Тернистый путь к счастью

      Глубокой ночью, не испытывая никакого желания для сна, Кэтрин сидела на широком подоконнике, сжимая в руке телефон и бросая взгляды в окно. После короткого разговора с Ходжем, девушка провела несколько часов в ванной, находя для себя умиротворение в воде. И решилась открыть все непрочитанные сообщения, которые за эти несколько дней прислал ей мужчина.

11:05, вчера.

Надеюсь, ты быстро получишь свой багаж, Кэтрин. Хочу как можно скорее увидеть тебя.

11:18, вчера.

Любовь моя, возникли проблемы с таможней? Где ты?

12:01, вчера.

Кэт, мне сказали, что ты не проходила регистрацию на рейс. Что-то случилось?

13:05, вчера.

Я ненавижу эту беспомощность. Ты не отвечаешь, не берешь телефон, я не могу сорваться и прилететь, чтобы увидеть, что ты в порядке, Кэтрин. Мне хочется надеяться, что ты просто опоздала на рейс, что ты цела, любимая.

      Кэтрин пролистала диалог, бегло просматривая ещё несколько сообщений, прежде чем задержала палец на сегодняшнем дне.

21:08, сегодня.

Давай поговорим, Кэт. За всё это время, что мы с тобой вместе, ведь научились обсуждать каждую мелочь, каждую проблему. Я понимаю, как ты устаешь с фигурным катанием, с баром… Да ещё и летать каждый месяц сюда. Ты знаешь, моё сокровище, что мне и самому всё это не нравится, надоело. Я люблю тебя, моя мисс Хилл. Напиши мне, когда будешь готова для разговора. Я буду ждать.

      С последнего сообщения прошло больше пары часов, и Ходж и правда больше не написал ни слова. И не звонил. Кэтрин понимала и знала, что не только ей тяжело давалось это расстояние, редкие встречи, когда не хватало недели, чтобы пропитаться друг другом, утолить жажду в желании быть рядом.       Но даже сегодня, позвонив ему, она так и не смогла признаться сразу в том, что слышала часть разговора с Брайаном. Девушка боялась, что это окажется суровой правдой, что и правда это расстояние, эта разлука, продлится ещё на год. Или даже больше.       Хилл понимала, что все проблемы, которые возникли у Ходжа и Леона, быстро решить не получится. Но Кэт искренне надеялась, верила в то, что за два года большая часть разрешится, и они смогут вернуться домой, в Америку.       И это предположение, которое она случайно услышала от Брайана, разрушило ту веру. Надежда на скорое воссоединение треснула, как тонкий лёд по весне. Если бы не фигурное катание и недавно появившийся бар, девушка собрала бы вещи и отправилась на более долгий срок в Бразилию, чтобы остаться рядом со своим мужчиной не на неделю, а больше. Находиться рядом, видеть каждый день, проводить время и хоть как-то стараться помочь решить все висящие над головой проблемы, чтобы немного облегчить ту ношу на плечах Бейкера, которую он долгие годы нёс.       Стерев скатившуюся по щеке слезу, Кэт отправила последнее сообщение, прежде чем уйти спать: 23:46. Я люблю тебя, Ходж Бейкер.

***

      Следующую неделю Кэтрин провела за тренировками к предстоящему чемпионату в Европе, в Лондоне. А после прокатов, где выкладывалась во всю силу, спешила в бар, лишь бы не терзать себя тяжелыми мыслями, не дающими покоя. Ходж не писал, как и не писала ему она, лишь каждый вечер перечитывая отрывки из их диалогов, рассматривая совместные фотографии, которые девушка успела распечатать и собрать в альбом.       И, конечно, на очередном сеансе она поделилась своими переживаниями с доктором Келлером, понимая, что без помощи в собственных чувствах пока не разобраться. Кэт осознавала, что её порывистое решение было далеко неверным. Как и подтвердил её сомнения мистер Келлер, сказав, что ей следовало бы поговорить с Бейкером.       Но Кэтрин боялась и хотела этого разговора одновременно, но решила отложить до конца чемпионата, который должен был начаться через пару дней. Пока ей удавалось абстрагироваться от тяготевших мыслей, концентрируясь на выступлении, чтобы завоевать еще одно золото в их паре с Тейтом. — Привет, красотка, — Доминик лениво вошел в бар, пристально взглянув на лицо подруги, и улыбнулся. — Как настроение перед предстоящим путешествием в Англию? — Боевое, — Кэт усмехнулась, выходя из-за барной стойки в зал. — Брайан согласился взять Сириус к себе на время соревнований? — Наша дорогая сипуха будет рада вернуться в кабинет в клубе, я уверен, — Уоррен ловко вытащил с бара бутылку колы, опускаясь рядом с девушкой на высокий стул. — Будем наблюдать за тобой все вместе, а потому без золотой медали даже не думай возвращаться, Снежная Королева. — С такой поддержкой ничего не страшно, — Хилл благодарно сжала рукой его плечо. — Готова закрываться? — Дом обвел взглядом уже пустое от посетителей помещение. — Я подвезу тебя в аэропорт, так уж и быть. А то ты взяла привычку их избегать. — Доминик! — девушка недовольно поджала губы, замерев на месте. — Не обижайся на правду, Кэтрин, ты и сама знаешь, что была неправа, — блондин подхватил ключи из её ладони и направился к выходу. — Поехали, чемпионка, мне ещё предстоит отвезти сипуху к Брайану.       Следующие дни пролетели незаметно, как и свободные, когда Кэтрин и Тейт исследовали весь Лондон, так и последующие первые выступления. Зарядившись атмосферой соревнований, девушка совсем не брала в руки телефон, полностью погрузившись в чемпионат и новый город, прогуливаясь каждую свободную минутку в компании своего партнера. — Даже не верится, что завтра уже финал, — улыбнулась фигуристка, сидя в небольшом кафе с Тейтом и грея пальцы о чашку с кофе. — Волнуешься? — Нет, я уверена в нас с тобой и нашей произвольной программе, — Кэтрин кивнула, подтверждая свои слова, но отвела взгляд в сторону. — Просто какое-то странное ощущение внутри, будто стоит чего-то ожидать ещё… — Золото будет нашим. Я верю в нас, — Маршалл ободряюще сжал её ладонь в своей и подмигнул.       Утром девушка проснулась задолго до будильника, чтобы успеть привести себя в порядок к последнему выступлению в Лондоне. Идеально уложив волосы и покрыв большим количеством лака, чтобы пряди не мешали во время проката, Кэтрин вытащила из шкафа подготовленное платье, с улыбкой рассматривая его.       Стук в дверь заставил оставить платье на постели. Открыв, девушка удивленно взглянула на курьера, стоявшего в такой ранний час с огромным букетом цветов. — Доброе утро, мисс Хилл, это для Вас, — курьер протянул букет опешившей фигуристке, которая машинально приняла его в свои руки. — Кто его передал? — Там приложена записка, мисс Хилл. Удачного выступления! — курьер улыбнулся и скрылся в коридоре, провожаемый непонимающим взглядом девушки.       Кэт закрыла дверь, проходя с цветами в свой номер и рассматривая их. Голубая гортензия, смешанная с лавандой источала очень приятный аромат, заставивший Хилл склониться ближе и вдохнуть поглубже. Аккуратно вытянув небольшой картон сбоку, девушка развернула надписью к себе и замерла, тут же позабыв о том, как дышать.

«Для меня — ты уже лучшая фигуристка во всём мире. Заставь всех в зале задержать дыхание от своего выступления, моё сокровище, и не отрывать взгляды от тебя. Ходж»

      Поджав губы и прижав к своей груди букет вместе с запиской, Кэтрин прикрыла глаза, ощущая даже сквозь расстояние всю поддержку от мужчины. Порывисто схватив свой телефон, Хилл набрала номер Ходжа, вслушиваясь в долгие гудки, желая услышать его голос перед выступлением.       Но он не ответил. Ни на этот звонок, ни на несколько следующих.

***

— И снова золото! — радостно воскликнул Тейт, подхватывая свою партнершу за талию и начиная кружить. — Поставь меня! — также заразительно улыбаясь, рассмеялась Кэтрин, не отрывая взгляда от табло над катком, где их фамилии были на первой строчке.       Парень взял её за руку, направляясь в центр стадиона, на лед, где вновь ощутит вес золотой медали на своей груди. Кэтрин с благодарностью взглянула на Елену, после чего прокатилась по катку за Тейтом, приближаясь к двум другим парам.       Едва медаль коснулась её груди, девушка выпрямилась, осматривая трибуны. И на противоположной стороне от того борта, где находилась Елена, её взгляд задержался, застыв на одном человеке. И в этот момент будто само время остановилось, приглушились звуки и голоса. Кэтрин уже не слышала, что радостно говорил ей Тейт. Весь мир сжался до одного мужчины, стоящего в проходе между трибунами, на лестнице.       Он стоял и смотрел на неё с трибуны с гордостью, не скрывая своей улыбки и не отрывая своего взгляда от её удивленного лица. Он начал медленно спускаться вниз, ближе к катку, все продолжая смотреть прямо в глаза.       Кэтрин улыбнулась, ощутив скатывающиеся по щекам слезы радости, облегчения. Слёзы от охватившего душу счастья.       Фигуристка сорвалась с места, не обращая внимания на что-то воскликнувшего Тейта. Она не обращала внимания ни на кого, направляясь к противоположному бортику. К нему.       Ступив со льда на покрытие вдоль катка, Хилл замерла на мгновение, рассматривая его так близко, почти не дыша. А после сорвалась, ныряя в его распахнувшиеся объятия, которые крепкой хваткой прижали её к мужскому телу.       Она положила свои дрожащие руки на его спину, скрытую рубашкой, прижимаясь еще ближе, ещё теснее, совершенно не обращая внимания на непрекращающиеся слёзы. — Моё сокровище, — тихо-тихо прошептал Ходж ей на ухо, проводя ладонью по спине, чтобы хоть немного унять дрожь в женском теле. — Я рядом, Кэтрин. Я тебя больше не отпущу.