Кучерявое чудо

Шестое сентября, час дня. Ваня вешает свои вещи в шкаф, бросая пустой рюкзак рядом. Отправляет родителям сообщение "Я сегодня не вернусь" и выключает телефон от навязчивых звонков. Внутри чувство будораживающее, как у ребёнка перед новым годом. Губы в кровь искусаны, а зелёные глаза смотрят на своё отражение в зеркале. Растянутая футболка открывает вид на острые ключицы, Ваня зачёсывает волосы назад и тянется за резинкой. Серёжа, что пришёл пять минут и стоял за приоткрытой дверью, скользнул взглядом по чужим рукам. Ваня Бессмертных - отдельный вид искусства. Он сам по себе сплошное совершенство. Пешков зависает на неаккуратном коротком хвостике и понимает, что хочет запечатлить эту картину у себя в памяти навечно. Язык в который раз скользит по губам, пока глаза сосредоточены на причёске. Серёжа стучит в дверь, не дожидаясь ответа заходит в комнату и встаёт напротив зеленоглазого. - На тиктокера смахиваешь. - Пешков ухмыльнулся и залез на кровать. Ваня боковым зрением прошёлся по Пешкову, после чего ещё раз изучил свой образ. - Моим родителям явно не понравится, если я начну деградировать. - Ты даже в тиктоке не сидишь? - Бессмертных машет головой. - Пиздец. - Видимо, тебе нравятся тиктокеры. - Пешков посмотрел в зелёные глаза, Ваня смутился и выставил вперёд руки. - Нет, нет, нет, я не про себя! Тебе же Эвелина нравится, да? - Мальчик хочет всё знать. - Серёжа игриво сощурил глаза и улыбнулся. - Может быть и нравится. Чувства вообще очень сложная штука, а я сложности не люблю. Бессмертных кивнул и посмотрел на книжку в руках Серёжи. - Что это? - Телефон на зарядке, вот и решил взять книжку с тумбочки. Родители Дена, похоже, стишки любят. - Пешков показал пальцем на название сборника стихов. - Да, его мама отдыхает за чтением книжек или стихов. - Бессмертных пальцы перебирает и губы кусает, на Пешкова смотрит решительно, будто в любви собрался признаться. - На самом деле, я был тиктокером. Серёжа даже не смотрит на одноклассника, вновь показывая на губах издевательскую ухмылку. - Под песенки рот открывал? - Анимации делал. Я вообще рисовать люблю, и программировать тоже. - После школы на программиста пойдёшь? - Мои родители... Ваня не успевает договорить, Серёжа закрывает сборник и смотрит на него. - Ванюш, тебе предстоит ещё долго работать над собой. Дверь снизу громко хлопнула, послышался громкий смех и голоса друзей. Серёжа встал с кровати, подзывая к себе Ваню. Трое парней обсуждали свою игру в баскетбол, Денис положил на стол недавно купленную пиццу, пока Илья набирал воду в чайник. На улице заметно похолодало, солнце скрылось за облаками и совсем скоро ожидался дождь. - Серёг. - Саня сел за стол, вызывая друга со второго этажа. - Чел спит до сих пор. - Илья включает чайник и садится к Петрову. - Меня разбудил зеленоглазый красавец. - Пешков заходит на кухню первым, закрывая собой Бессмертных. - Всем здаров. - Ваня выходит из-за Серёжи, чем лишает друзей дара речи. - Ванёк, а ты это...хули тут делаешь? - Коломиец откладывает кусок пиццы и подходит к другу, как первый, кто пришёл в себя от шока. - Спасибо друзья за радостный приём. Мне уехать? Саша подходит со спины и обнимает, вдыхая родной аромат. - Солнце, ты как метеорит упавший на голову. - Что ты сделал с родителями? - Ничего. Я взял немного вещей и уехал, пока они работают. - Сань, пощупай ему лоб, вдруг температура. В общем-то, день прошёл отлично, хоть и дождливо. Приезд Вани поднял друзьям настроение до конца этого дня, хоть и небольшие сомнения о правильности его поступка поселились в их головах. Родители Вани могли запереть его дома, забрать все средства связи или нанять няню семнадцатилетнему подростку. Может быть, они придумают что-то новое, только Ване сейчас абсолютно похуй. Здесь и сейчас, только он и его близкие. Время близилось к одиннадцати ночи, ни одного намёка на сон и покой в этом доме. Серёжа, как и обещал самому себе, вышел на балкон второго этажа, дабы понаблюдать за звёздами, насладиться ночной атмосферой и послушать тишину. Звёздам можно доверить свои тайны и страхи, они никогда не предадут и всегда выслушают. Может быть кто-то посчитает Пешкова странным, но ему так похуй на чужое мнение. "Я буду ждать тебя мучительно, Я буду ждать тебя года, Ты манишь сладко-исключительно, Ты обещаешь навсегда." К. Бальмонт Серёже смешно от любого упоминания влюблённости. Серёжа считает влюблённых людей слишком наивными и абсурдными. Серёжа не такой, ему влюбляться не в кого, все какие-то не такие. Он садится на кресло, откладывая сборник на стол. На кресле уютно, на улице прохладно, в мыслях беспорядок, в доме шумно. Пешков не обращает внимания, когда дверь на балкон открывается, он слишком погружён в самого себя. - Серёж, можно? - Поблизости раздался охрипший голос Вани, караоке не ушло бесследно. - Не спрашивай, просто садись. - Пешков кивает на второе такое же кресло. - Я могу уйти, если хочешь. - Вот, снова. На таких людях как ты ездят всю жизнь. Я не говорю, что ты плохой, Ванюш, скорее бесхребетный. - Ты меня не знаешь, чтобы так говорить. Сколько мы знакомы? Пять дней? - Бессмертных, не успев сесть на кресло, поспешил к выходу. - Так вот, Серёженька, я могу за себя постоять, а своё мнение оставь при себе. Ваня хлопнул балконной дверью, Серёжа посмотрел ему вслед и подумал, что действительно не должен был так говорить. Звёзды уже не такие красивые, они будто помрачнели.