Our Teacher is a Devil!

***

— Итак, чему вы научились сегодня? Тот, кто ответит лучше всех, получит дополнительную оценку. — Эм… Мы узнали, что правильное общение важно? — Почему это звучит как вопрос, Хагакурэ? Ты не уверена? — Эм… Нет, мисс Серебро. Просто… — Да. И это прекрасный пример того, почему вербальная дисциплина на поле боя так важна. Факты должны быть изложены коротко, точно и четко и обязательно сформулированы как утверждения, а не как неизвестное. Чем скорее вы усвоите это, тем лучше. Чему еще научились? — Вы говорили нам, что запрашивать разъяснения, когда мы чего-то не понимаем, имеет решающее значение, вместо того, чтобы быть вежливым и оставаться в неведении. — Точно, Яойорозу. Дальше. — Эм… Теперь мы знаем, что информация сама по себе ничего не стоит, если ты не можешь ее использовать. — Именно, Джиро. Дальше. — Оставляя своих врагов погребенными в сиянии света, они могут ослепнуть от тьмы, вторгающейся в них через их собственную тень. — И не мог бы кто-нибудь, пожалуйста, повторить это, не пытаясь разыгрывать пьесу Шекспира? — Я думаю, что Токоями хочет сказать, что бомбардировка вашего противника слишком большим количеством или ложной информацией может отвлечь его от ваших реальных планов. Эм. Верно? — Очень хорошо, Оджиро. В будущем возьмите за привычку говорить так, как будто ты на самом деле живешь в двадцать четвертом веке, Токоями. Это возвращает нас к нашему первому пункту от Хагакурэ. Люди должны понимать вас, иначе они не смогут вам помочь. Дальше. — Мисс Серебро, сегодня вы научили нас тому, что быть хорошо информированным — это краеугольный камень становления успешным героем. Нам всем нужно изучить все тонкости нашего снаряжения, нашего окружения, наших товарищей по команде и, если возможно, наших врагов, прежде чем вступать в бой. Без достаточной подготовки мы можем подвергнуть опасности самих себя или, что еще хуже, гражданских лиц, которых мы поклялись защищать. На самом деле было бы величайшим позором подвести их, не изучив должным образом детали, на которых и основана профессия героя. Если мы хотим оправдать ожидания, возлагаемые на нас другими, тогда крайне важно, чтобы мы впитали как можно больше полезных знаний. — Правильно, Иида. Хотя ты должен стремиться быть более кратким в своих объяснениях. Я не спрашивала тебя о твоей морали, а только лишь о стратегиях, которые я рассказала вам сегодня. Нет, не извиняйся. Дальше. — Э-э… Р-Регулярное сообщение другим о-о своем местоположении необходимо д-для защиты от засад. — Я только вскользь упомянула об этом, так что приятно, что ты уловил это, Мидория. В любом случае, что делать… О. У нас больше нет на это времени. В качестве домашнего задания я хочу, чтобы вы прокричали фразу «Помогите! Немедленно запросите подкрепление! Мне нужна помощь!» как можно громче и как можно дольше. Обязательно найдите место, где вы не нарушите тишину и не повредите свои голосовые связки. Также напишите на листе бумаги, почему вы считаете это упражнение важным, и принесите его завтра ко мне. Свободны.

***

Таня вошла в дверь своей квартиры и бросила куртку на ближайшую вешалку, прежде чем направилась в ванную, дабы быстро ополоснуться под душем. Однако, когда она проходила мимо входа в свою кухню, ее обостренное чувство опасности внезапно вспыхнуло, и она быстро кувыркнулась, создав барьеры и приготовившись к бою. Однако вместо злодея или убийцы, посланного, чтобы убрать ее, была лишь только Химико. Она стояла неподвижно на кухне возле стола и смотрела на нее, но ее голова была опущена, а кулаки сжаты на передней части юбки. Таня моргнула и выпрямилась из боевой стойки, отключив свои серебряные барьеры. — Химико? Что-то не так? Что случилось? — Ты скажи мне, Семпай, — выплюнула Тога, не поднимая взгляда. Еще больше смутившись и почему-то сжав грудь, Таня сделала нерешительный шаг вперед. — Химико…? Пожалуйста, скажи мне, что случилось. — Я видела. — Что видела? — Фотографии. Они повсюду в социальных сетях, — сказала Химико, как будто это что-то объясняло. Теперь Таня была достаточно близко, чтобы протянуть руку, хотя и колебалась, замерев на мгновение, поскольку не знала, что ей делать дальше. — Я все еще не понима… — Ты не понимаешь?! — внезапно закричала Химико, сунув руку в карман, чтобы вытащить смартфон, экран включился, показав фотографию Тани в профиль, когда она читала лекцию в классе. И, судя по ярко-голубой ленте в ее волосах, которая сейчас лежала у нее в кармане, это было сделано сегодня. Теперь Таня была смущена и рассержена тем, что один из ее учеников достал телефон во время урока: — Что? Я просто учу. Почему это тебя расстраило? — Их там дюжина! — кричала Химико со слезами на глазах, просматривая фотографии. Некоторые в коридорах, некоторые в столовой, и еще несколько из класса с разных сторон, что означает, что у нее было больше, чем один ученик для завтрашнего наказания. Но прямо сейчас ей нужно было успокоить очень расстроенную девочку, и для этого ей сначала нужно было понять, почему эти фотографии так её расстроили. И это не могло произойти, пока младшая девочка была рыдающим беспорядком. Протянув руку, Таня схватила ее за запястье, отчего телефон с грохотом упал на пол, и потянула. Химико сопротивлялась, но не так сильно, как могла бы, учитывая, что Тане удалось сдвинуть физически более сильную девушку без использования ее причуды. Она крепко обхватила себя руками и прижала голову Химико к своей груди, втирая успокаивающие круги в ее спину. Эти уроки о том, как успокоить обезумевших детей во время реагирования на кризис, действительно пригодились прямо сейчас. — Тихо, тихо… — шептала Таня. — Успокойся, Химико. Все в порядке, все будет хорошо. — Н-Нет, это не так, — захныкала в ответ она, когда ноги Химико подкосились, и оба их колена оказались на деревянном полу. — Ты влюбилась, и теперь ты будешь проводить все свое время с ним, и ты не захочешь быть рядом со мной, потому что я странная и не милая, и я бы его отпугнула, и… и… — Подожди? Влюбилась? Я? — переспросила Таня, отстранившись, чтобы взглянуть на заплаканное лицо девочки. — Кто это сказал? И как любая из этих фотографий доказала это? Химико закатила глаза и усмехнулась ей, что заставило грудь Тани снова сжаться от того, насколько необычным было выражение лица ее подчиненной. — Я не глупая, Таня! Я вижу ленточку, как и все остальные, и я осознаю, что это значит. Я знаю, что ты бы никогда, никогда не надела что-то настолько очаровательное, потому что это слишком по-девчачьи. Нет, если только кто-то действительно особенный не дал тебе это. Очевидно, это подарок от того, кого ты любишь. Зачем еще ты носишь это, да еще и на публике?! Я едва могу заставить тебя надеть фартук с надписью «поцелуй-милашку», который я тебе купила, когда мы готовим вместе, и это только тогда, когда остаемся вдвоем! Таня несколько секунд ошеломленно смотрела на тяжело дышащую девушку перед ней, а затем начала от души хихикать. — Тога Химико, ты очень смешная молодая женщина, знаешь это? В ответ Химико фыркнула и откинулась назад: — Смешная? Я не шучу, Таня! — Да, смешная, потому что ты так разволновалась из-за этого, — Таня продолжала объяснение, вытаскивая виноватую во всем этом происшествии ленточку из кармана. — Это даже не подарок. По крайней мере, она не была принята с радостью. Она от Каямы Немури. Глаза Химико сузились, когда она повторила резким шепотом: — Каяма Немури… так вот как зовут ту, кто забрала моего сэмпая. — Химико, нет! — Строго сказала Таня. — Ты не будешь пытаться напасть на другую героиню, особенно когда она даже не виновна в том, в чем ты ее обвиняешь. Я просто отплатила ей за то, что она помогла мне сегодня утром. Моя куртка была порвана прошлой ночью во время сражения, и она починила ее для меня перед началом занятий. Однако, в свою очередь, она попросила меня надеть эту ленту на школьный день, и с моей стороны было бы невежливо отказаться. Вот и все, что случилось. Несколько секунд было тихо, прежде чем Химико спросила на удивление хрупким голосом: — …Правда? — Да, правда, — заверила Таня с кривой улыбкой, заставив другую девушку броситься вперед, чтобы обнять ее, еще раз плача у нее на плече. — Правда, Химико… — прошептала Таня, продолжая растирать вверх и вниз по спине девочки. — Я не могу поверить, что ты думаешь, что я так легко откажусь от своего кохая. — Мне жаль, Сэмпай, — прохныкала растроенная девушка с небольшой икотой. — Я только что увидела фотографии и так… так завидовала. Мое сердце как будто растаяло и сгорело в животе. У меня в голове была только одна мысль, что кто-то забирает единственное хорошее в моей жизни. — Да ладно тебе, не нужно драматизировать. Я уверена, что я не единственная такая хорошая вещь. Таня почувствовала, как голова на изгибе ее шеи затряслась: — Единственная. — Хм, а как насчет малинового щербета? До неё донеслось фырканье и хихиканье, затем ответ: — Не смешно. — Это верно, — Таня кивком согласилась. — Я не смешная, и не забывай об этом. А теперь давай, вставай и пойдем приведем себя в порядок. Мы обе сейчас выглядим совершенно непрофессионально. — Хорошо… Ты собиралась принять душ? — Да. — Могу я присоединиться к тебе? — Нет, Химико. Это было бы неприлично. — Но мы вместе принимали душ в спортзале HPSC! — Три раза, и ты не смогла удержать свои руки при себе эти три раза, и поэтому теперь мы принимаем душ отдельно. Кроме того, мы находимся в частной обстановке, поэтому это, как правило, менее социально приемлемо, — прочитала она лекцию младшей девушке. Честно говоря, Химико повезло, что ее партнером была Таня, потому что другие люди были бы гораздо менее склонны игнорировать прикосновения во время мытья. У них даже могло сложиться впечатление, что Тога пытался инициировать что-то сексуальное! Что было откровенно смешно, если бы вы знали эту гиперактивную девушку получше. Таня была уверена, что для нее все это было забавой и игрой из-за ее безразличного отношения к любым социальным границам. Серебро была бы удивлена, если ее юная подопечная вообще знала, что такое любовь, выходящая за рамки словарного определения. — Но что, если я пообещаю на этот раз держать свои руки при себе? — В душевой, площадь пола которой едва превышает сто квадратных сантиметров? Я нахожу это маловероятным. — Но ты очень маленькая! Мы легко влезем! — …Я собираюсь притвориться, что ты этого не говорила, и ответ по-прежнему отрицательный. — Ахх… — …Но ты можешь пойти первой, чтобы тебе не пришлось беспокоиться о том, что у тебя закончится горячая вода. В любом случае, у меня зато появится время приготовить нам что-нибудь поесть. — Ты слишком добра ко мне, Семпай. — Да, я начинаю в это верить. А теперь поторопись и иди. — …Сэмпай? — Хм? — Завтра утром, прежде чем ты пойдешь на свою работу, может… ты позволишь мне сделать тебе макияж? — Я не пользуюсь косметикой. — Пожалуйста! Я обещаю, что не сделаю тебя еще более очаровательной и милой, чем ты уже есть! Это будет профессионально! Я многому научилась в макияже, чтобы подчеркнуть свою маскировку! HPSC даже наняла настоящих визажистов, чтобы они давали мне уроки, так что я могу сделать так, чтобы ты выглядела взрослой, серьезной и еще более привлекательной одновременно! — Ну, я не знаю… — Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста! Пожа-а-а-алуйста! — захныкала девочка, надув губы так, что Таня не смогла сопротивляться. Почему она иногда выглядела, как пушистый котенок? — Хорошо, хорошо! Я накрашусь. Черт возьми! Она становилась мягкой. — Да! Я покажу этой Немури, как действительно сделать Таню-саму красивой! — Что это было, Химико? — Ничего, Сэмпай~. Я сейчас же запрыгну в душ! Таня, прищурившись, посмотрела в ту сторону, куда убежала ее подчиненная, прежде чем покачать головой и вернуть свое внимание к почти пустому холодильнику. Похоже, сегодня на ужин у них будут жареные овощи и стаканы молока. Может быть, они могли бы пойти в пекарню в паре кварталов от них, чтобы отведать десерт. Ради Химико, конечно, потому что у девочки был напряженный день, и она могла бы заесть этот стресс. Таня, конечно, была рада, что ее третье половое созревание почти прошло, и ей не пришлось иметь дело с такими вещами, как перепады настроения и гормоны, пытающиеся сделать ее иррациональной. «Она была образцом рациональности и эмоционального контроля,» — подумала она, надевая фартук «поцелуй-милашку» и завязывая его за спиной. В конце концов, сделать своего партнера счастливым было одним из самых важных и приятных занятий в ее новой жизни.