Новые земли, древние сны

«Где Балкхед откопал этих двоих?» Слова Праула тогда прозвучали скептически; по крайней мере, так их воспринял Рэтчет. На самом же деле прочитать эмоции ниндзя не было по силам ни медику, ни кому-то еще из команды. Непроницаемо спокойный, он смотрел… Прайм был прав: Балкхед не должен был общаться с новичками, шумные, буйные протоформы плохо влияли на него. Кто-то менее внушаемый — должен. Прайм был и неправ: строители вполне годились к обучению… Дрессировке, если хотите, было бы время тщательно продумать подход. Но Балкхед взял такую фору, что в этот раз даже Праул уже не мог угнаться за несущимся бронепоездом его ошибок. — А я, идиот, им доверился, — распинался Балк. — Они как были ни на что не годны, так и останутся! «Разберите их на запчасти.» Где-то Праул это уже слышал: Диноботы. В этот раз обида была личной, и Балкхед — добродушный великан Балкхед — едва не разделался с неудачливыми протоформами собственноручно! Это было так непохоже на него: попытаться отравить врага? Добить лежачего, потерявшего память? Наш Балк? Не то рожденные на Земле искры, не то изматывающее противостояние с десептиконами пробуждали в безобидных ремонтниках каких-то неведомых демонов. Диноботов уничтожили бы, если бы не Праул; тогда же он в первый раз за сотни лет ощутил желание — необходимость — защитить протоформы. Потом Рэтчет умудрился потерять беднягу Рэк-Гара. Теперь Балкхед и эти двое… — Осталась еще надежда, Балкхед, — говорил Прайм, как будто не он выставил строителей на улицу. Какие у них после этого были еще альтернативы? Какая защита против вкрадчивых речей Мегатрона? — Пока на них нет инсигнии десептиконов, у них есть выбор. Будем надеяться, что в этот раз они примут верную сторону. «И в этот раз об этом позабочусь я.» «Прайм поймет, » — думал Праул, раз за разом прокрадываясь вон из фабрики, ставшей автоботам домом. «В этот раз я сразу скажу ему… Как только достигну результатов, смогу ему что-то показать.» Шли недели, а Праул смотрел. Следил. Строители могли уйти в подполье, но не от него — и, учитывая их аппетиты, ненадолго. Когда награбленные втихую запасы нефти закончились и строители «снова взялись за свое» — так это выразил Прайм — Праул был готов.

***

— Сари, ты в любом случае не противник для гигантских роботов ростом в два этажа, — снова завел свою шарманку Оптимус. — Но если мы оставим ее здесь без присмотра… — поднял бровь Праул. — Хрмм, — Рэтчет оставил свое мнение при себе, но Праул знал, о чем он вспомнил. Прошлый раз, когда команда не доверилась Сари, чуть не стоил медику руки. Балкхед был слишком погружен в собственные тоскливые думы, а Бамблби в кои-то веки промолчал только потому, что был скорее готов идти на задание с простреленной, капающей маслом дверцей, чем снова привлечь внимание Рэтчета, и тщательно пытался избежать полевого ремонта в его исполнении. Таким образом, Праул посчитал мнение команды почти единогласным и с чистой совестью подмигнул крадущейся вон из дома Сари. Если его ученица сможет сесть сокомандникам на хвост и провести качественную слежку — тем лучше! Это достойно похвалы… И, возможно, отвлечет их, пока Праул будет осуществлять свой план. — Разделимся. Пока все играло ему на руку. Мотоцикл легко отделился от группы и, убедившись, что за ним самим не следят, развернулся к дому. Мысль о том, что ему предстояло провернуть… Несомненно волновала. Настоящий ниндзя всегда честен с собой. Поначалу Праулом двигала лишь интуиция и результаты сухих наблюдений; но каждый раз, когда он мелькал огнями полицейской мигалки, нарочито гарцевал перед вышедшими ночью строителями, ловя отполированным корпусом блики фонарей, слышал их довольный свист и беспардонные выкрики — «эгей, брелочек!» — его системы невольно разогревались. И, наконец, наблюдение за Блэкарахнией и диноботами стало последней каплей в чаше его решения. Эти парни жили инстинктом, и чтобы подчинить их, нужно было сначала сыграть по их правилам. «Жаль, » — вдруг подумал Праул, «что Локдаун забрал обратно самурайский доспех. Четыре колеса, им бы понравилось.» Искру больно кольнуло: как он вообще мог на полном серьезе связаться с Локдауном? Грабителем и садистом, который унизил и покалечил их медика и чуть не сделал то же самое с лидером? Простить его ради чего, апгрейда? Не спрашивая, с кого он, может, снял этот самый доспех?! Нет, не снаряжение определяет ниндзя! На все, что Праул хотел сделать, он был способен и в своей кованой форме. Одной левой. Как сегодня сказала Сари: с завязанными оптиками. У Праула не было ее ключа, но он и сам смутно чуял искры — фрагменты Всеискры — в корпусах строителей… Их звериную мощь. Солоновато-сладкий запах нефти. «Они нужны тебе.» Мотоцикл чуть вздрогнул и глубоко провентилировал, заставляя гидравлику расслабиться. «Ты не теряешь контроль, если отпускаешь его добровольно.» А вот и они. Бамблби случайно сделал половину работы за него: от базы к центру города — или от центра города, где уже похозяйничали строители, к базе автоботов тянулся масляный след. Праул невольно вздрогнул уже от отвращения: Миксмастер присел на корточки и с видом знатока лизнул пролитую жидкость. Совершенно как животное! Это, конечно, было всего лишь гидравлическое масло, но нефтепродукт есть нефтепродукт… «Ничего, это лишь подтверждает мою теорию. Я еще научу вас манерам.» Так что Праул продолжил то, что умел лучше всего: смотрел, следил. И когда след вывел строителей к старой фабрике, ниндзя как из-под земли вырос у них за спинами — на уважительном расстоянии, разумеется. Самое время, прежде чем они заберутся в здание и что-нибудь разломают. — Псст, — позвал он и поднял ладони в успокаивающем жесте. — Я всего лишь хочу поговорить. Миксмастер обернулся; на его бульдожьей физиономии промелькнула тень узнавания, и на мгновение Праул опасался, что тот все вспомнит: как осуждающе на него смотрели автоботы, как разобрался с ним и его приятелем Балкхед… Но строитель осклабился, сверкая оптиками, и ниндзя понял, что месяц осторожного танца не прошел впустую. — Смари-ка! Наш брелочек! — гаркнул Микс и от полноты чувств огрел Скрэппера ладонью по спине. Да, их определенно стоило научить вести себя достойно.

***

Сари тем временем сидела в автобусе и болтала ногами, цепляя пол колесиками роликовых коньков. Рыжие хвостики под шлемом растрепались, мордашка выражала легкое недовольство. Нет, малышке удалось, используя только собственные коньки и общественный транспорт, прочно сесть на хвост самому Оптимусу — в этом она и не сомневалась. Но время шло, ботов-строителей и след простыл, а следить за патрулирующим лидером надоело. Тоска зеленая! Сари быстро прикинула, стоит ли переключиться на других сокомандников… и решила вернуться домой. «Найди автоботы кого-то, сразу бы сообщили по рации,» — рассуждала она, — «а так, наверное, не вернутся до вечера… Может, это не так и плохо?» А дальше — как в тумане. По крайней мере, так утверждала девочка вечером, когда друзья узрели следы учиненного ей разгрома. «Кто валялся на моей большой платформе?» Кто нечаянно обнулил рекорд на игровой приставке Бамблби? Кто без спросу дрался с манипуляторами медблока? Кто сожрал несколько десятков (десятков, Сари!) шоколадных батончиков из холодильника? И только Праул снова промолчал. В конце концов, он ниндзя и не любит шум, да? Его комната находилась в дальнем углу фабрики. Наверное, поэтому Сари не сразу туда добралась — и только покривлявшись в экран заблокированного компьютера, изобразив поклон перед полосами иероглифов на стенах и остановившись перед огромным деревом, которое росло в проломе стены и так и приглашало вскарабкаться, услышала какую-то возню. Аккуратно пробравшись наружу, девочка выглянула сквозь листву… и ахнула, едва успев закрыть рот руками. Праул! Дрался один с обоими строителями! Нет. Не дрался. Телефон, который Сари машинально выхватила из кармана, отправился обратно. Сосредоточенно нахмурившись, девочка покрепче вцепилась в ветку и вытянулась, наблюдая.

***

Идеально. Время, место — все идеально. Дерево за спиной Праула шелестело, давая молчаливую поддержку. Это дерево и маленький участок аккуратно подстриженной травы за фабрикой были его территорией, с его правилами. — Всегда голодные, — чуть укоризненно сказал он, — потому что нефть не может сказать вам «нет». Скрэппер моргал непонимающими глазами. Праул коснулся открытой панели на своем боку, потом с нажимом мазнул большим пальцем по нижней губе высокого бота; тот жадно, торопливо облизнулся, прихватив губами и палец. Желтые глаза округлились: понял. Миксмастер с блаженным выражением уткнулся физиономией Праулу в загривок, сосредоточенно что-то вынюхивая, потом с грохотом опустился на колени, шаря широкими ладонями по его талии. Ниндзя легко увернулся: вот он зажат между тяжело дышащими строителями, а вот уже полулежит на траве, раскинув колени, притворно-расслабленный. Микс упал на все четыре конечности, едва не накрыв собой легонького автобота — снова вихрь акробатических движений, и в лоб строителя уперся блестящий черный каблук. — Хорошее топливо, — спокойно говорил Праул, — сладкое, легкое, не менее сорока градусов API. Ваша главная радость и награда. Каблук легонько надавил на бронированный шлем строителя, зацепился за козырек, заставляя того запрокинуть голову: там — бесконечная синева летнего неба, шелестящая крона дерева и щебет его крошечных обитателей, «птиц». Тихонько, как он думал, подкравшийся Скрэппер тоже задрал башку — просто так, за компанию, удивленно прижав длинные трубки-уши. — Хорошенькие, блестящие легковые, — вкрадчиво рассуждал Праул, как будто невзначай облокотившись на его ногу. — Созерцание природы, все, что действительно благотворно для искры… — Тоже неплохо, — весело буркнул Миксмастер, более понятливый из двоих, и снова ткнулся в автобота лицом, теперь уверенно и целеустремленно. — А самое главное, что-ох! Стоп, стоп! Даже чересчур понятливый! Дразня строителей раскрытыми панелями, Праул совершенно не посчитался с их стремлением вылизывать все, что хотя бы отдаленно пахло топливом, и сам оказался захвачен врасплох. К счастью, Миксмастер остановился — в частности потому, что на дереве раздался подозрительный шорох. Ухватив Микса за обе бульдожьи щеки и случайно положив затылок на колени Скрэпперу, ниндзя строго крикнул: — Кто там? — хотя, по сути, знал ответ. «Кто же еще.» — Праул! — пойманная на горячем Сари мгновенно перешла в нападение, и, честно говоря, ее тон «возмущенного взрослого» с каждой попыткой становился все убедительнее. — Ты что, тут с конструктиконами… — она явно старалась определить суть происходящего, — щекочешься?! Ладно, могло быть и хуже. Например: «лапы прочь от моего друга, разбойники!» По крайней мере, ребенку хватило сообразительности не наскакивать на двух огромных ботов, словно бешеный скраплет. Праул прикусил губу, молниеносно перебирая варианты ответа. Ответ был очевиден: — Сари, — ниндзя хитро пригасил визор. — Пока я здесь, я совсем никак не могу увидеть, чем ты занимаешься. Ни-че-го-шень-ки. — Ага-а, — скорчила хитрую мордашку девочка. Обычно Праул поддерживал более строгих сокомандников, но сложные ситуации требовали неожиданных альянсов и — да, компромиссов и некоторых взаимных услуг. Потому-то, когда возмущенный Оптимус выяснял, что за рыжий смерч копался в его личных датападах, Праул лишь сдержанно молчал, незаметными движениями оправляя слегка встрепаную броню: потому, что всего минутами раньше его, полубесчувственного и в зеленых полосках от газона, выдернул из блаженного транса веселый вопль: «Шнурки в стакане!» (К счастью, Сари и Бамблби давно и старательно знакомили сопротивляющуюся команду с земным жаргоном.) — А самое главное, что награду нельзя украсть, иначе вы только заедаете стыд и страх. Даже если вы их не чувствуете… Пытаетесь не чувствовать. Вы насытитесь, когда награда придет к вам сама. Сытый блеск и искреннее восхищение в желтых оптиках строителей служили тому живым подтверждением. Сложно не соглашаться с ботом, в которого подключены ваши заправочные шланги. — Вы строители и знаете лучше меня, — ворковал Праул, — сначала работа, потом награда. Город нуждается в вас, нужно только договориться, и я расскажу вам… в следующий раз, — быстро добавил он. — А сейчас шевелитесь, ребята! Пусть это будет нашим маленьким секретом. Пара минут, жалкая пара минут на то, чтобы выдворить обалдевших строителей из дома-фабрики, привести себя в относительный порядок и, сделав круг почета в несколько кварталов, предстать перед командиром. «В этот раз все официально,» — подумал Праул. «Я обязательно расскажу все Оптимусу… Когда-нибудь. В следующий раз.»

***

— А что все-таки… — полушепотом начала Сари, осторожно уцепив Праула за сапог, осеклась и начала заново: — А зачем?.. — Затем, — твердо ответил ниндзя, — что в этот раз я хочу стать их другом. Хорошие друзья играют, обнимаются и щекочутся, — он осторожно коснулся пальцем живота девочки; та тут же захихикала. — Это нормально. Я всего лишь пытаюсь научить их играть… менее разрушительно. — А-а, прежде чем Оптимус снова выставит их из дома! Ну тогда научи их не кидать огромные летающие тарелки в маленьких девочек! — весело фыркнула Сари и, довольная ответом, шустро покатилась прочь… только чтобы, споткнувшись, улететь рыбкой в ничего не подозревающего Рэтчета. Если Праул действительно собирался воспитать из всех этих протоформ что-то толковое, его ждало квинтовски много работы.