местах, и Гэвин ощущал себя каким-то грязным. Хотелось смыть с себя всё это. Но этого же и так не было. Ведь точно не было? Перо записывало что-то в блокнот, очень шумно и яростно. Ричард не смотрел на Гэвина и молчал. Так же без слов он вернул воспоминание в флакон и взял следующее. В тусклом свете архива в омуте отражались их чёрные фигуры. Тонкая серебряная струйка чужих воспоминаний, которую торопливо лил Ричард, пускала круги по воде, искажая их силуэты. Картинка, отражающаяся в воде, окончательно разрушилась, когда Ричард решительно нырнул головой в омут. Один. Не пригласив Гэвина. Гэвин лишь беспомощно смотрел на его фигуру. Пазл в голове не складывался, наоборот — рушился, и Гэвин уже не мог понять, где правда. Ему не хотелось смотреть следующее воспоминание, он ещё от прошлого не отошёл. Вдруг в следующем будет ещё хуже? Он вдруг почувствовал себя таким потерянным. Выбора не было: сидеть и размышлять об этих отвратительных вещах, занимаясь самобичеванием, — это не выход. Нужно присоединиться к Ричарду и досмотреть все улики, за которыми они пришли. Для полной картины. Гэвин сделал глубокий вдох, положил руки на холодный камень бортика и нырнул в омут. Точнее, попытался: его лицо так и не достигло воды. С чьей-то лёгкой руки он отлетел к ближайшему шкафу. Сирены всё ещё не выли, не было толпы авроров — никто не бежал и не орал, что их сейчас арестуют (в отличие от того раза, когда они взломали камин). Над Гэвином просто возвышалась глава аврората — Эльмира Декарт, и ей даже не надо было поднимать палочку, чтобы вызвать ужас. У Гэвина почему-то появилось ощущение дежавю.