Когда собаки не лают

      Сегодня 31 октября 1981 года. В этот злополучный день злой уродливый дядька пришёл в их дом и убил маму с папой, оставив их совсем одних, без любимых родителей. Он пытался убить и Гарри, но Альфреда с криком «НЕТ!» бросилась к младшему брату, открывая дверь шкафа, куда мама сказала ей спрятаться. Но она не успела. Зелёный луч какого-то неизвестного ей заклинания добрался до Гарри быстрее, чем она. Альфреда уж было хотела наброситься на уродливого мужчину и исцарапать его лицо своими ногтями, но, как только яркий свет исчез, она замерла. Мужчины не было. Был Гарри, он также сидел с мокрым от тихих слёз лицом и удивлённо смотрел на тело их мамы, умиротворённо лежащее на полу. Альфреда же старалась не плакать, она подбежала к Гарри, не обращая внимания на какой-то непонятный шрам на его лбу, и хотела уже попытаться взять его на руки или хотя бы залезть в его кроватку и обнять, но вдруг, буквально через минуту, зашёл ещё один мужчина. Дедушка. С длинной бородой и очками-половинками, похожими на дольки мандаринки или лимона. Но он отличался от предыдущего. На его лице была лёгкая милосердная улыбка, а глаза выглядели понимающими. Но Альфреда всё равно встала перед Гарри, закрывая его спиной и напрявляя на него свою ладонь, понимая, что своим магическим выбросом, сможет отогнать этого человека, сделать так, чтобы он ушёл и больше не вернулся. Мужчина заговорил.       — Будешь прощаться? Ты видишь его в последний раз, – стоя в дверях комнаты, спокойно сказал незнакомый бородатый мужчина.       — Тего? – нахмурившись, непонимающе спросила Альфреда, замерев, но не опустив руку. – Вы убьёте меня такзе, как тот дядька убил маму с папой?       — Ну, что ты... Я не настолько жесток. Но чем дольше мы тут пробудем, тем больше у тебя будет проблем.       — Посьи вы нафик, – возмущённо воскликнула она, направив свою ладонь точно ему в грудь. Обычно, когда её папа говорил так, люди уходили, поэтому Альфреда тоже решила воспользоваться этим приёмом. Только вот мужчина не хотел уходить.       — Девочка моя, это, конечно, всё очень мило, но нам нужно спешить.       — Я никуда без Гаьи не пойду! – ещё больше нахмурилась она, её пальцы слегка закололо.       Мужчина фыркнул, что было похоже на издевательский смешок.       — Мне придётся сделать больно твоему младшему брату, если ты не пойдёшь со мной, – Альфреда напряглась. – А если ты, как хорошая девочка, послушаешься меня, то с Гарри всё будет в порядке, и его заберёт добрый полувеликан Хагрид. Он позаботиться о нём и будет любить его, как сына своего лучшего друга. Хагрид и правда очень хороший полувеликан.       С каждым его словом Альфреда чувствовала себя всё неувереннее. Она не знала, можно ли ему верить, но, глядя на этого мужчину, ей очень сильно хотелось отвернуться. Он её отталкивал всем своим видом.       — Я считаю до трёх, девочка моя. Раз.       Альфреда испуганно ахнула.       — Два.       Она сделала шаг назад. Неожиданно ударилась об кроватку и вздрогнула.       — Три.       — Вадна! – прикрикнула Альфреда. – Я пойду с вами! Тойко не тʼогайте Гаьи!       — Как скажешь, девочка моя, – снисходительно кивнул он. – Будешь прощаться? Ты видишь его в последний раз, – стоя в дверях, милосердно сказал незнакомый бородатый мужчина, который пришёл за ней.       Альфреда медленно опустила свою руку и повернулась к младшему брату, аккуратно поправляя на плече сумочку, которую мама успела на неё надеть, прежде чем приказала ей прятаться в шкафу.       — Обесяю, Гаьи, я пьиду за тобой. Стобы не произосло, пьиду, – тихо, едва слышно, прошептала Альфреда, сдерживая слёзы. Она сняла со своей шеи парный кулон, сделанный для Гарри её собственными руками, и надела его на него, зная, что у неё в кармане завалялись другая половинка. Она поцеловала младшего брата в лоб, незаметно вытаскивая из-под подушки Гарри припрятанные ею деньги и какую-то карточку, которую мама запрятала туда, когда тот дядька вошёл, и печально склонила голову вперёд, закрывая глаза чёлкой, чтобы незнакомец не увидел в них медленно зарождающуюся ненависть.       Как только закрылась потрёпанная входная дверь, из дома послышался истошный плач полугодовалого ребёнка.       В тот день Альфреда Лили Поттер поклялась, что все, кто замешан во всём этом, обязательно получат по заслугам.