Sex, Drugs & Rock-N-roll

1978 год. Лос-Анджелес, Калифорния

Саске припарковал видавший виды Шевроле 1968-ого года выпуска вблизи студии, где сегодня он должен был проходить прослушивание. Объявление в газете, что он увидел пару дней назад, кратко гласило: «ищем лид-гитариста, который может зажечь». Он уже успел поговорить по телефону с кем-то вроде их менеджера, та представилась как Карин и коротко расспросила Саске о том, как он выглядит и действительно ли он брат Итачи Учиха, на что тот лишь закатил глаза и кинул недовольное «может быть». Зачем ему нужна новая группа? Саске попросту не хотел играть с придурком Наруто то в гараже дома его тёти, то на чьих-то домашних вечеринках, что, соответственно, не приносило много денег и славы. А это в корне разнилось с тем, чего хотел Саске. По-хорошему, ему следовало давно оставить это все в Сан-Хосе, ведь он приехал в Лос-Анджелес только потому, что хотел стать звездой, но застрял на пару лет с Наруто в не оправдавшей его ожидания группе. Суйгецу, только что вышедший на крыльцо здания, где находилась студия, которую они с группой арендовали около двух месяцев, взял в рот сигарету, прикуривая её завалявшейся во внутреннем кармане кожаной куртки зажигалкой, одновременно с тем щурился, пытаясь издалека разглядеть парня, что только что подъехал к старому зданию, непринуждённо оглядываясь по сторонам в поисках студии, куда он, по всей видимости, приехал на прослушивание. Когда их взгляды пересеклись, Суйгецу, пуская ноздрями сигаретный дым, приветливо ему помахал. Саске окинул парня оценивающим беглым взглядом: он был худощавый, с острыми чертами лица и с высветленными добела сухими волосами, в розовой майке и кожаной куртке, в ботинках на десятисантиметровом каблуке и в блестящих на солнце фиолетовых лосинах, которые, очевидно, были изначально женскими. Не нужно было долго думать, чтобы понять сразу, что он пользуется популярностью у девушек и не только, тем не менее Учихе он, по неизвестным причинам, не приглянулся сразу. — Здесь прослушивание, да? — без доли приветливости в ответ, всё с тем же каменным лицом спросил Саске, на что белобрысый хмыкнул и отошёл от двери, коротким кивком указывая на табличку, что гласила «прослушивание в Така — сегодня». — Меня зовут Суйгецу. Суйгецу Хозуки, — его губы растянулись в едкой ухмылке, пока он внимательно рассматривал новоприбывшего гитариста, что по сравнению с ним был одет совсем просто: потёртые кеды, синие джинсы клёш, чёрная майка, массивная кожаная куртка и солнечные очки, сдвинутые на лоб. Он неторопливо выудил последнюю сигарету из смятой пачки, после чего сделал затяжку и поднял вопросительный взгляд на уставившегося на него парня. — Саске. Саске Учиха, если это необходимо, — устало выдыхая сказал он с таким видом, как будто проговаривание своего полного имени его безумно напрягало, на что Хозуки не смог сдержать смешок. — Так ты действительно его брат, — он кинул истлевшую сигарету на землю и затушил её носом ботинка. — Ага. Приятно… познакомиться, — коротко и бесцветно бросил Саске, сделавший последнюю затяжку и точно так же бросивший недокуренную сигарету на землю, после чего достал из машины свою гитару в чехле. Не без помощи Суйгецу он затащил тридцатикилограммовый усилитель на второй этаж. Пройдя несколько поворотов по коридору, где было проще потеряться, чем найти студию (именно поэтому кому-то постоянно приходилось дежурить на улице, чтобы провожать новоприбывших), они наконец добрались до нужной двери, табличка на которой гласила: «ТИХО! Идёт репетиция!». Как только они зашли внутрь, взгляд Саске сразу пришёлся на крупного парня с беспорядком рыжих волос на голове, что методично настраивал свои барабаны, при этом будто вовсе не обращая на них никакого внимания. Стянув с себя свою кожаную куртку, Учиха повесил её на единственный не отломанный от вешалки крючок и осмотрел небольшое помещение основной комнаты студии, где и проходили репетиции — Вообще, знаешь, мы хотим быть как Kiss, — обернулся у нему Суйгецу, живо передвигаясь по небольшой комнате и подбирая с пола какой-то мусор, чтобы скинуть его в одну кучу, будто у парня только сейчас появилось на это время, — так что, надеюсь, ты играешь не хуже брата. — Я ненавижу Kiss. И Итачи тоже, — коротко ответил Саске, подключая свою гитару к усилителю. — Посмотрите на него, какой придирчивый, — недовольно пробормотал гитарист, на что Саске лишь безразлично пожал плечами и, приняв решение не терять времени зря, взял свою гитару в руки начал разогреваться, одновременно с тем исподлобья поглядывая на парней: барабанщик все ещё не удосужился обмолвиться и словом, в то время как гитарист то и делал, что бормотал себе что-то под нос. — Тут, в общем-то, ещё не всё в сборе, — неловко почесав щёку, гитарист отвёл взгляд в потолок, — где их только черти носят, — закатил он глаза, сминая в руках покрытую жирными пятнами коробку из-под пиццы, — да и ты рановато припёрся. Между тем Саске вспомнился его разговор с барабанщиком из его предыдущей группы, которого звали Шикамару. Он всегда казался Учихе самым умным и стоящим среди них, и, очевидно, заслуживал большего. Саске однажды спросил у него, перед тем как окончательно поссорился с Наруто и покинул группу, почему Шикамару до сих пор играет с ними, на что тот, лениво посасывая пиво из бутылки, неопределённо пожал плечами и сказал: «мне лень делать это всё: искать объявления в газетах или в колледже. Я даже не знаю, что я тут забыл и не помню, как тут оказался, — усмехнулся он, — но мне нравится… быть тут? Меня пока что всё устраивает». Саске даже чувствовал какую-то обиду от того, что Шикамару, будучи талантливым барабанщиком, рассчитывал только лишь на то, что участие в группе может дать ему возможность покурить травы на халяву или попонтоваться этим перед девчонками. Тем временем дверь в студию распахнулась, и перед ними предстали ещё двое: красноволосая девушка в очках, с которой, по всей видимости, Саске и говорил по телефону пару дней назад, и ещё один парень с выбеленными волосами, которого от их ритм-гитариста на первый взгляд отличали, разве что, высокий рост, слишком болезненная худоба и отсутствие каких-либо эмоций на бледном лице. — Привет, красавчик, — подмигнула ему девушка, что расположилась на хлипком стуле, стоявшем в углу. В её руках был блокнот, куда она на секунду направила короткий внимательный взгляд, после чего обратно подняла глаза на Саске, довольно щурясь и улыбаясь уголками губ — Итак, как ты успел узнать, Я — Карин Узумаки, я тут вроде менеджера, — Саске еле заметно повёл бровью, услышав знакомую фамилию, молясь про себя, чтоб она не была какой-нибудь кузиной Наруто, — Это Суйгецу Хозуки, — она указала пальцем на ритм-гитариста, — на барабанах Джуго, а это, — она кивнула на худощявого парня, что взял в руки бас-гитару, — Кимимаро. — Саске Учиха. Надеюсь, я не потрачу своё время впустую на вас, — с долью агрессии прозвучали слова Саске, резонно недовольного тем, что до этого не услышал ни одного слова в свою сторону ни от барабанщика, ни от басиста, которые очевидно считали его за очередного неумелого новичка, на которых они за эти дни насмотреться успели. Кимимаро вообще вызывал у Саске недопонимание: как этот задохлик мог держать в руках свой бас, который весит в несколько раз тяжелее обычной гитары? А его тонкие костлявые пальцы вызывали сомнения насчёт того, мог ли парень вообще зажимать ими нормально струны. Учиха еле заметно помотал головой, стараясь отвлечь себя от ненужных мыслей, что, впрочем, не скрылось от глаз Карин, которая смотрела на него с умилением, полагая, что Саске делает это от волнения. Она бы очень расстроилась, если бы он не оправдал возложенных на него надежд, ведь несмотря на то, что она никогда не была сильно влюбчивой, ей этот парень понравился в тот же момент, как она услышала его голос в трубке телефона. Девушка неторопливо поёрзала на стуле, всем своим видом показывая Саске, как она его поддерживает, на что тот еле заметно ухмыльнулся, даже не подозревая, что сердце Карин начало стучать чаще от их переглядок. — Эй, вы чего такие тухлые? Давайте уже играть, — приободрил всех по прежнему улыбающийся аки маньяк ритм-гитарист, — мы сначала сыграем песню, а ты присоединишься по ходу, — он кивнул басисту, на что тот обратил взгляд в сторону Саске и лишь коротко объяснил в какой тональности играть. Первыми раздались барабаны Джуго, быстро забравшего внимание Саске на себя. Его руки двигались отточено и твёрдо. С первого взгляда было отчётливо понятно, что они у парня невероятно сильные. Его палочки, а также любые похожие на них по форме вещи, попадавшие ему в руки, будь то зубные щётки, либо ручки, по определению были обречены быть сломанными грубыми пальцами. После к нему присоединились и Суйгецу с Кимимаро, играя что-то довольно тяжёлоё, ожидаемо похожее на Kiss или Def Leppard. Саске не стал медлить и быстро присоединился, максимально выжимая из себя всё то, чему он научился за всё время, что посвятил гитаре, несмотря на то, как долго он не двигался с места, в том числе и из-за Наруто, которому по душе был простой кричащий панк, который и был основополагающим в их группе. Играя в ней, Саске долгое время не уделял особого внимания тем же гитарным соло. Они всегда играли грязно и просто, не особо стремясь к чему-то большему и, помимо того, никогда не претендовали на какой-либо коммерческий успех или популярность: это была идеология Наруто, которая Саске вовсе не котировалась. А так как они оба были наиболее значимыми фигурами в группе, особенно на фоне вечно плывущего по течению Шикамару, которого мало что когда-либо интересовало, их противоречия все же вынудили Саске покинуть группу. Кто-то из них должен был сделать это: либо Наруто, не поспевающий за другом, который большую часть времени усердно тратил на улучшение своей игры, либо Саске, который попросту разочаровался в том, на что убил столько времени вместо того, чтобы двигаться дальше. Саске продолжал играть, уверенно поспевая за другими, отдавая всего себя каждому соло, играя так быстро, как он только мог, пока Суйгецу вымучивал из себя фальцет на припевах про какую-то неизвестную девчонку с весьма распространённым женским именем. Песня, ровно так же, как и началась, окончилась мощным барабанным соло. Саске также кидал и редкие взгляды на барабанщика, на лице которого за время игры ему всё же удалось разглядеть нахмуренные брови и напряжённо сжатые губы. Вряд ли бы кто, в общем, мог бы сдержать эмоции, так яростно хренача, но этот парень выглядел так, будто давал им волю только лишь во время игры. Саске еле заметно ухмыльнулся от этой мысли, при том сравнивая между собой и ставя друг другу в, скорее всего, близких приятелей барабанщика и басиста, что были одинаково немногословны и апатичны на вид, и, вместе с тем, оба играли будто за пределами человеческих возможностей. Пока Саске не мог точно сказать, что нашёл именно то, чего хотел, но для себя он отметил, что пока на этих, пусть и не особо приятных ему ребят, ему всё же стоит обратить внимание.