Stay with Me

— Я заебался его любить, — бросил Чимин, садясь рядом с Юнги. Мин, словно прятался от окружающего мира, сидел за раскидистым и толстым дубом, возле озера. Сейчас шли занятия, у Слизерина была История Магии два урока подряд. Которые парни с чистой душой решили прогулять. — Не люби, — пожал плечами Юнги и стряхнул пепел с маггловской сигареты. — Гавно план, — зло отрезал Чимин и посмотрел на друга. — Вот ты бы смог Тэхёна не любить? — Нет, — покачал головой он и как-то вымученно выдохнул. — Заебал он меня… Чимин нахмурился и уставился на Юнги. А тот сидел отрешенно, словно дементора поцеловал. Вот уж странно: Юнги и Тэхён были такой красивой и популярной парой. Не могло быть иначе. Холодный Мин Юнги, наследник богатого рода, любящий темные искусства и зельеварение. И солнечный Ким Тэхён, душа компании, умный, воспитанный и очень романтичный, когда дело касается его парня. Тэхён завоевывал Юнги долго — три года. На виду у всей школы. Слал записки с признаниями, дарил цветы, очень редкие и красивые, украшения из далеких стран и восточные сладости. Дарил реликтовые издания книг и трактатов. А Чимин и Чонгук… Все сложно. Внутри все бушует и бунтует, только на горизонте этот грифф появится. Малолетка. И надо бы с этим что-то делать. Либо морду Чонгуку набить, чтобы в глазах не мельтешил, либо высказаться да рассказать как есть. На духу, выдавая чувства с потрохами. Но пока у них получалось только драться. Ожесточенно и яростно. Чонгук ему сломал два пальца на левой руке, а Чимин плечо ему вывихнул и фингал поставил. Да только плечо пострадало серьезно — гриффиндорец сейчас лежит в больничном крыле. — И что у вас стряслось? — спрашивает Чимин. — Заебал! — гневно воскликнул Юнги, сгибая сигарету пополам. — В туалет выйти нельзя, не предупредив его. Контрольщик херов. Так уж вышло, что Тэхён стремился тотально контролировать тех, кто был дорог его сердцу. И если старшие братья были, извините за тавтологию, взрослыми и в контроле не нуждались. То Юнги — другое дело. Вон он, рядом, такой маленький и хрупкий. И потому слизеринцу выпала уникальная возможность ощутить на себе все прелести тэхёновой любви и привязанности аж в тройном размере. — А мне Чонгук каждую ночь снится, — покрасневший Чимин признался и закрыл лицо руками. А покраснел так ярко и густо, что Юнги и без слов понял, какие там сны, буркнув, что не хочет знать подробности. Мин крикнул акцио, и через несколько секунд в руках оказалась початая бутылка дорого вина. — Без бутылки тут не разобраться, — пробормотал Юнги, затягиваясь очередной сигаретой. Чимин согласно хохотнул, невесело и разбито, и шмыгнул носом. — Он снится мне, — повторил изрядно выпивший Чимин. Вино это было очень крепким. — Каждую ночь, Юнгс. Я его ненавижу! Ходит как павлин, лыбится так широко, аж прибить хочется, подлизывается к учителям, странно, что жопу им еще не лижет! Чертов придурок! Заебался я… его любить, — горько закончил Чимин, уткнувшись носом в колени. — Ты не думаешь, что вам пора поговорить? Наедине. — Я ничего не думаю. Я просто хочу, чтобы он перестал мне сниться! А Юнги устал ему что-то твердить и убеждать. Ведь замечает взгляд Чонгука. Темный взгляд, которым он смотрел на Чимина, когда никто не видел. Спокойный, терпкий, любящий взгляд. Так смотрят на человека, которого знают до мелочей. До каждой улыбки, до последнего вздоха. Так смотрят на человека, которого любят. Юнги говорил это Чимину не раз и не два, но тот упорно ему не верил. Вот и сидели они вдвоем под дубом. Тихие, молчаливые. Думающие о своем. Юнги мечтал о мантии-невидимке, какая была у знаменитого Гарри Поттера, а Чимин мечтал о Чонгуке. Место у озера было мирным, прохладным и чуточку пыльным. Но это мелочи. Пока позади не раздался шелест. И шаги. Тяжелые и быстрые шаги. Взгляд Юнги хаотично заметался. Он заклинанием избавился от сигаретки и осторожно выглянул из-за угла. Очень знакомый силуэт… Через мгновение кто-то молнией осадил его и подмял под себя. — Мин Юнги! — раздался сверху громкий голос. Чимин аж вскрикнул и чуть в воду не упал от неожиданности, глядя, как Тэхён повалил его друга на землю. И Тэхён был такой яростный и обеспокоенный, так любовно смотрел на ошалевшего Юнги, что даже у Чимина сердце замерло. Он отполз подальше и подумал «эх, какие они счастливые». — Ай! Бля, Тэхён! Ты сдурел что-ли?! — очень «счастливо» взревел Юнги. — Юнги! — выдохнул Тэхён, вставая с парня и протягивая ему руку. — Ты почему пропал? Я ждал тебя возле кабинета Истории Магии, хотел в Хогсмид позвать, а тебя нет! Ни на уроке, ни в Большом Зале, ни в комнате… — Ты как в комнату вообще пролез?! — Заколдовал портрет, — ответил Тэхён как что-то само собой разумеющееся. Юнги закатил глаза. — Тэхён, ты когтевранская какашка! Я могу хоть немного побыть в одиночестве? — Он тряхнул его за оранжевый воротник. Тэхён неожиданно горячо всхлипнул, а сильные руки обхватили острые жилистые плечи Юнги, притягивая того ближе к широкой груди. Мин затылком почувствовал прерывистое дыхание парня. — Тэхён… Ты чего… Волновался за меня? Ким, не в силах ответить, только кивнул головой, прижимаясь мокрыми глазами к шее Юнги. Оставляя там теплый поцелуй. Юнги сжал губы, подставляя шею, и обнял Тэхёна в ответ, гладя его успокаивающе по спине. — Тш… Все хорошо, Тэхён. Я больше так не буду. Тэхён молча поднял голову и поцеловал Юнги в губы. Поцелуй получился мокрым и соленым от слез. Но в то же время таким облегченным. Ким постепенно расслаблялся и млел. А Юнги чувствовал, как внутри растекается привычная нежность. Чимин улыбался по-глупому, пялился на них в открытую, да только Тэхёну и Юнги было плевать, что на них смотрят, и думал. Много и усердно думал. И решился.

***

Через неделю Юнги застанет их целующимися в его же, с Чимином, комнате. Он увидит, как Чонгук перебирает волосы Чимина, как обнимает его крепко, и целоваться они будут дико и быстро. И увлеченно, ведь оба не заметят Мин Юнги. А Юнги плюнет на этих двоих, пнет гриффиндорскую мантию подальше от его кровати, и пойдет в комнату Тэхёна. Не только Ким знает, как пробираться в чужие спальни.