Приходи посмотреть на звезды

— Кошмар… — произнёс Антон, глядя в своё отражение. Он даже не помнит, когда в последний раз ходил в душ. Волосы были сальными, грязными и спутавшимися, зубы жёлтыми, а про цвет кожи и то, что творилось под глазами, можно и не говорить. Даже перехотелось выходить к Арсению. Как ему не противно наблюдать его такого… Пересилив себя, парень всё же нажал на ручку двери, понимая, что находится здесь ещё пятнадцать минут будет уже странно. — Арс, а можно… помыться у тебя? — неловко произнёс он, вспоминая такой же случай с мужчиной у себя дома. — Конечно, сейчас дам чистое полотенце, — Арсений стал копаться в шкафу, пока Антон решался попросить кое-что ещё. — Держи. В ванной можешь пользоваться чем захочешь. — И это… Можно ещё чистую одежду, — парень не понимал, почему он так робел сейчас. — Да, сейчас что-нибудь поищу. — Я тогда пойду, пока, — хотелось уйти поскорее, чтобы перестать чувствовать неловкость. Антон чувствовал себя так только при Арсении. У друзей же он мог спокойно сходить в душ, залезть в холодильник и, наверное, он бы даже носил их одежду, если бы она была по размеру. Уже в который раз за сегодня Антон восхищается этой ванной комнатой. Она была выполнена в тёмных тонах, видно, что ремонт совсем новый. Объёмная раковина, большая квадратная ванная и самое главное, всё было таким чистым, словно убирались здесь по несколько раз в день. Даже на зеркале не было следов от брызгов воды. Да и в целом эта квартира была шикарной. Основным цветом интерьера был серый, только мебель была темно-коричневого цвета. Казалось, что здесь живёт настоящий граф. Больше всего Антону полюбился пушистый и мягкий белый ковёр в спальне Арсения. В комнату парня, который любит сидеть на полу, такой бы не помешал. Только вот не понятно, зачем мужчине две комнаты, но с другой стороны, он может себе это позволить. На полочках стояло очень много всяких бутылочек. Парень долго искал то, что ему было нужно, и в итоге всё же нашёл. Большой, кажется литровый гель для душа с запахом апельсина. Дозатор у него был как у жидкого мыла. Из ванной вылезать не хотелось. Она наполнилась приятным, даже опьяняющим ароматом. А ещё Антон понял, что выходить ему придётся только лишь в одном полотенце, которое едва прикрывало пятую точку. Мысленно парень поражался своему умению тупить. Конечно, если бы он не обмотал полотенце, как истинная дама, вокруг груди, оно было бы длиннее, но так было комфортнее. Перед выходом, он также прополоскал рот зубной пастой. — Кхм-кхм, — придерживая верх полотенца, Антон старался не делать резких движений, что бы оно не упало. — Думаю, тебе они должны подойти, — Арсений мило улыбался, глядя на стесняющегося парня. — Чего ты лыбишься? — он специально перестал придерживать полотенце, опустив руки, но оно мгновенно начало сползать в низ, едва не упав совсем. — Отвернись. Парень зачем-то тоже отвернулся и убедившись, что Арсений действительно не смотрит, он стал одеваться. Полотенце пришлось пока оставить на полу. Было очень не очень то, что мужчина дал майку с короткими рукавами, которые открывали «прекрасный» вид на шрамы. Один темно-фиолетовый очень сильно выделялся на фоне бледной кожи, привлекая внимание. По крайней мере, Антону казалось, что теперь взгляд голубых глаз будет падать только на него. Далее он надел нижнее белье. Почему он не подумал о нём, находясь ещё в ванной, притащив его сюда? И штаны, которые едва держались на тазовых косточках. — Всё, я готов, — он подобрал с пола полотенце и повернулся к мужчине. — Готов смотреть фильм? — улыбаясь, спросил Арсений, забрав полотенце. У Антона в животе внезапно расплодились бабочки. Если бы он сделал себе харакири и выпустил насекомых, то их было бы не меньше сотни. Стоп… Харакири? Почему он вообще подумал именно о нём? — Всегда готов, — он мысленно встряхнулся, дабы отогнать эти мысли, и постарался искренне улыбнуться в ответ. — А давай продолжим смотреть наш сериал. Наш У них есть действительно что-то своё, то, чем они занимаются вместе. Это, можно сказать, их сериал. Антон снова почувствовал бабочек, но старался уже не думать про разрезание живота. Он надеялся, что таких вещей со временем у них будет больше. Может, у них будет та самая кофейня, которую они будут очень часто посещать, пить там любимый карамельный латте и наслаждаться компанией друг друга. Не смущаясь никого, они будут смотреть друг на друга влюбленными глазами. Или, может, у них будет общее занятие. Например, готовка. Арсений научит его готовить, и они вместе будут печь любимую для обоих выпечку, пачкая носы друг другу мукой. А может быть, мужчина будет приглашать его смотреть на звезды. У него ведь есть телескоп. Антону представлялось, как тёплой летней ночью они лежат на пледе и рассматривают звёздное небо. Он будет лежать у Арсения на плече, вдыхая его запах и сплетая с ним пальцы. А потом они будут разглядывать звезды уже ближе, восхищаясь их красотой. А также Антон сможет увидеть луну настолько близко, насколько раньше он никогда не видел. За всеми этим парень заметил, насколько они похожи. От карамельного латте, который Арсений тоже очень любит, до любви к сладкой выпечке и сладостям в целом. Также мужчина любит чай без сахара, но кофе при этом пьёт сладкий. Взять даже тот самый гель для душа. Антон ведь просто обожает всё, что связано с этой прекрасной ягодой или фруктом, он так и не разобрался. И вот в ванной стоит апельсиновый гель для душа. И даже в восхищение звёздами они совпали. Ещё и место у них было одно и то же. Как-то Арсений рассказывал, что в детстве он просто обожал рисовать и даже учился в художественной школе, правда, не закончив её. Всё это мелочи, но если собрать их воедино, понимаешь, что вас свело судьбой. — Надеюсь, сайт запомнил, на какой серии мы остановились. Потому что я нет, — произнёс Арсений, на что Антон согласно покачал головой. Серия была насыщенной. В ней было, как обычно, всё. От гейского секса до наркотиков, любви, драм, ссор и примирений. Впрочем, для «Бесстыжих» это нормальная история. Но Антон толком не смотрел. Вернее, его глаза смотрели в экран, но вот мозг на происходящем в нём совершенно не хотел концентрироваться. Иногда он всё же возвращался в реальный мир, наблюдая за яркими эмоциями Арсения при просмотре и как раз за теми самыми драмами в сериале. Но через минуту он уже был целиком поглощен своими мыслями. Слишком много всего произошло. Он никак не мог выбросить из головы смерть Иры. Только сейчас Антон осознал, насколько плохо он поступал по отношению к ней. Он сравнивал её с другим человеком, при этом не в пользу девушки. Ему часто не нравилась излишняя её тактильность, и мысленно он злился на это. Он знал о её чувствах и ничего не делал. Отношения к Ире теперь казалось таким неправильным. Так друзья не поступают. Он думал о своём образе жизни. Больше всего на свете он боялся стать таким, как родители, но в итоге стал практически их копией. Не хватало только родить ребёнка и испортить ему детство, вырастив из него человека с кучей психологических травм, которые не дадут жить нормально. Антон не хотел быть алкоголиком и уж тем более наркоманом, но эта тропинка, по которой он идёт, как раз ведёт именно к такому исходу. Он думал о том, что чертовски устал. Мысли о самоубийстве посещали голову всё чаще. Мысли о селфхарме были в ней всегда. Сколько ещё судьба пошлёт ему испытаний, чтобы убедиться в том, что он сильный. Или слабый… По одиночке, наверное, всё же слабый и не способный это пережить. Но теперь у него есть тот, кто даст руку поддержки. Рядом с ним все испытания кажутся преодолимыми. Рядом с ним, в принципе, кажется, что никаких испытаний и нет. Жизнь кажется лучше, счастливее. Её хочется жить. Но самой первой и самой последней пришедшей в голову мыслью была: «А что с нашими отношениями?» Кто они друг для друга? Друзья? Но ведь друзья не целуются впоследствии, едва не трахаясь. Вспоминая о Диме, Антон понимает, что и такое возможно, Но для него самого Арсений — уже не друг. Да и по сути, он никогда им не был. Сначала он был просто незнакомцем, которого стоит опасаться, а после он стал невзаимной любовью. Может быть, уже не невзаимной. Но они и не встречаются. Парень не понимает, что мужчина чувствует к нему, и ему очень страшно об этом узнать и признаться в своих чувствах. Конечно, поцелуй уже можно назвать признанием, но хотелось всё-таки сказать три этих заветных слова. Я тебя люблю. — Тош, всё нормально? — Арсений дотронулся до плеча юноши, отчего тот аж вздрогнул. Сердце каждый раз сжималось в комок при виде такого Антона. Арсений не знал, о чём именно он думает, но понимал, что эти мысли совсем не позитивные. Парень так глубоко погружался в них, что казалось, ещё мгновение и они поглотят его полностью. Не возможно за один вечер оправиться от всего, что с ним произошло. Но мужчина старается сделать всё, чтобы юноше стало лучше. И он будет стараться до тех пор, пока Антон не оправиться полностью. — Арс, — Антон тревожился, внутри всё сжималось, но он уже всё для себя решил. И самое главное, он сейчас трезв. Это уже не тот пьяный поцелуй, когда ты толком не осознаешь, что делаешь. Полностью повернувшись к мужчине, он несмело взял его за руку, обратив внимание на подаренное им кольцо. Проведя большим пальцем по металлу, он поднял глаза. Хотелось сказать это, глядя в голубые, такие красивые глаза. — Я люблю тебя. Арсений несколько секунд молчал, из-за чего парень успел напрячься и расстроиться. Но затем он плавно притянул его к себе, сократив расстояние между губ до каких-то миллиметров. Последний выдох и…. Антон понял, что не на дно. Сейчас к небесам. Парень медленно сходил с ума от ощущений, от вкуса таких желанных губ, от того, насколько этот поцелуй был идеальным. Арсений целовал осторожно, но умело, едва касаясь языком языка Антона. Когда он провел кончиками пальцев по затылку и выше, у парня окончательно снесло крышу. Мурашки побежали по телу. Антон выдохнул в губы, едва сдержав стон. Он таял в руках мужчины, вдыхая его запах. Арсений отстранился, увидев смущенную и довольную улыбку Антона. С минуту они молчали. Им и не нужны были слова. Мужчина, запустив руку в волосы юноши, массажировал кожу головы, вызывая у того бесконечные волны мурашек. Обхватив шею руками, теперь уже Антон притянул мужчину к себе. Ему было мало, хотелось целоваться, а потом снова целоваться. Это лучше, чем секс, это лучше, чем самая желанная сигарета, это лучше, чем всё. Водя по лопаткам холодными кончиками пальцев, заставляя уже Арсения покрываться мурашками, парень слегка покусывал его губы, нежно зализывая их. Он трепетно исследовал кончиками пальцев шею, скулы и часть спины мужчины. Сейчас было так хорошо, так спокойно и так приятно, как никогда раньше. Антону хотелось то ли бесконечно улыбаться, то ли плакать, то ли всё вместе от счастья. Этот поцелуй самый лучший в его жизни. Он как наркотик, погружает в эйфорию, но он определённо лучше, чем наркотики. «Как же я тебя люблю. Я очень сильно тебя люблю» — всё, что было в мыслях юноши сейчас.

***

— Арсюш, можно я останусь у тебя? — Антон наконец понял, как хочет называть мужчину. И никаких тебе котиков, зайчиков и пусичек. Мило, но не до блевоты. Хотя какая разница, если обоим нравится. — Конечно, солнце моё, — он распахнул руки, приглашая в объятия. Это ласковое «Арсюш» грело сердце. Его очень редко так называли, но из уст парнишки такая форма имени звучала более чем приятно. — Главное, чтобы мама тебя не потеряла. — Не потеряет, — Антон заулыбался во все тридцать два, а мысленно он вообще прыгал от счастья. Во-первых, он останется у Арсения, а во-вторых, он теперь действительно его солнце. Они лежали в обнимку, наверное, часа два, изредка переговариваясь о чём-то. Тишина не мешала, не давила и не смущала. Здесь и сейчас было хорошо и без слов. Арсений перебирал пряди любимых кудряшек, дыша в макушку и иногда гладя по плечу или спине, а Антон лежал на груди, слушая размеренное сердцебиение и обнимая. — А ты боишься щекотки? — хитро улыбаясь, он легонько провел пальцами по рёбрам мужчины. — Даже не думай, — сначала было щекотно лишь слегка, но потом Антон в прямом смысле защекотал его, заставляя извиваться и громко смеяться. — Ах, та-ак, — он внезапно перевернул юношу на спину, быстро пробегаясь по его бокам пальцами. Устав гоняться друг за другом и бесконечно смеяться, они рухнули на кровать, восстанавливая дыхание. Всё время Антон старался прикрывать шрам ладонью или лежать на этой руке, но сейчас он совершенно про это забыл. Когда Арсений внезапно стал водить указательным пальцем по белым полоскам, уделив особое внимание фиолетовой, парень напрягся. — Ужасно, да? Я жалею, что изуродовал себя, — он хотел одернуть руку, но мужчина не дал этого сделать, начав зацеловывать каждый шрам. — Ничего не ужасно. Со шрамами или без, ты всё равно красивый. У тебя прекрасная выразительная внешность, и я очень хочу, чтобы ты в этом не сомневался, — через поцелуй говорил Арсений. У Антона внутри что-то словно перевернулось от этих слов. Это был такой трогательный, такой личный момент, что хотелось разрыдаться, утыкаясь мужчине в грудь. Эти слова тронули, добравшись до самого сердца. Такого он не чувствовал никогда. Арсений буквально каждым своим словом излечивал душу, вычищая оттуда всю грязь.

***

— Ты уже решил, на кого будешь поступать? — спросил Арсений, когда они уже лежали на кровати, готовясь ко сну. — Да, на ветеринара. В Воронеже есть классный университет, где можно на него отучиться, и я очень хочу туда попасть, — подняв глаза к потолку, произнёс парень как-то даже мечтательно. Уж никогда он не думал, что место учёбы ему будет важно, но то заведение было действительно хорошим. — Очень хорошо, что ты уже знаешь, кем хочешь быть, и даже выбрал университет, — как-то задумчиво произнёс мужчина, кивая головой.

***

Несколько раз, просыпаясь ночью, Антон ощущал на своём теле руки Арсения, который мило сопел во сне. Счастливо улыбаясь, парень утыкался в него носом, словно кот, и за считанные секунды засыпал, чувствуя себя самым счастливым человеком на свете. Ещё помнилось тёплое одеяло на плече и поцелуй в макушку, когда он уже засыпал. Даже не помнится, когда в последний раз сон был таким спокойным и сладким. А самое главное — без кошмаров. Арсений всё ещё спал. Не удержавшись, парень тихонько встал с кровати, чтобы взять телефон и сделать снимок. Теперь в его галерее есть фотография милейшего Арсения, который, словно ребёнок, подложил руку под щеку. Антон успел умыться, полностью проснуться и приготовить такую себе яичницу, к которой пришлось искать специи, чтобы хоть немного её исправить. Он не знал, какие к ней подойдут, да и ничего, кроме перца, парень не нашёл. Плюнув, он достал из холодильника кетчуп и нарисовал им сердечко, надеясь на то, что мужчина любит полностью прожаренную яичницу. Зная заранее, что кофе, скорее всего, тоже не найдётся и не получится, так как Антон в душе не знал, как его варить, выбор пал на чай. Когда всё было готово, он пошёл будить Арсения. — Арсюш, просыпайся, — шептал он, целуя мужчину в щеки, лоб и в носик. — Я там завтрак приготовил, надеюсь, ты осмелишься хотя бы попробовать его. — Доброе утречко, Тош. Как спалось? — зевнув, произнёс Арсений, потягиваясь. — Лучше всех, — чмокнув мужчину в губы, ответил парень. — Так-с, ну, пошли пробовать твоё творение. Когда Арсений сел за стол, Антон, ожидая реакции, смотрел на него, подперев голову ладошкой. — Как мило, — глядя в тарелку, сказал мужчина, кладя в рот вилку с небольшим кусочком яичницы. — Вкусно, вкусно, не переживай. На самом деле ему бы хотелось, что бы вот так просыпаешься, а на столе уже стоит завтрак. Да и просыпаться не в одиночестве, оказывается намного лучше, чем наоборот. Квартира становилась намного уютнее с присутствием ещё одного человека в ней. — Спасибо, — если бы Антон был котом, он бы сейчас непременно замурлыкал. Попробовав, он убедился, что есть можно и принялся поглощать еду, надеясь на то, что она зайдёт хорошо. Арсений съел всё, оставив тарелку пустой, чему парень был очень рад. Но сам он доесть свою порцию не смог, оставив почти половину. Получилось действительно неплохо, но с утра, как обычно, никакого аппетита не было. Еду пришлось выбросить. Затем парень помыл посуду, несмотря на все возражения мужчины, и засобирался домой, ведь по теории его мать должна была сегодня вернуться с работы домой. — Я подвезу тебя, — Арсений направился в прихожую, захватив ключи от машины и квартиры. — Давай по дороге заедем в кофейню. — Ну, давай, — согласился Антон. — Только не в ту, в которой мы были прошлый раз, — настороженно добавил он.

***

— Тебе такой же, как и мне? — спросил Арсений, сняв пальто и повесив его на спинку стула. Антон уговаривал его надеть что-нибудь потеплее, но мужчина отказывался, аргументируя это тем, что в машине тепло, а по пути в кофейню он замёрзнуть не успеет. — Да, карамельный, — улыбаясь, ответил он. Как удобно и приятно, когда у вас с любимым человеком схожи вкусы. Вернулся мужчина ещё и с двумя шоколадными пироженками. Эта кофейня выглядела попроще, той самой, которую Антон теперь считает каким-то тайным сборищем извращенцев. Но здесь было даже атмосфернее. Несколько картин неизвестных парню художников, висело на стенах. В углу были полочки, на которых стояла очень красивая декоративная посуда со всякими рисунками и надписями. Также на полочках были книжки, а у окна стояла художница, вырисовывая на нём ещё одну картину. С удовольствием съев пироженку, которая понравилась обоим, и допив кофе, они поехали дальше. Залипнув на изящные движения при вождении, Антон не заметил того, как машина остановилась. Он заметил, что Арсений снимал подаренное им кольцо только перед сном и на утро надевал обратно. Такое отношение к подарку не могло не радовать. Неужели оно всё-таки понравилось ему? Вообще, парень вложил в эти кольца с надписями «flight» и «infinity» определённый смысл, наверное, понятный только ему самому. Какое подарить мужчине, он решил сразу. Без тысячи слов, он дарил это кольцо, надеясь на бесконечность. На то, что Арсений останется с ним навсегда. Может, у них получится? А второе любимое кольцо он теперь также носит, практически не снимая. Для него эти два серебряных украшения, можно сказать, стали парными. Всё просто. Мужчина подарил ему чувство полёта. Рядом с ним он словно обрёл крылья и научился летать. Он чувствует себя где-то в мягких и пушистых облаках, не опасаясь упасть. Забавно, что два избранных кольца обрели пусть странный и не всем понятный, но всё же смысл. — Блин, так быстро, — грустно сказал он, переведя взгляд в окно. На кожаном сидение машины было очень удобно и тепло. Антон гордился своим парнем. Наверное, теперь он может называть Арсения так. Он гордился тем, какой у него молодой человек. Даже не верилось, что ему достался такой красивый, добрый, нежный, внимательный и самый-самый мужчина, ещё и с такой шикарной машиной. — Я тоже буду скучать, — глядя на парня, сказал он, тепло улыбаясь. — Поцелуешь меня? — что уж там, Антон уже скучал. Арсений наклонился ближе, Антон закрыл глаза, ярко ощущая запах мужчины, и почувствовал его тёплые губы на своих. Каждый поцелуй с ним ощущался как первый. Всё то же трепетное волнение, всё то же желание, чтобы этот момент не заканчивался никогда. Всё тот же миллион бабочек в животе и лёгкое возбуждение. Но мужчина никогда больше не переступал границу дозволенного, опуская руки слишком низко. Он никогда не спускался ниже того места, где должна быть талия. И их поцелуи теперь были осторожными, мягкими и лишенными животной страсти.

***

Дома, конечно же, никого не было и хорошо. Звонков и сообщений от матери тоже не наблюдалось, поэтому Антон выдохнул, надеясь, что внезапных визитов не будет. Извинившись перед котом, который, конечно же, ничего не понял за долгое отсутствие, он дал ему корма и воды и пошёл в комнату. Голова, как назло, начала болеть, но по сравнению со вчерашней болью её можно стерпеть, ведь таблеток нет. Да и в целом парень чувствовал себя сегодня не совсем как обычно. Наверное, это остаточные симптомы, ведь всё-таки его организм за последнее время принял слишком много дерьма и потому не может оправиться за один день. Арсению он говорить про это ничего не стал. «Я всегда себя плохо чувствую» — думал он, решая лишний раз не беспокоить мужчину, который и так потерял уже много нервных клеток. Запах сигарет, к счастью, выветрился из комнаты, так как окно всё время было открыто. В воздухе ожидаемо летала пыль, ведь не убирались здесь уже давно. Сделав заметку в голове, что нужно в ближайшее время обязательно убраться, парень пошёл на балкон. Стоя на балконе, Антон хотел было закурить, но внезапно задумавшись, он засунул сигарету обратно и отложил пачку. Захотелось бросить курить. Во-первых, парень давно заметил, насколько Арсению противен запах сигарет, и, скорее всего, мужчина хотел бы, чтобы он бросил, а во-вторых на эту вредную привычку уходит немало денег, которые можно отложить на учёбу или те же самые вещи и продукты. Самому был не до конца понятен этот внезапный порыв. Наверное, эти отношения просто хорошо на него влияют. Отношения Не верилось, что у него теперь есть отношения. Не какая-то там невзаимная любовь, не какие-то там непонятные мутки, а действительно серьёзные, крутые отношения с самым лучшим мужчиной. Антон завидовал самому себе, до конца не осознавая, что его чувства взаимны. Он всем сердцем хотел быть с Арсением, всё опасаясь того, что его отвергнут или используют и предадут. Он боялся быть ненужным и слишком навязчивым. Хотелось целовать мужчину не в мыслях, а в реальности, чтобы в любой момент можно было это сделать. Хотелось вот так засыпать и просыпаться рядом с ним, постоянно глядя на сонное и умиротворение лицо. А потом будить его поцелуями, шепча на ушко милые слова. Раньше он только мечтал о таких отношениях, думая, что его такого никто не полюбит. Казалось, что он может быть лишь чьей-то игрушкой, которую, наигравшись, выбрасывают. Но сейчас Антон разрешает себе поверить в то, что всё по-настоящему что его не бросят и не предадут. Он позволил себе отпустить все страхи и любить, чувствуя себя любимым в ответ. Довольный до жути, Он достал дневник, чтобы сделать, наверное, самую позитивную и наполненную счастьем запись.