Приходи посмотреть на звезды

Были мысли, что как только он найдёт закладку, его кинут или ещё хуже вообще изобьют. Но нет. Парни действительно взяли его с собой. И сейчас он вышел из лифта на десятом этаже, остановившись у мощной железной двери. Внутри громко играла музыка, похожая на фонк. Квартиру наполняли самые разные запахи, от алкогольного до сигаретного и того самого, который Антон ни с каким другим не перепутает. Было очень странно находиться сейчас здесь. Буквально час назад он ещё лежал дома, отходя от очередного кошмара, а сейчас всё совершенно по другому. — Пойдём, — позвал парень с грубым голосом. Он, наконец, снял капюшон и Антон очень удивился, когда увидел длинные волосы незнакомца, завязанные в пучок. Также на левой стороне его шеи было набито тату в виде скорпиона. Вот по нему было видно, что употребляет он давно. Осунувшееся лицо, жёлтая кожа, тёмные круги под глазами. — Меня, кстати, Игорь зовут. «Блять» — Меня Антон, — ответил он. — А меня Гриша, — представился второй парень. Наконец-то он узнал хотя бы их имена, ведь после того, как они сели в машину, наступила тишина, которая разбавлялась лишь музыкой, бьющей по ушам басами. Антон думал, что его почему-то везут в лес. Хотя, почему именно туда? Убить человека можно где угодно. Но эта мысль не пугала. Напрягала, конечно, ведь умирать наверняка мучительно. Но было уже как-то всё равно. Пугало скорее отношение к этому. Антону не хотелось возвращаться туда. В то состояние, когда абсолютно плевать на свою жизнь и на свою смерть тоже. «Какая разница хуже уже точно быть не может» — глядя в окно, думал Антон, понимая, что если его и привезут в лес, то сопротивляться он не будет. В одной из комнат на диване сидело трое человек, которые весело общались, держа в руках пластиковые стаканчики. В углу был небольшой стол, на котором стояли бутылки с алкоголем и закусками. На полу также стояли бутылки, в основном пустые. — О, привет, — произнесла девушка, сидящая между двух парней. Яркая помада на очень пухлых губах привлекала внимание. В целом девушка была весьма привлекательна. Белые волосы были собраны в высокий хвост. Облегающее платье чёрного цвета подчеркивало пышные формы, но узкую талию. Странно, однако, что такая девушка находится здесь. — Привет, — кивнул Антон и подошёл к столу с алкоголем, но стаканчиков он не нашёл. — А где можно найти стаканчики? — Посмотри на кухне, — отозвался один из парней, на секунду отвлекшись от хищного разглядывания девушки.

***

Антон находился здесь уже около часа. За это время он успел изучить трёхкомнатную квартиру. Средний, но современный ремонт. Было ясно, что пьянки здесь устраивают постоянно по не хилому беспорядку и запущенности квартиры. Но её хозяина он по-прежнему не знал, а остальные как-то и не спешили рассказывать о нём. Также он уже перезнакомился с остальными людьми, находящимися здесь. Как оказалось, даже для трёхкомнатной квартиры десять человек — это много. Но в итоге, по несносному стечению обстоятельств, Антон оказался в комнате наедине с Игорем. Гриша уже успел напиться, обкуриться и куда-то свалить. Странно, конечно, судить человека по имени, но Антон судил и тревожился, при этом продолжая сидеть в комнате, нервно дергая ногой. Со временем Игорь немного смягчился и разговорился, но его вид по-прежнему был устрашающим. Взгляд темно-карих глаз то и дело бросался в его сторону, будто желая просверлить дыру. — Будешь? — он протянул косяк, зажатый между большим и указательным пальцем, продолжая убивать взглядом. — Ну… давай, — глубоко затянувшись, он задержал дым в лёгких на несколько секунд, по совету Игоря, а затем выпустил его, чувствуя адское жжение в лёгких и горле. — Не страшно было срываться вот так посреди ночи на хату к каким то левым челам? — сделав ещё одну тяжку, спросил парень, немного подавшись вперёд. — Да нет, — сухо ответил Шастун, избегая такого требовательного зрительного контакта. — Хотелось забыться на время. — И как? Получилось? — он нагнулся ещё ближе, постепенно оказываясь непозволительно близко. Для Антона тридцать сантиметров — это уже паника. За этот час желание уйти отсюда возникало уже раза четыре, но каждый раз он останавливал себя. Куда он пойдёт? В квартиру, которая пропиталась сигаретным дымом, мраком и одиночеством? — Не особо, — он откинулся на спинку кресла, как то на автомате приняв косяк и затянувшись. Почему мебель в этой комнате так странно расположена? Напротив кресла стоял стул, на котором как раз и сидел Игорь. — У меня есть то, что поможет тебе забыться, — хитро улыбаясь, он полез в карман, достав оттуда пакетик с таблетками. Подсознание кричало остановиться. Антона и так уже начало размазывать после двух затяжек вперемешку с алкоголем, но он принял этот пакетик, пока всего лишь скептически вертя его в руках. Что это? Нужно было задать хотя бы этот вопрос. — Но перед этим ты должен мне отплатить. Ну вот, теперь у Антона будет причина отказаться. Трахаться ещё и с Игорем он не намерен. Вообще и траву курить не стоило. Но зато теперь он с уверенностью может назвать себя копией своих родителей. Ну какая же гордость. — Нет, я, пожалуй, отка… — он уже хотел впихнуть эту дрянь обратно и выйти, желательно в окно, но его заткнули. Чужие зубы неприятно, даже больно столкнулись с зубами. Язык прошёлся по небу. Антон ахуел. Он как завороженный или скорее замороженный, наблюдал за тонкой ниточкой слюны, тянущейся за Игорем. — Валяй, — широко улыбнувшись, сказал он, наконец вернув личное пространство и позволив нормально дышать. С минуту Антон напряжённо смотрел в пол, переваривая происходящее. «Ты снова изменяешь Арсению» — на репите крутилось в голове. А затем он резко оживился и высыпал таблетки на ладонь. Закинул их в рот и запил отвратительно сладким кагором. Для него сейчас жизнь — это тот самый наркотик. Не хочется, но принимает. А что его держит? Арсений, друзья. Никак не хотелось причинить им боль своей смертью. И кот. Как бы смешно не звучало. Антон вообще любил животных больше, чем людей, потому и хотел стать ветеринаром. Он не думал о последствиях. Он в последнее время вообще не думает, и потому его жизнь рушится. Как домино, костяшка за костяшкой. Набухаться и совершить непоправимую ошибку? Конечно, да. Отрубить телефон и заставить всех места себе не находить? Лучшее решение. Прийти на квартиру к наркоманам и самому принять дозу? Почему бы и нет. Постепенно сознание мутнело, в голове становилось пусто. Мебель, потолок и стены уплывали всё дальше, а разноцветные точки перед глазами становились всё ярче и красочнее. Начал происходить откровенный пиздец. Игоря тоже размазывало всё больше. В какой-то момент он залился диким хохотом, но Антон уже не обращал внимания. Он постепенно сползал с кресла на четвереньки, в надежде доползти до ванной. Где-то на пол пути его всё же вырвало, но сил подниматься не было. Тело потеряло всю силу, превратившись в желе. Паника накрывала с головой. Смерть словно с каждой минутой приближалась всё ближе, но затем и она ушла на второй план. Фантомные объятия не давали провалиться в пустоту. Арсений что-то шептал на ухо, но разобрать было невозможно. Он был рядом, его красивое лицо было так близко, просто протяни руку. И парень пытался поднять конечность, но тело его не слушалось. А потом светлый образ Арсения исчез в поглощающей сознание темноте. — Арс, — заплетающимся языком звал Антон. — Арсен… Арсен…ний. — Эй, что с тобой? — брезгливо оглядев Антона, девушка присела на корточки рядом с ним. Она трясла его за плечи и била по щекам. — Блять, Игорь, что ты ему дал?! Игорь тем временем громко, даже как-то истерично смеялся, пребывая уже не в этом мире и вообще не в этой галактике. Та самая девушка в чёрном платье тщетно пыталась привести Антона в сознание. Отчаявшись, она стала шарить по карманам в надежде найти его телефон и позвонить, возможно, тому самому Арсению, если он вообще существует. Конечно, в скорую она звонить не стала, ведь увидев этот наркопритон, её сотрудники вызовут полицию. Контактам по типу «мама» и «папа» звонить было тоже не вариант. Она долго сомневалась, так как «Арсений Сергеевич» звучало очень уж официально. Вдруг это его отец, или учитель, или хрен пойми кто, но точно не тот, кто просто заберёт его отсюда и не будет задавать лишних вопросов. Глядя на Антона, который совсем притих, она всё же нажала на кнопку вызова. — Антон? — удивлённо произнёс мужчина, совсем не ожидая звонка посреди ночи. — Ал…ло… Арс...сений? — девушка нервно теребила толстовку Антона, внимательно вглядываясь в то, поднимается ли его грудь при вдохе или уже нет. — Да. А вы, простите, кто? — Я… Тут… Антон и у него… Я не знаю, что делать, — сбивчиво говорила она, молясь, чтобы этот самый Арсений просто забрал парня и не вызвал сотрудников полиции. — Подождите, я не понимаю. Что происходит? — Антон без сознания. У него, кажется, передозировка, — глубоко вздохнув, тихо произнесла девушка, понимая, что совсем не кажется. — Что?..

***

Арсений в ужасе сидел перед Антоном, положив его голову себе на колени и вслушиваясь в его дыхание. Рука всё время была на пульсе. Он ждал знакомого врача. Тот за отдельную плату сделает всё необходимое и не позвонит в полицию. Никогда Арсений не думал, что ему пригодится этот контакт в телефоне. Особенно для Антона. — Только дыши, пожалуйста, — на грани слез, шептал он. Ошарашенная девушка стояла в стороне истуканом, не зная, чем помочь. Почти все, за исключением невменяемого Игоря и ещё нескольких в дрова пьяных молодых людей в других комнатах, поспешили убраться из квартиры, избегая проблем. — Кто дал ему эту дрянь? — Арсений аккуратно подменил свои колени подушкой и почти вплотную подошёл к девушке. — Игорь… Он не знал, что так будет. Простите, — указав головой на парня, испуганно произнесла она, пятившись назад. — С-сука, — прошипел Арсений, мигом оказавшись перед Игорем и схватив его за рубашку. Он начал трясти парня, пытаясь привести в чувство. — Какого хуя ты наделал! — зло кричал он. Лицо Игоря, расплывшегося в блаженной улыбке, окончательно вывело из себя. Кулак со всей силы проехался по скуле. — Пожалуйста, прекратите! Пожалуйста, — девушка пыталась оттащить разъяренного Попова, но тот успел ещё пару раз проехаться по лицу. Примерно через двадцать минут приехал врач. Далее всё было как во сне. Антона привели в сознание, но наркотики всё ещё крепко его держали. Арсений вместе с той самой девушкой с трудом дотащили парня до машины. Без всяких раздумий мужчина повез его к себе домой. Донести невменяемого парня до квартиры казалось чем-то невообразимым. Он был практически не в состоянии ходить, и даже цепляться руками ему было сложно. Путь от машины до домофона Арсений нес его на руках, удивляясь тому, насколько он похудел. Мужчина заметил, что в последний раз, как он брал Антона на руки, тот стал гораздо легче. Как жаль, что подъезд у них, в отличие от подъезда Антона, закрывается. У парня же дом всегда был проходным и домофон, кажись, вообще не работал. Дальше пришлось ставить его на ноги, чтобы открыть подъездную дверь. Арсений никогда так не радовался тому, что у него есть лифт. Но и там пришлось нелегко. Антон с трудом держался на ногах, опираясь на него всем телом и тяжело дыша в шею. Когда двери лифта, наконец, распахнулись, мужчина подхватил юношу на руки, чтобы дойти до двери поскорее. Но в итоге его всё равно пришлось отпускать. Ключи в кармане упорно не хотелось нащупываться. Сначала он вытащил ключи, но от машины, затем… мятную жвачку? Откуда она вообще там. Потом какие-то бумажки, которые тоже непонятно как оказались в кармане. И самыми последними появились на свет заветные ключи от квартиры. Антон всё это время висел на плече, что-то непонятно фырча, словно ёжик, а Арсений обхватывал его одной рукой, вкладывая все силы в то, чтобы юный наркоман не встретился лицом с полом. Мужчина запрещал себе злиться, по крайней мере, пока и на такого Антона, но в глубине души всё-таки хотелось разочек его уронить. Спустя несколько минут, матерясь себе под нос, когда ноги юноши внезапно подкашивались, они наконец-то оказались в квартире. Когда принцесса по имени Антон, наконец, оказалась на кровати, Арсений облегчённо выдохнул. На всякий случай он притащил тазик и графин с водой. Спать, конечно же, он лёг вместе, так как боялся, что с парнем в эту ночь может что-то произойти. Мысль о том, что он вообще может её не пережить, мужчина гнал прочь.

***

На улице потихоньку начало светать, но Арсений боялся сомкнуть глаз. Ночь выдалась тяжёлой для обоих. Антона постоянно тошнило, он нес какой-то бред, кажется, видел галлюцинации, а примерно час назад всё же отключился. Каждые пять минут мужчина проверял, дышит ли он. На всякий случай он перевернул парня на бок, чтобы тот не захлебнулся в своей рвоте. Также Арсений всю ночь терпел. Было страшно даже отлучиться в туалет. Несколько минут он наблюдал за тяжело, но всё-таки дышащим Антоном и убедившись, что всё в порядке, он встал с кровати.

***

Тяжёлые, будто налившееся свинцом веки было сложно поднять. Во рту было сухо, губы потрескались и болели, так же как и голова, которая плюс ко всему ещё и кружилась. Антона мутило, но продолжалось это недолго. Через несколько секунд его стошнило, но в желудке ничего не было. Оглядев комнату, парень понял, что совершенно не знает, где находиться. А ещё он совершенно не помнит, как сюда попал и что вообще было. «Нужно бросать пить» — думал он, поднимаясь с кровати. Перед ним стоял тазик, в который минуту назад его стошнило. Стало стыдно. Сделав шаг, Антон сразу же сел обратно, понимая, что больше нескольких метров он не пройдёт. — Эй, — негромко крикнул он. Увидев Арсения, вбегающего в комнату, Антон подумал, что белка всё же пришла к нему. — Тош… Тошенька, ты очнулся! — мужчина хотел было кинуться к парню, но, подавив своё желание, он лишь бережно обхватил его руками. — А… Арс? — он непонимающе хлопал ресницами, перебирая в голове всё, что могло произойти, но первым вариантом было то, что это всё-таки белочка. — Что происходит? — Боже, как же я… Какой же ты… — Арсений отпрянул от парня, начав сбивчиво говорить. — Арс, я не понимаю. Как я оказался у тебя дома? Или ты… Блять, я что у твоего друга? — ему стало вдвойне стыдно. — Нет, ты у меня. Я снял квартиру. Так как ты? Тебя не тошнит? — мужчина мельком взглянул на тазик. Когда трогательная часть разговора подошла к концу, Арсений стал серьёзнее. Антон никогда не видел его таким. В его глазах сейчас были лишь презрение и разочарование. Что уж там, парню от самого себя уже давно противно. — Что с тобой происходит? — сейчас голос был не мягким и не ласковым. Он был стальным и тяжёлым. Он смотрит на мальчишку и не узнаёт его. Зелень в глазах, раньше сравнимая с летней травой, сейчас больше схожа на болотную. В них не было ничего. Они стали пустыми, будто безжизненными. На него смотрит исхудалый, мертвенно-бледный, истощенный во всех смыслах человек. Палитра Антона теперь состояла лишь из серых оттенков. — Я не знаю. Мне плохо. Я ужасный человек, — он опустил глаза. Взгляд мужчины был холодным. Казалось, ещё немного и он заморозит тебя, прямо как в сказке. Хотелось встряхнуть парня, оживить его, чтобы не видеть той безразличности во взгляде, в голосе и во всём его виде. Антону будто уже совсем плевать, что с ним сейчас и что будет дальше. От него осталась лишь тень. — Антон, давай поговорим. Расскажи мне, что с тобой. О чём ты думаешь? Что в твоей голове? — мужчина даже повысил тон голоса, надеясь, что это хоть как-то его разбудит. — Не думаю, что ты хочешь это слышать, — он и сам не хочет слышать эти мысли, но от себя не убежишь. Хотя… Он пробовал. И вот во что это вылилось. — Я тоже не уверен в этом, но я смогу выслушать. — Мне кажется, я больше не смогу. Я знаю, что я слабак, но я устал. Иногда хочется просто всё закончить. Наглотаться таблеток, перерезать вены или спрыгнуть с крыши, — эти три слова стали триггером. Они сами по себе в сочетание ужасны, но для Антона их почти физически больно произносить. Также ему невыносимо смотреть на то, как меняется лицо Арсения. Он уже пожалел, что сказал это всё. — Ты… У тебя были попытки? — на место стали в голосе пришла дрожь, а в глазах застыл ужас. — Нет. Я хотел порезаться, но… «Ты увидел бы и расстроился» — мысленно продолжил Антон, считая себя полнейшим придурком. То есть резаться он не стал, но зато сделал много чего другого. Класс, молодец, действительно не расстроил. Наверное, его мозг уже атрофировался, и теперь поступки не имеют никакой логики. — Пообещай, что больше никогда не причинишь себе боль умышленно, — мужчина собрался, снова стал серьёзным до невозможности и внимательно смотрел парню в глаза. — Я… — Антон тяжело вздохнул. Он уже давно понял, что с обещаниями у него всё плохо, но… ради Арсения он ведь может постараться? Да и под таким взглядом сложно отказать, — обещаю. — Выдохнул он. — А теперь скажи мне, ты давно употребляешь? Антон опустил глаза. Ему стыдно. Он совсем не хотел, чтобы Арсений узнал об этом. Мало того, что ему пришлось это узреть, так он ещё и едва не увидел смерть парня, но очень вовремя оказался рядом и снова спас. А ещё он потом выхаживал его, видел это дерьмо, то состояние, этот чёртов тазик, в конце концов. Боже, наверное, Антон будет стыдиться этого всю оставшуюся жизнь. — Посмотри на меня, — громче обычного сказал мужчина, подняв голову юноши на себя. — Я… Нет, это был первый раз, — он снова соврал. Но то, что было несколько лет, ведь не считается. — Прости меня, пожалуйста, — в глазах Арсения появилась жалость и та самая вина, которой Антон совсем не удивился. — Нет, нет, это не из-за тебя. Ты вообще не виноват, — парень взял руку мужчины в свои. — Это всё из-за меня. — Нет, Тош… — Да. Это у меня… проблемы, — так не хотелось всё рассказывать, но папка под названием «потом» уже переполнена. Разговор необходим. Нужно, наконец, признаться, в чём дело, и может быть, тогда станет легче. Может, это поможет. — Это связано с одним человеком. Рассказ дался тяжело. Антон с болью вытаскивал из себя слова, но с каждым предложением становилось действительно легче. Он словно очищался от всего того, что так долго покоилось внутри, не давая жить нормально. Арсений в свою очередь, крепко обнимал, до конца рассказа не выпуская парня из своих рук. Нежные поглаживания по голове успокаивали, снимали напряжение. Мужчина старался показать, что он рядом, что он не бросит и поможет. — Так что твоей вины нет, — Антон отпрянул от мужчины, дабы взглянуть ему в глаза и убедиться в том, что он всё понимает и теперь не тащит ответственность за тот день на себе. — Хорошо, но… Тогда что с тобой? Ты очень похудел. Ты буквально убиваешь себя, — Арсений провел тыльной стороной ладони по щеке юноши. — Моя подруга умерла. Из-за меня. — Почему из-за тебя? — Она была влюблена в меня, призналась мне, а я её отверг. Разговор был долгим. Слова Арсения были схожи со словами Димы, но чувство вины не отпускало. Здесь одним разговором не отделаешься. Но мужчина был настойчив, он убеждал в обратном, теперь уже парня, старался доказать, что его вины в этом нет. — Тош, я понимаю, это очень больно, но поверь, ты не должен терзать себя. Я думаю, она бы этого не хотела. Позволь себе отпустить и дай себе свободу от этих оков в виде вины. Антон действительно задумался над этими словами. Но просто взять и отпустить не получалось. — Я… я постараюсь. — Я уже спрашивал об этом, но сейчас скажи честно, у тебя проблемы с едой? — Честно не знаю. Я ем, но редко. Просто сейчас еда — это последнее, о чём я думаю. Иногда я просто забываю о том, что мне нужно питаться, — парень ждал нотаций про то, что нужно нормально кушать, но он забыл, что это — Арсений. — Хорошо, тогда я буду тебе напоминать. Пойдём кушать, — он слегка улыбнулся и потрепал юношу по волосам. Он смягчился, и теперь злости совершенно не осталось, была лишь жалость и забота. — А, и ещё. Тебя, наверное, мама там совсем потеряла. Позвони ей. — Нет, она как раз на работе. Я напишу ей смс. Арсений считал это не просто странным, а с какой-то стороны даже ненормальным. Казалось, что родительница Антона безвылазно находится на работе. Но расспросы он решил отложить. Для юноши их уже и так достаточно на сегодня.

***

Перед Антоном стояла очень аппетитная, ароматная паста, похожая на карбонару, хотя он не особо в них разбирается. Но тарелка для его маленьких размеров желудка была слишком большой. Он и половину не съест. — Арс, это слишком много, — он боялся это говорить, ведь тогда мужчина наверняка подумает, что он рппшник, но если съесть это всё будет ещё хуже. — Ну, оставишь, если что, я доем, — спокойно ответил Арсений. В который раз он удивляет юношу своим спокойствием. Никаких тебе нотаций и ругани. Когда перед Антоном поставили кружку с чаем, он мгновенно узнал этот аромат. Апельсиновый чай. Только не дешманский пакетиковый, а хороший листовой. Парень глупо улыбнулся, сделав глоток. Арсений мысленно поймал эту улыбку в кулак, приложив его к сердцу. Это первая за сегодня. После того, каким он видел паренька, такая едва заметная секундная улыбка была ценнее золота. Мужчина действительно испугался, увидев состояние Антона и этот потухший взгляд. Но, к счастью, сейчас он начал потихоньку приходить в себя. — Вкусно? — с теплотой и заботой глядя на парня, спросил он. — Офень, — с набитым ртом отозвался Антон.