Старые раны тоже кровоточат.

— Глэ-э-эм! Иди сюда скорей! — услышал он голос Виктории с кухни. Быстро спустившись со ступенек лестницы, он побежал на кухню. — Что?! Что так кричать?!       Зарёваный Хеви сидел на стуле. Колени были сбиты, джинсы порваны, майка в грязи, волосы слиплись. — Что произошло?! — Пап, не ругай, а? — Не буду, не буду, сынок! Только скажи! — Мы в футбол играли… Со старшаками… Мы честно выиграли, а они с кулаками… Так не честно… — хныкал малой. — Ну, ну… Тише, тише. Давай, снимай джинсы, я принесу тебе сменную одежду. — Угу… — всхлипнул рыжик. — Хеви, кто это был? Давай рассказывай. — Они не с нашего района… Это чужие ребята… — А хули они тогда на наш район припёрлись? — Не знаю… Их человек 7 было… Мне больше всех досталось, потому что играл лучше всех… — Ещё раз они тут появятся, то я возьму бейсбольную биту! Сровнялись, блять, с малышами, кривоногие убюдки! — с чувством сказала Вики. — А вы, олухи, чего к взрослым полезли? — Это не мы к ним, а они к нам полезли. Стали с площадки нас гнать, ну мы и сказали, кто победит, того и площадка. Теперь площадка наша… — Я им, блять, покажу, сукам, чья площадка! Это и так ваша площадка. С нашего района там дети могут играть! — Хеви, вот, переодевайся, но сначала в душ, а потом раны обработать. — Хорошо, пап… Мам, выйди, я стесняюсь..... — Нашёл кого стесняться. Лучше бы ты со старшими играть постеснялся! — Вики, он уже не маленький, выйди… — Ладно, ладно! — сказала Вики и покинула кухню. — Хеви, как же ты так… — Не знаю, пап. Я не хотел… Честно… Это не я… — Ладно, не плачь. Я же не ругаю… — Джинсы… Новые… Только-только купили… — Всё, всё, такие же купим. Твоё здоровье важнее.       После душа Глэм обработал раны. Без слёз не обошлось. — А-а-а-а, больно! Папа, подуй! — Всё, всё, сейчас, сейчас, — успокаивал Глэм — Конечно, кожи нет, чего ж не больно будет? Почти всё, сыночек, почти.       После лечения Глэм сказал Хеви, что постельный режим ему не помешает. Рыжик завернулся в одеяло и заснул. — Футболист, блять! Так и нервов не хватит! Чуть инфаркт не схватила. — Старшие… Видел я тут поблизости не совсем культурных ребят. — Не «не совсем культурных», а сволочей отбитых. Сильно взрослые? — Да… Лет по 17-18. — Так, ладно, Хеви пусть спит, а я пойду поработаю. — Угу, а я в гараже поковыряюсь.

20:10

— Хеви, ты как? — спросил Глэм, зайдя с подносом в комнату сына. — Нормально, пап. Только спина прибаливает, а так всё хорошо. — Кушать будешь? — Буду! Давай! — Приятного аппетита. Я тут кое что обсудить с тобой хотел… — Фто именно? — с полным ртом спросил Хеви. — Ты кушай, кушай, а то подавишься ещё. Мне тут письмо одно пришло. — От кого? — отложил Хеви еду в сторону. — Мне написала мама… — Ого! — Так вот, она приглашает нас в гости всей семьёй в дом, где я жил раньше. — А чего она раньше не писала, не писала, а сейчас написала? — посыпались вопросы.       Хеви был не такой догадливый, как старший брат, поэтому спрашивал открыто. На самом деле, он не хотел обижать отца ни в коем случае, просто интерес зашкаливал. — Такие были обстоятельства. — А твой папа? — Мой папа уже… умер. — Жаль… Тогда получается, она мне бабушка? — Ну да. — Пап, а это дом, где ты в детстве жил? — не унимался Хеви. — Да, сынок, да. — А какие таки были обстоятельства? Она же могла и раньше написать? Почему ты о ней ничего не рассказывал? — Хеви, просто такие были обстоятельства и всё. Так сложилось… Просто я знаю тебя всю твою жизнь, а ты меня — нет, поэтому вот так… — Ну, а раньше мы познакомиться там не могли? — Нет. — Странные обстоятельства. А почему ты нам о ней не рассказывал ничего? — Потому что не было повода. — Может быть сейчас расскажешь? — Нет, не сейчас… — А как её зовут? — Мери. Теперь моя очередь вопросы задавать, ты хотел бы пойти в гости? Только скажи правду. — Ну конечно! А ты покажешь свою комнату? — Не знаю, если она сохранилась… — А у тебя большой дом был? — Большой. — А… — Хеви уже не знал что спрашивать. — Всё, хватит вопросов, вот пойдёшь и всё узнаешь. — А когда? Какого числа? — На мой День Рождения. — Вау! Круть! А дядя Чес пойдет? — Нет, Хеви, дядя Чес часть нашей семьи, а я иду в родительский дом. — Ты так странно выразился… Часть нашей семьи… А твои родители ведь тоже… — Хеви, я устал от вопросов. Тебе нужно кушать и отдыхать. — Ладно, пап… — Хеви снова принялся за еду, а Глэм покинул спальню сына.

21:40

— Так что, все согласны? — спросила Вики, готовясь ко сну. — Да, все согласны. Только Хеви задавал чересчур много вопросов. — Ну, это же Хеви, что ты от него хотел? — Да… — Глэм, а ты сам-то хочешь? Просто тот факт, что это твоя мама… — Я не знаю, Вики. Я не думал про это от слова совсем. Возможно, я так зациклен на том, что у меня отвратительные отношения с отцом, что позабыл про маму… Просто понимаешь, вот живёшь спокойно и вдруг как снег на голову. Раз! Я просто был в шоке, когда понял, что мне мама написала. — Ну, бывает… Ты главное не волнуйся так сильно… — Да… Я сильно устал… Спокойной ночи, Вики, — сказал Глэм, обнимая жену. — Да, тебе того же, — обняла она его в ответ и начала засыпать в тёплых объятиях мужа.