Stay with Me

— Юнги-хену что-то надо? На лице Чимина появилась лукавая усмешка. — Непревзойденному наследнику Слизерина — Мин Юнги — нужна наша помощь? — подхватил слова своего парня Чонгук, обнимая его за плечи. Юнги скрипел зубами, глядя на эту сладкую парочку: полурослик Чимин, по совместительству его одногруппник и тупоголовый грифф Чонгук. Юнги мысленно проклинает себя за то, что решился к ним подойти. А вот если эти двое ему не помогут, то Мин проклянет их на веки вечные. — Смените тон, — процедил Юнги, распихивая их и садясь посередине. — Иначе я подсуну вам в кровать ядовитых змей для остроты ощущений от вашей беспорядочной половой жизни. — Юнги-и, — протянул Чимин с милым личиком. — Не обижайся. Не каждый день ты подходишь к нам за помощью. Что ты хотел? Мы с Чонгуком поможем чем сможем. — Гриффиндорец хотел было возмутиться, но Пак остро ткнул ему в бок. — Мне, как бы, нужен… совет. Юнги незамедлительно и позорно покраснел. Как будто его застукали за разглядыванием какой-нибудь неприличной колдографии. Где обязательно был изображен Ким Тэхён. Когтевранец Тэхён, который развратно покусывает кончик пера, когда думает над тестом. Тэхён, который является метаморфмагом и меняет свой цвет волос каждый день: сексуально-красный, глубоко-синий, бледно-розовый. Сейчас он, например, ходит с серебристыми. Юнги одобряет — серебро ему идеально подходит. Как-никак серебро — часть Слизерина. Тэхён… — Юнги нужен наш совет? — не выдерживает Чонгук и гаденько ржет. Юнги точно превратит его в жабу и кинет в Черное Озеро какой-нибудь твари на съедение. — Сейчас наверное Темный Лорд восстанет из мертвых, Снейп станет нашим деканом, а Гарри Поттер откроет свою пекарню?! Юнги пропускает слова недостойного его внимания мимо ушей. — Я просто не знаю. Как понять, что ты кому-то нравишься? Или, наоборот, не нравишься? Когда вот вы вроде и не общаетесь толком. А если совместный проект делать, так он, видите ли очень умный, он все сделает сам. А я может хочу посодействовать, да и просто рядом побыть?! И вот идешь к нему в библиотеку, где он все сам за двоих и делает, хочешь высказать все, а замечаешь что он сидит понурый какой-то и раздавленный, склонив голову, заглядываешь через его плечо, а там… Юнги не хватает воздуха: он столько слов за всю свою жизнь не говорил. — А там — колдография одного напыщенного слизня? — едко пробивает Чонгук. Чимин снова тыкает его в бок, и его голос сладкой патокой вливается в ухо Юнги: — А этот загадочный «он» носит мантию с синим цветом, меняет свою внешность по щелчку пальцев, и имя у него такое интересное, симпатичное, как и он сам, не ревнуй, Куки. — Подмигивает Чимин и продолжает: — Как же там «его» зовут… Тэмин, Тэйлор? Юнги хочет юрко соскочить со скамейки и трансгрессировать куда-нибудь подальше отсюда. Он, очевидно, сболтнул лишнего и просить совета у этих двоих было идеей провальной и бредовой. Да и как он, Мин Юнги, мог вообще надеяться, что Тэхён… Когтевранец-то явно тоже думает, что Юнги — заносчивый, напыщенный и самовлюбленный. Он опустил голову. Эх, а как хочется простого человеческого лежать под Тэхёном, чувствовать пульсацию его сердца и не только сердца… А фото он случайно видимо где-то раздобыл. Быть может в одной из газет, которые он собирал для подготовки. Семья Мин разводит единорогов и продает их волосы для создания волшебных палочек. Они часто мелькают в полосах. — Зря я к вам пришел. Забудьте об этом! — злостно буркнул Юнги и быстро встал. Он размашистой походкой поспешил прочь из зала. И думал, пусть только те двое попробуют кому-то проболтаться, Юнги всех отправит прямиком в Румынию на корм большим драконам. Вот только далеко убежать у него не получилось: схватили его в четыре руки резко и приперли к стене. — Чонгук, крепче держи его, удерет! Юнги брыкается, вырывается, вот только куда ему тягаться физической силой с огромным Чонгуком. Мин злой и отчаянный, а потому выплевывает все как есть: что сердце у него замирает, когда Тэхён рядом, что ближе к нему хочется быть, касаться его всегда и везде, и чтобы глаза Кима только на него смотрели. А затем мякнет в сильных руках и затихает. — Видимо, успокоился, — говорит Чон и отпускает слизеринца. Юнги никуда не убегает. — Говоришь, поймал его с твоим колдо в библиотеке? Юнги кивает. Тэхён сидел там такой одинокий, окруженный книгами, и так хотелось подойти и прижаться к серебристой макушке губами. Он прикрывает глаза от чудных фантазий. —… Мини, кажется, он нас не слушает. — Совсем крыша отъехала от мечтаний о Тэхёне. А ты, Юнги, слушай и внимай. Мы между прочим много знаем, много видим и много слышим. И про Тэхёна твоего тоже кое-что знаем. — Чимин, ты уверен? Тэхён — мой друг, я ему обещал ничего не говорить. — Да ты после этого станешь его родным не кровным братом, Чонгук, вот увидишь! — Ладно, валяй, звучит оптимистично. Юнги переводит озадаченный взгляд с одного на другого, и ни черта не понимает. — О чем вы вообще говорите?! — Влюблен в тебя твой Тэхён! — Это правда, — кивает головой Чонгук. — Он сам мне признался недавно, когда напился. Все причитал, что видел, как ты с Лалисой в кафе сидел, понапридумывал себе Мерлин весть что. Да и в пьяном состоянии забыл, что она твоя кузина. — Дурак влюбленный, — подмечает Чимин. — Это правда? — шепотом переспрашивает он. — Зуб даю! — Самая, что ни на есть правда, — переводит Чимин с маггловского. — Кстати, Тэхён в это время в теплицах проводит, проект у него по Травологии. Юнги все тотчас понял и побежал со всех сил, как будто дементоры за ним гнались. А Чимина и Чонгука он позже поблагодарит. Слизеринец, с нехарактерной для себя ловкостью, быстро преодолел лестничные пролеты, толкнул двери и пару учеников, и бежал по узкой тропинке прямиком к теплицам. А сердце колотилось так сильно, что готово было разорваться в одночасье. — Тэхён?! — залетает он и переводит дыхание. Все последние силы спустил, чтобы имя любимое выкрикнуть. — Юнги? — удивляется Ким. — Тебе чего? У тебя же нет Травологии. — Тэхён, если бы я раньше знал… Если бы только ты сказал… Он все еще не может выровнять дыхание, говорит сбивчиво и подходит ближе. — Чего ты не знал? — тихо спрашивает Тэхён, но назад не отходит, подпускает ближе. Юнги обхватывает его растерянного руками, прижимает к себе, в охапку сгребает, держится за мантию крепко. И видит: губы Тэхёна так близко и дыхание его горячее, прерывистое, и высокий он. Тэхён смотрит сверху, замирает, опускает ресницы. — Я тебя никому не отдам, — заявляет Юнги безапелляционно и прикасается к его губам осторожно, трепетно. А Тэхён только рычит нетерпеливо, и сильная его ладонь впивается в шею Юнги, притягивая на себя. Ким раскрывает губы, впуская жаркий язык в себя, сплетаясь, отдавая. Сжимает худые бока Юнги, смотрит взглядом потемневшим, а у самого в волосах буря цветов от нахлынувших чувств и эмоций.

***

— Может не будем следить? — неловко потирает шею Чонгук, смотря за размытыми очертаниями мантий. Которые Тэхён и Юнги, видимо, друг с друга сняли. Он покраснел и отвернулся. — Еще минутку, Куки! Я пытаюсь наложить на них невербальное оглушающее и скрывающее. Мы же не хотим, чтобы их прервали…