Шестой Элемент

– Ты не переборщил? – С чем? – Тут в новостях об твоём поступке только и трубят. Вроде нигде твоя внешность или имя не светилось, но не думаю, что это долго протянется. – Не стоит от этом думать слишком много. Главное не светиться и меня забудут через неделю. – Тут ты прав, но думаешь, никто не захочет копнуть глубже? – Кто знает. Наши будни с того происшествия не изменились, разве что денег прибавилось. Тем не менее, праздновать у нас не получится, кошелёк не резиновый. И всё же, никто из граждан даже не подозревает, что здесь, в самом обычном парке, сидит виновник недавнего инцидента. И я доволен таким исходом, чем меньше людей про меня знает – тем легче мне будет жить. Внезапно Буллет подскочил с места, будто ему в голову пришло осознание чего-то великого, от чего у него аж глаза по 5 копеек стали. – Ох, точно! Я вспомнил, что мне нужно в продуктовый. Там же сейчас распродажа! – он побежал на всех порах, – Сегодня будем пировать! – Я помню, как ты в прошлый раз готовил, – тихо проговорил я сам себе. Он несся на выход из парка, огибая голые деревья и кусты и круто заворачивая на поворотах. Недавно дождь был, должно быть, а некоторых местах на асфальте осталось немного льда. Я бы на его месте так не гонял. – Ох ты ж блядь! – раздалось болезненное ругательство, не успел я даже моргнуть. О чём я и говорил. Но больно – не больно, реально покалечить его трудно, уж как-нибудь доберётся до магазина. Может отобьет себе копчик с таким успехом, но это не такая большая проблема. Оставшись один, я стал залипать в телефон, проверяя, не вышло ли каких-нибудь новых репортажей. Везде меня упоминают как «инкогнито» с чёрным силуэтом. Тот директор сдержал слово, не раскрыл меня. Хоть имя я не говорил, но по внешности меня было бы легко вычислить. И всё же, хоть моя личность скрыта, но чувствую я себя всё равно не в своей тарелке. Это оправданно, учитывая, что сейчас полиция и журналисты ведут ожесточённую гонку, в которой я являюсь главным призом, но дело не в этом. Должно быть я излишне паранойю, но у меня ощущение, будто вся моя идиллия может кончиться как по щелчку. Директор того банка уже вряд ли сдаст меня. Если бы он хотел – сделал бы это при первой возможности во время допроса. Внезапно кто-то нежно положил руку на моё плечо. Я даже не дёрнулся, у меня лишь возникло смутное непонимание из-за знакомой ауры этого человека. – Давно не виделись, – ну теперь всё встало на свои места, – Поговорим в другом месте? – Ни здрасьте тебе, ни пожалуйста, – я поднялся с лавочки, осматривая собеседницу. – Своим поведением ты только лишне понимание привлекаешь, – она развернулась и махнула за собой. С осторожностью, я последовал за ней. Путь наш составил всего несколько минут до ближайшего слабоосвещённого переулка, где нет ни души. – И что тебе нужно, Катрина? – в ответ она достала телефон с открытой галереей и показала мне несколько изображений. – Ошибки быть не может, – на них был запечатлён я, входящий и выходящий из банка, с хорошо видимым лицом, – Ты и сам прекрасно знаешь, что может произойти, если эти снимки всплывут в сети. С какими бы намерениями ты не делал это – полиции ты должен будешь явиться. А если я добавлю несколько сведений, то визит может оказаться не очень приятным для тебя. – Яиц-то у тебя прибавилось, как погляжу. Похоже, моё решение об отставке пошло тебе на пользу, – на моём лице не дёрнулся ни единый мускул. Всё было под контролем. – Не говори об этом так, будто ничего не произошло, – на мгновение на её лице промелькнула злоба и печаль, но они быстро сменились холодным выражением. – Так и что ты хочешь? Не просто так же ты мне эти фотки показала. – Я хочу заключить сделку. – Что ещё за сделка? – В течении некоторого времени тебе нужно будет сопровождать меня во время деловых встреч. Грубо говоря, быть телохранителем. Взамен, я пущу все силы на то, чтобы скрыть твою личность от глаз общественности. – «В течении некоторого времени», это сколько? По-конкретнее. – Сама бы хотела знать, – она помрачнела, – Не больше месяца, я уверена. – Где гарантии, что ты сдержишь слово? – Мы ведь заключаем сделку. Кроме того, мы знаем друг друга не первый день. Вот ведь морока… Как знал, что что-то такое произойдёт, но какова вероятность, что это окажется именно она? Я уже даже не спрашиваю, почему она здесь, меня это просто не особо парит, может родителям помогает, а может просто в отпуске. Больше интересно, почему своей целью она выбрала меня. То есть, она, с помощью своих каналов связи, надыбала на меня компромата, подгадала момент, когда я окажусь один, отвела в переулок и всё ради того, чтобы попросить побыть её телохранителем? Она ведь богатая, у неё наверняка есть средства, чтобы целый батальон себе на стражу приставить, а она выбирает какого-то безработного иммигранта. – А я тебе на кой хуй? Если всё ради этого. – Я уверенна в твоих способностях. И я неоднократно видела тебя в бою, так что могу доверить тебе свою жизнь в случае опасности. – Доверить жизнь… Пусть будет так, я принимаю твою сделку, – я протянул руку и почти мгновенно Катрина пожала мне её. – Надеюсь на наше плодотворное сотрудничество. Вот уж не думал, что некогда мой подопечный поставит мне в положение, при котором я должен плясать под его дудку. Не самое приятное ощущение, но иногда нужно просто смириться, а не проявлять упорство до последнего. – Ах да. Зарплату ты получать будешь, я всё таки тебя, считай, на работу устроила, а оставлять труд неоплаченным меня бы совесть загрызла, – будто она не грызла тебя, когда ты меня шантажировала минуту назад, – Но сначала нужно будет согласовать всё с моим отцом. Он сейчас в поместье, сейчас мы туда отправимся. Говорить тоже буду я, ты просто стой для вида и не открывай рот, если не спросят, – она, можно сказать, прировняла меня к боевому знамени, которое использовалось просто для устрашения. Позвонив кому-то по телефону, через несколько минут к нашему местоположению прибыло солидное такое чёрное авто с тонированными стёклами, а за рулём сидел серьёзный мужчина. Катрина сразу подозвала меня к себе и направилась внутрь. Салон выглядел богато, подобающе статусному человеку. Больше ничего сказать у меня не получится, так как я не эксперт в таких темах. – Так значит выглядит богатая жизнь? – О чём ты? – Личный шофёр, обширные каналы связи, которые любую информацию достанут, да и просто взглянуть на твою одежду. Такое могут позволить себе только слои высшего общества. – Говоришь так, будто не знал о моём происхождении. – Просто раньше мне не было до этого дела, а сейчас это сильно бросается в глаза. – И что? Завидуешь? – Не знаю. Для такого богатства нужна нормальная голова, знания и опыт, а у меня есть только треть из этого. Иметь много денег – это круто, спору нет, но я предпочёл бы зарабатывать тем, чем умею. – Например убивать и воровать? – Предпочёл бы не афишировать этим перед каждым встречным. – Стас и похуже людей возил, – это она про водителя. – Ну да, он ведь твой шофёр, – она слегка дёрнулась от моей колкости. – Хоть внешне ты и изменился, Но твой язык всё такой же. – О, так ты увидела какие-то изменения? – Например то, что твоя рука на месте. Протез купил? – Ага, копил на него несколько месяцев. Его на заказ сделал один мой знакомый. – А ты времени зря не терял, разжился полезными связями. – А у вас что? В Империи Тьмы. – Не то, чтобы всё кардинально изменилось. Работы много, это да, но другие отряды помогают нам чем могут. Разве что Кельвин забухал. Я как-то захода в его комнату, там и шагу ступить нельзя, чтобы не напороться на пустую бутылку. Он никогда не говорил почему, но думаю это от стресса. – Согласен. Тяжело принять то, что на тебя внезапно сваливается такая ответственность. – Говоришь так, будто тебя это не касается, – она резко замолчала и отвела взгляд, – Ты чувствовал то же самое, когда тебя назначили капитаном? – Ну, как видишь, я не забухал. Да и плюс, я скорее был зол из-за того что меня за яйца схватил именно этот старый хрыч. С другой стороны, в тюрьме я бы чувствовал себя ещё хуже, так что, полагаю, всё было не так уж и плохо. – Если не считать всего того пиздеца, который потом в течении года происходил. – Говна много везде, просто нужно научиться плавать в нём. Долго там ещё ехать, кстати? – Уже почти на месте. Диалог скрасил нам скуку во время поездки. Теперь я знаю как обстоят дела на родине. Насколько могу судить, всё идёт на поправку. Я знаю, как все относятся к моему поступку, я их, считай, предал. Но и вернуться я уже не мог. Тогда, в том лесу, за всю жизнь я впервые пожелал истиной свободы. Если бы я не ушёл, дела пошли бы только хуже. К слову, интересно как там Рей поживает, я слышал его отстранили от должности. Нужно будет спросить об этом позже. Сейчас же транспорт подъезжает к внушительному зданию, ограждённому массивным каменным забором. Припарковавшись возле больших железных ворот, мы поочерёдно вышли из машины. – Точно не хотите, чтобы я вас сопровождал? – Нет, всё нормально. Не зря же я этого парня наняла. – Как скажете. Договорив с шофёром, Катрина поспешила ко мне, а после и обогнала, устремляясь к главным дверям. Вот какое оно, поместье семьи Дьяконовых. Примерно так я его себе и представлял, пока мы ехали. Огромный двор на территории и большое здание из тёмного дерева и узорчатого гранита. Здесь два, нет, три этажа, а в ширь оно, наверное, как ангар пятого отряда. Прогуливаясь по каменной плитке, ведущей до входа, по обе стороны росли яркие квадратные кусты. Можно было заметить неподалёку и цветущую клумбу, за которой тщательно ухаживали. Могу предположить, что над здешней красотой старалась не одна служанка. Всё это не могло не напомнить мне о моей старой жизни, ещё когда семья Куромото была у власти. Отрывистые воспоминания начали лезть в голову, но я быстро отбросил из, сконцентрировавшись на дороге. – Что-то не так? – поинтересовалась Катрина, заметив перемены в моём лице. – Просто пошли дальше. – Веди себя прилично при моём лице. Не хочу, чтобы ты опозорился. Я ничего не ответил и мы в тишине дошли до входных дверей. Внутри поместье такое же величественное, как и снаружи. Весь интерьер выполнен из лучших материалов, множество украшений расположено на стенах и шкафах. Дорогие ковры, люстры, большое количество мебели и конечно, то, что бросается в глаза почти сразу, – служанки. По прихожей проходило несколько таких и одна из них, увидев нас, направилась навстречу. – С возвращением, госпожа, – она уважительно поклонилась. – И тебе привет, Ира. Я ведь говорила вам всем обращаться ко мне более формально. Но что важнее, мой отец сейчас дома? – Да, господин находится в своём кабинете, как обычно. Сопроводить вас? – Не нужно, не хочу лишний раз дёргать тебя. – Разрешите спросить, что это за гость с вами? – она озадаченно посмотрела на меня. – Позже познакомимся, мы торопимся, – выпалил я быстрее Катрины и пошёл вперёд так, будто знаю дорогу. Сама же она попрощалась с горничной и быстро подскочила ко мне, а я намеренно пропустил её вперёд. Мы поднялись на третий этаж по лестнице. По пути меня посетила мысль, что это здание просто само по себе очень старое, а не намеренно выполнено в стиле европейских дворян века эдак семнадцатого, иначе я не могу поверить, что настолько богатая семья не установила бы лифт в свой трёхэтажный дом. Собственно про последний этаж, он похож на рабочую зону. Здесь не очень много дверей, но зато помещения, по всей видимости, просторные. По пути я заметил библиотеку, склад, архив, несколько других кабинетов и, конечно, самый главный – офис главы семьи. На табличке рядом написано имя Роман Дьяконов. – Ну что, готов? – переспросила Катрина для полной уверенности. – Ещё как. Услышав мой уверенный ответ, она незамедлительно постучала в дверь, после чего получила разрешение на вход. Перед нами раскинулся довольно большой кабинет с кучей шкафов, забитых огромным количеством бумаг. Даже в академии и полицейском участке я столько не видел. Напротив двери, в самом конце кабинета, за столом сидел мужчина явно за 40 и набирал что-то на компьютере. Его рабочее место было захламлено большим количеством бумаг, а также можно было заметить пустые упаковки из под каких-то медицинских препаратов. Сам мужчина носил строгие серые очки с тонкой рамой; у него были короткие серые волосы, с небольшим оттенком синего, и такого же окраса пышная борода; его лицо было полно морщин, под глазами глубокие мешки, выглядел он раздражённо и устало, почти пустые аквамариновые зрачки, изредка моргая, пялились в экран и лишь появление дочери смогло оторвать его взгляд. – Ох, Катюша, это ты, – томным голосом удивился он внезапному появлению. Катрина тут же уверенной и быстрой походкой приблизилась к столу и схватила одну из пустых пачек таблеток. – Папа! Я тебе сколько раз говорила – не перерабатывай! Тебе врач прописал эти таблетки, чтобы ты после приёма отдыхал, а ты их в офисе принимаешь! – Ох… Ты совсем как Даша… Я понимаю, но работы очень много в последнее время. Рук не хватает, приходится всё самому делать. – У тебя ведь полно секретарей, почему ты их не назначишь этим заниматься? – Эта работа касается непосредственно нашей семьи, я не могу позволить всяким посторонним дилетантам заниматься этим. – А-а-ргх, как же достало! – она со злости закинула пустую пачку прямо в мусорное ведро, стоящее с другой стороны стола, – Тебе твоя работа важнее собственной семьи! Ты вообще думаешь о том, что ты таким отношением можешь всё разрушить?! – ему было нечего на это ответить. Ещё с минуту она ходила по кабинету туда судя, скрестив руки на груди и периодически злобно рыча. В конечном счёте она успокоилась и смогла начать разговор, ради которого мы и пришли сюда. – Ладно, я пришла сюда не за этим. Помнишь, как ты отверг всех кандидатов в мои телохранители одним махом? Я нашла ещё одного и лично ручаюсь за него. Если и он не подойдёт, то ко мне придётся ставить военных. – Этот парень значит… Расскажи о себе, – Катрина сама хотела начать рассказ, но я её опередил. – Дайго Куромото, 19 лет. Родом из Империи Тьмы, по образованию элементаль, им же и работаю. – Элементаль значит… Насколько ты силён? – Мой ранг оценивается как «Капитанский», это высший уровень в моей стране. И ещё кое-что, не знаю, скажет ли вам это о чём либо, но взгляните, – я достал эмблему с гербом Империи Тьмы, которая является символом признания императора, как он мне сам говорил. Роман взял в руки предмет и начал вертеть в руках, разглядывая его со всех углов. В моменте он резко остановился, будто осознав что-то, от чего даже его лицо переменилось. – А твои родители– – Это не имеет отношения к делу, – перебил я собеседника. – Понятно… Держи, – он протянул эмблему назад, – Этого достаточно, но напоследок ответь: кем же ты работал на родине? – Вы ведь знаете, что в Империи Тьмы ваша дочь является членом бродячего отряда? – он кивнул, – В общем, первое время, когда отряд был только основан, я был её начальником. От моих слов у него глаза стали по пять копеек, но он быстро пришёл в себя, о чём-то задумавшись. Он будто сопоставлял факты у себя в голове и в конце смог вынести вердикт. – Что ж, в таком случае я одобряю твою кандидатуру, ты удовлетворяешь мои требования. – Благодарю, – я аристократично поклонился. – Сейчас у меня нет времени. Официальный контракт будет сделан через несколько дней, до тех пор попрошу тебя ожидать. – Я сообщу тебе, как всё будет готово, – обратилась ко мне Катрина с довольной улыбкой. На этой ноте я покинул помещение и стал ждать за дверью, пока выйдет и девушка. Не успел я даже заскучать, как она тоже вышла. Она сопроводила меня до выхода. На первом этаже, проходя по прихожей, на меня кто-то усердно пялился. Вычислив этого человека, им оказалась взрослая девушка с голубыми волосами. На служанку не похожа, да и цвет волос выдаёт в ней кровь Дьяконовых, но она точно не мать, слишком молодо выглядит. Тогда, может быть это «Даша», которую упоминал Роман? По такой логике, она, наверное, должна быть сестрой Катрины. И всё же не нравится мне её взгляд. Она меня знает? Ей кто-то рассказал про меня? В любом случае, не похоже, чтобы она доброжелательно ко мне относилась. Ну, сомневаюсь, что мы ещё увидимся. Я ведь не должен Катрину ещё и внутри дома сопровождать, да? По крайней мере, я так думаю. А тем временем меня вывели на улицу и я могу насладиться свои последним свободным временем, ведь со следующего дня его у меня уже не будет. Только я собрался уходить, как Катрина снова остановила меня. – Держи, тут аванс, – она протянула мне солидную пачку купюр по 5 тысяч рублей, – Всё таки, если бы ты со мной не пришёл, то не думаю, что отец бы согласился. Так что считай это моей благодарностью. Ах, и ещё кое-что. Тебе ведь сейчас негде жить, я правильно поняла? – Так заметно? – В общем, я тут присмотрела квартиру довольно дешёвую под сдачу. Она недалеко, ссылку и контакты продавца я тебе сейчас перешлю. – А ты всё далеко наперёд придумала. Ты была настолько уверена, что я соглашусь? – проговорил я, доставая телефон. – Не то, чтобы у тебя был выбор. – Будто бы ты реально слила мою личность, – на её лице повисло недоумение. – И зачем ты тогда согласился? – Потому что я знаю, что рядом с тобой водятся деньги, – после этих слов я резко развернулся и начал уходить. Могу представить, как её лицо изменилось после сказанного. Она пробубнила что-то себе под нос и пошла обратно в поместье. Я же направился к адресу этой самой квартиры, информацию о которой только что поступила на телефон. Она и правда недалеко, район тоже не самый плохой, цена не кусается, должны же быть какие-то подводные камни? Может продавец мудак, или соседи буйные? Первое я как раз и намеревался выяснить. Набрав указанный на странице квартиры номер, спустя несколько секунд мне ответил томный мужской голос. Сказав, что я собираюсь заселиться, он на секунду приободрился, но снова помрачнел почти сразу. Назначив место встречи, он прибыл туда через 15 минут. Внешне он выглядел обычно, каких-то примечательных черт не имел, разве что был сильно уставшим, что модно было понять по глубоким мешкам под глазами и убитому взгляду. Немного поговорив, он провёл меня в квартиру, показав небольшую экскурсию. Кроме того, он вывел несколько правил, которые я должен соблюдать, чтобы заселиться. Первое – не шуметь после десяти вечера, так как в здании живут в основном старики, которые на такое могут пожаловаться. Второе – всяческой техникой можно пользоваться, но другими вещами, типа одежды, средств гигиены и т.д. – нельзя, нужно покупать самому. Третье – ничего не ломать, иначе за ремонт придётся платить самому, особенно осторожным нужно быть со столом и креслом. Четвёртое – по выселению всё должно остаться в таком же состоянии, в котором и сейчас. Соблюдать всё это для меня не проблема, так что недолго думая, я отдал мужчине деньги, а он взамен отдал мне ключи. Он удивился от моего согласия, видимо, здесь давно никто не жил, что видно по состоянию квартиры. Но даже это для меня более чем комфортные условия. Я жил и в местах куда хуже этого, а тут есть всё необходимое, пусть некоторые вещи и старые. Осмотревшись напоследок, я разделся и прилёг на кровать. Проверив телефон ещё раз, я с удивлением обнаружил несколько пропущенных от Буллета. Как это я их не услышал? Да и когда он звонил вообще? В любом случае, лучше наберу его. Спустя несколько длительных гудков с той стороны послышался голос. – А я уж думал ты сдох. – С чего бы? – Да я буквально на десять минут отошёл, а тебя уже и след простыл. Хожу ищу – нет тебя, звоню – не берешь трубку. Чё тебя в этот раз угораздило? – Работу нашёл. – О-о, ну ни хрена ж себе, – он немного посмеялся, – И что там, нормально сыплют? – Определённо. Единственный минус – она почти круглосуточная. Свободного времени у меня в общем немного будет. – Ебать… Ну ты попал конечно, парень. Ладно уж, если зарплата реально такая хорошая, как ты говоришь, то можно и потерпеть. Я тогда попробую поработать в какой-нибудь больнице или заняться донорством. Главное, чтобы не спалили, что мои органы не настоящие, ну и чтоб они не распались раньше времени. – Не стыдно тебе так людей обманывать? – Из этой страны – нет, – его слова остры, как иглы. Похоже, за этой неприязнью есть существенная причина, – Кстати, а чё насчёт нашего пира? Я ведь не просто так за продуктами ходил. – Контракт мне подготовят только через несколько дней, так что завтра сможем встретиться. Бери всё с собой, есть тут у меня место, где это можно обработать. – О как, я заинтригован! Тогда увидимся завтра. – Бывай. – Ага. Закончив вызов, я отбросил телефон на тумбочку рядом и нырнул под одеяло. Сегодня действительно много произошло и когда я думаю об этом, то чувствую себя таким уставшим… Думаю, лучше лечь пораньше. Завтра будет тяжёлый день.