Our Teacher is a Devil!

В нынешние дни мало кто мог её подловить, не считая Химико. Более двух десятилетий коллективных тренировок и постоянной бдительности дали Тане навыки, позволяющие легко оставаться на вершине в большинстве боев. Нужно было повышать свою осведомленность и развивать чувство опасности любого рода, чтобы не погибнуть от шальных пуль, покушений на убийство или кровожадных безумцев, сидящих в засаде. К настоящему времени она могла победить обычных, заурядных злодеев с закрытыми глазами. Хотя Япония двадцать четвертого века была полна разнообразных врагов с непредсказуемыми наборами навыков и способностей, на самом деле противостояние с так называемыми «злодеями» было довольно обыденным. Большинство из них, как правило, выставляли напоказ свое мнимое превосходство либо напрямую, либо нагло используя свои причуды на публике, поэтому выявление и устранение их было детской забавой. И именно здесь была самая большая проблема. Это было легко только до тех пор, пока не стало. Если девяносто девять процентов преступного населения были тупыми, шумными и/или сумасшедшими, то оставшийся один процент представлял реальную угрозу. Те, кто не соответствовал схеме, могли нанести гораздо больший ущерб обществу, будучи бесчестными и хитрыми. Правоохранительные органы не обращали на них внимания, потому что они знали, как слиться с толпой, а не преподносить себя на блюдечке с голубой каемочкой. Они не произносили патетических речей о том, как несправедливо с ними обошлись, или о том, как весело было проломить кому-то череп. Они не были настолько глупы, чтобы ограбить банк средь бела дня или напасть на спортивный фестиваль UA с обнаженными ножами и криками ликования на устах. Таня увидела Ному, когда он бесчинствовал, и мгновенно связала его с Лигой Злодеев, неопытной террористической группой, полной мечтателей и мелких убийц. Таким людям, как они, не хватало надлежащего надзора и расчетливого мышления, чтобы быть кем-то иным, кроме лающих псов. Их нападение на тренировочный центр USJ было ужасно выполнено, несмотря на наполовину приличную подготовку, которая была проведена. Впоследствии она сочла их налет на стадион UA безумной попыткой мести, совершенной без умных или скрытых намерений. Конечно, она была настороже на случай любых неприятных сюрпризов, но к тому времени, когда она вывела из строя, то есть искалечила, Ному и перешла к паникующим гражданским лицам, она считала, что насилие в основном закончилось. В конце концов, десятки профессиональных героев присутствовали в качестве посетителей на мероприятии. Затем здание начало рушиться, и она решила, что это был последний отчаянный удар Лиги, чтобы отправить сообщение, убив большое количество зрителей. Не такая уж плохая идея, но, по ее мнению, несколько бомб сработали бы лучше. Если дело доходило до быстрого уничтожения скоплений людей, взрывчатка не имела себе равных. Она удерживала разрушающийся пол от разрушения своими барьерами, что требовало значительных усилий, поскольку она стабилизировала тонны камня и напуганных людей. Тем не менее, она смогла быстро эвакуировать рушащиеся трибуны еще до того, как большинство героев прибыли с другой стороны стадиона. Возможность летать с молниеносной скоростью была замечательной, чтобы достичь зон бедствия, несмотря на то, как кружилась голова от внезапных ускорений и замедлений. Десять гражданских, двадцать, тридцать… Их число размылось, когда она использовала свою причуду и сосредоточилась исключительно на эффективном спасении как можно большего количества. Возвести временную колонну здесь, перенести тяжело дышащую женщину туда… Она была так сосредоточена на спасении, что попалась в ловушку, которая обычно не обманула бы даже новичка. Возможно, это была вторая самая постыдная ошибка в ее карьере профессионального героя! Таня не ожидала, что злодей будет маскироваться под беспомощного гражданина после грубого подхода ранее. Если бы он не телеграфировал о своей атаке таким невероятно очевидным образом, она стала бы жертвой его плана. Как? Она должна была это предвидеть! Его расслабленное поведение перед лицом смерти и тот факт, что он сидел прямо в центре, откуда произошла катастрофа… Игнорирование этих очевидных намеков чуть не оборвало ее третью жизнь! Это был позор, который разжег яркое пламя негодования в ее груди, которое впервые вспыхнуло, когда она поняла, что весь мир, вероятно, мог видеть ее лифчик через дыру в форме. К счастью, покрыть себя серебристой вуалью было просто, хотя она выглядела так, будто ужасный модельер завернул ее в алюминиевую фольгу. Крик «НЕ БОЙТЕСЬ, Я УЖЕ ЗДЕСЬ!» вырвал ее из спирали самокритики, направив ее нарастающий гнев на другую цель. Всемогущий, по-видимому, спасал последнюю пару мирных жителей и успокаивал их своей обычной энергичной уверенностью. Это было громко. Это было раздражающе. И это было совершенно незаслуженно! Она была той, кого чуть не убили прямо сейчас! Где был этот идиот, пока она выполняла свою работу? — У тебя вошло в привычку приходить слишком поздно? — Холодно усмехнулась она. Ее голос был не очень громким, но достаточно, чтобы герой номер один услышал. Он медленно повернулся к ней, его фирменной улыбки нигде не было видно. — Я ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ ЗА ТО, ЧТО ПРИШЕЛ ТАК ПОЗДНО! КАК ТОЛЬКО ДИРЕКТОР СООБЩИЛ МНЕ, Я ПРИМЧАЛСЯ ТАК БЫСТРО, КАК ТОЛЬКО МОГ! Сокращая дистанцию, Таня встала прямо перед его лицом и прошипела: — Это лучшее оправдание, которое у тебя есть? Средства массовой информации никогда не узнают, но я надеюсь, ты осознаешь, что многое из сегодняшних бедствий можно было бы предотвратить, если бы ты сделал то, что должен был. Ты не выполнил свой долг, Всемогущий. Ей было все равно, что она наживает врага в лице самого влиятельного человека в Японии или что один щелчок его пальцев может сломать ее барьеры и разбрызгать ее внутренности по всему полу. Эта близкая встреча со смертью вытолкнула на поверхность ее сознания воспоминания, которые были глубоко похоронены внутри неё. Старая ненависть и еще более старые страхи царапали края ее рассудка, напоминая ей о временах, полных крови и едкого дыма. Когда ее звали Дьяволом. — Я знаю. Я не прошу прощения за свои ошибки, но позволь мне попытаться исправить их. Я уверен, что Нэзу все равно позже всех нас прожует. А? Он признал свою ошибку? По крайней мере, это было начало…

***

Действительно, Нэзу выглядел смертельно серьезным, когда созвал учителей, как только они дали интервью в полиции, отправили всех домой и прошли медицинское обследование. Удивительно, но Айзава по какой-то причине тоже присутствовал. Из его краткого объяснения казалось, что это как-то связано с конфискацией спортивного автомобиля и прорывом его через полицейскую блокаду, но это звучало слишком абсурдно, чтобы быть правдой. Всемогущий отсутствовал, хотя его заместитель мистер Тошинори смог представить его интересы. Директор не спрашивал, почему простой помощник был посвящен в эту встречу, поэтому Таня придержала язык. У нее было подозрение, что он может быть тайно переодетой Химико, учитывая сильный запах крови на его лице и крошечное красное пятнышко на подбородке. В конце концов, не у многих других людей были вампирские причуды. Позже ей нужно будет отчитать своего партнера, если она становится такой неаккуратной в комнате, полной профессионалов. Еще одним странным лицом был неизвестный мужчина, одетый в бежевый плащ и белые перчатки, который, скорее всего, был каким-то следователем по уголовным делам. То, как его присутствие целенаправленно сливалось с фоном, говорило о том, что он прошел разведывательную подготовку, но стандартные ботинки и отсутствие этих мертвых, спокойных «глаз правительственного агента» указывали на то, что он не из секретной службы. Только тот, кто полностью потерял связь с нормальной, повседневной жизнью, чтобы стать тенью общества, мог выглядеть таким апатичным. Это была одна из главных причин, по которой она пыталась вовлечь Химико в мирные обычные переживания и оторвать ее от существования, полного кровопролития и корпоративной занятости. Наблюдать, как эта чудесная искра внутри нее гаснет, было бы… очень неприятно. Опять же, этот парень в плаще может просто притворяться. Не прочитав его мысли, она бы никогда не узнала. Соответствуя ее мрачным мыслям, оранжевый свет послеполуденного солнца просочился через окна и окутал конференц-зал зловещим сиянием. Длинные тени скрывали выражение лица директора, что делало удушающую тишину в воздухе еще более угрожающей. Лапы Нэзу были аккуратно сложены на столе для совещаний, придавая ему видимость спокойствия, которое никого не обмануло. — К моему величайшему сожалению, я должен объявить о второй чрезвычайной конференции школы UA в этом году. Хотя вы все проявили усердие в защите нашей школы, возможные долгосрочные последствия этой катастрофы будут серьезными. Мне уже написали несколько членов школьного совета, которые хотят внести радикальные изменения в управление нашей деятельностью. Я предполагаю, что многие другие родители также захотят пересмотреть зачисление своих детей в наше учреждение. Даже Геройская Комиссия Общественной Безопасности обратилась ко мне всего полчаса назад с требованием усилить надзор за нашей внутренней безопасностью. Среди большинства собравшихся учителей раздались потрясенные вздохи. — Конечно, у них нет законных прав на это, но я сомневаюсь, что это остановит их, когда СМИ проводят кампании против нашей независимости. Общественная поддержка, естественно, склонится к тому, что они считают «более безопасной» альтернативой. Тонкая улыбка расплылась по его животному лицу. — Серебро, что ты думаешь об этом необычайно быстро сделанном предложении? Улучшится ли наша ситуация, если HPSC получит больше влияния на нас? Почему он поставил ее в такое положение? Таня понимала, почему он скептически относится к ней, но такая откровенная враждебность была незаслуженной. — Не могу сказать точно. Я не эксперт в этой области. На самом деле, от меня редко требуется принимать решения, выходящие за рамки моей реальной должностной инструкции, несмотря на мое желание учиться. Говорить «Я не причастна к этому фиаско, но и не имею права говорить об этом» явно было бы опасно. — Вот как? Тогда, Полночь, что бы ты подумала о… Вопросы продолжались и продолжались, от безобидных до организационных. Какую версию истории они представят на пресс-конференции, какие у них были идеи, чтобы улучшить себя и безопасность в будущем, как наилучшим образом успокоить легионы разгневанных родителей, которые собирались появиться, и так далее. Так было до тех пор, пока Нэзу внезапно не сбросил на них метафорическую бомбу. — Теперь к самой волнующей теме этой встречи. Наш дорогой Сотриголова вернулся в старшую школу UA впервые после своей травмы… сегодня. Ох… Химико, что же ты наделала? Разразился неконтролируемый шум, когда среди учителей были выражены все эмоции от шока до замешательства. Новость о том, что двойнику удалось обмануть их всех, похоже, особенно сильно ударило по Полночи и Сущему Мику. — Успокойтесь! — Закричал Голосовой Герой, подавляя безумную дискуссию с помощью своей причуды. — Должно быть, это ошибка! Он приходил на прошлой неделе! — Нет, я не ошибаюсь. Иначе мистер Айзава смог бы вспомнить, что такое было, не так ли? Не говоря уже о том, что информация о безопасности, переданная его самозванцу, была той же, которая предоставила злодеям возможность проникнуть на спортивный фестиваль. Разве это не странно… Немури поморщилась от дискомфорта, теперь понимая, что она отчасти виновата в этом инциденте. — Но кто мог предсказать нечто подобное? Возможно, в преступном мире циркулировали какие-либо слухи? Ты самый активный герой из всех нас на данный момент, Серебро. Ты слышала о каких-либо возможных планах, которые может вынашивать Лига? — Я не подпольный герой. У меня нет привычки слушать болтовню случайных головорезов в грязных переулках. — Так ты вообще ничего не слышала? Почему он так настаивал на том, чтобы она изложила правду? Здесь наверняка была какая-то уловка. Что, если он считал, что нашел на нее компрометирующие улики, и теперь пытался заставить ее раскрыть их? — Ничего. Это меня не касалось, и я рано научилась не совать свой нос в дела других людей. Даже если у меня было малейшее подозрение, что какая-либо организация, не говоря уже о Лиге Злодеев, планировала нападение на UA, я бы не сидела сложа руки. Это потрясло меня, как и всех остальных. Хотите верьте, хотите нет, но я не поднялась в общественном рейтинге, скрывая информацию о злодеях. В этот момент она стала довольно раздраженной. Для существа, которое утверждало, что является самым умным умом на планете, директору определенно не хватало навыков допроса. — Пожалуйста, прости меня. Мой вопрос прозвучал грубо, но я никогда не пытался намекнуть на небрежность с твоей стороны. Это было просто безобидное любопытство. Как будто! Его голос звучал так болезненно искренне, что это было почти комедийно. — И почему, если я могу спросить, твоей первой реакцией было применение смертельной силы против ному? — Вгрызся в неё Айзава через стол. Действительно, что она сделала, чтобы заслужить такую враждебность? — Это ты спрашиваешь об этом? После того, как был смертельно ранен существом похожего строения? Я действовала в наилучших интересах себя и своих учеников. Поэтому я выбрала самый быстрый способ уничтожить и навсегда обездвижить самую большую угрозу на поле. Полицейский отчет о первом из них официально объявил его мертвым, что делает ликвидацию этого оружия как юридически, так и морально приемлемой. Ты бы сделал то же самое. Она теряла свое расслабленное самообладание, но необходимость иметь дело с непрофессиональным поведением людей, которые были достаточно глупы, чтобы добровольно заниматься героизмом, не меняя своего мировоззрения, истощала. Многие опытные герои погибали в какой-то момент своей карьеры! Когда кто-то участвовал в насилии, было вполне естественно, что слишком сильный удар или неудачное падение оборвали бы хрупкую человеческую жизнь. Старатель уничтожал несколько злодеев в год одним только тепловым ударом своего пламени! Если тайные операции Тани вдали от глаз общественности не заставили ее на собственном горьком опыте изучить тонкость позвоночника или хрупкость внутренних органов, у нее не было бы безупречного послужного списка на ее дневной работе. Благодаря долгим кровавым экспериментам она точно знала, какое давление она может оказать на каждую часть тела, что давало ей преимущество перед теми, кто изучал анатомию только теоретически. — А как насчет злодея, которого ты покалечила в прямом эфире? Ее лицо скривилось от отвращения. Этот ублюдок просто должен был напомнить ей об этой неудаче. Такая потеря контроля над собой какое-то время будет преследовать ее во снах. — Он был очень близок к тому, чтобы коснуться меня какими-то силами, превратившими восьмую часть спортивного стадиона в руины. Прости меня за то, что я ставлю свою безопасность выше безопасности нападавшего. Потеря нескольких пальцев вряд ли достойна возмущения. Глаза Айзавы вспыхнули ядовито-красным, но он, наконец, прекратил свою ненужную критику. Хихиканье прервало их импровизированное состязание в гляделки и продолжило распространяться по всей комнате. — Простите, какую шутку я пропустил? Полночь посмотрела на нее так, что ей стало не по себе, но Таня отказалась показать слабость и отвернуться от ее ухмыляющегося взгляда. Как ни странно, смех только усиливался. Цементос сжал губы и, слегка нахмурившись, отвернулся, но большинство остальных открыто хихикали, как дети. В конце концов, Сущий Мик разразился смехом и указал на нее пальцем. — Ха-ха-ха… Розы! Ха-ха-ха-ха! — Что… Она посмотрела вниз, куда он показывал, и, к своему растущему ужасу, обнаружила, что отражающая вуаль, сохраняющая ее скромность, таинственным образом рассеялась. Ее нижнее белье с принтом было открыто видно! Сотриголова, этот полоумный придурок отменил ее причуду! — Аггхх! Ты извращенец! — Взвизгнула она и рефлекторно вызвала непрозрачный цилиндр вокруг всего своего тела. И эти дегенераты притворялись героями? Отвратительно! — Ха-ха-ха-ха! Кто бы мог подумать, что у неё там цветы? Ха-ха-ха! Никогда больше она не позволит Химико дарить ей какую-либо одежду! Во имя хороших рабочих отношений она, возможно, была слишком снисходительна к своему кохаю. С этого момента любая привлекательность будет запрещена!

***

— Есть что-нибудь заслуживающее внимания? — Ты знаешь, технически мне не разрешено раскрывать какие-либо детали текущего расследования, Нэзу, — ответил детектив. — Я не просил об этом. В конце концов, у меня есть диплом юриста. Но как друг… не мог бы ты сказать мне, что я должен иметь в виду, чтобы лучше управлять моими дорогими коллегами? — Ммм… Как друг, я бы сказал, что большинство из них очень честны. Тебе не следует слишком беспокоиться. — Большинство из них? — Ну что ж… То, что некоторые фразы были распознаны как ложь из-за моей причуды, было довольно тревожно… — О? Не могли бы вы привести мне примеры? Исключительно в образовательных целях, ты понимаешь. — Серебро, была… по крайней мере, не совсем уверена, что ее успех основан не на сокрытии информации о злодеях… Само по себе это не слишком беспокоит, но… Казалось, что провокация Дегуршафф окупилась. Серебро слишком комфортно чувствовала себя в своей роли, если ее не оспаривали. Допрос ее в комнате со свидетелями заставил молодого героя реагировать на его вопросы в условиях повышенного стресса. В стремлении выглядеть как можно более правдоподобно у Дегуршафф было меньше времени, чтобы придумать стратегию и скрыть свои секреты. Тем не менее, она была непростой головоломкой. — Интересно… — Нэзу, позволь мне напомнить тебе, что моя причуда не идеальна. Она не фильтрует объективные истины, а только то, что люди считают правдой или ложью в любой момент времени. Это может означать буквально ничего. — Конечно. Я не предполагаю здесь никакой вины. Хотя… если мы на мгновение примем ее заявление за чистую монету… тогда последствия будут очень, очень замечательными. — Угх, я знаю, что пожалею об этом, но, пожалуйста, объясни. — Видишь ли… наша любимая мисс Дегуршафф не была героем очень долго. На самом деле, она находится в общественном рейтинге чуть больше года. Этого, конечно, недостаточно, чтобы она поддалась искушению прибегнуть к таким недобросовестным методам, чтобы добиться славы. Коррупция такого вида развивается в героях, которые настолько глубоко недовольны своим карьерным ростом, что не видят другой альтернативы, кроме как обманом пробиваться к вершине. Тем не менее, основываясь на ее звездном восхождении к седьмому месту, это маловероятно… — Такая сильная причуда, как у нее, делает этот процесс несколько простым. — Только мощной причуды было бы недостаточно, но она определенно помогает. В любом случае, из-за того, что она тесно связана с Геройской Комиссией Общественной Безопасности, можно с уверенностью предположить, что она сталкивается с более строгим и суровым надзором, чем большинство среди героев. Разве ты не согласен? Детектив Цукаучи уклончиво промычал, однако его нахмуренные брови показали, что он напряженно размышлял над тем, что сказал Нэзу. Идеально. — Если общественный успех одной из самых ярких восходящих звезд Японии частично является результатом коррупции, то само собой разумеется, что ее благодетели первыми заметили бы это. И если HPSC узнает об этом… тогда это будет настоящий скандал. Возможно, они не просто потворствуют этому, но, возможно, даже одобряют это… Зачем еще молодой женщине с острым умом, выдающейся дисциплиной и удивительно сильной причудой косвенно сотрудничать со злодеями в первый год на улицах? — Осторожнее, директор. Этот ход мыслей может привести тебя в места, которые могут быть неприятными даже для фигуры с твоей известностью. Губы детектива были поджаты в мрачном осознании того, что он не мог интеллектуально не согласиться с ним, но ему также не очень нравился неудобный вывод, к которому это привело. Нарушение системы убеждений людей почти всегда приводило к отрицанию. — Почему, я только лишь предположил. Никогда за тысячу лет я бы не обвинил наше доброжелательное и способное правительство в таких чудовищных преступлениях. Он лгал, и они оба это знали.