Наёмник. Слепая грань мести

Мир Мисаль. 28 по каталогу ЦИМа. Независимый наёмный агент.

      — Март, вокруг тихо. Оборотней поблизости не замечено, — воодушевленно сообщил мне напарник, вернувшись с разведки.       — Только какая-то мелкая нежить. Обезвредить?       — Нет, не отвлекайся, просто отгони её и возможных свидетелей тоже, — ответил ему, и когда паренёк отвернулся, позволил себе улыбнуться. Молодец, старается. Лишних вопросов не задает. Отличный… кхм, напарник.       Я ни на минуту не забывал, что рядом могут оказаться люди умеющие считывать эмоции, а то и мысли. Когда часто с ними сталкиваешься, привыкаешь держать даже мысли в узде. Постоянная практика — залог успешной работы. А в моем случае и жизни. Позволив себе лишь на секунду насладиться нахлынувшей гордостью, вернулся опять к пленнику. К этому, мало сказать, засранцу.       — Ты знаешь, что о таких вещах надо предупреждать заранее, — проникновенно прошептал на ухо парню, стягивая его запястья верёвкой.       Тот покаянно замычал в кляп, по его лицу потекли дорожки слёз, но таким меня было не разжалобить. Невозмутимо продолжал навязывать узлы на руках и ногах, отчего парень постепенно превращался в замысловатую марионетку кукольника, оставалось только подвесить. Да, хоть на вот тот держатель, от настенного фонаря, насквозь ржавого и обветшалого, и если не удержит лишнего веса, будем считать, что парню опять не повезло.       — Не бойся, тебя я не убью. Даже напротив, можно сказать, окажу услугу. Бывал я однажды в одном интересном мире, в Иртеи. Так там тамошние монахи, таким образом, проверяли свою силу воли. Ты же хочешь узнать, насколько твоя воля сильна?       Моё предложение парню не понравилось, он отрицательно качнул головой, насколько это позволили верёвки на шее.       — Вот и молодец, я знал, что мы найдём общий язык. Он вытаращил на меня глаза. Так и быть, второй бесплатный урок от меня: жесты не универсальны, и могли трактоваться по-разному.       Мне очень повезло, что в этот поход, решил привлечь не опытного напарника, а юного мага. И если бы не его хвастовство, я бы не сразу догадался, что присутствие рядом с нами этого парня могло стоить нам, если не жизни, то нервов точно. Грёбаный дар. Редкий, как сволочь, и меня угораздило связаться с человеком, у которого он был.       — Айс, возьми эти обломки, — попросил я напарника, затягивая последний узел, и указал на то, что осталось от дымчатых очков, которые должны были помогать в обнаружении порталов, — и почини их где-то в стороне. Заодно узнаем, какую территорию охватывает его дар.       — А как же?..       — Ничего, оборотня я и без тебя почую. Не первый раз на них охочусь.       Моя особенность не в столько в опыте, сколько в доверии. Я всецело доверяю своей интуиции, и когда она вопит «пригнись и стреляй!», я так и поступаю. А с тех пор, как мне оторвало руку, я решил носить два вида оружия: одно механическое, «Миолки», а вот второе — барьерное, основанное на магии. Вот с ним возникли проблемы, его нужно или перезарядить или вообще создать с нуля другой экземпляр, если Айс имел соответствующие навыки. В чём я глубоко сомневался: его познания вряд ли касались раздела создания артефактов. Не беда, старых методов никто не отменял. За жизнь напарника, я не сильно переживал, при столкновении мага и оборотня побеждает всегда маг, разве что оборотень матерый и опытный, а этот всего лишь ребёнок. Оборотень, поправил я себя. Какое может быть сострадание к твари, ставшей причиной падения сына?       И на эту тварь даже пришлось израсходовать единственный козырь, который достался мне благодаря чужой оплошности, чтобы получить достоверную информацию.       Размышляя о превратностях жизни, перекинул верёвку через держатель, поднял тело парня на три локтя над землей, остальной конец пока что намотал на собственный кулак, а в другую руку взял диктофон. Именно в этом и заключалась моя перестраховка в сегодняшнем деле. Я всегда придерживался собственного правила: невзирая на сложность дела, обеспечивал себе тыл. Тем более, когда случайно (а чаще всего, совсем не случайно), приходилось переходить дорогу самозваным пограничникам. Я всегда перестраховывался, чтобы у них не было повода уже для моего устранения.       — Айс!       Напарник выглянул из-за угла.       — Ну что? — поинтересовался результатами поручения.       — Порядок, около десяти метров.       Вот, ещё одна разница между нами: система измерений, которую магия почему-то не в силах перевести. Приходилось самому. Сколько это будет в локтях?       — Если ты все выяснил, и починил, тогда почему не возвращаешься?       — Бдю! И вообще, если вернусь, опять придется твои очки восстанавливать.       Тут он проявил инициативу, хвалю, только это далеко не все мои поручения.       — В таком случае и себе тоже сделай.       — Зачем, Март? Думаешь, я попадусь?       — Сделай! — повторил я с нажимом. Не хватало из-за такой ерунды и этого потерять. Пожалуй, парня пора натаскивать всерьёз, чтобы он научился проявлять гибкость мышления, чтобы научился разбираться в людях, чтобы понимал, кому можно верить, а кому нет. Если уж одного не мог научить… всё хватит, с усилием оборвал ход мыслей. — И Айс, походи вокруг, собери мне стекла.       Надеюсь, на обратном пути, он без подсказок догадается оставить очки за пределами действия дара. И позовёт меня, если натолкнётся на оборотня, а не станет самонадеянно бросаться на него в одиночку. Я, конечно, говорил, что магу оборотень не страшен, но конкретно с этим представителем, я хотел бы разобраться самостоятельно.       Мое внимание всецело переключилось на пленника.       — А теперь я поговорю с тобой, ты же не против нашей беседы, верно?       Для укрепления положительного ответа, встряхнул его как следует. Вытащил кляп, а вот диктофон включил и положил ему на спину. Буду считать, что парень достаточно благоразумен, чтобы не юлить и не врать мне. Тем более, он ведь должен был знать, с кем связался. И если бы он привел оборотня сюда, этого разговора можно было избежать.       — Знаешь, мне очень хочется уточнить пару спорных моментов нашего сотрудничества. Ты хорошо знаешь, кто я такой?       Парень прошептал что-то неразборчивое.       — Громче!       — Д-да.       — А можешь назвать конкретнее, кто я?       Мне, что каждое слово из него вытягивать придётся?       — Ты Март, наёмник, убийца.       — Не совсем верно, но допустим. Ты сам решил со мной связаться, когда меня узнал. Не буду спрашивать, откуда ты знаешь меня в лицо, но вот предупредить меня о своём даре ты был обязан. Во избежание так сказать неприятностей. Таких, как сейчас. Но Бог с ним, с даром, он меня не интересует, поговорим о Маргарите. Достаточно ли хорошо ты её знаешь? Почему ты пришёл один? Ей удалось тебя провести? Или же она сейчас бежит в ЦИМ?       — Я-а не думаю…       — А ты подумай! Хорошо подумай. И отвечай!       — Мы мало знакомы.       — Неужели она, всё-таки официально работает на ЦИМ?       Насколько мне было известно, детей никто в штат не зачислял, только в качестве помощников или стажёров. Никаких полевых операций, пока не набирались опыта под крылышком наставника. Что примечательно, провалившегося стажёра приговаривали так же, как и опытного агента: стирали память, в редких случаях — устраняли. Для чего меня собственно и нанимали. Исключения бывали, но редко и касались они «детей» действующих агентов. Эти крохи информации мне удалось добыть с трудом. Не последнюю роль в этом сыграла моя привычка вовремя обращаться вслух, что уже не один раз, спасало мои бренные кости. Вот и у этого мелкого оборотня прикрытия нет, достаточно предъявить доказательства её нарушения. И никто не посмеет меня осудить за поспешное правосудие. Впрочем, я и отсидеть срок за это был готов.       — Наверное, — как-то неуверенно ответил парень.       — Что значит «наверное»? Работает или нет?       В таком состоянии, добиться от него внятных ответов было трудно. Самого парня я трогать не собирался, он сам себя подставил, обратившись ко мне лично. Мотивов его поступка я не знал, мне он и не важен, а вот оставить зацепку ЦИМу, что в его лавах зреет маленькая крыса, мог. Мне же потом зачтётся. Его дальнейшая судьба меня не интересовала.       — У нее нет медальона.       — Что за медальоны?       Парень упрямо стиснул губы.       Проговорился, значит. Я ни о каких медальонах действительно ничего не знал. Вот ещё один кусочек ценной информации, спасибо болтливому языку парня. Значит ли это, что у него он был? Провел рукой по его шее, нащупал шнурок и осторожно выудил из-за пазухи половинку кругляша.       — Этот?       — Нет! — быстро ответил парень.       — И у каждого сотрудника он есть?       Представляю, каких усилий ему стоило сохранять молчание. Но я-то знал, даже молчание означало подтверждение. Не прикасаясь к медальону, я потянул шнурок на себя.       — Занятная вещица. Интересно, а что будет, если я его как бы случайно сломаю? Или ты её потеряешь? Или попросить Айса…       Стоп, а разве у этой штуки не магическая основа?       — Парень, а ты вообще уверен, что у тебя он сработает правильно с твоим-то даром?       — Он рабочий, — отчаянно всхлипнул парень, — мы проверяли.       — «Мы»? Я так понимаю, ты и твой отец? Значит, ты не расстроишься, если я его заберу себе?       — Нет, пожалуйста, не надо. Он обычный, честно.       — Тем более, если это обычная безделушка, ты можешь поделиться ею со мной.       — Это маяк, по которому, меня можно найти, — тихо признался он.       Маяк, значит. Информативно и познавательно, но мне от такой вещи, пожалуй толку нет (иначе, зачем создавать то, что легко украсть?). А паренёк то знатно печётся о своей шкуре.       — То есть если ты его потеряешь, тебя никто не найдёт? Не придёт на помощь?       Он сдавленно подтвердил.       — В таком случае, — я отпустил шнурок, парень качнулся. — Советую отвечать на мои вопросы, внятно и без увиливаний, в противном случае: боюсь, тебя уже никогда не найдут. Итак, почему Маргарита остановилась именно у вас?       — Я точно не знаю, но отец говорил, что нужно что-то проверить.       Хорошо, разговор сдвинулся с точки мычания и бормотания, а всего-то надо было знать за какую ниточку дёрнуть.       — И ваша сегодняшняя прогулка как-то с этой проверкой связана?       Если, да, то их не могли оставить надолго одних, или же им отвели оговоренное время. А значит, будут искать.       — Может быть, не знаю. Ей почему-то стало нехорошо, и отец разрешил ей прогуляться, и меня подрядил.       Интересная формулировка. Пожалуй, мне без ответов не сложно догадаться, что же дальше между ними произошло. Но мне ведь нужна запись нашего разговора.       — Так почему ты пришел один, а не с ней, как договаривались?       — Мы поссорились, — нехотя признался он.       — Вот как? Это ты зря, разве ты не хозяин своему языку? И где теперь мне её искать? В вашем доме?       — Не знаю, честно. Отпустите меня, пожалуйста.       — Отпустить? Нет, ты что, а как же тот урок, от монахов, помнишь? Испытание на силу воли. Смотри, тебе всего-то надо удержать своё тело на весу, как можно дольше.       Я вложил свободный конец верёвки в его ладонь, никак не дав понять, что он достаточной длины, чтобы спуститься самостоятельно.       — Не волнуйся, я дам тебе стимул, не отпускать верёвку, как можно дольше. У монахов были ножи, ну а мы используем обычное стекло, это ведь не так страшно, правда?       — Пожалуйста, не надо. Почему вы это делаете? Я же вам честно на всё ответил.       — Тогда и я, отвечу честно, — действительно, пора выложить на диктофон, почему именно этого оборотня я готов ликвидировать бесплатно и даже отказался ради него от нескольких выгодных предложений. — Ты меня подвел, а я очень не люблю, когда меня подводят. Но куда больше мне не нравится, когда у меня отбирают дорогих мне людей. Из-за этого оборотня я лишился сына. Кажется, в ЦИМе есть закон, запрещающий перемещать ни в чём не повинных людей в другие миры, или я ошибаюсь? Или законы писаны не для всех, а? И по вашим же законам, такие нарушители считаются преступниками, и подлежат ликвидации, разве нет?       — Вы о чём? К-какие миры?       — Не важно. А знаешь, ты тоже, практически совершаешь преступление? А именно, выдаешь ценную информацию, постороннему, далеко не дружественному лицу.       — Но я ничего не выдавал. И д-доказательств нет.       — Как знать, как знать.       Парень застонал, когда увидел в моих руках диктофон, который я демонстративно при нём отключил и вложил в его же карман.       Мне действительно не с руки затевать ссору с самопровозглашёнными пограничниками миров, ведь мы, на мой взгляд, очень выгодно сотрудничали. Я устранял невыгодные им, по каким-то причинам, объекты, а взамен получал информацию. В особенности, о расположении стационарных порталов. При этом все понимали, что информация может быть абсолютно любой, и если были желающие её купить, то найти тех, кто ею торгует несложно. Вопрос стоял только в цене или в услуге. Вот я дополнительно и занимался такими услугами.       — Мне интересно, ты считал когда-нибудь себя героем? — задумчиво поинтересовался я у парня, возвращая кляп на место.       И ощутил, как на меня кто-то смотрит. Между лопатками пробежали характерные мурашки, мой личный индикатор, настроенный на взгляд хищника. Я неторопливо обернулся, чтобы воочию убедиться: поблизости опасности нет. Но на всякий случай, отщёлкнул предохранитель на своём верном шестизарядном «Миолки». Взял на прицел каждый угол, по очереди, пусть, со стороны, я и выглядел параноиком, но живой параноик лучше мёртвого. После чего, так же тщательно осмотрел крыши. Это точно был не человек. Мои действия у нормального человека вызывали страх, а человек испытывающий страх чувствовался по-другому. Оборотень? Враждебности не ощущалось, но тот ли это оборотень, которого искал я?       — Айс!       — Я туточки, — весело отозвался напарник с другого конца длинного здания.       «Всевышний» дай мне силы не пристрелить этого балбеса.       — И что ты там делаешь?       — Но, Март, ты же сам приказал мне насобирать, как можно больше стекла, вот я и ищу.       Да приказывал, но не говорил, что для этого обязательно надо обыскивать всю территорию.       — Возвращайся, мне понадобится твоя помощь.       Минут через пять напарник вернулся, с драным пакетом из которого торчали горлышки разных бутылок. Он что только целые искал? Старательный малый, даже иногда чересчур, и порой именно это меня и раздражало. Надо же иногда и сообразительность проявлять, а не только тупо выполнять приказ.       — Ты ничего не чувствовал, пока там ходил?       — Ничего, а почему ты спрашиваешь?       — Предчувствие расшалилось, — уклончиво ответил я, не желая вдаваться в подробности. — А ты как собирался оборотня засечь?       — Я же тебе говорил, — удивился Айс, моему вопросу. — Вот!       Он продемонстрировал мне амулет. Магический амулет.       — Айс! Я надеюсь, ты догадался его перезарядить, пока там «гулял»?       — Э-э, я того, — поняв, за что его наругали, маг смутился, — совсем, забыл об этом.       Первый раз, за долгое время, я ощутил, как мои волосы «зашевелились».       — Знаешь, у меня вдруг возникло чувство, что я совершил глупость, взяв тебя с собой. Может, тебя стоит сейчас домой отправить? — не сдержавшись, наорал на столь беспечного балбеса.       — Март, ты чего?       — А того, я не обязан контролировать каждый твой поступок. Ты не маленький, в конце концов, сам должен уже соображать.       — Но Март, я же впервые на охоте.       — Но это не повод отключать мозги. Ладно! — я заставил себя успокоиться. Жив и хорошо. — Возьми, всё, что ты нашёл и разбей об стену.       — А? — снова ступил маг, в очередной раз, позабыв, что иногда, можно воспользоваться руками, а не только своей магией.       — Вот так! — и я с силой хряпнул пакет об асфальт, естественно, разбилось не всё. — Потом разбросаешь осколки вокруг этого парня и под ним. На этот раз, патрулировать пойду я. Выполняй!       — Есть! — без особого энтузиазма согласился Айс.       Будто дождавшись именно этого момента, из-за угла с дребезгом выкатилась бутылка. Интуиция вновь предупреждающе зашевелилась, заставляя меня подобраться и проверить. Никогда не любил неожиданностей. Поэтому прижал револьвер к бедру и предельно тихо, пошёл на разведку.       В последнее время, я старательно пытался избавиться от приевшейся привычки: выглядывать из-за угла впритык к стене, с готовым к стрельбе оружием. В прошлый раз мне это стоило оторванной руки. И спасся я не по воле случая, а лишь потому, что стрелял одинаково хорошо с обеих рук. А уж с пафосом выкатываться на открытое пространство (теряя драгоценные секунды), перед оборотнями, может закончиться потерей жизни, или… второй руки. Забавно выходило, а с механической рукой меня заказчики ещё не видели.       Именно поэтому за угол здания заглянул, только отойдя от стены на три локтя. Но вопреки предостережениям, оборотень меня за углом не поджидал. Он…она стояла на сто шагов дальше, у другого перекрестка и выглядела так же, как в тот раз, с дурацкими детскими хвостиками, в клетчатой рубашке и брюках. Своей излишней предосторожностью, я дал ей возможность отбежать подальше и, по-моему, она прекрасно знала, что стрелять я не буду. Попасть с такого расстояния моим «Миолки» не стоило и пытаться. Когда-то я имел неосторожность и проболтался, что предпочитал смотреть в глаза объектам, перед их ликвидацией. И в тот раз, моя привычка сыграла со мной злую шутку. Девчонка оказалась одержимой духом, который при контакте газа в глаза взял под контроль уже моё тело. А на этот раз у них такой фокус не пройдёт, я основательно подготовился к нашей встрече.