Раскраска по номерам

Лето 1999 года было наполнено веселыми детьми, любовью и смертью. — Джинни, перестань таскать у отца сигареты. Лучше выйди на улицу, там приехали дети из города, может познакомишься с кем-нибудь. Хенджин неохотно поднялся с растрепанного дивана и взял мятную жвачку. Которую когда-то так любила его мать… Хван понимал, что больше не услышит от матери нежных слов, ее изогнутые в лёгкой улыбке губы уже никогда не шепнут тихое «люблю тебя, сынок». Он понимал, что все, что ему слышится — это всего-навсего болезнь, от которой уже никуда не деться. Посмотрев на пустое кресло, он без единой эмоции вышел во двор. Его белоснежные волосы трепались на ветру, а черная, как самая темная туча рубашка с миллионами дырок, которые он делал канцелярским ножом, развивались на нем, как на пугале. — Чёртово солнце, — пробормотал Хенджин, жмурясь и прикрывая рукой свое бледное лицо. — Эй, хён! — послышался знакомый голос. Хван не смог припомнить, кому он принадлежит. — Джинни, это я, Сынмин. Повернув голову к забору, он увидел лишь темную макушку и два кофейных глаза, что выглядывали из-за него. — Почему ты тут? — раздражённо спросил Хёнджин. Несмотря на недовольный тон, он был рад увидеть своего лучшего друга. — Не бурчи. Пойдешь со мной смотреть на детей из города? — Идём. Только дай мне запереть дом. Обернувшись к двери, Джинни закрыл её, а ключи бросил под коврик. Миновав старую лестницу, он приблизился к младшему. Сынмин ярко заулыбался, пропуская старшего вперёд и довольным щенком следуя по пятам.

***

Через пятнадцать минут они уже были на большой поляне у дороги. На ней собралось много людей, отчего Хëнджину стало не по себе. И выражение его лица говорило о том, что он возненавидел Сынмина в ту же секунду. Младший только извиняющеся улыбнулся под его тяжёлым и слегка враждебным взглядом. Так как даже спустя десять минут дорога оставалась пустой, Хëнджину надоело стоять под солнцем и он решил уйти, махнув рукой Сынмину, показывая, что он устал и идёт домой. — Стой, подожди еще хотя бы пять минуточек, — умолял Сынмин с щенячьими глазами. Хёнджин не мог этому противостоять. — Только пять минут, — предупредил он, скрестив руки на груди. Вскоре к месту, где собралась любопытная толпа, подъехал старенький автомобильчик. Оттуда вылезли двое парней: один маленький, беленький, словно солнечный лучик. Ветер трепал его белоснежные волосы, что искрились и переливались на солнце, будто он вовсе не обычный человек, а принц, который вышел из сказки. На нем была длинная белая рубашка, которая прилегала к его маленькому телу, и черные бриджи. Второй же выглядел иначе, но не менее прекрасно. Грудь и плечи обтягивала черная футболка, а бёдра — джинсы светло-голубого цвета. В руках он держал что-то на подобии брелка. Глаза прикрывала черная кепка. — Здравствуйте, — поздоровались они, когда автомобильчик, грохоча, укатил. — Мы флористы, приехали изучать местную природу, — с улыбкой пожал поочередно Сынмину и Хенджину руку тот, что был в кепке. — Мое имя Ли Феликс, но вы можете звать меня просто Феликс, — улыбнулся маленький лучик солнца. — Меня зовут Кристофер Бан, но вы можете звать меня попить с вами пиво, — захихикал второй. — Хен-и! — возмутился Феликс, слегка ударив парня по руке. — Да ладно тебе, Феля, успокойся, — по-дружески толкнул его в бок Бан и ярко улыбнулся. — Можете звать меня Бан Чан, но лучше просто Чан. Хёнджин не мог оторвать от Феликса взгляда. — У вас ведь есть что-то вроде отеля? — с надеждой спросил Бан. — Нет, но вы можете остаться у Хёнджина, — уверенно заявил Сынмин, приобнимая старшего одной рукой. — Чё? — возмутился Хван, пытаясь освободиться из сынминовой хватки и оттаскивая младшего подальше. Тот кинул извиняющийся взгляд на парней, позволяя Хвану утащить себя. — Капче, ты все ровно один живёшь, а тут хоть развлечешься. А я буду приходить каждый день и проверять, как у вас там дела. —Пошел ты, я не ждал незваных гостей, — прошипел под нос Хван. — Ну пожалуйста, Джинни, не на улице же им оставаться! — Если ты так печёшься о них, так пусть поживут у тебя. — У меня бабушка, я не могу… — шмыгнул носом Сынмин. — Ну пожалуйста, хочешь, я могу на коленях попросить? — Да мне хоть ползай, все равно. Тут Сынмин и вправду начал становится на колени. Хёнджин, увидев это, резко схватил его за локоть и поднял обратно. — Ты дебил или да? Не позорь меня! — Тогда возьми парней к себе. — Блять, ну будто котята какие-то, — вздохнул Хенджин, сдаваясь. — Ладно, возьму, только не включай драму. —Ура! — Сынмин развернулся к парням, что все это время стояли поодаль, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Вы можете брать свои вещи и идти к Джинни, — объявил он, прыгая от радости.