Smile with me

Чонгук не ревнует. Это собака, его собака, серьезно, что-то не так в его голове. Это Кен, милый сенбернар, которого он лично вырастил и который теперь может раздавить его без особых усилий. Он может понять, когда ревнует и защищает, когда какой-то альфа продолжает беспокоить Тэхена, но собака? — Гук! Смотри! — кричит Тэхён. Они не так далеко, Чонгук отдыхает на стуле на заднем крыльце, а Ким-на-пятом-месяце-беременности-Тэхён играет с его собакой на скошенной траве. Это их первый раз в Пусане с тех пор, как они узнали, что Тэхён носит внутри себя маленького щеночка. Чонгук много плакал (Чимин не знает, иначе он никогда бы этого не допустил), а его собака игнорировала его, хотя они не виделись целую вечность, как будто его больше не существует. Когда они вернулись домой, Кен немного обнюхал его, а потом сразу направился к Тэхёну. Сначала Чонгук не понял, они росли вместе, и вдруг он стал никем, но потом до него дошло. Кен обнюхивал животик Тэхёна, а через секунду уже терся о него мордой. Тэхен на мгновение замолчал, изучая это странное поведение, а затем начал хихикать, пытаясь приласкать каждую часть тела собаки. Чонгук пришел к выводу, что Кен почувствовал в Тэхёне что-то новое и что особенно сейчас его запах похож на его собственный. — Будь осторожен, — предупреждает его Чонгук, поднимая взгляд от телефона в своих руках. Он сделал несколько фотографий, одна из которых уже стала его заставкой на главном экране. Тэхен лежит на траве и хихикает, потому что Кен вылизывает его живот, это противно, но, похоже, Тэхену это нравится, поэтому он держит рот на замке. Кен виляет хвостом как сумасшедший, слюни брызгают во все стороны, а мозг кричит, что нужно что-то с этим делать, его малыш под кожей весь в слюнях, но широкая улыбка, смех и волнение Тэхёна помогают ему не уводить Кена как можно дальше. — Смотри, смотри! — снова кричит он, пытаясь оттолкнуть пасть Кена от своего лица, избегая его огромного языка. Чонгук усмехается, он не видит собственного лица, но уверен, что сейчас у него очень ласковое выражение. — Я смотрю, — говорит Чонгук, повышая голос, потому что смех Тэхёна становится все громче, и даже если он позвал его, он слишком увлечен игрой, чтобы обращать внимание на то, что говорит Чонгук. — Виноградинка шевелится, думаю, он счастлив! — говорит ему Тэхён, сдаваясь перед силой Кена. Сначала одним лизанием пес смачивает половину его лица, а затем кладет всю свою морду на грудь Тэхена. Чонгук хмурится, ему не нравится, когда Тэхён использует названия фруктов или овощей, черт, это же ребенок, а не маленький помидор или как там его Тэхён называет. — Не называй его так, — говорит Чонгук, все еще хмурясь. Даже если Тэхен не смотрит на него, он как будто знает, что происходит, только услышав его голос, потому что сразу же переводит взгляд на него. — Почему? Тэхён дуется, останавливаясь, чтобы погладить Кена по голове. Он встает, поддерживая свой вес на руках, рубашка падает, снова прикрывая его маленький животик. Чонгук кашляет в кулак, он не хочет спорить об этой глупой вещи, но он терпел это слишком много раз. — Не делай такое лицо, ты же знаешь, мне оно не нравится, придумай ему имя унисекс или что-нибудь в этом роде, — говорит Чонгук, поднимаясь со стула и идя к Тэхену, на его губах извиняющаяся улыбка. Тэхен опускает голову и кладет обе руки на живот. Если Тэхен сделал это, чтобы скрыть свои блестящие глаза, то теперь он может быть проклят. Вероятно, Кен почувствовал напряженную атмосферу, потому что перестал вилять хвостом и теперь смотрит на Чонгука так, словно готов напасть на него, чтобы защитить Тэхёна и ребенка. Чонгук подходит осторожно, меньше всего ему хочется сломанных ребер или укуса за руку. — Кен, все в порядке. Оставайся здесь, дружище, — шепчет Тэхен, проводя рукой по шерсти, пытаясь успокоить его. Голос у него тоненький, и это разбивает сердце Чонгука. — Ты можешь посмотреть на меня?—спрашивает Чонгук, опускаясь на колени, но оставаясь на безопасном расстоянии от двух (трех) других. Тэхен дрожит, хотя сейчас август и солнце обжигает их кожу. (— Если хочешь выйти на улицу, нужно наносить солнцезащитный крем, особенно на живот. — Солнце полезно для ребенка, это все витамин D, Гук, поверь мне. — Мне все равно, просто пользуйся. — Да, конечно. — Тэхён. — О боже, я сказал "конечно"!). Чонгук вздыхает, с беременностью появился не только ребенок, но и перепады настроения, много слез, тяжесть, и это только пятый месяц, он не сможет справиться с остальными четырьмя. — Пожалуйста, котенок, — пытается Чонгук. Милые прозвища всегда работают, но, возможно, не в этот раз. Он знает Тэхёна с первого курса, они познакомились, потому что тот, будучи добрым и все такое, помог ему найти свой класс, а Чонгук в ответ предложил ему кофе, так что он может сказать, когда тот не говорит ему то, что его беспокоит. — Я знаю, что ты что-то скрываешь от меня, и знаю, почему тебе не нравится, когда я использую эти имена, — пробормотал Тэхён, поглаживая голову Кена. Чонгук снова хмурится, а может, это и не исчезало никогда. — О чем ты говоришь? — спрашивает Чонгук, смущаясь, и подходит немного ближе, Кен кажется теперь спокойнее, его голова лежит на бедре Тэхёна, рядом с его животом. — Чимин сказал мне, — начинает Тэхен, наконец поднимая глаза и останавливая их на глазах Чонгука. — Он сказал мне, Гук. Он сказал, что Юнги знал пол их ребенка, тогда почему ты скрываешь это от меня? Что-то не так с ребенком? Он болен? Скажи мне, ты же знаешь, что я могу с этим справиться. Крупные слезы катятся по его лицу, и он не делает ничего, чтобы остановить их. — Что? Это не... Он в порядке, Тэ, ты бы знал, если бы это было не так, — успокаивает его Чонгук, поглаживая по щекам, чтобы унять слезы. — Я не сказал тебе, потому что ты не спрашивал, я думал, что ты хочешь, чтобы это был сюрприз, поэтому я ничего не сказал, но если ты хочешь, я могу рассказать тебе сейчас, я могу рассказать тебе все, его пол, сколько раз бьется его сердце, описать его запах, все, что ты спросишь, — Чонгук продолжает говорить, улыбка появляется на его губах. Тэхен мало общается с мамой, особенно после того, как он сказал ей, что собирается жить с Чонгуком. Она никогда не любила его, поэтому единственный человек, которого он может спросить о беременности, - это Чимин. Тэхён кивает, вытирая кожу подолом рубашки. — Я хочу, чтобы это был сюрприз, — шепчет Тэхён, и его лицо расплывается в улыбке. Чонгук наклоняется ближе, поднимает руки, чтобы взять Тэхёна за лицо, тот продолжает улыбаться, квадратная улыбка и яркие глаза, которые с каждым днем заставляют влюбляться все сильнее и сильнее. Ему так повезло, он был потерян, одинокий альфа, блуждающий в собственной печали, но потом пришел Тэхён и принес свет в его темную жизнь, он спас его, и он все еще делает это своей улыбкой, своим голосом, своими поцелуями, своими нежными ласками, своей любовью, а теперь он дарит ему ребенка, другого человека, который заставит его чувствовать себя в безопасности, который заставит его увидеть свет, прекрасную часть его жизни. — Ты собираешься меня поцеловать или как? — Тэхён вырывает его из размышлений, в его голосе звучит легкая ирония. Чонгук смеется и, наконец, делает так, что их губы встречаются в поцелуе, но Тэхен оказывается быстрее, он нежно покусывает нижнюю губу, захватывает ее между губами и посасывает. Затем он проводит по ней языком, чтобы облегчить небольшое жжение. После того, как Тэхён проделал это два раза, Чонгук встречает его язык своим, заставляя омегу прекратить свои действия и перемещая языки в рот Тэхёна. Чувства Чонгука переполнены его запахом, единственным, который сводит его с ума. Тэхён задыхается, кладет руку на бедра Чонгука, чтобы не упасть на него, но тот все равно касается его твердого живота, заставляя улыбнуться в поцелуе. Тэхён разрывает поцелуй, слегка нахмурившись: — Почему ты улыбаешься? Ты издеваешься надо мной, потому что я толстый? Чонгук смеется, качая головой: — Мне просто нравится чувствовать бугорок на твоем теле, — говорит он, поглаживая щеки Тэхёна, затем опускает руки на живот, поглаживая кожу через рубашку. — Я люблю вас. Я люблю вас обоих.