Дорама, вышедшая из-под контроля

Джейн даже не удивилась, когда в аэропорту Инчхона к ней подошёл мужчина в строгом костюме. Не надо было никаких объяснений. Короткого приветствия и фразы «С Вами хотят поговорить» было вполне достаточно. Она даже не спрашивала, зачем за ней приехали и о чём будет разговор. Покорно пошла следом за мужчиной в костюме, затылком чувствуя на себе растерянный взгляд Тэхёна. Опустила взгляд в пол, борясь с искушением обернуться. «Я тебе всё объясню потом, если мне дадут такую возможность», — короткое сообщение было отправлено уже из машины с тонированными стёклами. Настолько затонированными, что в салоне стало ощутимо темнее, как только закрылась дверь. Девушка спрятала телефон в рюкзак, чтобы не бороться с искушением постоянно проверять сообщения. Или случайно не ответить на звонок, если вдруг Тэ решил бы ей позвонить. И когда она стала называть этого чёртова Ким Тэхёна просто Тэ? Усмехнулась про себя. От нечего делать смотрела в окно на пролетавшие мимо городские пейзажи. Сквозь тёмные стёкла они казались чересчур серыми, словно у Сеула забрали все краски. За всё время поездки Джейн не сказала ни слова. Не отвечала на попытки сопровождающего завязать разговор. Даже не прокомментировала песни Стинга, так неуместно звучавшие в машине. Хотя знала наверняка, что это безобразие включили специально для неё. Джейн не сопротивлялась, когда её вели по полу-пустым коридорам здания HYBE. Какая-то девушка, встретившаяся им на пути, обернулась на молчаливую процессию и проводила её задумчивым взглядом. Джейн очень хотелось обернуться на неё, но не стала. Всё-таки смотреть на посторонних не очень прилично. Тем более, не нужна ей никакая помощь. Её же не на казнь ведут. Только эта мысль и утешала. Гулкое эхо их шагов отскакивало от стен опустевшего коридора. Яркие белые лампы освещали каждый угол, что негде было спрятаться тени. Джейн узнавала этот коридор только по плакатам и фотографиям, висевшим на стенах. Только тёмным этот коридор казался куда более приветливым и уютным, чем сейчас. Сейчас скорее навевал мысли о какой-нибудь больнице. Даже чистотой пахло так же, как в поликлиниках. Бан Ши Хёк сидел в своём кабинете, задумчиво вертя в руках карандаш. Увидев гостей, поднялся с места. Кивком поприветствовал Джейн и жестом попросил её сопровождающего выйти. Дверь кабинета с тихим стуком закрылась у девушки за спиной. На негнущихся ногах Джейн подошла и опустилась в кресло напротив стола директора. Бан Ши Хёк смотрел на девушку поверх своих огромных очков. Он не выглядел опасно или угрожающе, но внутренности всё равно скрутило от тревоги. Особенно стоило ей увидеть распечатанную фотографию. Ту самую, что показали в эфире с её интервью. — Мне жаль, что появление моего человека напугало тебя, Джейн, — мягко начал мужчина, опуская взгляд на фотографию у него на столе. — Но всё не так страшно, как ты могла подумать. — Я подвела Вас, — Джейн немного нервно повела плечом. Кивком указала на фотографию. — Этого не должно было произойти. — Не ты источник этого снимка, — Бан Ши Хёк подался чуть вперёд. Девушка смотрела ему в глаза, не моргая. Разговор начался совсем не так, как она ожидала. Ей казалось, что сейчас будет полный разнос, ругань, штраф и написание какой-нибудь объяснительной. Или, ещё хуже, депортация в Великобританию без права вернуться. Но Бан Ши Хёк как будто не собирался прибегать к каким-либо репрессиям. Джейн чувствовала себя совершенно растерянной. — Я лишь хотел сказать спасибо, — продолжил мужчина, поняв, что девушка не собирается продолжать разговор. — Ты очень профессионально вышла из ситуации и не сказала ничего компрометирующего. Никакого наказания и штрафа не будет. Но, может, тебе нужна какая-то помощь или защита? — Не понимаю, — только и смогла выдавить Джейн. Наконец собралась с мыслями. — Спасибо, но никакая помощь мне не нужна. Я вполне могу постоять за себя сама. Снова молчание. Девушка медленно осознавала услышанное. Бан Ши Хёк спокойно перебирал бумажки у себя на столе, раскладывая их по местам. Дверь кабинета распахнулась так резко, что Джейн вздрогнула и вжалась в спинку своего кресла. — Я её забираю, — Мин Юнги захлопнул за собой дверь и в два шага пересёк кабинет директора. Выглядел он весьма устрашающе. Джейн удивлённо смотрела на Бан Ши Хёка, который вовсе не выглядел испуганным. Наоборот, радостно улыбался своему гостю. Словно ситуация казалась ему забавной. — Как ты узнал, что я здесь? — Моя жена всё ещё тут работает, — Юнги выгнул одну бровь. — Я должен был догадаться, — Бан Ши Хёк поправил съехавшие очки и перевёл взгляд на Джейн, которая старалась слиться с креслом, в котором сидела. — Смотри, Джейн, за тебя пришли заступаться. Девушка даже не знала, как на это реагировать. Впервые ей совершенно нечего было сказать. Даже никаких саркастичных комментариев не находилось. Джейн упрямо смотрела куда-то вниз, ожидая, когда же всё закончится и она сможет уйти домой. — Джейн подписала бумаги о неразглашении, и я обязан провести с ней беседу после того, как её с Тэхёном фотографию засветили в СМИ, — невозмутимо продолжал Бан Ши Хёк. — С дуба рухнула? — Юнги резко развернулся к ней. Джейн не смела поднять взгляд, разглядывая пуговицу на его рубашке. — Юнги, повежливее с дамой. Или тебе напомнить, чья ещё подпись стоит на таком документе? — молодой человек тут же сделал шаг назад от стола директора. — Как я сказал, я готов отдать любые деньги за то, чтобы эта бумага была порвана. — Как я сказал, она запретила мне заключать сделки и отдавать тебе этот документ, — Бан Ши Хёк сочувствующе улыбнулся ему. — Но Джейн уже свободна и может идти. Спасибо, что уделила мне время. Джейн вышла из кабинета, всё ещё пытаясь понять, что вообще сейчас произошло. С ней даже нормально не поговорили. Просто сказали спасибо за…за что? И какую защиту этот Бан Ши Хёк имел ввиду? Девушка устало потёрла виски, словно страдала от мигрени. Прикрыла глаза, пытаясь собрать мысли в кучу. Даже не сразу заметила, как кто-то к ней подошёл. Мин Юнги хмуро смотрел на неё. — Тэхён в курсе? — его голос значительно смягчился по сравнению с тем, как разговаривал с ней в кабинете директора. Девушка отрицательно качнула головой. Юнги тяжело вздохнул. — Пойдём, провожу тебя. — Я могу добраться до дома сама. — А я и не собирался, — Мин Юнги смотрел на неё так, словно Джейн сморозила какую-то глупость. — До выхода тебя провожу. — А, — только и смогла выдавить из себя девушка и послушно последовала следом за Юнги. — И что же вас, девушек, так тянет на благородство, — ворчал он, оборачиваясь на неё. — Сказок о жертвах ради любви перечитали? — Я лишь поступила по совести, — зачем она вообще оправдывается перед этим Мин Юнги? — Это было просто правильно. — Я знаю, — мужчина устало выдохнул и уставился в пол. — Но вы не представляете, какое чувство вины испытываем мы, когда узнаём. Ты хоть представляешь, каково это? Знать, что человек, которого ты любишь продал свою свободу и не может рассказывать о своей жизни? Когда из-за тебя за каждым его шагом следят? Когда ты сам готов отказаться от всей своей популярности, лишь бы быть с этим человеком и обеспечить ему спокойную и счастливую жизнь, которую он заслуживает, но ты уже достиг точки невозврата? Юнги резко развернулся к ней, заглядывая в глаза. В кошачьем взгляде смешались гнев и грусть. Джейн нервно сглотнула и невольно сделала шаг назад. Это было слишком сильное откровение. Она не готова была, не хотела вообще это знать. Удивление быстро уступило место злости. И без того натянутые нервы дали о себе знать. Девушка перешла в наступление. — Ты ставишь мне в вину любовь?! — все манеры британской аристократки полетели в тартарары. Джейн предпочитала не думать сейчас о том, что сказали бы её родители, увидев такое поведение дочери. — Ты думаешь, мы не понимаем, на что идём и от чего отказываемся? Ты думаешь, мы так поступаем, потому что перечитали сказок? Или пересмотрели мультики Диснея? Нет, чёрт возьми, мы идём на такой шаг, потому что знаем, что вы уже не можете пожертвовать своей популярностью ради нас. И мы принимаем это. И готовы отдать то ценное, что у нас есть, чтобы быть с вами. Они замерли посреди коридора, гневно глядя друг на друга. Казалось, сам воздух между ними накалился и задрожал от напряжения. Ещё немного и появятся молнии. Джейн чувствовала, как краска прилила к щекам. Если бы этот Мин Юнги сказал бы ещё хоть слово, девушка была уверена, что кинулась бы на него с кулаками. Но тот ничего не сказал. Закрыл глаза и шумно вздохнул. Девушка наблюдала, как Мин Юнги медленно возвращал себе своё спокойствие и невозмутимость. Мужчина отвернулся от неё и медленно двинулся в сторону выхода. Джейн следовала за ним, держа дистанцию в два шага. Сама не знала, зачем. Скорее всего, чтобы избежать соблазна ударить его, если он ещё раз поднимет больную тему. Как будто она сама была в восторге, что подписала ту злосчастную бумажку. Почему этот человек отказывается понимать, что она не могла иначе? Так же, как и его жена. Джейн стиснула в кулаки пустые руки и опустила взгляд в пол. В глазах неприятно защипало. В отличие от Юнги, она не так хорошо владела искусством укрощения гнева. Особенно когда сильно устала. — Дальше, думаю, дойдёшь сама, — Юнги остановился в холле рядом с зоной отдыха. Джейн подняла на него взгляд. Ожидала там увидеть неприязнь или что-то вроде того. Но Юнги, казалось, не собирался на неё злиться. Неловко молчали, стоя друг напротив друга. Девушка думала о том, что, наверное, стоило его поблагодарить. Мин Юнги вовсе не должен был врываться в кабинет директора, чтобы забрать её, и провожать до выхода. И уж тем более, не должен был рассказывать о том, что чувствуют айдолы. Но по какой-то неведомой причине он всё-таки это сделал. Но слова почему-то застревали в горле. Словно всё, что она хотела сказать, было не то. Джейн низко поклонилась ему. Юнги поклонился в ответ, и девушка заметила у него несколько седых волосков. — Думаю, теперь мы понимаем друг друга чуточку лучше, — сказал он, слабо улыбнувшись. — До встречи, Джейн. — Спасибо, — наконец, выдавила из себя девушка. Домой шла медленно. Хотелось немного проветрить мысли. Осознать, что всё самое страшное уже позади. Впереди только дом и отдых. И этот чёртов Ким Тэхён. У них будет много времени на построить отношения заново. На побыть вместе и насладиться друг другом. У неё не отняли возможность быть с ним. От облегчения хотелось плакать. По пути домой решила посмотреть интервью Тэхёна. Просто из любопытства. — Что ты можешь сказать о съёмках дорамы? Для твоей партнёрши это первая роль. Не мешала ли её неопытность при передаче характера героини? — спрашивала девушка-интервьюер. — Нисколько не помешала, — Тэхён слегка улыбнулся. — Знаете, химия между героями в дораме куда глубже и сильнее, чем выглядит на первый взгляд. Чтобы прочувствовать её, надо обращать внимание на каждое слово и на то, как оно было сказано. Джейн отлично справилась со своим персонажем. — Мужчина немного помедлил и задумчиво опустил взгляд. Усмехнулся. — Знаете, в некоторых моментах я даже не играл в кадре. — Ты бы смог назвать Джейн своим идеальным типажом? Экран телефона мигнул и тут же погас. Зарядка предательски села в самый неподходящий момент. Ну ничего, Джейн досмотрит как-нибудь потом. Если не забудет, конечно. Она уже представляла, как отдохнёт, когда все её планы рухнули. Перед её домом стояла толпа агрессивных фанаток Ким Тэхёна. Только сейчас Джейн поняла, какую именно защиту ей предлагал Бан Ши Хёк. Вот только уже не было ни возможности, ни времени повернуть всё вспять и принять предложение.