Причем тут деньги ?

Пламя резко ошпарило парню руку, и он с криком отдернул конечность, чувствуя, как по коже пронзает жгучая боль. Рука посинела, но не было времени думать об этом. Эдгар, увидев, что происходит, бросился к Эдогаве, но тот лишь показал в сторону двери, не оценив инициативу друга. Как и ожидалось, дергая за краны, вода не лилась — только пустота и ужас. — Рампо, если это последний день, я должен тебе кое-что сказать,— быстро выпалил парень, пытаясь перекрыть страх, охвативший его. — Что ты хочешь сказать мне сейчас в такой момент? — Рампо был напуган и раздражён, его голос дрожал от страха. — Я люблю тебя. Если я умру, хочу, чтобы ты знал это,— слова вырывались из него, и тон переходил в крик, сердце колотилось так, будто могло разорваться. — Эдгар, подойди! — крикнул Рампо, и, когда Эдгар подошёл, он быстро чмокнул его в губы, но всего на мгновение. Затем, отчаянно копаясь в учительском ящике, Рампо закричал: — Наконец-то! — его голос с шипением раздавался среди огненной симфонии хаоса. Он нашёл ножницы — слабые, но всё же ножницы. Подбежав к окну, он начал бить его изо всех сил. Один удар, второй — только трещины, похожие на вмятины, вспыхнули на стекле. Но Рампо не сдавался. Эдгар, охваченный паникой, навалился всем телом и с силой долбанул по стеклу. Наконец-то оно разбилось! Стеклянные осколки впились в юношу, но он не чувствовал боли — только желание выбраться на свободу. Следом за Эдгаром Рампо без раздумий прыгнул из окна первого этажа. В тот момент, когда они приземлились, мир вокруг них погрузился во тьму. Огонь продолжал разгораться, и вскоре оба потеряли сознание, валяясь на земле возле горящей школы. *** Эдгар пришёл в себя в больнице, его голова раскалывалась. Открыв глаза, он увидел потолок, но это был не потолок его дома, а больничный. С трудом повернув голову, он ощутил жгучую боль и увидел только своих родителей и врачей, резко забежавших в палату. — Мам, пап, как я здесь оказался? — еле произнес он, язык был как вата. Внезапно в его сознании всплыли обрывки воспоминаний, и он начал подниматься, с ужасом спрашивая: — Где Рампо? — Юноша, вы знаете этого человека? — спросил врач, а за ним появился следователь. — Да, он мой друг! Где он? — снова закричал Эдгар, его голос дрожал от страха и гнева. — Значит, не исключено, что вы тоже были сообщником подрывателя,— записал что-то в блокнот следователь. — Нет, что вы, мой сынок не мог пойти на такое! Его друг подставил! — воскликнула мать Эдгара, её голос был полон отчаяния и ярости. — Он очень умный, долго учился в этой школе, хотел закончить отличником. Как только этот грязный оборванец пришёл, начался поджог! Завистливый подлец! — её слова были полны ненависти, и она не могла сдержать слёз. — Заткнись! Ты не имеешь ни малейшего понятия, как всё было на самом деле! Не говори так о нём, он спас мне жизнь! — прокричал Эдгар, его голос дрожал от эмоций. Мать, шокированная такой реакцией сына, не могла поверить своим ушам. Теперь её собственный сын стал на его защиту. В палате встал гнетущий молчание, и необходимость вмешательства врача стала очевидной. — Успокойтесь, — произнёс врач, пытаясь разрядить напряжённую атмосферу. — Вам нужно успокоиться и подумать о своём здоровье. —А вам люди нужно выйти. — врач не долго думая выгнал всех кроме пострадавшего. Эдгар потребовал свой телефон, его сердце колотилось от страха и тревоги. Он должен был узнать, что случилось с Рампо, и, несмотря на боль и смятение, в нём зарождалась надежда.