На Тисовой, на Тисовой... плум пудинг ели рисовый. Часть первая
20 ноября 2024 г., 19:48
— А кто эти сталик со сталухой?
Первый же вопрос малыша поставил в тупик не только Гарри, но и Гермиону.
Как бы не брякнул малый насчет старика и старухи при Дурслях, а то на этом натужная приветливость хозяев может закончиться.
— Ну, мы же играем, правда? — нашлась Гермиона. — Считай, что это твои дедушка и бабушка.
Малыш задумался, потом пожал плечами.
— А зачем мне дедушка и бабушка? Они иглать не умеют, навелное.
Поттер сообразил, что кроме мамы и папы малыш никаких родственников не знает.
— Ну ты представь, что это твои родители только через много-много лет. Такие старенькие уже.
Было видно, что малыш пытается представить, как его худой и высокий папа Том через много-много лет превратится в низенького и толстого старичка. Ну, не выходит никак!
С мамой Беллой дела были еще хуже. Она станет такой же высохшей пергаментной старухой?
Кошмар!
В глазах малыша появились слезы и проделали дорожки на бледных щеках.
— Не хочу много-много лет, — всхлипнул он, хватаясь за Слизю.
— Ну не хочешь, и не надо! — поспешно воскликнула Гермиона, укоризненно глядя на Гарри.
— В другую игру поиграем, — подхватил Поттер, поняв свою оплошность. — В какую ты хочешь?
Малыш думал недолго.
— В лошадки! — слезы у него словно по волшебству высохли.
Гермиона сочувственно посмотрела на Поттера.
— Готовься... папочка.
— А почему сразу я? — возмутился Гарри.
Гермиона лишь усмехнулась.
— Неужели ты допустишь, чтобы твоя драгоценная супруга стала ломовой лошадью?
— А мне, значит, становится лошадью можно, — проворчал Гарри недовольно.
— Конем, милый мой! Конем!
И заслонив Гарри от взгляда малыша, Гермиона нежно провела рукой по экстерьеру Поттера там где... м-м-м-м...
— Ох! — с готовностью охнул Гарри, соображая, какая душевая сейчас ближе.
— Тебе надо срочно принять душ с дороги, моя дорогая. Посиди, малыш, мы сейчас быстро... придем. Поиграем в душ и придем.
И увлек притворно сопротивляющуюся Гермиону к дверям.
А потом они...
Ну, читатели, вы поняли.
Дюша Метелкин.
Мистер Лапка довольно быстро описал им ситуацию, не преминув отметить, что вместе с Гарри Поттером прибыла хозяйка самого Живоглота, который уже лет триста пользуется непререкаемым авторитетом в этой части магической Британии!
Книззлы дружно издали подобострастное "РВАУ-У-У!" и начали обсуждать, чем они могут помочь мисс Гермионе, если возникнут проблемы с новыми жильцами, которым мисс Фигг сдала свой дом в аренду.
У них уже было поручение от мисс Фигг, наблюдать и докладывать о всем происходящем, но появление хозяйки Живоглота разом изменило все.
Ясно ведь, что эта Грейнджер появилась тут не случайно. Видимо, она выполняет задание Живоглота и должна оценить, исходит ли опасность от этого пресловутого Тома Реддла и его жены.
Логика простая.
Дамблдор попросил мисс Фигг сдать свой дом в аренду Тому Реддлу.
Мисс Фигг как всегда выполнила его просьбу и оставила книззлов наблюдать за новыми жильцами. Кто же справится лучше?
И тут в соседний дом прибыла Гермиона Грейнджер.
Что из этого следует?
Правильно! Живоглот прислал сюда свою хозяйку с тем же заданием что и у них, на тот случай, если все боевые книззлы полягут в схватке с врагами и не смогут выполнить свою миссию.
Все объяснилось просто.
Да здравствует мудрость Старого Мудрого Книззла!
Тут же они приняли решение разделиться.
Двое наблюдают за этим домом и двое за тем.
И никаких донесений для мисс Фигг и Дамблдора не отправлять, пока им это не разрешит сам Живоглот или хотя бы его посланница — Гермиона Грейнджер!
* * *
— Мы останемся здесь, мадам! Такому категорическому тону Беллатриса возразить не могла. Когда супруг называл ее "мадам", дальше капризничать и качать права уже не стоило. Ну подумаешь, ванна в этом домишке прослужила лет двести? Мелочи. И не стоило ей так расстраиваться и доводить супруга до белого каления. Можно же почистить ее заклинанием Эванеско, да и Репаро пригодится, чтобы четвертая ножка ванны не болталась на ржавом железе. А то при ее обрушении еще долбанешься затылком об закопченную стену и окажешься на кухне... хотя нет... в спальне. А может и на улице. Чертов агент по магловской недвижимости. Авада по нему плачет горькими слезами. — Том, извини, просто я вся на нервах... — начала она отступной маневр. Да только мужа не проведешь. — Свои нервы, Белла, прибереги для сына. Ступай! Беллатриса вздохнула и пошла наводить в доме старой сквибки хоть какое-то подобие порядка и уюта. Эта мисс Фигг изрядная неряха. Потому, видимо, мисс и осталась. Да и насчет еды надо позаботиться. У Тома какая-то странная отрыжка появилась. Кажется, магловский доктор, которого месяц назад она почему-то не стала убивать, назвал это заболевание хрюэксом... нет... плюэксом... не, не то... вспомнила... Рефлюэксом. Язык сломать можно. Питаться Тому надо нормально, а не полусырых лягушек глотать по старой нагайновской привычке. Где тут кастрюли? Интересно, доставка сегодня есть? Сочельник как-никак... Том Реддл стоял у окна, мрачно рассматривая ангелочков, перемигивающихся в гирляндах соседних домов . Изощренная темная магия, отработанная десятилетиями, не подвела его и на этот раз. Он чувствовал, он знал, что его сын находится где-то поблизости... "Опять твои игры, Дамби?.."* * *
Мистер Лапка благополучно миновал контролируемую местными псами дорогу и нырнул между голых ветвей живой изгороди на участок мисс Фигг, где безраздельно властвовали книззлы. Случайно забредшая сюда собака могла лишиться не только хвоста, но и глаз со шкурой в придачу. Боевой отряд книззлов ждал Лапку в полном составе. Тут были все: Снежок, Мистер Тибблс, Хохолок и* * *
Малыш уже примеривался опробовать шею усталого, но довольного Гарри, стоящего перед ним на четвереньках, как вдруг в комнату деликатно постучали. Поттер тут же вскочил. Малыш недовольно засопел. Гермиона, приводившая себя в порядок после сладких и жарких минут в душевой, бросив тревожный взгляд вокруг себя, спокойным голосом ответила: — Входите, входите. Кто там? Дверь приоткрылась. "Там" оказался Дадли собственной персоной. — Э-э-э-э... Ясно было, что отпрыск Дурслей уже забыл, в каких выражениях следует пригласить семью Поттера куда-то там. Скорее всего в столовую. Или в гостиную. Достали его родоки своими поручениями! — Уже пора, Дадли? — пришла ему на помощь жалостливая Гермиона. Толстый увалень с малоподвижным ничего не выражающим лицом, выдохнул с облегчением: — Ага! — В столовую, Дадличек? — уже голосом педагога, общающегося с аутистом, уточнила она. — Ага, — не стал усложнять свой словесный репертуар младший Дурсль, но нашел в себе силы добавить. — Куда ж еще? Восторженный протяжный шепот малыша нарушил эпичность общения. — Бегемо-о-о-от! Гарри и Гермиона тут же начали озираться по сторонам в поисках означенного изображения экзотического животного или его фигурки. Но нет. Глаза малыша, распахнутые от восторга до немыслимого предела, были прикованы к расплывшейся в дверном проеме фигуре кузена Гарри Поттера.
