Дни нашей жизни

Петля мисс Сапсан, октябрь 1940 — 30 сентября 1941       Когда очередная бомбежка или, как её называли мелкие, «фейерверк», прошла, дети стали расходиться по комнатам. Клэр и Олив повисли на Клемми, прося поиграть с ними. Она подошла к Вику и положила руки ему на плечи:       — Идём с нами!       Он мягко, но настойчиво отстранил её:       — Нет настроения.       Клемми нахмурилась, но ничего не сказала. Она уже знала, что на Вика не действуют претензии и истерики. За последнее время они ссорились целых три раза. Клемми жаловалась, что Вик уделяет ей мало внимания, он — что она его не понимает: девушка не имела ничего против жизни в петле.       Вик пошёл на каменистый берег и сел на валун. Волны сталкивались с землёй, и каждый шелест был точь-в-точь таким, как сутки назад. Тысяча лет пройдёт, а Вик будет так же сидеть на камне и слушать те же самые звуки — молодой, здоровый, но лишённый смысла жизни. Уж лучше на фронт, чем вот так…

***

      Клемми проснулась около полудня. В доме было непривычно тихо. Фиона возилась в саду, Клэр и Олив играли в детской, а больше Клемми никого не увидела. После завтрака она пошла в библиотеку и, погрузившись в книгу, не заметила, как вошёл Вик.       — Слишком заняты, мисс?       — Для вас — совсем не занята, — в тон ему ответила Клемми и подняла голову, позволяя поцеловать себя в губы. — А где все?       — Играют в «Набег на деревню».       — Какой такой набег?       — Когда тебе станет скучно, ты можешь пойти в деревню и повеселиться: бить стёкла, срывать с петель ставни, вышибать двери, пугать нормальных и утаскивать их вещи. А вечером мисс Эс перезапустит петлю. Всё станет как прежде, и утром можно будет снова развлечься.       — Ты так говоришь, будто сам в этом участвовал.       — Да, было дело. Я разломал забор и выбил дверь, а в сенях стояла женщина. «Всё возьми, но не трогай ребёнка!» — кричала она, а на лице у неё был такой ужас, совсем, как у мамы, когда отчим орал на неё и прочее…       Клемми кивнула.       — Да, это мерзко. Но что говорит мисс Эс? Разве она не запрещает вам такие игры?       — Запрещает только убивать и насиловать. О погромах ничего не говорит.       — А знаешь, её можно понять, — сказала после длинной паузы Клемми. — Она в одиночку растит двенадцать человек, ей нужно хоть немного времени для себя. Вот она и позволяет нам самим себя развлекать.       — Оправдываем Птицу, даже если она и неправа, — хмыкнул Вик. Клемми хотела было возразить, как снаружи раздались хохот и улюлюканье. Во двор ввалились мальчишки и Вин.       — Чур я первая! — Вин подбежала к колонке и стала пить. Вода стекала на её голые ноги.       — Где твои сандалии? — спросил Вик.       — Потеряла, пока гоняла пьянчуг из паба. И не надо так на меня смотреть! Я не трогала детей и женщин.       Когда спустя сутки Клемми и Вик шли по деревне, он показал ей этот дом. Забор был цел. Дверь стояла на месте. Женщина средних лет в чепчике сидела на качелях и вязала. В другом конце сада девочка лет шестнадцати поливала цветы.       — Привет, Лидия! — сказал Вик.       — Привет! — Девушка улыбнулась и кокетливо убрала за ушко длинную прядь. Клемми пихнула Вика локтем в бок: ей совсем не нравилось, как смотрела на него незнакомка. — А ты откуда меня знаешь?       — Лидс, ты с кем там разговариваешь? — Хозяйка дома встала с качелей и подошла к дочери. — Что вы хотите, молодой человек?       Женщина говорила строго и на лице у неё не было и следа панического страха.       — Эээ… нам пора! — Вик утащил Клемми за угол.       Пройдя несколько улиц, молодые люди вышли к развалинам средневековой крепости. Вик повёл Клемми на задний двор. Они сели на ступени. Над ними поднимался розовый диск закатного солнца.       — Это тебе тоже надоело? — спросила Клемми, зачарованно глядя на небо.       — Русалка моя, мне не надоело жить. Я просто чувствую, что сойду с ума, если не выйду из петли.       — И что ты собираешься делать?       — Пойду на фронт.       Клемми подалась вперёд и поцеловала его в губы.       — Если ты уйдёшь, уйду и я. Пройду ускоренные курсы и стану медсестрой. Да хоть на заводе по производству снарядов работать буду, лишь бы помочь тебе…

***

      Альма Сапсан сидела за письменным столом и наблюдала за кружившим по её кабинету юношей.       — Я поняла тебя, — сказала она, после того как Вик очередной раз заявил, что не может находиться в петле. — Но как же Клементина?       — Она пойдёт со мной. Уже согласилась.       — Хочешь подвергнуть девушку опасности?       Вместо ответа Вик вытащил из камина кочергу и завязал в узел.       — Думаете, я не смогу нас защитить? — спросил он, заново выпрямляя кочергу. — К тому же, у Клемми есть своё оружие.       Мисс Сапсан поднялась с кресла. Прихрамывая больше, чем обычно, она прошла по кабинету, потом остановилась перед Виком и положила ладони ему на плечи — миниатюрная по сравнению с ним.       — Я не могу удержать тебя в петле силой, — сказала она. — Делай как знаешь, Виктор.       Вик почувствовал, как к горлу подкатил ком. Молодой человек поцеловал руку мисс Сапсан и быстро вышел.       В отличие от друзей, Вик не растрачивал гонорары в первые несколько недель. Он открыл заначку, пересчитал оставшиеся деньги и с радостью убедился, что их больше, чем достаточно.

***

      Весь следующий день Вик где-то пропадал. Он вернулся лишь под вечер и позвал Клемми к озеру. Над озером стоял старый вяз с раскидистой кроной. Вик подтянулся на руках и забрался на ветку.       — Поднять тебя? — предложил он спутнице, но та уже залезла сама.       — Клемми, — начал Вик, когда она устроилась рядом с ним на толстой изогнутой ветви. — Прежде, чем мы уедем с Кэрнхолма, я хочу кое о чём тебя попросить.       — О чём?       — Закрой глаза. Не открывай, пока я не скажу.       Клемми зажмурилась, и Вик взял её за руку. Что-то твёрдое и прохладное коснулось пальца. Не утерпев, Клемми открыла глаза и обнаружила у себя на руке тонкое серебряное кольцо.       — Да! Конечно, да! — выпалила она, как только Вик задал заветный вопрос.

***

      Моросил мелкий холодный дождь, когда Клемми и Вик сели в лодку. Он молча грёб, а перед внутренним взором стояли грустные глаза мисс Сапсан и заплаканные лица Вин и Клэр. Олив тогда убежала в свою комнату и даже не вышла попрощаться. Вик очнулся, когда маленькая ладонь Клемми легла на его руку.       — Я всегда поддержу тебя. Эйб — тоже. Он приедет, как только ему исполнится восемнадцать, помнишь?

***

      В камине горел огонь, а на стульях висели два мокрых плаща. Вик сидел у камина и грел руки о чашку с чаем, когда Клемми вернулась из душа.       — Спасибо, что нашёл гостиницу! — сказала она, проводя кончиками пальцев по шее Вика. Он ухмыльнулся, поймал запястье Клемми и потянул к себе. Она тут же отдёрнула руку.       — Ещё два дня, сэр, терпите! — засмеялась Клемми. Затем поцеловала жениха в щёку и скрылась в отдельном номере.