Бальзам для губ

24 ноября, 15:00, тренировочный зал             Тренировка, которая давалась мучительно, кончилась, все мемберы стали расходиться. Кто-то пил воду, глотая её будто воздух и смотря уставшим взглядом в почти полупустой стакан. Кто-то безмятежно отдыхал в углу, обнявшись с другим мембером. Кто-то до сих пор тренировался до потери пульса, а именно — Феликс.       Наступала зима, приходило чувство тревоги. Губы Феликса были его самым больным местом, когда дело касалось холодной зимы, оставляя терпкий привкус непонятного. Вот, через какие-то пару дней он снова должен будет переживать за них. Тот настолько устал от подобных мыслей, что даже не почувствовал сильную усталость от тренировки. Его ноги дрожали, пот тёк с лица, а волосы прилипли ко лбу и закрыли глаза. Продолжая тренироваться, он пытался забыться.       Остальные же были заняты чем-то своим. Джисон давно ушёл вместе с Минхо в магазин, чтобы потом приготовить совместный ужин, но что-то подсказывало ему, что те не просто так вдвоём ушли вместе. Чан удалился в студию, чтобы придумать новую песню, прикинув кусок бита, пока Феликс разминал ему плечи во время партии Минхо. Сынмин и Айэн спали в углу, уткнувшись друг другу в плечи, а Чанбин пошёл перекусить на кухню, попутно сказав, что задержится в спортзале.        Хёнджин, отошедший в ванну из-за слишком влажного лица, вернулся буквально в тот момент, когда Феликс стал покачиваться на ногах. В его глазах стоял ужас от увиденного. Казалось, его они не держали вовсе. Как будто ещё шаг, и он упадёт. Хёнджин побежал к нему, ловя на руки. Феликс был без сознания.       Хёнджин не тратил ни секунды, ведя того к дивану. В голове бурлело, мысли сбивались, а руки тряслись. Хёнджин мягко посадил Феликса на кожаную поверхность, подложив свисающие ноги на ближайший стул.       Сначала отведя взгляд в сторону, чтобы собраться, он вновь взглянул на Феликса. Ему так нравились его золотистые, рассыпанные по всему лицу веснушки. Их было так много, будто солнце отдало ему частичку себя. Ему нравилась его постоянная улыбка, которая не сходила с лица, особенно тогда, когда он засыпал в их общей гостиной. Нравились его светлые волосы. Они были такими мягкими, несмотря на то, что тот часто менял причёску для снятия клипа, нового камбека, концерта и фанмитинга.        Присмотревшись сейчас, он заметил, как Феликс во сне кусает губы, практически до крови. Хёнджин даже для себя подметил, что сегодня Феликс ведёт себя необычно, когда спит. Раньше он не замечал, что бы тот кусал губы во сне. Хотя всегда был с ним рядом и изредка посматривал, чтобы никто не смел будить его. Ведь он так мало спал в последнее время, отдавая очень много сил и энергии во время тренировок, чтобы показать стэй всё своё упорство и более отточенные навыки.       Залипая в телефоне, Хёнджин и не сразу услышал, что Феликс стал просыпаться. Голову пронзила резкая боль, от которой всегда стояла муть везде. В ушах был звон, а глаза бегали. Вокруг всё кружилось, пошло пятнами, а взгляд еще больше затерялся в жарком пространстве. Он резко встал, решая дойти за водой, тут же пожалев о своём решении.       — Осторожней, — быстро поймал его Хёнджин, с беспокойством оглядывая.       Усадив Феликса обратно на диван, он сам встал и подал ему стакан воды. Тот дрожащей рукой принял его и выпил залпом.       — Ты как? — поглаживая плечи, Хёнджин медленно начал спрашивать того, дабы не усугубить ситуацию.       — В порядке, спасибо, — сначала прохрипел, но потом продолжил — Только голова дико кружится.       — Я сейчас принесу таблетку, посиди пока тут.               Феликс, казалось, выпал из реальности, пока того не было рядом. Втыкая взглядом в свои кроссовки, на которых развязались потрепанные временем шнурки, он даже не заметил, что Хёнджин снова в одном с ним помещении.       — Я вернулся, — впопыхах Хёнджин дошёл к нему, — Вот твоя таблетка, — он протянул её, подавая воду.       — Спасибо, Хёнджин, — Феликс молчал, у него не находилось больше слов, как будто ком в горле перекрыл поток мыслей.       — Всё в порядке, Феликс. Почему ты не перестал тренироваться? Ты и так очень много сил отдаёшь на основной тренировке. А тут ещё и дополнительную решил сделать, — Хёнджин не отчитывал его, просто предупреждал, что лучше так больше не делать, вдруг бы его рядом не было?       С минуту помолчав, Феликс все же нашёл, что ответить.       — Я просто, — Феликс замялся, — Очень недоволен, что ли, собой в последнее время. Я вижу, как вы все стараетесь изо всех сил, а я отстаю. Помнишь, я недавно сделал на партии Хана не ту связку, из-за чего у него болело плечо? А случай с Чаном, когда мой микрофон чуть не попал ему в голову? Поэтому решил, что могу осилить ещё одну тренировку за сегодня, но перенапрягся. Хёнджин, я правда не хочу, чтобы ты волновался за меня. Поэтому я буду стараться только на наших тренировках.       — Феликс, ты не отстаешь, а наоборот стараешься уже лучше нас. И про случаи, Джисон на тебя не в обиде, он говорил, что плечо и так болело, а в Чана ты не попал, так что всё хорошо. Ты в последнее время вообще перестал отдыхать и есть.       — Не правда, — начал Феликс, перебирая в руках ткань футболки, — Я ел сегодня очень много, — закончил тот, краснея от вранья.       — Феликс, я знаю, что ты мне только что соврал, — Хёнджин отводит взгляд, поправляя волосы назад.       — Пойдём лучше покушаем нормально, ладно? Потому, что из-за тебя я не пришёл на ужин. Это будет взамен на заботу, проявленную к тебе, — подмигнув, Хёнджин похлопал его по плечам и поднялся с дивана.       — Хорошо-хорошо, — ответил Феликс, не желая быть у Хёнджина в долгу.       — Только ты поешь как следует, идёт?       — Да, конечно.       — Тогда иди одевайся, только потеплее. Я буду ждать тебя внизу, — спокойно прозвучал голос Хёнджина и тут же затих, стоило ему покинуть помещение.                   

***

      — О, ты уже пришёл. Быстро ты. Всё хорошо? — Хёнджин оглядел его, и тут же улыбнулся, увидев милый пуховик на нём.       — Да, всё в норме. Я просто не хотел тебя задерживать, ведь ты сильно голоден.       Феликс тихо чихнул, прикрывая нос тёплым шарфом, дабы Хёнджин снова не сделал ему замечание, что тот расхаживает в тонких вещах, когда уже стоит такой холод.       — Будь здоров, — Хёнджин смеётся, а Феликс подхватывает, хрипло откашливаясь. — Да не особо, но не отказался бы, — Хёнджин продолжает, метнув взгляд в вечернее небо. — А вот тебе обязательно надо будет все съесть, — повернувшись, он щёлкнул того по носу.              Они шли по улицам, которые были все в листьях. Очень красиво все выглядело поздней осенью, но Хёнджин очень ждал зиму. Потому, что они с мемберами устраивали зимой очень много крутых челленджей, да и просто хорошо проводили время. Ему очень хотелось вновь ощутить это веселье, ту радость, смеясь с шуток Джисона, который услышал их в аниме, обсуждая с Сынмином новость, услышанную внезапно, споря с Чанбином, что можно есть что-то, кроме кимчи. Осенью же всё было наоборот: все было заняты, времени не хватало даже на пятичасовой сон, что уж говорить хотя бы о совместном завтраке вместе?       — Феликс, я хотел у тебя кое-что спросить, — спонтанно заговорил Хёнджин, пока они шли по дорожкам, ведущим к месту назначения.       — Ну, спрашивай, — Феликс немного испугался, не зная, что может спросить Хёнджин. — Ты же знаешь, я не против вопросов, — Феликс думал, что если так скажет, то обязательно не будет понятно, что он нервничает.       — Почему, почему ты кусал губы, когда спал? Я просто сидел, а потом вижу, что ты будто злишься на что-то. Я ж такое уже видел, когда.. — Хёнджин замолкает, кусая щеку изнутри и тут же вцепляется в пухлые губы, оттягивая нижнюю.       Феликс знал, что тот кусает губы, когда нервничает, не впервой же было успокаивать его перед выступлениями, шепча успокаивающие слова.       — Хёнджин, я хочу узнать то, что ты в конце хотел сказать, — настоял на своём Феликс, заглядывая ему в глаза.       — Я скажу, но только при условии: ты мне потом отвечаешь правду, окей? — Хёнджин не очень хотел себя выдавать, но секрет на секрет же можно было?       — Конечно!       — В общем, сейчас ты узнаешь мой секрет, — Хёнджин запинался на каждом слове, не понимая, почему он так дрожит, ведь ничего такого не было. — Который, эм, никто больше не знает.       — Я всегда сидел рядом с тобой, когда ты засыпал в общей гостиной. Тебя много раз пытались разбудить, но я не давал, потому что знал, как ты уставал, — Хёнджин комкал собственный шарф, надеясь, что это как-то поможет. Феликс же, упрямый, смотрел в его глаза и, кажется, ждал подвоха. Хёнджин сразу же покрылся румянцем.              — Воу. Это круто, что ты оберегал меня, — Феликс явно не чувствовал здесь какого-то тайного подтекста, поэтому Хёнджин вздохнул спокойно. — Правда тогда уставал. А я и думал, почему тогда спалось лучше, чем когда я спал в своей комнате. Но почему никто не знает об этом? Ты же говоришь, что все пытались меня разбудить, но ты не давал, это же должен был кто-то заметить.       — Тебе правда спалось лучше? — от этих слов Хёнджин улыбнулся, ему стало теплее на душе. — Я рад. Никто не замечал потому, что я просто сидел на диване рядом с тобой, больше ничего не делая. Да и кто будет придираться, если мест больше не оставалось. Я сразу садился туда, а потом и ты туда ложился, ну и после другие рассаживались на другие места.       — Правда, — Феликс тоже улыбнулся, согревая свои замерзшие ладони. — А я и не замечал, что ложусь туда, где ты сидел. Смешно как-то получается.       — Теперь твоя очередь, — напомнил Хёнджин, пытаясь поскорее сменить тему.       — Точно! Совсем забыл, — честно признался Феликс. — Мне недавно стали сниться кошмары. Не типа тех, которые с монстрами и так далее, а про людей.       — Что ты имеешь в виду? — спросил Хёнджин в недоумении.       — Мне снится потеря любимых людей. И, черт, это, знаешь, как страшно? — проглотив ком в горле, Феликс устало потёр виски, думая, что это поможет не сильно вдаваться в подробности.       — Похоже, что да. Мне такое не снится, поэтому мне, наверное, повезло. И давно у тебя это?              — Да нет, три месяца всего лишь.       — А что-нибудь помогает? Ну, в смысле, чтобы ты нормально спал? — Хёнджин сразу же задал вопрос, который застрял в голове.       — Я пока не выяснил этого. Как-нибудь пройдёт, наверное, — уже более равнодушно сказал Феликс, отворачиваясь и вглядываясь во что-то, что броситься в глаза первым.       — И из-за этого ты и кусал губы, да? — Хёнджин снова спросил этот вопрос, не намереваясь закрывать эту тему без должного удовлетворительного ответа.       — Похоже, что да. Раньше не кусал, а тут начал. Губы не успевают зажить, как снова их кусаю до крови.       — Мне нравится твоя улыбка, — чуть погодя говорит тот сначала шёпотом, как бы себе под нос, но Феликс это слышал. — Улыбайся почаще, — теперь уже обычным голосом.               Феликс мгновенно покраснел, и тут же попытался это скрыть, засовывая голову под куртку, которая не подчинялась, а голова не лезла.       — Ты всегда мне это говоришь.       Перестав это делать, он поправил шарф и шёл дальше, все также краснея. Уже думая, что больше не будет краснеть, он ошибся. Стоило Хёнджину смотреть на него с тех своих слов, как он увидел румянец. Решил ещё больше его подколоть и увидеть уже более застеснявшегося Феликса.       — Ликси-а, а ты знал, что ты очень мило краснеешь?       Он был прав, после его слов Феликс был полностью красным.       — Ну чего ты, Феликс. Мне просто нравится то, как ты краснеешь. Это очень мило, правда, — Хёнджин сказал это, дабы Феликс не обиделся, а потом приобнял его на секунду.        После чего Феликс снова покраснел.       — Ахха, Ликси-а, — начал смеяться Хёнджин. — Ты будешь краснеть от каждого моего действия?       — Я не виноват, так само получается, — пробубнил себе под нос тот.       — Ладно-ладно. Мы уже пришли, — не веря своим глазам, что они так быстро дошли, Феликс застыл на месте.       — Феликс, ты че как хуй встал? — начал махать руками перед его лицом Хёнджин.       — Пиздец у тебя сравнение, — замотав головой в разные стороны, ответил Феликс, проходя мимо.       — Ты такой забавный, Феликс, — сказал Хёнджин, но, как только Феликс отошёл к двери, он продолжил — И мне это нравится, — и побежал вслед за ним.