To be reinstated

«Мародер Хаоса» мягко оторвался от платформы, развернулся, а затем рванул вверх и прочь по грациозной дуге. Перекрестье наблюдал, как он улетает, как его братья возвращаются в ту щель, куда им удалось забиться. Перекрестье повернулся к ним спиной и оглянулся на то, что когда-то было городом Типока. Глупцы. Он смотрел, как дым от пожаров поднимается в небо. Хотя он и понимал, почему город должен был быть уничтожен, в груди все же ощущалась легкая боль потери. Город Типока был его операционной базой в течение многих лет. Он вырос в этих белых стерильных залах. Он прошел здесь обучение… … И здесь же его братья бросили его. Он сильнее сжал пальцами бицепсы, когда подумал о них. Почему они хотели отказаться от всей власти и престижа, которые могла предложить Империя? Это не могло быть только из-за Омеги. Здесь должно было быть что-то большее. Очевидно, было что-то такое, что заставило их отвернуться от цели всей жизни. … От него. По крайней мере, на этот раз они дали ему шанс уйти вместе с ними. Хотя, откровенно говоря, он и в самом деле не оставил им выбора, когда впервые пришлось бежать из города. Он лично проверил записи системы безопасности после того, как они сбежали из камеры предварительного заключения и добрались до «Мародера». Охотник стоял боком к камере, когда отдавал приказы, но было достаточно легко прочитать по губам. Они планировали вернуться за ним: Тех обеспечивал отход, в то время как остальные вызволяли его из медпункта. Ты не оставил нам особого выбора. Голос Охотника эхом отозвался в глубине его разума, и Перекрестье раздраженно зарычал. У него был приказ выследить их. Если бы он действительно хотел их смерти, то не промахивался бы так часто. Выстрелы, сделанные им на Бракке и Рилоте, были предупредительными, только для того, чтобы попытаться заставить их сдаться. Даже приказывая запустить ионный двигатель, он думал, что они выберутся наружу и попадут в его ловушку, а не снесут выхлопной цилиндр с задней части корабля. Не похоже, чтобы это имело какое-либо значение. Они сделали свой выбор. Теперь они стали дезертирами, когда отклонили его предложение вернуться в армию, чтобы снова быть вместе. Черт возми, он бы даже смог придумать что-то, чтобы Омега могла остаться с ними, если уж они так о ней пеклись. Не имело значения, что он был готов сделать ради них. Они отклонили его предложение, теперь они были его врагами. Перекрестье… мы не враги. Охотник, возможно, не видел в нем врага, но, тем не менее, все они были готовы наставить на него оружие. Было больно от того, что даже когда он пытался помочь, ему не доверяли. Когда Охотник держал этого ребенка, помогая ей избавиться от попавшей в легкие воды, от напряжения в воздухе проскальзывали искры. Только после того, как он бросил свою винтовку Крушиле, они расслабились достаточно, чтобы убрать оружие. Нет, так было лучше. Они выбрали свой путь, а он свой. Он снова взглянул на обломки, на данный момент все, что осталось от Типоки. Объект был выведен из эксплуатации, он олицетворял старые порядки, Империя была новой и более могущественной структурой, чем Республика. Точно так же, как и он сам был сильнее, чем раньше. Возможно, он и потерял своих братьев, но приобрел гораздо большее. Перекрестье постарался отогнать небольшую боль в груди, возникшую при этой мысли. Он дал им шанс остаться, так же, как Охотник предложил ему пойти с ними. Их пути теперь были слишком разными, они больше никогда не смогут посмотреть друг другу в глаза. Если они будут достаточно умны, то исчезнут и больше никогда с ним не пересекутся. Ему был дан приказ выследить Бракованную партию, и он сделает это, если когда-нибудь уловит хоть малейший их запах. ‐-----‐---------------------------‐------------------------------------------ Перекрестье спустился по трапу корабля-разведчика, автоматически сканируя глазами ангар. Он был немного удивлен тем, что ES-02 стояла поблизости, терпеливо ожидая, пока он ступит на палубу. После того, как он послал ее увести Омегу из города, он больше ничего о ней не слышал. — Командир, — ее шлем слегка опустился в знак приветствия. — Рада видеть Вас целым и невредимым, сэр. В ее позе было что-то такое, что насторожило Перекрестье. Он хорошо читал людей, язык тела выдавал гораздо больше, чем кто-либо мог предположить. На мгновение он пожалел, что на нем все еще нет шлема; было легче анализировать кого-то, когда этот кто-то не понимал, что за ним наблюдают. — ES-02. Когда ты не смогла доложить о ходе своего задания, я предположил, что ребенку каким-то образом удалось победить тебя. По ее телу прошла почти незаметная глазу дрожь. Ах, он определенно задел нерв. Для так называемого «элитного солдата» быть выведенным из строя десятилетним ребенком явно было неловко. Хотя, не ему говорить.. но это все равно был удачный выстрел. — Я была выведена из строя, командир, — казалось, ES-02 прошипела это сквозь стиснутые зубы. — К тому времени, как я пришла в себя, вице-адмирал Рэмпарт отдал приказ всему личному составу, оставшемуся на планете, покинуть Типока-сити для бомбардировки. Я пыталась связаться с Вами по связи, когда уходила, но, не получив ответа, решила, что Вы и остальная часть отряда потерпели поражение. Перекрестье мог сказать, что она чего-то недоговаривает, но она продолжила прежде, чем он успел задать вопрос. — Вице-адмирал Рэмпарт хотел видеть нас сразу же, как только Вы прибудете. — Хмм, — Вероятно, он хочет получить отсчет о происшествии. — Хорошо. Они двинулись в сторону выхода из ангара, и она заняла свое обычное место чуть правее его и на шаг позади. Пока они шли, у Перекрестья зудело между лопатками. Это было именно так, как ES-02 сопровождала его везде — это было стандартной процедурой, но при этом был и слой подчеркнутого напряжения, которое оказывало влияние и на него. Само ее присутствие почему-то раздражало, заставляя до боли стискивать зубы. Они просто используют тебя! Он вздохнул, заходя в лифт, раздраженный тем, что слова Охотника все еще крутились у него с голове. Он подождал, пока ES-02 присоединится к нему, набрал номер нужного этажа, и двери закрылись. Он потер лоб, понадеявшись, что его разум сам собой перестанет прокручивать в голове все, что Охотник говорил ему в городе. У него начинала болеть голова. Кстати, о головных болях. ES-02 уже практически извивалась рядом с ним. — Что на этот раз? — хмыкнул он, взглянув на нее через плечо. Шлем скрывал выражение ее лица, но он мог сказать, что она вздрогнула от очевидного гнева. — Вице-адмирал Рэмпарт хотел видеть нас немедленно, сэр. Он фыркнул и снова отвернулся. Неужели это действительно единственная причина, по которой она нервничала? — Я не собираюсь встречаться с вышестоящим офицером без своего снаряжения. Если нам придется действовать немедленно, мне не нужно будет проделывать весь этот путь. У нас есть проблемы поважнее, о которых на самом деле следует беспокоиться. Вместо того, чтобы успокоиться, она выглядела еще более нервной. Он снова фыркнул и повернулся к ней спиной. Сейчас у него были более важные темы для размышлений. До того, как его предупредили о поимке Охотника, Перекрестье проводил два разных расследования со своей командой. И то, и другое придется отложить до тех пор, пока они снова не смогут пополнить ряды. Хотя ему все еще нужно было подготовиться к обеим миссиям, рассмотрение всех потенциальных кандидатов в его отряд должно иметь первостепенное значение. Как бы сильно ES-02 ни раздражала его, она была хорошим солдатом и следовала его приказам в точности, даже если возникали колебания. Она заслуживала повышения до лейтенанта. Он должен был признать, что была одна вещь, которой он все еще восхищался в Охотнике; ему удавалось справиться с огромным объемом бумажной волокиты без единой жалобы. Это заставляло Перекрестье задуматься о том, как много этой ерунды ему пришлось сделать во время войны. Конечно, он помнил, что Тех регулярно взламывал и изменял их медицинские файлы, так что будет не очень удивительно, если его младший брат приложил руку и к документообороту тоже. Он вздохнул, снова выбрасывая их из головы. Они сделали свой выбор, а ему нужнь перестать думать о них, в противном случае он может совершить ошибку. Их личные казармы были такими же опрятными, как и всегда. Дроиды и новобранцы, подвергшиеся дисциплинарному взысканию, очевидно, недавно посетили их, судя по запаху чистящего средства в воздухе. Они вскоре должны вернуться и забрать вещи покойников на переработку. ES-02 зависла у двери, что было странно, но он просто забирал свой запасной шлем и винтовку, а ее нежелание заставлять вице-адмирпла ждать, казалось, в какой-то степени оправдывало ее нетерпение. Перекрестье быстро надел шлем и закрепил на спине рюкзак, затем сложил запасную винтовку и закрепил ее на спине с помощью магнитов со скоростью, которой был обучен с малых лет. Засунул запасной пистолет в кобуру на бедре и направился к двери. ES-02, казалось, слегка вздрогнула, когда он повернулся к ней. Теперь на нем был шлем, и он внимательно осмотрел ее, когда шел через комнату. Было совершенно очевидно, что она из-за чего-то нервничала, судя по напряжению ее плеч. Она продолжала сгибать большой палец двумя пальцами к ладони на правой руке, тогда как левая свободно свисала вдоль тела. От его внимания не ускользнуло, что ее левая рука была странно близко прижата к предплечью. Тот странный тревожный зуд вернулся. Однако на самом деле она смотрела не на него. Ее визор был зафиксирован на койке ES-03. Перекрестье знал, что они вдвоем занимались сексом, но до сих пор это было самое большое проявление эмоций от любого из них. У него не было с этим проблем, его отделение могло снимать стресс, если только это не мешало выполнению миссий. Поскольку они сохраняли свой профессионализм, он закрыл на это глаза. Перекрестье ничего не сказал, когда проходил мимо нее в коридор, но она все равно прибавила шагу. Обратный путь на мостик и в адмиральскую рубку прошел в тишине, но он не мог игнорировать зуд, который все еще его беспокоил. В этой ситуации определенно было что-то не так. Как только Перекрестье вошел в комнату, в которую ему следовало явиться, он заметил охранников, стоящих по обе стороны от двери, и чуть не остановился. Его нога ненадолго зависла в воздухе, но он усилием воли заставил себя двигаться дальше. Теперь это тревожное чувство просто кричало «Опасность!». Тем не менее, если не считать небольшого колебания у двери, Перекрестье вошел в комнату, как обычно, и остановился в парадном отдыхе на почтительном расстоянии от передней части стола, сняв шлем и закрепив его на бедре. ES-02 повторила. Он терпеливо ждал, пока вице-адмирал закончит просматривать что-то на своем датападе. Мужчина не торопился. Он без спешки закончил читать сообщение, напечатал короткий ответ, а затем переключил свое внимание на стоящих перед ним подчиненных. — Командир, я хотел услышать отчет о том, что там произошло, — он довольно улыбнулся, но Перекрестье лишь бесстрастно посмотрел на него в ответ. — Не каждый день можно услышать о том, что кто-то выжил после воздушной бомбардировки города. Разведчикам потребовалось почти четыре часа, чтобы вернуться в район, из которого он послал сигнал бедствия, что позволило ему придумать правдоподобное объяснение тому, что произошло в городе. Он про себя проговорил его несколько раз, чтобы убедиться, что нет никакого способа впутать его самого или его братьев в это дело. Это был его способ преподнести им последний прощальный подарок за то, что они позволили ему добраться до безопасного места на платформе, хотя могли просто бросить его в разрушающемся городе. — Да, сэр. Как я и подозревал, Отряд клонов 99 последовал за сигналом связи Охотника прямо на тренировочную площадку, используя лифт, чтобы попытаться перехитрить нас. Я уже развернул отделение, и солдаты взяли их на прицел, что вынудило их отдать свое оружие. Я отправил ES-02 за девушкой, которая путешествовала вместе с ними, в то время как сам предпринял попытку завербовать Отряд клонов 99 в пользу Империи. На лице Рэмпарта появилось хмурое выражение от этого комментария, поэтому Перекрестье расширил предложение. — Они такие же высококвалифицированные, как и я, и, хотя им потребовалось бы восстановление, мои послужные списки должны говорить о том, каким ценным активом они были бы в руках Империи. — Да, я читал отчеты, — глаза Рэмпарта переместились на конкретный датапад на столе, прежде чем вновь вернуться к командиру. — Стопроцентный рейтинг успеха — это не то, к чему следует относиться легкомысленно. Прожалуйста, продолжайте свой доклад. Перекресье слегка наклонил голову, прежде чем продолжить. — ES-02 связалась со мной, и я отдал ей приказ увести девушку с объекта в качестае жеста доброй воли по отношению к команде. Однако боевые дроиды были активированы ребенком прежде, чем ES-02 смогла ее арестовать. Они были запрограмированны на выполнение тренировочного задания «Цитадель» и им было разрешено использовать смертельную силу во время симуляции. Их внезапное появление уничтожило мой элитный отряд, который был сосредоточен на Бракованной партии. Я тоже мог бы быть убит, но лидер отряда клонов повалил меня на землю в попытке одолеть в рукопашном бою. Во время нашего поединка другой член отряда клонов выстрелил мне в спину оглушающим зарядом. К тому времени, как я пришел в себя, отряд 99 уже сбежал и началась бомбардировка. Я знал о дополнительной посадочной платформе, которую ввела в эксплуатацию ВАР (*Великая Армия Республики — примечание переводчика*) вскоре после того, как генерал Гривус атаковал город. Мне удалось пройти по разрушенному комплексу и через систему подводных труб добраться до посадочной площадки, где я и активировал маяк. — Хм, — протянул Рэмпарт. — А Вы знаете, что случилось с Отрядом 99? Они пережили бомбардировку? — Я не знаю, — Перекрестье тяжело вздохнул и воспользовался моментом, чтобы хотя бы сделать вид, что думает над вопросом. — Однако, учитывая, насколько изобретательными они могут быть, я сомневаюсь, что они мертвы. Существует высокая вероятность, что мы еще услышим о них в будущем. — И Вы верите, что это правда? Это был странный вопрос, из-за которого в его животе начала зарождаться неуверенность. Тот зуд снова обжег лопатки. Тем не менее, он знал, что если сейчас дрогнет, то его все равно поймают на лжи. — Да. — Хмм, — сказал Рэмпарт, слегка кивнув. Он сложил пальцы домиком перед лицом и уставился в никуда. Мгновение спустя он посмотрел прямо на Перекрестье, словно пытаясь пригвоздить а месту взглядом. — Я ценю Вашу способность рассказывать сказки, СТ-9904, но ES-02 уже подала отчет, который противоречит Вашему. Это было похоже на элекрический разряд, пробежавший по позвоночнику. Перекрестье заставил себя оставаться неподвижным и слегка повернул голову в сторону, чтобы видеть ее. — Действительно? — он убедился, что ядовитая насмешка в его голосе слышалась более явно, чем обычно. — Да, — хотя Рэмпарт был тем, кто говорил, Перекрестье не спускал пристального взгляда с ES-02 пока не увидел, как ее горло сбегка дернулось. — По ее словам, когда она вернулась в тренировочный зал, вы стояли спиной к спине со своим бывшим отрядом, помогая им уничтожить дроидов, в то время как остальная часть элитного отряда уже была повержена. О нет. Тихий голос в его голове, который звучал подозрительно похоже на Эхо, казалось, насмехался над ним. Заставляет задуматься, не то ли самое чувствовал Охотник, когда ты сообщил о том, что он позволил падавану сбежать. Рэмпарт поднял руку, чтобы остановить любой протест, который Перекрестье смог сформулировать, и взял датапад со своего стола. — Однако я чувствовал, что мне нужно более конкретное доказательство того, что на самом деле произошло. Как-никак, Вы были образцовым солдатом. На самом деле даже слишком хорошим… Поэтому я запросил у ИСБ (*Имперская Служба Безопасности*) записи с оставшихся дроидов-разведчиков в окрестностях Типоки, и они предоставили мне серию вызывающих беспокойство видео и фотографий. Он активировал датапад в своей руке и повернул его так, чтобы Перекрестье мог посмотреть короткое видео на экране. Видно было плохо, зонд почти погрузился в море, чтобы избежать обнаружения, но он все же смог сделать хороший кадр, на котором они подплывали к посадочной платформе, на которой находился «Мародер», а затем высаживались. Перекрестье поскользнулся, и Крушила схватил его за руку и помог не упасть в воду. Ох ты ж дерьмо. Рэмпарт вздохнул, позволяя датападу упасть обратно на стол. — И Вы можете представить себе мой гнев от того, что Вы только что соврали мне в лицо! — В улыбке на его лице не было ничего дружелюбного. — Я не очень хорошо отношусь к шпионам, особенно к тем, которые делают свою работу так хорошо, как Вы. Это заставляет задуматься, как долго Вы могли бы продолжать работать под прикрытием, если бы только не оступились. Перекрестье почувствовал, как его живот сжался. Из-за предоставленных доказательств и лжи, на которой он был пойман, не существовало абсолютно никакого способа вывернуться, не подставив себя еще больше. Это при условии, что он смог бы заставить Рэмпорта выслушать, что на данный момент было крайне маловероятно. Рэмпарт оглядывается через плечо в обоих направлениях, подавая знак штурмовикам у входа. — СТ-9904, сдайте свое оружие, — сказал он, вставая из-за стола и требовательно протягивая руку. Перекрестье заставил себя сделать глубокий вдох, даже когда внутри все восставало против человека перед ним. Он ничего не хотел больше, чем прицелиться из винтовки в голову вице-адмирала и застрелить его, но ему не нужно было обладать слухом Охотника, чтобы знать, что охранники у дверей направили на него свое оружие. Не упустил он и то, как рука предательницы-напарницы медленно потянулась к бластеру. Единственный человек, кроме него, который не двигался, смотрел на него сверху вниз и, не дрогнув, ждал, пока Перекрестье выполнит приказ. Ты для них всего лишь номер. Он все равно почти сделал это, зная, что, возможно, умер бы еще до того, как успел выстрелить, но так приятно было бы в последние секунды жизни увидеть его с пробитой головой. Если на него навесили ярлык шпиона, он вскоре окажется перед расстрельной командой. Это не то, чего он хотел. Он хотел быть в Империи, снова стать могущественным, высоко подняться среди других имперцев, чтобы его видели равным, а не просто клоном. Он был намного большим, чем просто клоном. Они держат тебя на мушке. Хорошие солдаты выполняют приказы. Перекрестье стиснул зубы и потянулся за винтовкой, двигаясь медленно, чтобы его не подстрелили. Его собственные слова и слова Охотника эхом отдавались в его черепе. Он был прижат к стене своих собственных идеалов и знал, что вот-вот произойдет. Он был солдатом… … а хорошие солдаты выполняют приказы. Перекрестье перекинул винтовку через плечо и протянул вице-адмиралу, чтобы тот мог ее взять. Его зубы скрипели так сильно, что он почти слышал, как они хрустят. Рука, не державшая винтовку, была так крепко сжата в кулак, что скрип ткани и пластоида должен был быть слышен в комнате. — Хороший мальчик, — сказал Рэмпарт, как будто хвалил любимого питомца, а не другого человека. Он забрал оружие и повернулся к комнате спиной. — Охрана, сопроводите СТ-9904 в блок предварительного заключения. Двое охранников подошли к нему сзади, один обогнул его и закрепил пару наручников на запястьях. Затем он снял шлем Перекрестья с пояса и подтолкнул клона к двери. Перекрестье проигнорировал их обоих и Рэмпарта. Вместо этого он повернулся, чтобы бросить холодный взгляд на ES-02. Она встретила его своим собственным, триумф в нем был очевиден. Просто чтобы напугать ее, он позволил понимающей улыбке скользнуть по губам, когда шел в сторону выхода. Он наслаждался вспышкой замешательства и страха, которая на мгновение промелькнула на ее лице. Охранники вывели его из кабинета, один впереди, другой сзади с бластером наготове. Перекрестье сделал то, что должен был, как хороший солдат. Гнев вскипел в нем, когда он подумал о том, как его собственные слова были брошены ему в лицо. Он был верен Империи, и чем это закончилось для него? Чтобы добавить боли к уже нанесенной ране, все, что он мог слышать, был голос Охотника, тихо повторяющий в его голове: …Ты для них всего лишь номер… …Они просто используют тебя… …Перекрестье, мы не враги… Возможно, в то время они не действовали как его враги, но их действия все равно вели его к смерти.