От желания уйти до желания остаться лишь миг.

***

- Ну, жить будешь, - Это была единственная цензурная фраза, которая прозвучала в салоне автомобиля за всё то время, пока герой пытался найти аптечку в бардачке и обработать раны пострадавшего. Почему не передал его в руки медикам? Да просто их там уже не было, только пожарные заканчивали тушить пожар. Были только какие-то люди, вероятно, принадлежащие к какому-нибудь знатному роду, если судить по количеству подчинённых и телохранителей. А найдя в скрытом кармашке пиджака своего новоиспечённого подопечного договорную печать мужчина только натолкнулся на мысль о том, что в деле может быть замешана семья Терапаньякул - самый известный и опасный мафиозный клан в Таиланде. И не особо-то и важно, основная эта семья или вторая, проблем он себе на следующую жизнь нагрёб. И поэтому, глядя на мужчину, что теперь мирно спал на подложенной под голову кофте героя на задних сидениях, и обречённо вздохнул: - Если бы подумал об этом раньше, то ни за что бы не полез на тот склад. А если ты окажешься человеком с громким именем, то я застрелюсь из твоей же пушки, клянусь. Тот даже не фыркнул, просто лежал на спине и ровно, без прежних хрипов и кашля, дышал. Просто спит. Дышит. Жив. Всё в порядке, я справился. Это самое главное. А охранник-то, даже в таком потрёпанном и неподобающем виде выглядел весьма неплохо: высокий, хорошо сложен, брюнет с бритыми висками и хвостиком сзади, приятные для глаза черты лица, титановые серьги-кольца в ушах, что не делали его женственным - наоборот, более мужественным. Знать бы ещё имя этого мужчины, и любая девушка бы ему завидовала - такие красавцы. вообще-то, на дороги не валяются! Всего-то из горящего склада вынести надо, пустяки. Молодой человек мотнул головой, прогоняя не нужные мысли, ибо засмотреться на какого-то там телохранителя он успеет всегда, пусть сначала очнётся. Ну а чтобы его случайно не добить своим стилем вождения придётся выбрать более ровную дорогу и ехать помедленнее. А то вряд ли он раненного по кочкам и ямам со скоростью 100км/ч до своего дома живым довезёт... *** - До этого я как-то не заметил, какой ты тяжёлый! - на тяжёлом выдохе протянул герой, когда дотащил пострадавшего до кровати в гостевой комнате. Видимо, тяжёлого веса которого он из-за бушующего в крови адреналина изначально не заметил. Ну ничего, больше он надеется мужчину не таскать: очнётся, пусть сам ходит. Ну, первое время, конечно, будет поддерживать, но потом пусть сам привыкает. Уложив мужчину на кровать, герой заметил, что тот отталкивает его руки и что-то невнятно бормочет. На попытку снять с него пиджак тот начал мотать головой и сопротивляться активнее. "Ещё глаза не продрал как следует, а уже ломается. Боюсь представить что будет когда он проснётся." - крутилось на языке у героя, пока он пытался снять с раненного хотя бы верх, штаны ему и самому не охота трогать. За те полчаса что они ехали, кровотечение снова открылось, и вата с пластырями окрасились в тёмно-бордовый оттенок. Цокнув от досады, мужчина вышел из гостевой комнаты и направился в свою за аптечкой. Уж обезболы (на всякий случай) и перевязочный материал у него найдётся. И вернувшись уже с небольшой коробочкой, мужчина чуть не выронил её, когда посмотрел на кровать: До этого спящий крепким сном человек лежал с открытыми глазами, а рукой шарил по кровати в поиске опоры. Его взгляд ещё не обрёл осмысленность, но со слухом проблем не наблюдалось, ведь едва он услышал шаги - тут же повернул голову в сторону дверного проёма. А молодому человеку только и оставалось, что выдохнуть и как можно менее нервозно: - Не думал, что ты придёшь в себя так скоро. Тот только сощурился, пытаясь сфокусировать свой немного поплывший взгляд на говорившем. А затем опустил его вниз, на себя, и резко натянул одеяло по самый подбородок(слишком мило и смешно, чтобы не улыбнуться уголком губ) и шарахнулся в угол кровати, шипя от боли в боку. - Ты кто, блять, такой?! И где я?! Мужчина закатил глаза: это была ожидаемая реакция. Он неспешным шагом подошёл к кровати и сел на её край, с небольшой растерянностью смотря на сжавшегося в её дальнем углу потерпевшего. Но только натянуто улыбнулся и спокойно ответил: - Можешь называть меня Сунан. Сунан Сомбат. Ты находишься в моём доме. А вот кто ты мне не известно, поэтому ты не мог бы... - Что я здесь делаю, и где моя рубашка?! Ты что, извращенец?! - но мужчина полностью проигнорировал его вопрос и продолжил кричать и возмущаться, чем вызвал волну раздражения у Сунана. И если первые два вопросы были вполне закономерными, то последний оскорбил до глубины души: Неужели не заметил, что всё, что ниже рёбер в крови?! - И что ты собрался делать, чёрт тебя дери? - Я, значит, из огня его на спине вынес, жизнь рисковал ради чужого человека, раны обработал. А теперь, когда собрался сделать нормальную перевязку и поэтому снял с него верхнюю одежду - меня назвали извращенцем. Очень приятно, спасибо, - с этими словами герой поставил аптечку на пол и склонился над раненным, одним резким движением сдёргивая одеяло с его торса. Тот в шоке застыл, не состоянии сказать хоть что-то, только попытался отодвинуться ещё дальше, упираясь затылком в стену. Однако, в его глазах не было даже намёка на страх, скорее злость на себя и на свою беспомощность, нежели чем то же отвращение или ужас от незнания, что с ним сейчас будут делать. Это наблюдение заставило Сунана усмехнуться и протянуть руку, чтобы нежно и успокаивающе погладить мужчину по голове, наблюдая за растерянностью на его лице. Тот может и выглядит бесстрашным, но явно осознаёт, что совершенно беззащитен перед своим спасителем, как бы странно это не звучало. Его глаза с жадностью разглядывали его лицо: несколько острые черты будто высеченные из мрамора, чуть полные розовые губы, искривлённые в незлой усмешке, идеально прямой нос с узкой переносицей, короткие тёмно-русые волосы, чёлка полностью закрывает лоб, того же цвета выщипанные брови. Но самое невероятное это его глаза: форма похожа на глаза лиса-соблазнителя из дешёвых приторных романов для школьниц, пушистые длинные ресницы делают взгляд немного потупленным, но не лишённым некой игривости, а их цвет вообще представляет собой мечту каждого второго тайца - такого чистого янтарного оттенка он не видел никогда. Словно бусины из дорогих женских украшений. Парень явно не таец, но является азиатом как минимум на половину, хоть и европейских черт в нём предостаточно. И будь на месте мужчины какая-нибудь глупая девица - влюбилась бы с первого взгляда, ну а так он разве что может признать, что этот парень очень даже ничего. Но этот полуевропеец не мог не заметить его изучающего и немного даже восхищённого взгляда. Он переместил свою руку с его макушки на линию челюсти, огладил её и медленно провёл до подбородка, там и остановившись. Ни в одном его действии не было даже малейшего намёка на грубость или издевательство, нет, он просто так же изучал нового человека в своей жизни, как и раненный. Некое равнодушие в его взгляде уступило место проблеску тепла, хотя возможно, что ему это мерещится. И то верно, в голосе не было и капли той нежности и тепла, что якобы промелькнула в его янтарных глазах. - Полюбоваться ты мной ещё успеешь, восстанавливаться тебе не меньше пары недель, поэтому можешь наслаждаться моим присутствием хоть круглые сутки, - мужчина убрал свою руку и немного отодвинулся, давая другому чуть больше свободы действий. - И ты так и не сказал, как тебя зовут? Между ними повисло молчание, но светлоглазый был терпелив: таки не каждый день в тебя стреляют, спасают из огня и привозят к себе домой. Мужчина перед ним сжал в кулаке одеяло и опустил голову, решая, поверить своему спасителю или нет. С одной стороны, он спас ему жизнь рискуя своей и если хотел убить его, то не делал бы этого. Да и перевязки явно не делают тем, кого хотят убить. Но с другой, они ведь совершенно чужие друг другу и вряд ли стоит доверять первому встречному... Взвесив все "за" и "против", он поднял голову и вновь принял бесстрашный вид. Но в его глазах Сунан даже своего отражения не разглядел, не то, что покорность и смирение. - Биг меня зовут, надоел. А тебя буду называть Педиком. - Ты сейчас у меня договоришься, и я привяжу тебя к кровати. Что ж, это определённо будут самые запоминающиеся две недели в жизни молодых людей.