Отпуск не по плану

Гермиона лежала на кровати около часа и смотрела в потолок, размышляя над тем, как поступить, хотя в глубине души понимала, что рано или поздно это должно было случиться. Если оглянуться назад, то можно было найти знаки, что все к этому шло. Еще пару дней назад на все разговоры об отпуске Рон просто делал вид, что не расслышал вопрос или отвечал: «Даже не знаю», «Да, пусть будет так», «Конечно» и еще множеством фраз, которые четко показывали безразличие. Ранее с ним они обсуждали, как бы хотели провести время вместе и Гермиона сказала, что очень хотела бы слетать в другую страну, но не сильно интересовалась, что об этом всем думал сам Рон. Через пару дней она подошла к нему, сказав, что уже купила билеты и, как теперь она осознала, просто не оставила выбора. — Ты купила билеты? — он был очень шокирован. Рон не поверил своим ушам, когда услышал это. — Да. Я купила билеты. Для нас. Я подумала, что ты будешь рад услышать это, — Гермиона слегка засмущалась. Она подошла к нему и приобняла. — Чудненько! Почему нет? Это круто! Сейчас Гермиона считала себя полной дурой, которая сама виновата в том, что случилось. Если бы она спросила Рона, что он думает по поводу всей ситуации сразу, то сейчас не лежала бы здесь в одиночестве, ожидая, что в любую минуту откроется дверь и все станет еще хуже. А еще, сейчас бы она весело проводила время с Джинни, гуляя с ней где-нибудь по магазинам. Ей не пришлось бы танцевать с бубнами при входе в любую комнату и слушать песнопение пола, который скрипит. Гермиона крепко зажмурила глаза и слезы потекли по лицу. «Дура. Полная дура». Ее глаза по-прежнему были закрыты. Гермиона привстала с постели и поняла, что хочет сейчас быть у себя дома в Лондоне, налить себе белого итальянского вина, залезть на диван в объятия пушистого медведя и смотреть развлекательные телепередачи всю ночь напролет. Никогда в жизни она не чувствовала себя настолько одиноко, как сейчас. Гермиона отвела взгляд в сторону и встретилась со своим отображением в зеркале, которое украшало стену в ванной комнате. Она выглядела слишком измученно, можно даже сказать болезненно: глаза опухшие, лицо бледное, волосы, ранее красиво уложенные, сейчас были собраны в слабый и уже потрепанный пучок. Далеко не модель с обложки журнала. Грейнджер поднялась с постели и осознала, что ничего не ела с тех пор, как вошла в здание аэропорта в Лондоне. Сейчас ей захотелось выйти, чтобы перекусить, а после этого вернуться в номер, залезть под одеяло и не вылазить из-под него до утра. Гермиона слегка привела себя в порядок: надела красивую белую блузку с завязками возле пупка и светлые джинсы, которые отлично подходили к ее образу. Она обула туфли на высоком каблуке бежевого цвета, после чего вышла на свежий воздух, стараясь сделать вид, что у нее все прекрасно, что все именно так, как задумано. Ей не хотелось, встретив случайно где-нибудь по пути Пьера, услышать от него какой-нибудь безобидный вопрос или шутку, которая в тот же миг вывела бы ее из равновесия, и она разразилась бы рыданиями на весь лагерь. Она подошла к стойке администратора и поинтересовалась, где здесь можно перекусить. — Ресторанов здесь нет, но вы можете хорошо провести время в уютном кафе. Оно расположено у нас на территории, вон там… — Администратор указала Гермионе в правую сторону. — Кафе находится возле леса. Там очень уютно. Атмосфера так и располагает, чтобы почитать книгу в одиночестве. — Спасибо, — быстро произнесла Гермиона и мигом постаралась покинуть здание.

***

Гермиона вошла в кафе. Она обвела его взглядом и увидела, что помещение довольно просторное, столики были расположены далеко друг от друга. Весь гарнитур был выполнен из дорогого древесного материала, с вычурными вырезами в готическом стиле. Столешницы украшали скатерти ярко красного цвета, а посередине стояли вазы с букетами из полевых цветов. Она нашла столик в дальнем углу и направилась туда. Вокруг были отдыхающие, которые весело о чем-то общались и не обращали внимания на нового человека. Ей было не совсем уютно, но когда она взяла меню в руки, то у Гермионы получилось слегка расслабиться. Это можно было считать достижением. Она сделала глубокий вдох и открыла маленькую брошюру с выбором блюд. — Bonsoir! Qu’est ce vous…* Молодой официант подошел к ней, чтобы принять заказ. Он любезно улыбнулся и склонился над ней, чтобы помочь в выборе блюда. — Je voudrais le steak, * — на автомате произнесла Гермиона, не дав договорить фразу, после чего добавила, что хочет заказать еще и вино. Белое. Итальянское. Раз у нее сейчас нет возможности вернуться домой, а выпить хочется, то почему бы не сделать этого здесь? — Bon, * — ответил официант и сразу ушел. Гермиона провела его взглядом, после чего вновь посмотрела по сторонам и осознала, что она — единственная одиночка в кафе. Она сидела и размышляла. Кажется, она никогда ранее не встречала девушек в ресторанах, которые в компании самой себя пили вино вечером. Места, где можно было перекусить у нее всегда ассоциировались с шумными и веселыми компаниями, множеством шуток и смехом. Пока она рассматривала посетителей, официант успел принести ей вино. Он ловко откупорил бутылку и налил его в бокал, после чего произнес: «Хорошего вечера» и удалился, чтобы принести блюдо. Гермиона сделала глоток вина. Оно было холодное, но приятное. Вкус его отдавал сладостью, но не приторно. Аромат чистый, интенсивный. Букет вина был достаточно развит: гармоничный, с превалированием тонов тропических фруктов и полевых цветов на фоне цитрусовых, плодовых нот и оттенков садовых цветов с приятным продолжительным послевкусием. Это помогло расслабиться. Оказалось, что день не настолько плох, как ей показалось изначально. Сейчас она перекусит и жизнь станет еще лучше. Бифштекс тоже оказался достаточно вкусным и ароматным. Подошедший официант спросил, желает ли она еще чего либо, но Гермиона ответила, что ждет счет. Он улыбнулся ей и протянул руку, но совершенно случайно зацепил стоящую на столе бутылку с вином и пролил ее на блузку и джинсы Гермионы. — Ради Мерлина, простите! Я не хотел доставить вам неудобство… Мне так неловко! — Официант попытался загладить свою вину, стараясь протереть мокрое пятно тряпчаной белой салфеткой, но Гермиона лишь привстала, стараясь быстрее встать из-за стола. — Бывает, ничего страшного. Она быстро расплатилась за ужин и не оборачиваясь стремительно покинула кафе. Щеки ее горели. Вечер, который только-только начал налаживаться, снова был испорчен. Все, чего теперь хотелось Гермионе — залезть под горячий душ и просто смыть этот день, а после этого переодеться в пижаму, взять журнал и разгадывать кроссворды. Зарядка для ума — лучший способ отвлечься. На глаза навернулись слезы. Ей захотелось написать письмо Джинни и рассказать, что ее «замечательный» отдых не такой уже замечательный. Гермиона почти подошла к домику, когда заметила, что свет включен. Значит Снейп вернулся. «Класс». — Поверить не могу, я надеялась, что вы уедете, — произнесла она, когда вошла внутрь и захлопнула дверь. Она практически бесшумно вошла в комнату, надеясь, что раз свет горит, значит крысы спрятались. Голос ее звучал устало и измученно. Гермиона сняла свои туфли на тонкой шпильке и отставила их в сторону, моментально почувствовав облегчение в ногах. — И тем не менее я здесь, — услышала Гермиона ответ. Голос его звучал спокойно, можно даже сказать успокаивающе. Гермиона не взглянула в сторону Северуса, когда вошла в комнату, но ей показалось, что он сверлит ее взглядом. Она это чувствовала. Ее всегда удивляло, как ему удается в любой ситуации и любых обстоятельствах держать себя в руках? Насколько бы сложными ни были обстоятельства, он никогда не терял самообладание. Плавная манера речи заставляла обращать внимание на него и ни разу за семь лет обучения, у нее не возникало чувства перестать слушать. Обычно ей нравилось это его качество личности, но в конкретный момент — оно ее раздражало. Гермиона прошла к столу, куда она переставила свою сумку и стала нервно перебирать вещи. Что-то из содержимого громко падало на пол, что-то оставалось внутри, но она так и не могла найти то, что искала. Гермиона делала это на автомате, больше для того, чтобы прийти в себя, чем что-то найти. Все это время Снейп молча наблюдал за ней, а Гермиона по-прежнему старалась сделать вид, что его здесь нет. Он стоял в углу комнаты, облокотившись правым плечом о стену, приложив указательный палец левой руки к своему подбородку, будто размышляя над сложной задачей. После некоторого времени безрезультатных поисков, Грейнджер наконец обратила внимание на то, что находится в помещении не одна и обратилась к нему: — Мне не комфортно находиться с вами в одной комнате! Он сделал пару шагов вперед по направлению к шкафу, где находились его вещи. — Будьте уверены, мисс, если бы у меня был выбор, я тоже никогда не стал бы ночевать вместе с вами, — он пристально взглянул в ее глаза, когда прошел мимо, после чего взял книгу о приготовлении зелий с полки и углубился в чтение присев в кресло, находящееся рядом. Гермиона снова полезла в сумку с вещими, достала оттуда пижаму и тапки, а после направилась в ванную комнату. Она вошла внутрь, попыталась прикрыть ее, но дверь не закрылась. Тогда она сильнее прижала дверь, совершенно забыв, что нужно подцепить крючок за гвоздь. Снова ничего не вышло. Она делала это слишком резко. Дверь закрывалась с громким стуком, после чего открывалась со скрипом. Гермионе хотелось вымыться и лечь отдыхать. Ей совсем не хотелось, чтобы за ней наблюдали со стороны в момент, когда она будет приводить себя в порядок. Она выбежала из комнаты, нервно крикнув Северусу, чтобы он перестал сверлить ее взглядом и убирался к черту, снова развернулась и опять пошла в ванную комнату. Когда она опять попыталась закрыть дверь, услышала в ответ, что у него нет никакого желания наблюдать за Гермионой и что ей следует держать себя в руках. Сегодня Снейп был, как показалось Гермионе, слишком спокойным. Либо заинтересованным. Когда еще можно будет увидеть свою бывшую ученицу в подобном настроении? Гермиона, наконец, попыталась успокоиться и в тот же момент вспомнила, что нужно подцепить крючок. «Вот дура». Она спокойно почистила зубы и прополоскала рот, после чего сняла мокрые и грязные вещи. Сбросила их, чтобы с утра простирнуть и вошла под душ. Открыла кран, приготовившись расслабиться под струями теплой воды, но ничего не произошло. Воды не было. — Ну и где вода? — вслух произнесла она. Гермиона несколько раз открыла-закрыла кран, но все осталось по-прежнему. Без изменений, — Стоило догадаться. Вода здесь, наверное, по часам. Она вылезла из-под душа, надела теплый халат и тапки, открыла дверь и вышла. Северуса не было. Вероятно, он ушел. Гермиона сделала глубокий вдох, но поняла, что не сможет заснуть, пока не ополоснется. Ей до безумия хотелось смыть с себя этот день. Она взяла банное полотенце и вышла на улицу. Гермиона решила, что поплавает немного в реке, после чего войдет внутрь. Вечер был теплым, в воздухе царили ароматы различных цветов, а солнце уже почти исчезло за горизонтом. Местность освещал небольшой фонарь возле дома. В реке плавали утки, а на берегу, близко к воде, бегал бобер. Прошла секунда и он составил компанию уткам. Дорога к реке и возле нее была усеяна камышами, которые слегка покачивались от дуновения теплого ветра. Гермиона подошла ближе к воде. На улице никого не было видно. Она сняла с себя сначала халат, затем тапочки, а после — все остальное. Она аккуратно сложила нижнее белье сверху на халат и неспеша прошла по камням к реке. Она надеялась, что вода не будет слишком холодной. — Ненавижу озеро, — произнесла она. Гермиона сделала еще несколько шагов вперед и опустилась глубже, после чего резко отступила назад. Своими ногами она что-то нащупала под водой, опустила руку и достала длинные грязные водоросли. — Эти отвратительные скользкие водоросли тоже ненавижу! — Она отбросила их в сторону, надеясь, что не подскользнется и упадет, если еще раз наступит на них. Ладонями Грейнджер прикрыла обнаженную грудь, словно обнимая себя и опять прошла глубже в воду: — Ненавижу бескрайние просторы! И воздух этот тоже ненавижу. Но еще больше я ненавижу то, что забыла гель для душа. Она была настолько раздражена, что последние несколько фраз прокричала вместо того, чтобы сказать тихо. Еще один бобер прыгнул в воду, при этом громко хлюпнув водой. От неожиданного звука Гермиона вскрикнула, резко повернулась в сторону и остолбенела. Когда она посмотрела на берег, то заметила, что там стоит Снейп и смотрит на нее. Скорее всего громкий крик Гермионы привлек его внимание поэтому он пришел посмотреть, что случилось. — С вашей стороны в высшей мере вульгарно и некультурно наблюдать за мной со стороны, — она моментально опустилась под воду так, что было видно лишь ее шею и голову. При свете фонаря Гермиона смогла рассмотреть, что он выглядел по-особому магнетически. Его карие глаза блестели при свете луны, в них играли искорки. Смоляной цвет волос резко контрастировал с бледным цветом кожи. Он по-прежнему был одет в черный цвет и стоило признать, что ему такой образ очень подходил. — Я вам сообщаю, мисс Грейнджер, что специально вышел из домика, чтобы не мешать вам принимать ванну, — он сделал особое ударение на слово «специально». — Откуда мне было знать, что вы решите изменить ванную комнату на реку? Не волнуйтесь, у меня нет никакого желания купаться в воде вместе с вами. А для того, чтобы не привлекать внимание, вам стоит пересмотреть манеру, интонацию и громкость ваших речей. Вам, Гермиона, очень повезло, что на ваши крики, не прибежали другие посетители базы отдыха. Полагаю, большего позора вы бы не выдержали. — Не могли бы вы отвернуться? — попросила его Гермиона, а после добавила, — Пожалуйста. В голосе ее чувствовалось отчаяние и печаль. Северус промолчал. Он просто развернулся и направился к дому, а Гермиона осталась стоять в воде, подумав, что только она могла попасть в столь идиотскую историю. Сейчас ей было ужасно стыдно возвращаться обратно. И встречаться со Снейпом у нее теперь еще больше не было желания. — Должен вам сказать, у меня не меньше прав на этот номер, чем у вас. Если вас что-то не устраивает, идите спать в другое место. Или имейте совесть, чтобы раздражаться подальше отсюда. Северус сказал эту фразу совершенно равнодушно, когда Гермиона решила вернуться. — Ну а я не вижу причин заставлять меня чувствовать себя еще хуже, чем есть! — Я не виноват в том, что ваш друг, для встречи с которым вы сюда прилетели, не прилетел вместе с вами. И уж точно моей вины нет в том, что мне довелось увидеть вас в непристойном виде. Как я уже говорил, вам следует пересмотреть, как вести диалог. В комнате повисла напряженная тишина. Гермиона молча прошла к столу, чтобы положить туда свои вещи и быстро погасила свет, не поинтересовавшись у Северуса необходимо ли ему еще освещение. Темнота, которая окутала комнату, успокоила ее. Она не видела лица Снейпа, а он не мог разглядеть, как пылают ее щеки. Северус все еще не ложился, предпочтя провести время в кресле, а Гермиона от переизбытка эмоций не могла заснуть. Она то вставала, то снова пыталась лечь. Садилась на кровать и снова поднималась. Она нажимала ладонью на один матрац, затем переходила к другой кровати, словно надеясь, что они перестанут скрипеть. Это действие выводило из себя Северуса. Он раздраженно вздыхал и перелистывал странички в книге, чтобы заглушить звук, так как предпочитал тишину вместо шума, а Гермиона делала все от себя зависящее, чтобы ему мешать. Сон не приходил, но при всем желании он не смог бы заснуть, когда то и дело кто-то ходит туда-сюда и так по кругу много раз подряд. — Теперь вы как в сказке про трех медведей будете проверять каждую кровать? — Он был зол и Гермиона это почувствовала. Северус обратился к ней, когда его нервы уже были на пределе. — Что? — Здесь все матрацы испорчены, так что ложитесь на любую! Ночь тянулась бесконечно. Сон не приходил, а Гермиона старалась не обращать внимание на соседнюю постель. Со всех сторон она слышала звуки, которые ей мешали. Больше всего она боялась того, что где-то в кровати она встретит нежданного посетителя в виде крысы. От любого шороха она дергалась, стараясь представить будто запирает в черный ящик все свои плохие мысли, но все оставалось по-прежнему. Свет луны отражался в окне, а мелкий дождь стучал по крыше. Снейп спал очень тихо. Если бы она не знала, что он лежит на соседней кровати, то посчитала бы, что находится в комнате одна. Гермиона мысленно зачеркнула прошедший день и наконец тоже погрузилась в сон.