Избавь меня от проклятия

      Пак Сонхун выслушал слова Рики, его заключение и его смирение, и от этого было, мягко говоря, некомфортно. Не мог понять, почему младший не винил его, но в какой-то степени почувствовал облегчение. Особенно смотря на милое, совсем не злое лицо японца. И какая-то сила играла с ним в плохую игру — на вид мягкие, нежные губы не остались без внимания, что старшему захотелось попробовать их на вкус, почувствовать и насладиться этой нежностью... В следующий миг он просто притянул Рики за одежду и прильнул к губам, обхватив маленькое лицо своими ладонями. Поцелуй был коротким, детским, нежным и романтичным — младший не сопротивлялся, хоть это и было внезапно. Казалось, что он просто потерял себя — не двигался с места.       — Я... — медленно отстранившись от столь сладких губ японца, Сонхун попытался что-нибудь сказать, но ничего не выходило. — Я просто... — он чувствовал вину, может даже стыд, но было уже поздно что-либо изменить.       Пухлые щечки младшего порозовели от осознания того, что они только что сделали, но Рики слабо улыбнулся, опуская голову вниз. Хотел скрыть своё смущение, но глупая улыбка сам по себе появилась на лице, и ему захотелось попробовать это снова — такого умиротворения и спокойствия он никогда не чувствовал. Это было что-то вон выходящее, запретное, но такое сладкое.       — Хён... — тихо начал Рики, обратно поднимая голову к Сонхуну. — Это было... так... фантастически, — Пак сразу понял, что это был первый поцелуй младшего, также его покрасневшие уши и щеки подтвердили этот факт. — Если честно... я бы хотел повторить это снова...       Либо это был намёк на повторение, либо просто слова, чтобы Сонхун не чувствовал себя виноватым, но старший просто отвернулся в бок, чувствуя внутри какое-то волнение. Внезапное такое, из-за которого хотелось сделать глубокий вдох, будто во время панической атаки, а затем оседлать на пол, чтобы успокоиться. И Пак правда начал тяжело дышать — легкие сильно сжали, а руки задрожали. Невозможно было стоять в таком состоянии, поэтому Сонхун просто сел на корточках, пытаясь отстегнуть верхние пуговицы своей черной блузки и отдышаться как положено.       — Что случилось, хён? — можно было услышать волнение в голосе Рики, и Сонхун помотал головой в отрицании.       — Всё в порядке... — третьекурсник оттолкнул руки японца от себя, чтобы держать в приличном состоянии, когда тот хотел помочь ему встать. — Я просто... иногда такое случается, — решил соврать, чтобы Нишимура не заподозрил ничего.       О его чувствах... которые возродились вновь...       Пак Сонхун никогда бы не поверил о наличии проклятия, если бы не Рики со своей влюблённостью. Когда его бывшая, которая и наколдовала всё это, говорила ему, что он не сможет вернуть свои эмоции, сослался на шутку и не хотел вспоминать об этом разговоре. Ведь со своими друзьями он чувствовал себя живым человеком — смеялся, радовался, шутил. Но он всё равно остерегался от людей с красными розами. Одним из них и оказался Нишимура Рики со своим кофе, на стаканчике которого была изображена роза. В тот момент Сонхун внезапно понял, что к этому первокурснику он не чувствует ничего, кроме ненависти, злости и отвращения — это было колдовство, что украло его положительные эмоции к этому парню. Даже до этого поцелуя он не верил, что именно этот японец является его судьбой! Теперь все было ясно — проклятие снято. Ведь в этот момент все чувства внезапно вспыхнули внутри как бутон красной розы. Один за другим начали атаковать его, когда он встретился с обеспокоенным взглядом Рики, который не знал, что делать в этот момент.       — Ты правда в порядке? Может, у тебя есть какие-нибудь лекарства? — вместо своего здоровья Рики волновался о Сонхуне больше. Он не хотел, чтобы ему было больно, чтобы он страдал, чтобы он заболел, потому и предложил ему умыть лицо холодной водой, что тот и сделал.       — Не волнуйся... — ещё раз тяжело вздохнув, Сонхун повернулся к Рики и кивнул головой. — Ты ведь ещё хочешь забрать к себе того котёнка?       Младший неуверенно кивнул головой, опуская голову вниз. Он правда хотел приютить её к себе, но понимал, что после его смерти не к кому за ней присматривать. И у него был один план, но решил пока об этом умолчать.       Парни покинули кинотеатр, и поспешили на поисках котёнка, ведь не будет же свободно двигающееся животное на четырёх лапах сидеть на одном месте. Но всё-таки смогли найти её около мусорного бака. И только после этого поехали в дом Рики на такси.       Нишимура, на самом деле, планировал сам за всё оплатить, ведь на свидание пригласил именно он, но Сонхун молча все сам оплачивал, даже не спрашивая разрешения. Это было неловко, но первокурсник ничего не сказал.       В такси вновь было неловкое молчание, потому что каждый погрузился в своих мыслях — Рики не хотел, чтобы этот день закончился, а Сонхун думал о своих чувствах, которые вырывались наружу. Ему внезапно захотелось осыпать младшего комплиментами, говоря, какой он милый и красивый, захотелось обнять и поцеловать, чтобы тот вновь засмущался. Но каждый раз напоминал себе, что это не по сонхуновски. Ну конечно! Он ведь весь такой хладнокровный и грубый, особенно по отношению к этому студенту. И потому ему каждый раз приходилось контролировать свои желания.       — А ты... дальше сам не едешь? — удивился Рики, когда после него из такси вышел Сонхун. Тот неловко почесал свой затылок, пытаясь найти хоть какое-то оправдание, и смотрел только вниз, чтобы не пересечься со взглядом младшего.       Нишимура внезапно громко засмеялся, поглаживая уснувшего в его руках кота, и посмотрел на недоуменного старшего.       — Ты стал каким-то другим, хён, — на это Сонхун сам неловко засмеялся, но просто подошёл к Рики и обнял его, заставляя того вновь пережить смертельный шок.       Это было неожиданно.       Младший тут вспомнил, что в доме у него беспорядок, ведь до прихода старшего он не успел положить все по полочкам. Да и оставшиеся лепестки лежали на кухне, что заставило бы Пака сморщить лицо из-за раздражения. А это пугает... поэтому не хотел предложить ему ночевать у себя.       — Спасибо за этот вечер, — тихо начал Сонхун, продолжая держать в своих объятиях парня с котом. — Это был самый незабываемый день в этом году...       — Это я должен благодарить тебя, — стараясь не вспоминать о Ханахаки, Рики закрыл глаза и сильнее прижался к парню, чтобы в первый и последний раз почувствовать, что такое объятие от возлюбленного.       — Я имею ввиду, что... это был мой самый лучший день рождения... — чуть отстранившись, произнёс Сонхун, и младший широко открыл глаза, услышав это.       — Твой день рождения?!       — Только что закончился, — слабо улыбнулся Пак.       — Как будто настоящая судьба... — Рики бросил к коту короткий взгляд, и продолжил. — Девятого декабря.. мой день рождения... только что начался... — Сонхун изогнул свою бровь, услышав это. Да, это и вправду судьба.       — С днём рождения, — засмеялся старший от ещё одной комедийной сцены, и получил в ответ широкую улыбку.       — И тебя... с прошедшим, — никто из них не смог остановить свой смех, но в этот момент оба почувствовали легкость внутри, будто они живые, настоящие и свободные. Им, неожиданно, стало так легко друг с другом, что могли простоять тут ещё несколько часов. — Если бы раньше узнал, я бы обязательно что-нибудь тебе купил, — произнёс Рики, с сожалением посмотрев.       — Ты можешь кое-что сделать, если хочешь, — показал свои ровные зубы Пак, хитро улыбнувшись.       — Ночевать ты у меня не можешь, — японец покачал головой, снова вспомнив свой беспорядок. Не хотел он показаться перед своим возлюбленным с плохой стороны.       — Не это...       — А что тогда?       — Поцелуй... — Рики отвис на несколько секунд, услышав просьбу старшего.       То есть, этот человек на протяжении всей его болезни не обращал на него никакого внимания, а сейчас сам просит поцеловать его? В этот день точно кое-что произошло! Рики не смог вспомнить, в какой именно момент.       Но это ему нравится...       И смущает очень сильно.       Первокурсник вновь почувствовал, как его щёки залились краской, но, приблизившись к Сонхуну, неуверенно поднял к нему глаза. Старший был настолько красивым, что Рики поверил бы в то, что он вышел из какого-нибудь аниме. Таких идеально красивых и привлекательных людей не бывает! Его завораживающие карие глаза, его светлая кожа, прямой нос, пухлые губы, каждый изгиб и черты его лица — всё было идеально. Даже родинки на лице так сильно привлекали, что хотелось оставить на них легкие поцелуи.       Рики закрыл глаза и поддался вперёд, встав на носочках. В следующую секунду он почувствовал, как старший обнял его за спину, притягивая к себе ближе, а другую руку положил на затылок. Это был такой нежный и лёгкий поцелуй, что заставил младшего забыться в реальности. Все вновь будто остановилось, и никуда не надо было спешить. Стояли бы так вечность, если бы не кошка, которая решила мяукать из-за двухстороннего давления. Студенты быстро отстранились друг от друга и засмеялись, смотря на недовольную кошку.       Сегодня было так легко...       — Спокойной ночи, Рики, — наконец, взъерошив мягкие волосы младшего, где столпились пушистые снежинки, Сонхун улыбнулся.       Рики был очень милым.       И третьекурсник не мог отрицать этого.       — И тебе, хён!       — Завтра встретимся, — в этот момент Нишимура обратно опустился в реальность, где он проклят смертельной болезнью, потому лицо его за миг стало мрачным.       — Я... наверное, не смогу... — честно признался, думая, что сегодня ночью кровавый кашель может быть последним.       — Сможешь, — слабо улыбнувшись, произнёс Сонхун и направился в сторону своего дома, махая рукой.       Только сейчас Нишимура Рики понял, что это произошло — Пак Сонхун, наверное, смог влюбиться в него! И неважно, каким именно способом проклятие снялось, но вспомнил, что после их разговора в туалете боль в легких не усиливалась. Да и сам старший начал бросать на него свои взгляды, желая дольше смотреть на него. От всего этого щеки стали багровыми, но Рики улыбнулся своей квадратной улыбкой, смотря на своего возлюбленного.       — Хён! — когда Пак чуть отдалился, закричал Рики. — А могу я завтра назвать тебя хёном? — Сонхун засмеялся, умиляясь этого младшего.       — Как хочешь, — Рики никогда не был так счастлив, как сейчас! Он определённо воскрес, и теперь всё внутри больше не сопровождалось болью, а теплом, заставляя корень алой розы медленно исчезать.       — Хён! Я тебя люблю! — быстро убегая в свою квартиру, Нишимура чётко услышал, как Сонхун в ответ сказал заветных три слова. И он не смог успокоить свое бешено бьющееся сердце!       Он точно самый счастливый человек сегодня. Ничто теперь не сможет сломать его. И сейчас Рики понял, что на самом деле Пак Сонхун и Ким Сону могли быть только хорошими друзьями, а не парой, потому что мог бы этот человек просто взять и влюбиться в того, кого ненавидел, если бы у него был парень? Но об этом он обязательно спросит завтра! И если его догадки правильны, то он зря ревновал его?       Как стыдно...