Тем юным летом

Утро сегодня было не самым приятным, учитывая, что погода после ночного дождя дико морозила, а ребятам нужно к первой паре. Ну как же мать его не хочется выходить из дома, да и вообще вставать с постели. Под ней ведь так тепло, уютно, тихо. А в универе вечно сплошная суматоха, словно в муравейнике. С раннего утра в коридорах стоит лёгкий гул, а лампы на потолке просто ослепляют своей яркостью в этом контрасте серой улицы. Мина безусловно чувствовала себя сегодня лучше этих двоих пьянюг. Она спокойно выпила кружку кофе, не спеша собралась и вышла из дома, несмотря на то что выспалась не больше друзей. Им же пришлось совсем несладко. Особенно Джиён, еле-еле доковылявшей до ванны. Ещё и пса покормить нужно, да что ж такое. — Тони, иди завтракать — девушка подозвала взрослого добермана совсем как маленького ребёночка. Позаботившись о любимом друге, она едва-ли не засыпая, оделась и вышла на улицу со скейтом в руках. Ну а что, удобный способ передвижения, и ребята частенько им пользуются. Это их давнее хобби. Но почему никто не предупредил, что она прилично замёрзнет по пути на учёбу? — Ох, так ветрено. Я хочу домой. — Она слезла со скейта и достала телефон, чтобы набрать своему спасителю. Возле девушки внезапно остановилась машина, которая ещё несколько часов назад подвозила её до дома. — Юнги? Что ты здесь делаешь? — Джиён подошла к приспущенному окну с водительской стороны. — Да вот, бездомных подбираю. Надеюсь, ты душ сегодня принимала? — Категорически нельзя обойтись без подколов. Если он прекратит это делать, то точно случится что-нибудь страшное. Но Юнги не прекратит. Всё таки многим знакомо это приятное чувство мимолётного превосходства, когда стебёшь младшую сестру или брата. Даже если они двоюродные. — Надейся. — Девушка подобрала скейт и села в машину, тайно радуясь тому, что вредный братец решил позаботиться о ней в это противное утро. — Дорогу алкашам! — Мина бодро встретила друзей, вошедших в аудиторию. Как ни странно, она добралась до универа раньше этих двух сурков. — Тшш. Хоть ты не ори. — Парня так и тянуло прикрыть глаза. Ну хотя бы на чуть-чуть. Просто на секундочку почувствовать это блаженство, раствориться в любимой тишине, окутанной темнотой. Что, собственно говоря, он и направился делать. Уселся на своём месте и со вселенским наслаждением опустил голову на стол. Плевать. Абсолютно плевать, что вот-вот начнётся пара, плевать, что ему сделают замечание и придётся выпрямиться. Главное, сейчас так хорошо, больше ничего не нужно. Разве что одеялко не помешало бы. Девушки тоже, болтая, прошли к своим местам. Им предстояло два часа бесконечной нудятины в виде разбора причин и следствий войны какого-то там года. Наконец, время близилось к вечеру. После всех домашних дел, можно было быстренько принять душ и отправиться со скейтом на площадку. Этим летом дни выдались особенно жаркими. Солнце до безумия нагревало асфальт, как раскалённая лава. Попробуй ступи босиком — будет не просто тепло, а горячо до рефлекса, моментально отдирающего ногу от неприятной поверхности. Именно поэтому все выходили гулять под вечер, когда улицы немного, но остывали. Мина собрала волосы в хвост, надела кеды и прихватила с собой скейт, купленный недавно где-то в центре. Она любовалась эстетикой катания в интернете и в конце концов загорелась самой научиться. До мурашек приятно после жаркого дня катить по полупустой аллее, лицом ощущать ветерок, который легко перебирает завязанные волосы и проносит за собой ароматы ближайших кофеен. Девушка пришла на специальную площадку, оборудованную рампами и трамплинами. Людей на удивление было мало, что давало бóльшую уверенность и отбрасывало страхи опозориться перед кем-то. На душе была такая лёгкость и ощущение свободы, которые всё же смешивались с осознанием того, что лето близится к концу и нужно будет поступать в университет. Прощай, детство. Так и не увидела нормальной подростковой дружбы, если она хотя бы у кого-то бывает нормальной. Просто так получилось. Получилось так, что мать Мины вечно в рабочих разъездах, а она почти все школьные годы, кроме начальных классов, была на домашнем обучении. Но это всё сейчас не играло для неё никакой роли. В попытках сообразить что-то новое на своей доске, девушка не заметила, как народу на площадке прибавилось. Как дежавю отвлекает тебя от настоящего момента, перетягивая всё внимание и мысли на себя, так и посторонние звуки возмущения отвлекли Мину от очередного недотрюка. — Если ты снова свернёшь не туда, честное слово, я тебя убью. Парень выглядел очень мило, но чуток подзадолбано. И почему на нём ветровка? С ума сойти, даже вечером жара невыносимая, он вообще нормальный? — Я не виновата, что ты толкаешь меня в другую сторону! Девушка с длинными блондинистыми волосами стояла на скейте у рампа и держала возмущающегося парня за руку. В её голосе отчётливо звучало раздражение. Ещё несколько похожих попыток и всё по новой. Снова их ругань разносится по всей площадке. У парня способности явно намного лучше, чем у его половинки. Мина засмотрелась на эту пару, но по всей несправедливости не заметила камушек, непонятно кем протащенный на площадку, и попавший ей под колёса. Надежды не опозориться тут же были разрушены, она шлёпнулась при всех на пятую точку, ещё и успела подметить, что покрытие на площадке до сих пор тёпленькое. — Ты в порядке? — прозвучал уже достаточно знакомый голос. Когда она не орёт, то намного приятнее. Девушка среднего роста протянула упавшей руку, тем самым помогая подняться. — Нигде не поранилась? — Надо же какой заботливый. А всего пару минут назад угрожал своей девушке, что хрен он её ещё учить будет. Тот самый ворчащий парень в душной ветровке присел на корточки и стал осматривать её доску. — Нет-нет. Всё в порядке. — Стыдно-то как. Позор. Нафиг только припёрлась сюда? Знала же, что народу много будет, нет, надо прийти и показать какая ты крутая, Мина. — В порядке у неё всё. — Он достал застрявший в колёсах камушек. — Тебе стоит быть внимательной. Да кто бы говорил, если бы не ваши вздоры на всю улицу, может быть она не только не упала и заработала синяк на своей заднице, но ещё выучила бы что-то новое. — А сначала ты показался мне вежливым. — Конечно, когда испытываешь неудачу, всегда ожидаешь, что тебя поддержат и помогут. Увы, в мире растений помимо ромашек есть ещё и кактусы. — Прости, он и вежливость никогда не будут сочетаться. — Да уж. Это Мина успела понять во время их практик. — Вы такая шумная парочка, я вообще-то на вас отвлеклась. — Раз вежливость не сочетается, будем соответствовать. — Мы не парочка, фу. Кто вообще с этим придурком встречаться будет. — Блондинка посмотрела на рядом стоявшего парня с отвращением. Словно они миллион лет знакомы, и она познала все его изъяны настолько, что ей до дрожи противно думать о таком. — Прикуси язык, а то уже болтается. — Он перевёл взгляд на новую знакомую. — Это моя, как бы сказать вслух, сестра. — Будто ему сложно смириться с их родством, выглядит забавно. — Меня Мина зовут. — А что ещё говорить в таком тупике? Неловких ситуаций уже достаточно. Девушка ни разу не заводила дружбу и, кажется, решила сделать этот новый шаг. Ребята вроде и странноваты, но есть в них что-то настоящее, то, как искренне они выражают эмоции, пусть и негативные в большинстве своём, не могло не притягивать. Плюс ко всему — общий интерес имеется, как бы ни было иронично. Закусочная через дорогу от универа уже второй год служит друзьям лучшим укрытием от внешних забот. Они частенько зависают здесь на перерывах и после учёбы. К счастью, сегодня учёба прошла быстрее, чем обычно. Вероятно, ребятам так показалось из-за сонного состояния. Всё же освободились они обедом и, как ни странно, снова шёл дождь, но в этот раз даже приятный. Любимое чувство свободы и стабильности. Стабильность, на самом деле, не так плоха, как о ней говорят. Любой человек мечтает вернуться к простой стабильности после тяжёлых перемен. И порой самый простой дождь помогает ощутить её. Он словно внушает: «Всё в порядке. Я всё ещё иду. Мир такой же, каким был до твоих проблем». И ты приземляешься. — Ваш заказ, пожалуйста. — Девушка расставила по столу три напитка и тарелку с таким же количеством сэндвичей. Пора наконец хоть что-то перекусить, а то ночные похождения совсем не благоприятно влияют на юный организм. Запахи приготовленной еды действовали так бодряще, будто кто-то хватает тебя за руку и помогает подняться. — Джиён, твои родители не собираются приехать в этом месяце? — Юнги отпил содержимое из высокого стакана и откинулся на спинку стула, ощущая, как прохладный напиток стекает по горлу в совсем пустой желудок. — Если они вообще приедут в этом году — усмехнулась девушка — Зачем спрашиваешь? — Несмотря на то, что она отвечала своему собеседнику, всё её внимание было сосредоточено только на тёплом сэндвиче с поджаренными до корочки тостами, курицей и тягучим плавленым сыром. — Отец просил узнать. Не знаю, с чего вдруг этот старик вспомнил родственников. — Парень потрепал русые волосы на затылке, от любопытства сопровождая взглядом новых посетителей. Он всегда любил наблюдать. Наблюдать за людьми сплошное удовольствие. Анализировать их поведение и самому додумывать различные факты. — Они взяли очередной проект в Канаде, поэтому понятия не имею, когда их видеть дома. Как и всегда это происходило. Девушка давно привыкла к такому образу жизни, когда ты сама решаешь, чем будешь сегодня завтракать, сама убираешься по дому, смотришь за собакой. Родители Джиён бизнесмены, относительно недавно ставшие владельцами строительной компании. Наряду с новыми достижениями в совместной карьере, единственная дочь совсем скоро ушла на задний план. Они не заметили, как их маленькая тихая девочка превратилась во взрослую бунтарку, да ещё и под ручку со своим двоюродным братом. Девушке оставалось только смириться с недостатком внимания, отвлекая себя на алкоголь и постоянно меняющихся парней, что никак не шло ей на пользу. — А моя мать ему случайно не сдалась? А то она решила завтра заявиться ко мне, хотя лучше бы сидела дальше на месте. — Мина подключилась к разговору, после того как выпила уже половину своего бананового милкшейка. Не самый подходящий напиток для такого холодного, серого дня. Да плевать. Неприятное чувство — женщина, которая упёрто строит из себя самого близкого человека, теперь будет целую неделю мозолить дома глаза. Будто сразу мрак окатывает. Не можешь ощущать себя свободно и совсем некомфортно. Словно чужие люди. Девушка не может привыкнуть к таким отношениям из-за своей чувствительной натуры и каждый раз находит спасение в друзьях, старательно внушая себе, что всё так и должно быть. Мина находится в таких отношениях с матерью настолько долго, что уже и не помнит момента, когда всё было по другому. Точно гипнозом внушили, что так продолжается всю жизнь — иного даже существовать не могло. Джиён же сравнительно недавно стала ощущать на себе ношу ненужного ребёнка своих родителей. Их будто подменили, щёлкнули пальцами — нет больше тех заинтересованных в её жизни мамы и папы. Наверно, работа с бесконечной прибылью и не так могут вскружить голову людям, которые всю жизнь к этому шли. Но ведь они раньше тоже были достаточно успешны и всё равно искренне любили свою дочь, посещали её мероприятия и даже выбирались вместе на отдых. Всего одно утро, когда девушка была в выпускном классе, между ними всё миражем испарилось после звонка на папин рабочий телефон, песком рассыпалось и унеслось ветром. Но Джиён все эти годы просто делает вид, что вовсе не нуждается в прежней родительской любви. Она свободна, независима, а «друзья» сами всегда стремятся пополнить её круг общения — так что можно и дальше притворяться счастливой. — Прости, если у меня появится мачеха, мы с тобой не сможем встречаться. — На лице Юнги появилась улыбка, образующая самые очаровательные носогубные складочки. Подруги одновременно поперхнулись от столь неожиданного заявления. — Ты иногда такой бред сморозишь, хоть всю жизнь поминай. — Мина вытянула губы, покрытые вишнёвым тинтом, чтобы обхватить трубочку в стакане и допить остатки милкшейка с подтаявшими кусочками льда. На дне тут же зашуршало. — Завтра нас ждут на тусовке у Иён, помнишь? — Джиён обратилась к подруге, закидывая в рот последний кусочек сэндвича. Вкусно, но будто не наелась. Она бы с удовольствием съела ещё пару таких, увы, со своими загонами о весе, никак не позволит себе подобного. И конечно никому об этом не скажет. — Помню. Извиняйте, я не пойду. Мне ещё не хватало скандалов, как ужасно я встретила мать. — Манипуляция, одна из самых худших форм отношений, но, к сожалению, наиболее распространённая. — Может, сегодня погуляем? — Пока девушка пыталась уломать подругу на очередную гулянку, Юнги наблюдал за безлюдной улицей через панорамное окно заведения. Дождь так и не переставал лить. Он казался спокойным, умиротворяющим. На дороге местами скапливались лужи, которые в скором времени разлетятся на десятки мелких капель из-за жестоко проезжающих машин. Время от времени виднелось, как из универа выходят люди с зонтами и тут же исчезают с поля зрения, спеша поскорее укрыться от мокрой погоды и рабочего дня. — А может ты сегодня отдохнёшь? Тебе вообще после вчерашнего должно быть хуже всех. — Тогда мы сами сходим, ты же не против? — Джиён решила всё за брата. — Никуда я с тобой не пойду. — Парень вдруг оторвался от окна. Понятное дело, все до чёртиков устали, только вот никто не знает, что подруге просто необходимо отвлечься, чтобы неприятные мысли не бурили её голову до поздней ночи. — Тогда я пойду одна! — Девушка приподняла брови и ребячески высунула язык. Бессовестная, побесить брата она всегда любила больше любой тусовки. — Джиён, вот бы тебя кто отодрал хорошенько. — Юнги сложил руки на груди. — А ты об этом не волнуйся. — Опять спровоцировала брата закатить глаза, да настолько, что ещё чуть-чуть и он бы увидел свои мозги.