оплата кровью

      Джин не удивляется тому, что его утро начинается в спешке по причине явного опоздания на свое рабочее место. Он звонит Хосоку, от которого получил пять пропущенных и говорит о том, что задерживается. Тот отвечает, что давно это понял и в тот момент, как он уходил, Намджун был занят объяснением некоторых деталей новому бармену.       — Новому бармену? — спрашивает Ким, натягивая на себя черные джинсы и придерживая телефон плечом.       — Да, новому, — друг томно выдыхает, точно выражая недовольство. — Тот, на которого ты вчера тыкал. С тобой работать будет, поэтому желаю удачи.       — Блять, — матерится Джин, замирая на пару секунд. — Намджун говорил что-нибудь про меня? — он уточняет для более полного понимания картины.       — Нет, вроде, — задумчиво отвечает Хосок. — Он был занят Тэхеном. Его же так зовут? — Сокджин уверен, что над ним стебутся, поэтому только хмыкает в трубку. — Но лучше быстрее двигай своей задницей.       — Знаю я, — он перекладывает телефон с одного уха к другому, надевая левый кроссовок и помогая этой же рукой. — Давай, до связи, Хо, я помчал, — он проговаривает, как только обувь плотно сидит на ноге. — И спасибо.       — Пустяки, — Чон отвечает в своем привычном расслабленном тоне. — Удачи там.       Как только Сокджин кладет телефон на тумбу возле зеркала в полный рост и тянется за вторым кроссовком, он слышит звук открывающиеся двери. Догадаться было не сложно: Чонгук отработал смену и возвращается домой. Дверь открывается и догадки Джина оказываются верны, потому что на входе вырисовывается парень с огромными пакетами.       — Я не удивлен, — администратор берет в руки пакет, который поставил для того, чтобы тот не мешал открыть ему дверь, и входит в квартиру. Сокджин резко встает, огибая парня и закрывает входную дверь во избежание стука.       — Что за праздник? — интересуется Джин, указывая на пакеты.       — Твоё увольнение, если будешь задавать много вопросов, а не торопиться на работу, — язвит младший, нежно улыбаясь и хватая Кима за щёку.       — Я тебя серьезно выселю, — недовольно отвечает хозяин квартиры, отдергивая руку друга. Почему всем так хочется его потрогать?       — Попробуй, — Чонгук произносит это спокойно, снимая обувь. — После смены не задерживайся, я сегодня готовлю, — он проходит на кухню с пакетами, оставляя их там.       — У нас точно какой-то повод, — второй кроссовок оказывается на ноге бармена. — Ты уже как год нахлебничаешь? — язвит в ответ, довольствуясь собой.       — Без лишних вопросов, — Чонгук смотрит на Джина интригующе, но Джин этой интриги понять не может. — Просто возвращайся быстрее, иначе я съем всё сам.       — Больно надо, — бурчит Сокджин, выходя из квартиры, но младшему в ответ, всё-таки, кивая.       Сокджин и Чонгук живут вместе уже год. Вернее, Чонгук живёт у Сокджина уже целый год. Они познакомились ещё в университете. Джин, разумеется, выпустился раньше, но контакт с Чоном решил сохранить. Наверное, эта связь из разряда космической, но лучшими друзьями парни бы себя не назвали. После того, как Чонгук выпустился и съехал с общежития, на помощь ему пришёл Джин. Он же младшего на работу и устроил, посоветовав его господину Мину, который, в свою очередь, был доволен работой Чонгука. И он же Чона к себе и поселил, иногда ударяя себя по лбу за это, но ведь действительно иногда. Сокджин не жалеет, его полностью устраивает жизнь с администратором, даже несмотря на то, что время от времени он склонен причитать об этой самой жизни.       Сокджин же, после своего выпуска решил не искать работу по собственной специальности. Откровенно говоря, первое время от пытался, но без определенного опыта и стажа работы менеджером по продажам в компании, куда он подавался, его не брали. Собственно, поэтому, спустя время, эту проблему он отсек, оставшись в баре, в который устроился ещё во времена студенческой молодости. Зарплата его, по крайней мере, полностью устраивает. Да и рабочие условия, в принципе, тоже. Не считая новой проблемы, которая кроется в...       — Опаздываешь, — парень с блондинистыми волосами обращается к Сокджину, расставляя вино на стеллаже.       — Без тебя знаю, — отвечает Джин, хотя делать ему это особо не хотелось. Он уже успел переодеться и ему стоило бы браться за работу, но этим утром посещаемость неприлично низкая, а остальные дела, на взгляд Кима, уже переделаны. По всей видимости, Тэхеном, поэтому Сокджин уставился на него по жадному. Как никак, старший бармен здесь один. И человек, что действительно каждый месяц нуждается с заработной плате — тоже.       — Ты всё сделал? — спрашивает Джин недовольно.       — Как видишь, — Ким Тэхен ставит на полку последнюю бутылку вина, предварительно протирая её, и подходит к Сокджину. — Мне нечем было заняться, тебя же тут не было, — парень улыбается, разглядывая лицо Джина и тянется за апельсином. — Так что отдыхай, пупс, — он начинает чистить апельсин, делая это быстро и ловко, пока второй бармен старается отстраниться, чувствуя неловкость ситуации. Тэхен протягивает цитрус Джину, доставая одну дольку и аккуратно укладывая её себе в рот. Обнаженные клыки снова попадаются Киму на глаза, но в этот раз он уже более спокойно воспринимает эту особенность парня напротив. В любом случае, зубы ведь у всех растут по разному, так?       — Я не люблю апельсины, — врёт Сокджин.       — Знаю, что любишь, — и Тэхён оказывается прав, на что Джин подозрительно смотрит, подбирая подходящий ответ, но не успевает ничего сказать, как сзади него слышится заказ от клиента. Блондин отдает фрукт в руки, тут же принимая заказ, вновь этим разозлив Сокджина. Он точно не готов к работе вдвоем. Особенно тогда, когда всю его работу у него забирают.       Вырвав Чимина с его рабочего места на задний двор, где персонал обычно перекуривает, Джин долго ходит вокруг да около, пиная камни. В один миг он задумывается, что надо было хоть кофе взять и друга угостить, но эта мысль снова отлетает, как и сотни других за несколько дней, пока в голове крутится одна и та же пластинка. В любом случае, Чимину он уже даровал в качестве благодарности почищенный апельсин.       В какой-то момент Джин начинает размышлять, почему за столь протяжное опоздание все еще не огреб пару ласковых от Намджуна. Чонгук? Может, он что-то ему наплел? Или Хосок? Хотя, этот вариант исключителен, потому что оба администратора давно прознали, что бармены друг-друга порой прикрывают.       — Знаешь, — начинает Джин, вплотную смотря на Чимина, — я проработал минут двадцать, при этом опоздав и ничего не делая, — он выдыхает, — но уже устал.       — Почему так? — Чимин, радостный тому, что друг наконец-то отставил свои размышления и решил поговорить, интересуется его насущной проблемой, закинув в рот последнюю дольку цитруса.       — Бар будут расширять и, возможно, работать станет легче, но сейчас просто невозможно, — негодует Ким, присаживаясь на лавочку. — Он даже этот дебильный кофейный сифон натер до блеска, а у нас с Хосоком так долго руки не доходили. Тэхен точно заберет мое место и я останусь без ничего, понимаешь? А ведь ему это совершенно не надо, он и так при деньгах.       — Ты на что-то намекаешь? — официант аккуратно спрашивает, не озвучивая при этом собственные догадки.       — Чимин, — Джин встает с лавочки и хватает того за плечо. — Кажется, я переехал дорогу какой-то шишке и теперь буду отплачиваться за это до конца своей жизни. Правда, переезжал я ее, видимо, на дряхлом велике и в состоянии аффекта, потому что я ни черта не помню, — бармен трясет друга за это же плечо, пытаясь найти спасение в его физиономии.       — Поговори с Тэхеном, — наставляет Чимин, беря в руки ладонь Джина. — Вижу, вам есть что обсудить.       Сокджин смотрит на друга пару секунд, пока его рука чувствует чужое тепло мягких ладошек. Он уже готов был возразить, однако взгляд вскользь пробирается к выходу, где появляется Ким Тэхен с чашкой кофе. Парень делает глоток, слегка морщась и смотря вперед, но тут же замечает стоявших неподалеку и подло улыбается. Улыбка мимолетно покидает ровное лицо, как только он проходится взглядом во весь рост парней. Чимин кивает Джину, отпуская его и заходит обратно в помещение, обходя нового бармена.       — За баром никого нет? — спрашивает Сокджин, удивленно смотря на появившийся силуэт.       — Я попросил паренька постоять там немного, — Тэхен снова отпивает напиток, подходя к Джину.       — Какого паренька? — в глазах старшего бармена полыхает огонь по отношению к происходящему и он вот-вот готов сорваться с места, чтобы не допустить, в лучшем случае, ограбление бара.       — Официанта, — Тэхен протягивает чашку с кофе Сокджину, но тот отказывается, дав понять одним лишь взглядом. — Кстати, о них. Заметил, у вас довольно близкие отношения с тем тощим? — бармен, младший по назначению, спрашивает с неким напором, на что Джин в ответ хмурит брови:       — А тебе какое дело?       — По-моему, я сразу дал понять свои намерения, — новоиспеченный допивает остатки кофе, резко отдергивая белую чашку вниз и темные капли жидкости вмиг находят свое место на асфальте. — Намерения на тебя, собственно. Поэтому, ты пойми, не комильфо видеть то, как ты с кем-то обжимаешься, — Тэхен хмыкает, слегка разворачивая голову к выходу, этим самым намекая на Пака.       — Я смотрю, ты слишком прямолинейный, — Сокджин пинает еще один рядом лежащий камень и обходит Тэхена. — И слишком наглый. До меня все еще в полной мере не доходит, что тебе от меня нужно, но не втягивай в это моих друзей.       — Друзей, — повторяет Тэхен. — Я понял.       — Вот и славно, — проговаривает Джин, уже находясь возле выхода.       — Ты каждый раз будешь убегать, не закончив диалог? — Тэхен разворачивается, в привычной манере засовывая руки в карманы.       — Не хочешь напомнить мне, сколько раз я повторял три простых слова: что тебе надо? — Сокджин шустро подходит к Тэхену, явно накапливая в себе враждебность и некую пассивную агрессию против этой личности.       — Ладно, что ж, — Ким, что является новым барменом, ухмыляется, отводя взгляд и поджимая нижнюю губу. — Я подвезу тебя сегодня. Взамен обещаю не приставать так, как делаю это обычно. Ты же ведь у нас самый настоящий натурал, — Тэхен смотрит Джину прямо в глаза и тот замечает, как очи его переливаются красным. Он вглядывается, но алость глаз у блондина постепенно растворяется и Сокджин действительно пытается оправдать это мимолетными галлюцинациями. В анатомии зрительные галлюцинации характеризуются поражением среднего мозга, но Ким уверен, если он вновь наткнется на что-то подобное, то сочтет это за поражение всего его головного извилистого друга.       — Договор, — произошедшее вновь выбило парня из колеи, но в позитивном свете Джин, всё же, предполагает, что спасся, согласившись на эту авантюру. Даже если что-то случится, он рад, что прожил такую сказочную жизнь. И снова этот позитивный поток мыслей, что так несвойственен паникёру Ким Сокджину.       После того, что случилось в полдник, по мнению Джина, день будто бы начал идти быстрее. Тэхен всё оставшееся время молчал, лишь иногда поглядывая в сторону Кима, проверяя, на месте ли тот и не сбежал ли от своей части договора. Но договор дороже денег, гордости и, как оказалось, жизни.       — Пора заканчивать думать обо всякой херне, — бурчит себе под нос Сокджин, изображая сердечко на только что приготовленном кофе.       Он вспоминает, что Чимин так и не рассказал ему, что с ним такого приключилось, что весь день его вчера прошел в пучине отчаяния. Бросая взгляды на него сейчас, он замечает, что Пак носится по залу, словно ошпаренный и, как всегда, с улыбкой на лице. Это не оставляет его равнодушным, но в голове Сокджин всё равно держит мысль о том, чтобы не забыть спросить о случившемся.       И мысль эта не покидает его до самого вечера. До того самого момента, пока они не стоят в раздевалке для персонала и не переодевают рабочую одежду в повседневную, желая удачи Хосоку на смену. После чего Сокджин стоит, ничего не делая и намеренно ждёт, пока Тэхен переоденется, потому что младший бармен снова не отводит от него взгляда. Джина уже совсем не удивляет люксовая оверсайз рубашка на блондине и его приевшийся дорогой аромат, что разошелся вуалью по всему помещению. Тэхен указывает ему жестом на выход и кивает, но от Кима в ответ не получает ничего. Вдруг подумает, что Сокджин это всё по своей воле делает.       — Ты так и не рассказал мне о том, что случилось с тобой позавчера? — Джин задает вопрос сам себе, чтобы сориентироваться во временных рамках, но в то же время обращается к другу официанту, который сейчас прощается со своим коллегой.       — Я думал, что ты уже давно забыл, — Чимин улыбчиво возвращает концентрацию на Сокджина, взглядом провожая второго официанта.       — Твоя мина была похожа на ядерный полигон, — Сокджин отшучивается, хлопая друга по спине. — Как такое забудешь?       — Мне больше интересны жесты нашего нового бармена в твою сторону.       — Ты заметил, — выдыхает Джин, закатывая глаза от неловкости, скопившейся в нём.       — Ни один ты такой внимательный, — Пак вешает свой рюкзак на плечо, упорно смотря на друга.       — Расскажу завтра, — бармен смотрит в ответ, взглядом умоляя пощадить его на этот раз. — Я сам не знаю, на самом деле, что меня ждёт.       — Ладно, береги себя, — Чимин расплывается в ехидной улыбке, прощаясь с другом плечевым объятием и покидает раздевалку, оставляя Сокджина одного.       Одного в помещении, одного с мыслями и одного на, не до конца сформировавшийся, произвол судьбы.