Ведьмачья мать

       На алтаре во внутреннем дворе Каэр-Морхена лежало, завёрнутое в мягкие меха и белую ткань, тело. Женщина выглядит спящей, но острый слух окружающих её мужчин не улавливает сердцебиение.       Лицо покрывают глубокие морщины, большее их количество у губ и рта, указывая на весёлый и лёгкий характер. Некогда каштановые волосы стали серебристыми от седины. Стоящие вокруг ведьмаки медленно подошли и положили рядом с телом разные памятные безделушки, последним на тело женщины положили старинную лютню с привязанными к ней связкой медальонов. Каждый подошедший отходил не сразу, а задерживался на мгновение что бы взглянуть в последний раз на усопшую, в последний раз прикоснуться к нежным, но уже холодным рукам не так давно лечившие из раны и мягко гладившим по голове, успокаивая от очередного кошмара, больше не услышат весёлый звонкий голос беззаботно рассказывающий очередную историю или сказку. Не прозвучит больше лёгкий перебор струн в тишине вечернего зала, куда они собирались зимними вечерами. Все отошли и подняв руки к костру выстрелили в него пламенем.       Огонь облизнул сухие дрова и ярко захрустел пожирая древесину. Молодая девушка стоящая рядом с отцом оперлась на его твердое плечо, зелёные глаза неотрывно следили за тем как огонь сжигает самого светлого, самого нежного и при этом сильного, человека в её жизни. Закрыв глаза Цири тихонечко всхлипнула спрятав лицо в грубой коже доспеха Геральта. Больше никто не будет сидеть на её кровати и петь колыбельные, слезы навернул с новой силой и девочка зажмурилась. Стоящие рядом ведьмаки неотрывно смотрели, как огонь забирает ещё одного человека из их жизни. Когда погребальный костер догорел, Весемир собрал пепел в хрустальную урну и пошел в крепость, оставив ведьмаков с их воспоминаниями.       Пройдя коридорами, он вышел в зал памяти, где посреди зала стояло давно мертвое древо, когда то сумевшее прорости прямо через камень, на его ветвях висели медальоны всех погибших волчьих ведьмаков, опустившись на колени Весемир поставил урну у подножия дерева, в последний раз провел пальцами по граненому хрусталю в полследний раз. Поднявшись он утер одинркую слезу катившуюся по щеке. - Прощай, дорогой друг, ты будешь в нашей памяти и в твоих песнях. Прощай, Ведьмачья Мать. Весемир низко поклонился сосуду с пеплом. Отдав последнии почести умершей он развернулся и покинул, пропитанное тоской и воспоминаниями место.       Геральт зашёл в комнату в одной из сохранившихся башен. Тут все ещё пахло полевыми цветами, лаком для дерева, бумагой и чернилами. На столе как всегда был бардак. Везде лежали нотные листы и бесконечные блокноты с записями. На полках стояли книги, посвященные семи изящным искусствам, бестиарии и сказки. Под потолком висели пучки полевых цветов и ароматических трав, На полках, вдоль стены сверкали стеклянные колбочки и банночки. Пройдя вглубь комнаты Геральт сел на заправленную кровать, поднимая с покрывала небольшой том. Название было незнакомым, открыв его он заметил небольшую записку "им обязательно понравиться". Видимо это была новая история которую она им собиралась рассказать. На бумагу упали капли. - Прощай, Лютик, спасибо за все. - согнувшись пополам, Геральт из Ривии, Белый волк и бывший мясник из Блавикена оплакивал потерю своего самого близкого человека. Постепенно он затих погружаясь в свои воспоминания.