Приходи посмотреть на звезды

Последний учебный день на этой неделе подошёл к концу, и Антон выходит со школы ужасно довольным. Сказать, что неделя была трудной — ничего не сказать. Хотя она ещё даже не закончилась. Всё как обычно. Парень активно зубрил предметы, которые будет сдавать. Мысль о предстоящем ЕГЭ пугала и заставляла двигаться вперёд. Брать учебник и учить до самой глубокой ночи, забывая о том, что нужно ещё и спать. Несмотря на искреннюю нелюбовь к школе, учиться на четвёрки всё равно получалось. Ладно, в основном на четвёрки. Троек при такой посещаемости не избежать. Но в этот раз у него даже получилось выдержать все пять дней. Вот только дались они реально с трудом. И дело не только в недосыпе и усталости, дело ещё и в одноклассниках. В частности, в одном конкретном. С Лешей Соколовым отношения сразу не сложились. Когда Антон перешёл в седьмой класс, в новую тогда для него школу, друзей найти не получалось. А вот у Лёши уже была своя банда. Эти ребята всегда нападали на тех, кто не может дать отпор. И Антон в тот момент был именно таким. Худой, слабый по виду и без друзей, а значит, без защиты. Именно таким его видел Лёша. И поэтому однажды он решил подкараулить Шастуна после школы, чтобы затерроризировать. Но в тот день у Соколова ничего не вышло. Ведь Антон только с виду казался слабым, но на деле же он смог постоять за себя. Лучшая защита — это нападение. И поэтому он первым ударил Соколова и, воспользовавшись его замешательством, убежал. Он даже представить не мог, что бы могло быть, если бы Соколов был не один. С того дня их война и началась. До этого, как оказалось, были только цветочки в виде подножек, выбрасывания портфеля в мусорку и словесных унижений. А потом появился Дима. Знакомство с ним у Антона вышло совершенно случайно и незапланированно. Просто их посадили вместе, и оказалось, что Позов довольно прикольный. Со стороны он казался жутко скучным зубрилкой, и, по правде говоря, он и вправду уделял много времени и сил учёбе. Но занудой, как некоторые отличники, он точно не был. Шастун даже был не прочь поучиться у него в сарказме и мастерских подколах. Они нашли общие интересы и стали дружить. Позов же и спас однажды Антона, когда шайка Соколова застала его в туалете. Вот так просто они хотели избить его на переменке, прямо в школьном туалете, пока там никого не было. И нанести несколько ударов они всё же успели. Под дых, в живот, по лицу и дальше. Антон уже перестал понимать, куда доносятся удары. Убежать не получалось. Они окружили его всей толпой. Но Дима очень вовремя подоспел. Конечно, он не стал лезть в драку, ведь кто он такой против такой толпы. Поэтому он оперативно позвал взрослых, и те быстро их разогнали. Лехе и всем остальным тогда не хило досталось от директора. Эта была не первая их драка, и в тот день их, наконец, поставили на учёт. С тех пор Соколов и его друзья ограничиваются лишь оскорблениями и колкими шуточками. В восьмом классе появился Серёжа, а за ним и Ира вместе с Оксаной. Тогда Антон окончательно перестал бояться, ведь теперь и у него была своя банда. Только, в отличие от Соколовской, она была хорошая. На этой неделе Антон почти каждый день ходил на работу после школы. Исключением был только сегодняшний день и понедельник. Учёба сама себя не оплатит, а надеяться только на мать не хотелось. Даже первые заработанные деньги он решил отложить, и постепенно у него уже собиралась приличная сумма. Каждый свой заработок он делил на две части. Не всегда равные, но всё же. Первая — на еду, сигареты, одежду и прочие расходы на себя, а вторая — на учёбу. И, конечно же, каждый день он переписывался с Арсением. Он действительно начал писать гораздо чаще. Спрашивал, как проходит день, интересовался здоровьем. И Антон с удовольствием рассказывал ему о своих буднях. Иногда они могли переписываться часами. Чаще всего такие долгие переписки начинались поздним вечером. В такие моменты парень забивал на то, что ему нужно делать дз или подготавливаться к экзаменам. Он просто уделял всё свободное время мужчине. И неважно, что дз потом приходилось делать утром или прямо в школе. Оказывается, с Арсением можно разговаривать на любые темы. Они могли обсуждать музыку, фильмы, спорт и многое другое. С Поповым было интересно общаться. Антон никогда не встречал таких интересных, умных и разносторонних людей. Мужчина рассказал о многих своих хобби, и одним из них была фотография. Раньше он даже зарабатывал этим, но сейчас просто фотографирует для себя. Порой Антону казалось, что он по сравнению с Арсением просто пустышка. Ведь у него не было толком никаких хобби, в которых он преуспел. Да, он рисует, но эти рисунки совсем не кажутся ему тем, что стоит кому-то показывать. Да, он написал пару-тройку стихотворений, но и те ему уже давненько не даются. Просто в какой-то момент вдохновение его покинуло и пока больше не приходило. Но, несмотря на эти мысли, парень продолжал общение. Ведь оно приносило множество позитивных эмоций. Последние несколько лет Антон словно вовсе не жил. Это было просто существование. Он словно застыл на месте и превратился в бесчувственную статую. В его жизни не происходило абсолютно ничего. Абсолютно ничего, кроме бесконечного пиздеца. Но даже к нему Антон в какой-то момент стал равнодушен. Апатия и безразличие стали его постоянными спутниками. Почему-то даже друзья не могли толком исправить положение. Его компания, конечно, была самой лучшей и много раз спасала и вытягивала из всякого дерьма, но Антону не хватало чего-то другого. Наверное… любви. Того человека, который будет действительно любить его. Парень хотел любить и быть любимым, даже несмотря на все клятвы себе в том, что он больше никогда и никого не пустит в свое сердце. Даже после столь мрачного и ужасного опыта. Ведь каждый человек хочет отдавать частичку себя, своей теплоты и заботы другому. И конечно же получать её в ответ. В этом могли помочь друзья, но всё-таки это не то. Как бы обидно не было, но друзья не могли дать того, что требовала душа и сердце. Но Антон всё ещё продолжал кататься на ебаных качелях. Ему было страшно довериться. Впустить в свою жизнь нового человека и новую любовь. Ужасно пугала мысль о том, что это может быть не взаимно. А вдруг с ним снова просто играются? Что если его просто используют в каких то своих корыстных целях? Из-за этого Антон не мог полностью принять свои чувства и дать им расцвести. В какой-то момент казалось, что он уже всё принял, но нет. С другой стороны, этого очень хотелось. Хотелось быть счастливым и верить в то, что всё будет хорошо. Антон старался поверить в то, что его чувства могут быть взаимны. Что он нравится Арсению, и тот хочет быть с ним. Что он, Антон, интересен мужчине как человек и как парень.

***

Дома Антона встретил кот и, к счастью, больше никто. Сегодня мать даже позвонила и предупредила, что уедет к своему мужику. Правда, на какой срок, она так и не сказала, но это уже прогресс. Как по традиции, в пятницу на работу он не пошёл. Эта неделя вымотала его, и сейчас хотелось просто полежать и побездельничать, а ещё лучше поспать. Но сначала домашка. Всё-таки хотелось сделать её сегодня, чтобы выходные были свободными. Эти два дня он решил посвятить отдыху и отвлечься от вечного заучивания и мыслей о ЕГЭ. Задачка по математике просто не собиралась решаться. Антон ненавидел её уже всей душой. Так же как и этот предмет. Уже битый час он пыхтит над ней и результат по-прежнему почти нулевой. Третий листок подряд вырывается из тетради. Из рабочей тетради, к сожалению, и летит уже вместе с ней в мусорку. — Да в пизду! — нервно выплевывает слова Шастун и решает (ха, решает) оставить эту задачу на потом или вовсе забить на неё. Быстрый перекур помог успокоить нервы, и теперь оставалось только приготовить поесть, а дальше уже можно отдыхать. На удивление, сегодня удалось приготовить очень даже сносную еду. Тушеное мясо с овощами выглядело аппетитно и на вкус оказалось не хуже. Плотно пообедав или уже поужинав, Антон заваливается на кровать в уютной компании, которой он собирается провести весь оставшийся день.

***

Арсений Сергеевич 09:32 Доброе утро, солнце) Антон только проснулся, а его уже ждало сообщение. Пожалуй, такое начало дня было лучшим.

Вы 10:01

Доброе утро)

Он давненько подумывал над тем, чтобы тоже начать как-нибудь называть Арса. Но котик, зайчик и другие животные казались настолько ванильно-милыми что тянуло блевать. Да и так друг друга называют только парочки. Дома было скучно. Антон звал к себе друзей, но те, как назло, были заняты, а Димка вообще заболел. Первый сезон «Бесстыжих» был досмотрен к обеду, и парень совершенно не понимал, чем ему дальше заниматься. Но тут он вспомнил, что может написать ещё одному человеку.

Вы 15:35

Арс, а ты занят сегодня?

Чтобы не скучать во время ожидания сообщения, Антон всё-таки решил сходить в магазин за сигаретами и чем-то сладеньким. Какой-нибудь шоколадки или печеньки действительно не хватало. Персиковые Лд теперь снова заменяли Мальборо красные. Потому что эмоциональное состояние более-менее пришло в норму, и курить тяжёлые крепкие сигареты уже не хотелось. Выбирая между мягкими вафлями с солёной карамелью и пирожными с кокосовым кремом, он решил взять оба варианта. Также на глаза попался апельсиновый чай, и пройти мимо, конечно же, не получилось. Благо денег было достаточно и хватило даже на несколько пакетиков еды для кота. По пути домой Антон вспомнил, что нужно зайти ещё и в аптеку за мазью и бинтом. Но все деньги, которые он брал с собой, были потрачены.

***

Антон уже успел сходить домой за деньгами, купить в аптеке всё необходимое и снова прийти домой. А сообщения от Арса всё не было. Спустя одну очень приятную сигаретку, выкуренную на балконе, и две кружки не менее приятного чая, на телефоне, наконец, раздался звук уведомления о пришедшем сообщение Арсений Сергеевич 17:01 Нет, не занят, а что?

Вы 17:01

Ну, просто я один дома и мне как-то скучно

Арсений Сергеевич 17:01 Хочешь, чтобы я приехал? «Ну вот, сам же всё понимаешь, еп твою мать. Ты ещё заставь меня просить тебя, чтоб ты приехал» — усмехнувшись, подумал Антон, представив такую ситуацию.

Вы 17:02

Ага.

Арсений Сергеевич 17:02 Хорошо, буду через часик. Антон решил пока привести свой внешний вид в порядок. Сходив в душ, он, наконец, нормально обработал воспаленную рану. Хорошенько залив её перекисью, он нанёс мазь и перебинтовал руку. Теперь оставалось только найти подходящую одежду, чтобы бинт под ней был не заметен. Волосы высохли, и теперь причёску можно было назвать «взрыв на макаронной фабрике» или «я упала с сеновала, тормозила головой». Не желая долго возиться с волосами, Антон просто «зализал» их гелем назад, и получилось очень даже брутально. Ну и куда же без украшений. Надев два своих любимых кольца, он был полностью готов. Арсений приехал через час с небольшим. С порога он с самой милейшей улыбкой, что видел Антон, вручил ему шоколадку. — Спасибо, — смущённо улыбаясь в ответ, сказал Антон, не в силах оторвать взгляд от этой улыбки, украшающей лицо. Арсений теперь был не просто красив, он был просто прекрасен. А Арсений, кажется, тоже засмотрелся на Антона. Также на его улыбку. Её хотелось видеть на лице Тоши каждый день. Его улыбка была словно лучиком света или яркими красками, которые раскрашивали серый мир. Хотелось радовать его как можно чаще, чтобы видеть это милое и сияющее личико. — Ну, пойдём на кухню, — после недолгого молчания и залипания друг на друга произнёс парень. Арсений был сегодня каким-то не таким. Менее разговорчивым и как будто… задумчивым что ли. Порой Антон ловил на себе его взгляд, который словно искал поддержки. Арс смотрел на него так, будто просил заговорить об этом первым. Обычно таким поведением отличался сам Антон, и как быть сейчас, он не знал. Спросить, что случилось, тоже не решался. И каждый раз, натыкаясь на взгляд Арсения, ему оставалось лишь опускать глаза, также не вербально, показывая этим, что первым он заговорить не сможет. Возможно, он сам себе всё надумал, но сомнения и догадки никак не покидали голову. — Арс, а пойдём сериал посмотрим, — предложил Антон, допивая свой чай. Он посчитал это хорошей идеей, ведь так он, возможно, мог бы отвлечь мужчину от каких-то своих мыслей и отвлечься сам. А ещё заодно проверить, не гомофоб ли Арс. И если нет, то это уже будет огромным плюсом, и его хотя бы не осудят, если что. — Пойдём. А что за сериал? — с интересом спросил мужчина, даже немного приободрившись. — Ну, там… «Много гейства, ебли и матов» — Антон всё же решил не говорить это вслух. — В общем, он интересный. Надеюсь, тебе понравится, — он уже представлял лицо Попова на первых же секундах серии. Ага, как же, ему определённо понравится. — Только мы будем смотреть со второго сезона, а то первый я уже посмотрел. Ты не против? — Конечно, нет, — легко согласился Арсений.

***

— Ну, как тебе? — с надеждой на положительный ответ спросил Антон. Его уже радовало то, что при гейской сцене Арс не кривился и не плевался. — Интересный сериал. Я даже не против посмотреть ещё одну серию. — А тебя… ну ничего в нём не смутило? — никак не решаясь спросить прямо, парень заходил издалека. — Ну да, того, что не должен видеть семнадцатилетний юноша, там, конечно, много, но думаю, что смущать это должно тебя, — хитро улыбаясь, он внимательно оглядел Антона лисьим прищуром. — Ну, там же… «Блять, Антон, просто спроси его прямо» — В общем, я хотел спросить… — Ну чего ты, спрашивай, давай, не бойся, — Арсений выжидающе смотрел на подростка, который, судя по виду, собирался задать вопрос жизни и смерти. — Как ты относишься к людям с нетрадиционной ориентацией? — быстро протараторил он, чтобы не успеть передумать. — Абсолютно нормально. Это обычные люди, такие же как и мы все, — теперь мужчина смотрел с интересом. — А к чему такой вопрос? — Ну… — Антон замешкался. Прямой вопрос никак не получалось произнести вслух. Было неловко спрашивать о таком, но в то же время ответ был очень важен. — Наверное, тебе интересно узнать, отношусь ли я к таким людям? — Арсений облизнул губы и заулыбался. — Да, — парень не знал, как расценивать такую реакцию. Поэтому он занялся очень увлекательным занятием — прокручиванием колец на пальцах. Очень помогает при взволнованности. — Возможно, — загадочным тоном произнёс мужчина. — Ну, блин, Арс, — недовольно пробурчал Антон, слегка ударив столь загадочного собеседника по плечу. Ему и так тяжело дался этот вопрос, который он, правда, произнёс не сам, но всё же. А Попов ещё и не отвечает нормально. — Ладно, давай я тоже отвечу. — А давай, — у него в глазах вдруг мелькнул заинтересованный огонёк. — Я бисексуал, — честно ответил парень. Он даже немного зажмурился, словно перед ударом. — Я тоже. Антон честно не ожидал такого ответа. Ему до последнего казалось, что мужчина просто прикалывается. И даже сейчас он ждёт того, что Арс рассмеется и скажет, что он пошутил. — Правда? — с искреннем удивлением спросил Антон. — А тебе нужны доказательства? — И снова эта улыбочка. Арсений словно заигрывал с ним. Хотелось ответить: «ДА НУЖНЫ», но смелости для такого, конечно, не хватит. — А…эм-м, нет, — очень неуверенно произнёс он, понимая, что это самое неуверенное «нет» в жизни. — Тогда давай смотреть вторую серию? Антон, наконец, выдохнул с облегчением. Он уже представлял раньше подобного рода разговор в голове, и в жизни он вышел таким же неловким. Но эти улыбочки, взгляды и загадочные тона Арсения ему даже понравились. Они создавали особую химию, которой раньше между ними не было. Эту атмосферу даже захотелось продлить подольше. Было в ней что-то интимное. — Давай, тогда я сделаю нам ещё чаю, а ты возьмёшь вафли и пирожные, — конечно, хотелось побыть в этой атмосфере ещё немного, но за просмотром сериала, под сладости и чаек они, скорее всего, погрузятся в совсем другую и не менее приятную. В такой уютно, спокойно и тепло. Антон нёс две большие и тяжёлые кружки с горячим чаем в комнату с большим трудом. Внезапно пальцы начали скользить по ручке, и чай полился прямо на его живот. Острая боль тут же разлилась по телу вместе с чаем и заставила выпустить кружки из рук. — Ай, бля-я! — заорал Антон, пытаясь снять с себя вещи, пропитанные кипятком как можно скорее. — Что такое? — Арсений забежал в комнату и встал в ступор, увидев юношу, который извивался, словно уж. — Я чай на себя пролил, — он уже почти снял с себя толстовку, но, к счастью, вовремя вспомнил о перебинтованной руке. — Снимай тогда одежду скорее, — взволнованно произнёс мужчина, топчась на месте и не зная, как помочь бедному парнишке. В любое другое время Антон был бы только рад это сделать, но только не сейчас. — Да нормально. Уже не горячо почти, — на самом деле было пиздецки горячо. — Антон, снимай быстро! — уже более жёстче произнёс мужчина. — Н…не, уже всё прошло честно, — почти скуля произнёс он. Сейчас даже боль ушла на второй план. Антон замер, всё ещё сжимая края толстовки в руках и смотрел на Арсения, который обо всём догадался. В его глазах сейчас было столько эмоций… Печаль, отчаяние, сожаление и даже гнев. Снова очередной проеб. И всё из-за ебаной неуклюжести. — Ну Антон… — кажется, он был даже разочарован. — Прости, прости меня. Я… — слезы быстро перекрыли доступ к кислороду, а всхлипы не давали сделать вздох. «Вот тебе и уютная атмосфера. Наслаждайся, блять. Всё было так хорошо, а ты снова всё испортил» Арсений без слов подходит к нему и заключает дрожащее тело в объятиях. Он крепко прижимает юношу к себе, словно желая защитить и отгородить его от всех бед. Плавно поглаживая его по голове, спине и плечам, он шёпотом успокаивает его. — Тш-ш, солнце, всё хорошо, не плачь, пожалуйста. Несколько минут они стоят почти в полной тишине, и лишь рваные вздохи и всхлипы нарушали её. Антону было так комфортно от рук Арсения, от его тихого шепота и от того, что он называл его солнцем. Ему действительно было хорошо и совсем не тревожно от прикосновений. Хотя они сейчас, по сути, так близко. И не только физически. Он постепенно начал дышать медленнее и ровнее. Выдохнув горячий воздух куда-то в плечо мужчины, он шмыгает носом и отстраняется на небольшое расстояние. Его руки всё ещё продолжают обвивать чужую талию. Он смотрит в глаза Арсению с раскаяньем, но тот совсем не собирается ругать его. Он лишь вытирает слезы большими пальцами и снова прижимает к себе. — Тош, тебе не за что извиняться, ты же знаешь? — мужчина надеялся, что на этот раз юноша это поймёт. Антон лишь несколько раз покачал головой и уткнулся обратно в такое тёплое и уютное плечо. Запах Арсения успокаивал получше всякой валерьянки. В объятия мужчины сейчас хотелось укутаться, как в мягкое пуховое одеяло и не вылезать оттуда, пожалуй, никогда. — Почему ты это делаешь? — лёд был тонким, и Арсений это понимал. Но причину нужно было узнать. Зная её, он бы мог помочь юноше справиться. — Просто родители развелись и… — и Антон снова врал. Так мерзко. Кажется, скоро он утонет в болоте собственной лжи. Но настоящую причину он просто не мог сказать. Конечно, новый мужик матери не принёс радости, но он не главная причина. — Мне очень жаль, Тош, — он внимательно следил за тем, чтобы у парня снова не началась истерика. Тема была видимо очень больной для него, и мужчина не хотел давить на него. — Пожалуйста, пообещай, что будешь обязательно сообщать мне, если тебе будет плохо, и ты начнешь задумываться над тем, чтобы сделать это снова. — Обещаю, — тихо произнёс Антон. — Можно я пойду покурю? — Можно. Давай я с тобой пойду? — предложил Арсений, пугаясь мысли о том, что парень может с собой что-то сделать. Всё-таки шестой этаж. — Да, конечно, — он уже собирался пойти на балкон, но тут его остановили, мягко взяв за плечо. — Ты хоть не сильно обжегся? — мужчина с беспокойством оглядел мокрую одежду Антона. — Да нет, — на самом деле он чувствовал, как трение ткани о кожу отзывается неприятной болью, но заставлять Арса волноваться ещё больше не было никакого желания. — Давай посмотрю, — видел он, как «не сильно». Чай был просто неимоверно горячим и наверняка оставил ожоги. Антон нехотя, но все-таки снял с себя толстовку. — Ну ничего себе, не сильно, — мужчина осмотрел красные пятна по всему телу и поморщился, словно сам ощутил эту боль. Он легонько дотронулся кончиками пальцев до кожи, и парень тут же вздрогнул и зашипел. — Прости. У тебя есть какая-нибудь мазь? — Да, как раз недавно купил, — прикосновение Арса было словно разряд электрического тока. Но одновременно с болью было и приятно. По всему телу пробежались мурашки, и оставалось только надеяться, что они были незаметны. Мазь на теле неприятно щипала, но пришлось терпеть. Антон уже сидел на балконе и успел даже пару раз затянуться, но Арса всё не было. Подумав, что он решил все-таки не выходить, парень сложил руки на подоконнике и положил на них голову. Он уже начинал уходить в себя и снова начинать изводить себя мыслями, но тут дверь резко открылась. — Ну ты бы хоть оделся, Тош, — Арсений притащил второй стул с кухни и одеяло из комнаты Антона. — Двигайся, я с тобой рядом сяду и укрою нас. Нас. Приятное слово, однако. Парень теперь чувствовал себя в домике. Прямо как в игре в догонялки. Это был такой спасительный и безопасный островок. Правда, постоянно приходилось из него вылезать, чтобы выдыхать дым в сторону, а не на Арсения, который, кажется, еле держался, чтобы не задохнуться, но всё равно было классно. — Слушай, Тош, я должен тебе кое-что сказать. И снова тот самый взгляд. Значит, Антону не показалось, и мужчина действительно хотел поговорить. Его серьёзный и даже грустный вид заставлял тревожиться. — Обстоятельства, конечно, очень неподходящие, но я считаю, что должен тебе об этом сообщить. Арсений медлил, и тревожность постепенно начала накрывать Антона с головой. — Арс, ну говори же! — не выдержал он. — Завтра я улетаю в Питер…